***
5 марта 2021 г., 19:43
Четыре дня до смерти Армина Арлерта.
Бледный, критично исхудавший коротковолосый блондин лежал на кровати в своей комнате, практически не подвижно, можно было подумать, что он уже мертв. Голубоглазый устало вздыхает, притягивая одеяло тонкими пальчиками ближе. Он чувствует, что осталось немного, чувствует, что должен успеть сделать то, что он никогда и не сделал бы. Но он же такой трус. Даже, когда на горизонте виднеется смерть, он боится сказать Эрену, что любит его. А ему ведь нечего терять. Скоро смерть возьмет его костлявыми пальцами за бледную, изящную руку и уведет его в темноту. А Йегер знает, что друг на грани, но до последнего не верит. Просто не может смириться, ведь так не бывает, Арлерту всего шестнадцать, как же так может быть. Чем его лучший друг заслужил такое? Он ведь никому ничего плохого не сделал. За дверью слышатся чьи-то шаги и это точно не дедушка, они быстрые, стремительные, да и на скрипящие участки умудрялся наступать только зеленоглазый. Армин медленно присаживается, чувствуя неприятное головокружение, но старается спрятать это. Блондин нацепляет легкую улыбку, но выходит явно плохо. Эрен даже не стучит, просто тихо открывает дверь в комнату и заглядывает. — Привет. — Голос у Арлерта стал еще тише, а ключицы еще более видные, а боль, отражавшаяся в глазах лучшего друга еще ярче. Йегер мотает головой, нацепляя улыбку и стараясь спрятать все то, что чувствует на самом деле, проходит в комнату, забираясь на кровать и обнимает блондина. — Привет, Армин, — Эрен так крепко прижимает его к себе, будто в последний раз, ощущая собственным телом насколько тот похудел. Стал таким маленьким, хрупким, будто может сломаться. Йегер ведет пальцами вдоль спины, чувствуя сквозь ткань футболки сильно выпирающие позвонки и отстраняется. Только сердце от этого болит еще сильнее. — Я принес тебе кое что. Зеленоглазый все понимает, но не хочет, чтобы Арлерт знал. Он лучше будет строить дурачка, который ничего не понимает, так, он считал, будет лучше. Блондин прикрывает ноги одеялом, ведь теперь ему всегда холодно. Он заинтересованно наблюдает, как Йегер достает что-то из своего старого рюкзака. Это книга. Зеленоглазый знает, как Армин любит читать о всяких особенностях мира, о морях, океанах, о том, что находится в них. О всяких существах. Йегер тянет Арлерту упакованный подарок дрожащей рукой. — Что там? — Голубоглазый принимает его, начиная медленно разворачивать. По неаккуратности случайно режет палец о краешек подарочной упаковки, быстро стирая выступившую капельку крови. Наконец, когда он открывает, то видит ту самую книгу о которой сотни раз рассказывал другу. Ее было очень сложно найти, ведь та очень редкая, да и стоила она столько, что не каждый мог себе позволить. — Эрен… Это ведь очень дорого. — Тебе не нравится? — Эрен хмурится. — Нет, что ты, очень нравится, но… Ты же знаешь, что я… — Молчи, — Йегер мотает головой, прислоняя палец к губам друга. Ведь он знает, что тот хочет сказать, но ни за что не позволит произнести это вслух. — Ты хотел ее, так что, вот… Арлерт молчит, сдерживает подступающие слезы и просто водит пальцами по яркой обложке. Ему невероятно приятно, но в тоже время так больно, ведь вероятнее всего он ее даже не дочитает. — Спасибо, — Армин наконец улыбается, теперь уже сам обнимает Йегера, а тот в ответ, но им обоим больно. Больно от осознания происходящего. Что совсем скоро все закончится. Зеленоглазый садится рядом, соприкасаясь плечами с блондином и кивает на книгу. — Показывай свой океан. И они сидят так, кажется очень долго, листают страницы и рассматривают картинки, пропуская весь написанный текст. Не сказать, что Йегер сильно заинтересован в этом океане, но он нравится Армину, значит Эрену тоже нравится.Три дня до смерти Армина Арлерта.
