Недоразумение

— Агата! — Кристофер схватил меня за руку, разворачивая к себе. — Мы должны поговорить! — О чём? — выдернув ладонь, я пошла дальше, надеясь, что рыжий отстанет, но он упорно шёл следом, даже и не думая уходить. У них это семейное? — Агата, — жалобно, — прошу. Резко остановившись, я повернулась к нему лицом и сложила руки на груди. — Ну? — Понимаешь, мой отец… — Это я знаю, — перебила его, не желая второй раз выслушивать про идиотский план Эдварда. — Начни с того места, где тебе жаль, что так получилось. Кристофер отвел глаза, видимо, уже и не надеясь получить моё прощение. Пару раз вздохнув, подошёл чуть ближе, отнимая одну мою ладонь от груди, и сжал пальцами. — Да, это было глупо. Но на самом деле. В общем, Эдвард, он… Я сощурила глаза, не понимая, причём тут Эдвард. Мы вроде говорим о нас. Лёгкий порыв ветра тронул кожу, вызывая неприятные мурашки, и я поёжилась. — Замёрзла? Может, пойдем, я провожу тебя? — Нет, говори сейчас и уходи. Больше не хочу иметь с вами никаких дел, — твердо произнесла, чувствуя, как в груди разрастается дыра размером с сам Лондон. Я думала, что мы друзья, что, может быть, когда-то станем чуть больше, чем… Но больше всего я злилась. И почему-то только на Эдварда. Крис не сделал мне ничего плохого. Обманул да, но это не та ложь, из-за которой ломаются судьбы и сдаются города. — Ты ему нравишься, — наконец сказал Кристофер то, что, судя по всему, терзало его очень долго, — давно. Просто он такой. Да придурок он, что скрывать. — Что? — я глупо хлопала ресницами. Бред! Полнейший бред! — Врёшь. — Нет, Агата. Ты забыла, что мы близнецы? Иногда я практически кожей чувствую, о чем он думает. Это немного странно, но я не вру. Он по тебе с ума сходит, просто не знает, как себя вести. А ещё советы мне давал, — усмехнулся Кадоган, качая головой. — Поговори с ним. — Нет, — грубо ответила я, решив, что с меня хватит. Больше никаких Кадоганов, никаких обманов. Плевала я на них с высокой колокольни. — Прощай, Крис, — сжала его пальцы, после чего развернулась и пошла прочь. Мне нужно очень многое обдумать.

