Who has ear let him hear

До чего ж любопытный народец пошёл, Каждый день не дают мне проходу. Не сказал бы, что помню его хорошо, Разве только что в школьный годы. Ты из Салема? Знаю, бывал там давно, Салем с Хогсмидом нашим похожи. А давай-ка я выпью с тобой заодно - Моя мать из Америки тоже. Мне вопросы о нем задают не впервой: Кем он был, как такое случилось? Лучше всех это ведал мой братец родной - Без него ж даже мышь не родилась. Рассказать про него я, конечно, могу, Я из тех, кто действительно знает. Ведь теперь, когда сдох уже наш душегуб, Про него лишь немой не болтает. Нынче каждый готов в его имя плевать С персональной своей колокольни. Но давай мы не-будем-его-называть, Просто «он» с него будет довольно. Раньше все опасались о нём говорить, И тряслись, как под веником мыши. Чтоб ошибок допущенных не повторить, Пусть имеющий уши - услышит. Как всё было, никто до конца не узнал, А теперь не узнать и подавно. Но вопрос — почему он чудовищем стал? Из вопросов твоих самый главный. Там история долгая, если вникать. Знаешь, в каждой семье по уроду. Из пропащего рода была его мать, Из старинного тёмного рода. Без взаимной любви был он ею зачат, Под угаром любовного зелья. За такое от Магии грянул откат - И в приют он попал с колыбели. Он не знал ни любви, ни тепла, ни родства, Всем чужой, всем ненужный и лишний. А приютский закон — только сила права, Или жертва ты или ты хищник. Он вот хищником рос на приютских хлебах, И скрывал ото всех свою тайну: Его фобия — смерти навязчивый страх, И возник он совсем не случайно. Тот, кто вырос в приюте - боится всего, Этот страх на себе ощутил он. Там и стало жестоким его естество, Он и в магии видел лишь силу. Он почувствовал рано, что он «не такой», И считал себя неповторимым. Презирая других, упивался собой, В том секрет и его псевдонима. Был он самолюбив, недоверчив и горд, Никого не считал себе равным. А "Tom Marvolo Riddle – I am Lord Voldemort” Так удачно легло анаграммой. "Voldemort" по-французски "смертельный полёт", А точнее - "над смертью летящий": Убеждённость, что путь он к бессмертью найдёт, Стала страстью его настоящей. Чтоб из смертных уйти, выбрал страшный он путь, Свою душу дробя на частицы. Только страх на такое способен толкнуть, Да и тёмная кровь - не водица. Расчлененье на части бессмертной души - Преступление пред мирозданьем. В Книге Судеб своею рукой не пиши - В порошок разотрёт наказаньем. За дурное пророчество вдруг ухватясь, Без сомнений поверив в сценарий, Он исполнил его - и издох в первый раз, Умудрившись убиться об Гарри. Знаешь сам, возродиться ему удалось: Ну, про душу не будем... А тело - Кровь врага, плоть слуги и отцовская кость - Итого в результате химера. Морда плоская, дырки от носа видны, Сам — скелет, чуть затянутый плотью. А глаза его были — две красных луны, Отраженные в тухлом болоте. Он стал чудищем. Не человек - существо, Подозрительный, бешеный, злобный. Он поднялся, людей обращая в рабов, Превращая в себе же подобных. Лиходеи рождались во всех временах, И похожи они, словно клоны, Ведь любую агрессию двигает страх Быть униженным и побеждённым. Сеял ужас и зверства безумный маньяк, Но сгубила его одержимость: Он из смертного страха сам действовал так, Чтоб пророчество самосвершилось. Ну а Гарри... что Гарри? На нём же клеймо, Ему некуда было деваться. На него же с пелёнок надето ярмо Моего несравненного братца. Бедный мальчик с рождения Избранным был, Был повязан пророчеством прочно. Но ведь, собственно, Гарри его не убил, А поставил финальную точку. Наш злодей принял смерть от своей же руки, Врезал дуба, и гниль его праху! Храбрость - если ты страху идёшь вопреки, Трусость - жить по велениям страха. Волдеморт - перед Смертью трясущийся смерд, От неё и огрёб по заслугам. Ну а Гарри пошёл добровольно на смерть, "Встретив Смерть, словно давнего друга" * Вспомни сказку о братьях и Смерти Дарах, Всем история эта знакома. Старших братьев сгубили гордыня и страх, Гарри - младшего брата потомок. Сказка - ложь, да всегда в ней намёк на урок, А уроки те - жизни законы. Допивай свою стопочку на посошок, И с тебя, янки, три галлеона. * * * * цитата из сказки барда Бидля о Трёх братьях и Дарах Смерти