Блондин, стоя на крыше и наблюдая за разгоняющим голубей Эрена, поправляет края горчичного пальто. Он такой свободный, счастливый, живой, может дышать. Не то, что Армин. Теперь он дышит лишь благодаря искусственной подаче воздуха через трубочки, ведь органы постепенно отказывают, с каждым днем. А эти приблуды лишь ненадолго продляют жизнь. — Небо красивое, — завороженно говорит голубоглазый, следя взглядом за текущими кучками облаков, которые напоминали океанские волны в шторм. — Словно океан… Эрен замирает, а сердце так сильно сжимается. Боже, как сильно он хочет показать Арлерту океан, чтобы тот коснулся его собственным телом, увидел его обитателей, почувствовал тот самый ветер, вдохнул этот воздух. Но он не успеет. Зеленоглазый подходит к другу, протягивая один из наушников и вставляет штекер в разъем. — Я не могу показать тебе океан, Армин, но надеюсь это тебе понравится. — И Йегер нажимает на кнопку «плей» и в ушах раздается приятная медленная мелодия, на фоне которой слышался шум бушующего океана. Провод от наушников не такой длинный, поэтому Армин стоит очень близко, буквально упираясь в грудь Эрена, который выше его на пол головы, а тот еще так склонил голову, что можно не задумываясь потянуться и поцеловать. Это ведь очень удобно. Но Арлерт не рискнет, он боится, до сих пор. И сердце так сильно колотится, что может все выдать. Хотя и выдавать нечего, все на лице написано. За голубоглазого все говорит взгляд, мягкий и невероятно влюбленный. — Потанцуем? — Эрен вдруг забирается рукой под распахнутое пальто, приобнимая блондина за тонкую талию, а тот неприлично краснеет и отводит взгляд. — Прости, если ты не хочешь… Йегер собирается убрать руку, но Армин останавливает ее своей, кивая. — Давай. Арлерт закидывает воздушный баллон на плечо, поправляя лямку и берет свободную руку Эрена в свою, складывая другую ему на плечо, чуть касаясь мягкой кожи на шее пальцами. И они танцуют. Армин делает это весьма неумело, ведь он никогда не танцевал, точнее, ему не приходилось. Даже на танцах в школе, он обычно стоял в стороне и ждал конца всего этого, когда Эрен, любимец всех девушек, танцевал с очередной фифочкой. И Йегер чувствует эту неумелость, неловкость, просто берет инициативу на себя, ловко приподнимая блондина и кружась, пока тот его не останавливает. — Эрен, пожалуйста… — Зеленоглазый тут же опускает его, наушники выпадают из ушей, а Армин обмякает на его руках, хватаясь за плечи и утыкается носом в плечо, закрывая глаза. — Армин? Что такое? — Эрен крепко держит его, одной рукой приподнимая лицо блондина за подбородок. Тот даже не смотрит, лишь снова прижимается к теплому плечу и вдыхает парфюм Йегера с запахом можжевельника.Два дня до смерти Армина Арлерта.
— Представляешь, Конни сегодня признался Саше в чувствах, — Эрен смеется, сидя за компьютерным столом, — это надо было видеть, как же его трясло. Арлерт издает легкий смешок, сильнее укутываясь в одеяло и смотрит в спину Йегера. Как сильно он хотел бы сделать тоже самое. Но столько НО его тормозят. Ведь они друзья и в какой-то мере это неправильно, да и есть куда большее НО. Армин скоро умрет, они просто не смогут быть вместе. Связать себя еще и чувствами самая главная ошибка. Арлерт знает, что Эрен безумно ценит его, ведь они столько пережили вместе, буквально с пеленок. Иначе, если бы не ценил, он не приходил бы каждый раз после школы, чтобы навестить, провести время или сделать ему приятное каким-либо поступком. — Так что ты рисуешь, Эрен? — Позже увидишь, — зеленоглазый оборачивается, загадочно улыбнувшись и вновь возвращается к работе, оставляя за спиной покрасневшего Армина. Йегер любил рисовать, в особенности для кого-то, ведь это непередаваемые ощущения, когда ты отдаешь работу в руки человеку, наблюдаешь за его неописуемой реакцией. Армин же старательно читал подаренную книгу, но впереди еще куча страниц, а так хотелось задержаться на каждой, рассмотреть рисунок, водить по нему пальцами, будто ты почувствуешь какие на ощупь красные водоросли. — Представляешь, — блондин завороженно смотрит на картинку, после поднимает горящие глаза на Эрена. — У океана есть собственный водопад, это же невероятно. А Эрен даже не оборачивается, просто улыбается, чувствуя тепло внутри, он безумно счастлив, что Арлерту нравится это, и Йегер хотел бы, чтобы это длилось как можно дольше. Зеленоглазый делает последние штрихи и убирает остатки ластика с законченной работы. Поспешно поднимается с рабочего места и идет к блондину, пряча рисунок за спину и забирается на кровать, заглядывая в книгу. — Правда, невероятно, — Эрен ведет взглядом по счастливому лицу друга, наблюдает за горящими глазами. Когда он видел такой взгляд в последний раз? Кажется, когда он притащил Армину ракушку, которую привезла ему Микаса с отдыха, но для Эрена это была лишь безделушка, а для голубоглазого целый раритет. — Так что там? — Арлерт кивает за спину, аккуратно закрывая книгу, откладывает ее на край кровати. — Вот, — Эрен, довольный собой, выкладывает лист на колени блондина и просто ждет. И вот она, работа, которую Йегер рисовал около пяти часов, как пришел к другу. Вот они оба: улыбаются, Армин держит в руках ту самую ракушку, правда на рисунке его волосы куда длиннее, какие были раньше, когда им было по одиннадцать. Эрен, стоящий по щиколотки в воде и кидающий камешек в тот самый океан. И это было невероятно, словно фото, будто они действительно там побывали. — Это очень здорово, Эрен, правда, — Армин шмыгает носом, поправляя воздушные трубки в носу и вдруг начинает плакать. Слезы просто не останавливались, а зеленоглазый ужасно занервничал, заметно напрягаясь и теряясь. Что ему делать… — Армин, — тихо зовет его Эрен, касаясь рукой плеча блондина, от чего тот вздрагивает и поднимает чуть покрасневшие голубые глаза. — Спасибо, — шепотом говорит Арлерт и резко обнимает зеленоглазого, что тот чуть с кровати не валится, но хватается за друга и так же крепко обнимает его. И они сидят так, долго, не отпуская друг друга, забывая обо всем на свете. О еде, времени и всем, что таилось за пределами светлой комнаты.Один день до смерти Армина Арлерта.