***

Я была во Франции впервые. Умиротворяющие виды успокаивали расшатанную нервную систему своими красотами, а лучшие друзья всячески старались поднять настроение. Рейчел постоянно о чем-то щебетала, рассказывая о местных достопримечательностях или пейзажах. Алекс просто обнимал за плечи. Даже Эллиа и Ева не зажимались на заднем сидении, а внимательно слушали рассказы белокурой подруги. Заселившись в отель, мы первым делом пошли узнать, какие развлечения предлагает самая романтичная страна мира для почти выпускников. Решив погулять по Ницце, запаслись пляжными шляпками, водой и снедью, по типу хрустящих снеков, и отправились изучать город. Однако где-то через полчаса Рейчел захотела спать, Ева со своим двухметровым парнем — уединиться, ну а меня просто не отпускали тяжелые мысли. Быстро свернув путешествие, мы вернулись в отель, разбредясь по своим номерам. Александр всё порывался поговорить, но я не соглашалась, ссылаясь на то, что у меня внезапно разболелась голова. Так он мне и поверил. Упав на кровать, я поджала ноги к груди, обнимая колени, и уставилась в стену. Не знаю, что бесило больше всего. То, что Нильсен оправдывал поступок братьев, или то, что они это в принципе сделали. А может, я злилась на себя, отгоняя мысль, что мне просто понравилось целоваться с Эдвардом. Но как же так? Мы же на дух друг друга не переносим. Или это такая извращённая форма симпатии? Но надо признать, мне и правда понравилось проводить с ним время. Даже не зная, что это он, где-то глубоко внутри я всё же понимала, что парень, который так нежно прижимал меня к себе, а потом жадно терзал губы — точно не Крис. Может, я и правда ему нравилась. Кто знает. Однако теперь, после того, как я оборвала с обоими Кадоганами все связи, думать об этом не имело смысла. Не заметив, как уснула, я подпрыгнула, когда в дверь номера кто-то начал ломиться и кричать моё имя. Одернув одежду, стянула с волос резинку, пальцами прочесывая спутавшиеся пряди. — Агата! — Эдвард ввалился в номер, на лету хватая за талию, и вцепился в меня мертвой хваткой. Опешив от такой наглости, я на мгновение перестала дышать, чтобы потом начать колотить его по груди и бокам, но парень ни на секунду не ослаблял объятий. — Какого черта ты здесь делаешь? — пискнула, чувствуя, что ещё немного, и он просто меня задушит. — Агата, прости меня, — выдохнул Эдвард в мои волосы, шумно втягивая ноздрями их аромат. Мы стояли, как два идиота посреди комнаты, замерев в неловких объятиях, — хотя обнимал только он — и молчали. Наконец, не выдержав, я немного сдвинулась в бок, надеясь, что рыжий всё же отпустит, но он лишь чуть разжал руки, заглядывая в глаза. — Зачем ты приехал? — Потому что я дурак. — Это я знаю, — почему я улыбаюсь? — Что-то ещё? Лукавая усмешка коснулась уголков губ, и парень склонился ближе, задевая кончиком носа мою скулу. — Даже не вздумай меня целовать, — предупреждающе рыкнула, всё же подаваясь навстречу. — Я всё ещё злюсь и расстроена. — Прости, правда, прости, Агата. Это было глупо. И все те гадости, что я говорил, и идиотские шутки, и… — я не дала ему договорить, первая прикасаясь губами. Эдвард рвано выдохнул мне в рот, перенимая инициативу. Его горячий язык скользнул внутрь, задевая нёбо, и я застонала, сама не ожидая такой бурной реакции. Оторвавшись от меня, Кадоган хрипло прошептал, вгоняя в краску: — Ты так эротично это делаешь. — Что? — М-м-м… стонешь, — прикусив губу, выдал парень, за что получил кулаком в плечо. Прижав ладонь к месту удара, картинно закатил глаза, — убила. — Дурак, — спрятав лицо в ладонях, тихо ответила, чувствуя, как полыхают щеки. — Но Эд, а как же Крис. Я же… — С ним всё в порядке, — заверил меня парень. Но я всё равно не поверила, решив вернуться к этому разговору чуть позже. Я была уверена, что Крис тоже испытывал ко мне чувства, просто решил, что бороться с братом не имеет смысла, если я сама уже давно отдала свое сердце другому. Теплые ладони снова обвили талию, привлекая ближе. Убрав руки от лица, я закинула их Эду на шею, прижимаясь губами к мужскому подбородку. — И что будет дальше? — А что ты хочешь? — спросил Эдвард таким серьезным тоном, что я даже испугалась. Подняла на него взгляд. — Обещать безмятежную старость и парочку внуков не буду. — Какие внуки? Мы ещё школу не закончили. — Вот именно. Но могу заверить, что на выпускной бал ты идёшь со мной, — улыбнулся парень, начиная пятиться в сторону кровати. Осторожно присел на самый край, так и не выпуская меня из объятий. Я устроилась на его коленях, всё ещё чувствуя себя донельзя странно и неловко. — Хочу попробовать. Вернее хочу, чтобы ты была моей… со мной. Я не знаю, как это правильно делается на самом деле. — Ух ты! Он умеет быть милым! — Хорошо, — кивнула, — буду. А ты такой милашка, когда смущаешься. — Господи, Харрис, никогда меня так больше не называй, — возмутился парень, заваливаясь вместе со мной на кровать. Повернувшись к нему лицом, я провела пальцами по его щеке, наблюдая, как красиво переливается в рыжих волосах солнечный свет, льющийся из окна. — И всё-таки ты засранец, — выпалила, не успев подумать. Эдвард приподнялся, опираясь на один локоть, и не понимающе уставился на меня, поджимая губы. От такой картины я начала смеяться как сумасшедшая. — Почему это? — Потому что влюбил меня в себя. — Напугала, — он снова прижал меня к груди, прикасаясь губами к краешку моих. — Это ты меня влюбила в себя, пока бегала за моим братцем. — Я не планировала. — Я тоже. — И всё же? — изогнула бровь, надеясь услышать признание. — Ты сама всё знаешь, Харрис, — ухмыльнулся Эдвард, покрывая моё лицо точечными поцелуями, замерев на мгновение на кончике носа. — Знаю что? — То, — выдал парень, накрывая мои губы своими, чтобы я перестала задавать глупые вопросы, на которые и так знала ответы.