Эта ночь для Армина была самой ужасной из всех. Блондин просто не мог дышать, в груди все сжалось и сильно болело, а кричать даже сил не было, на грудь будто давило что-то, сжимая легкие и не давая поступать кислороду. Арлерт лишь сумел протянуть руку, чтобы уронить прикроватную лампу, чтобы та с грохотом разбилась, и дедушка услышал его. К счастью, так и случилось. Армина увезли в больницу. К утру, когда Эрен узнал о случившемся, то тут же бросил все, даже не пошел на уроки, ведь Армин был важнее всего этого. Он несся через знакомые улицы, уже практически задыхался, но он должен был быть рядом сейчас. Он всем сердцем надеялся, что все порядке, что он увидит своего Армина живым и невредимым. Быстро разобравшись на входе, он скорее направился к нужной палате. Как же забавно, ее номер «4». Любимое число блондина, оно всегда было его счастливым. И вот он, совсем неподвижный, бледный Арлерт, закованный в цепях больничных приборов и капельниц. — Армин, — Эрен тут же подбегает к больничной кровати, цепляется за холодную руку, согревая ту в своих. — Не смей умирать, слышишь меня? Эрен задыхается. От безысходности, от грызущей боли, которая его просто сжирала все это время и теперь безжалостно одержала победу. В горле встает неприятный, колючий ком, сердце до неприятной боли сжимается, а тело трясет, сильно, что слезы собираются в уголках глаз. — Эрен… — Голос блондина был настолько тихим, что среди пиканья приборов сложно было слышать, но Йегер услышал, лишь сильнее сжал бледные, холодные пальцы. — Армин, — Эрен вскакивает со стула, садясь на край кровати, чтобы быть как можно ближе. Ведь это могут быть последние минуты. — Ты не можешь так поступить… Голос у Йегера ломается, трясется, как и он сам. Блондин пытается сжать руку друга в ответ, но не может, сил уже не остается, и он решается на свой последний шаг, потому что больше возможности не будет. Это последняя, ведь все остальные он упустил. — Послушай меня, — голубоглазый кашляет, отворачиваясь, но после снова возвращает уже помутненный взгляд на Эрена. На своего Эрена. — Я не мог решиться, все это время. Знаешь, я ведь так боялся сказать тебе. Ты ведь мой лучший друг, Эрен, ты знаешь.Я ведь… — И я люблю тебя, Армин. — Йегер уже не сдерживает слезы, смотрит в потухающие глаза блондина, кладет теплую ладонь на его щеку и целует, не дав ему больше сказать что-либо. Только он и не скажет, даже ответить на тот самый первый долгожданный поцелуй он не может. Армин Арлерт умирает. Приборы заполняют помещение оглушительным писком, которые окончательно переламывают Эрена, который все еще держит руку Армина, рыдая, уткнувшись блондину в бездыханную грудь.Два года после смерти Армина Арлерта.
По исполнению восемнадцати лет, Эрен не думая собрал свои вещи и покинул тот город. Многое в нем напоминало о Армине, не давало отпустить все то, что их связывало и то, что могло бы связать. Сейчас, думать о том, что решись кто-то из них раньше, уже не имеет смысла. Арлерт уже далеко от этого мира. После смерти, Йегер дал себе обещание, что исполнит мечту блондина. Он увидит этот чертов бескрайний не изученный водоем и именно там поставит жирную точку. На место Эрена привозит один из местных и оставляет. Так пожелал Йегер. Он обязан быть там один, чтобы пронести все воспоминания через себя и пустить вместе с ветром в бескрайний океан. Или лучше на самое дно, чтобы суметь жить дальше, но ведь это невыносимо сложно. И зеленоглазый падает на колени перед водой, рыдая, бьет кулаками о рассыпающийся в разные стороны песок, хватаясь за голову. Он не может так. Он проводит там весь день, до самого заката. Когда в очередной раз Эрен смотрит на берег, то видит его. Вот он, его Армин, живой, совершенно безболезненный, улыбается и любуется своей мечтой. Йегер трясет головой, но Арлерт не исчезает, лишь смотрит на зеленоглазого своими горящими, счастливыми глазами. Эрен поднимается и идет. Прямо туда. Все еще надеется, что фигура просто исчезнет, но нет. Теперь их разделяет всего ничего. Стоит руку протянуть. — Армин… Тот не отвечает, лишь наклоняется, набирая песок в ладонь и развивает по ветру. — Отпусти меня, Эрен.
