Умри или это сделаю я

В класс зашёл учитель, вот только его Сара не видела в школе, что-то странно, либо он новенький, либо девушка немного слеповата. Выглядел он весьма сносно, но не так, как все. Этот город чем-то похож на приют бездомных, которые решили организовать себе город, ну честно и он сюда ну никак не вписывался. Он был одет в стиле мегаполиса и в стиле средневековья одновременно, как, остаётся только гадать. Чёрные классические штаны, что не доставали всего пару сантиметров до ботинок цвета вороньего крыла, а также имели высокую посадку, которая была обрамлена чёрным кожаным ремнём. Вверх был более необычен, но не менее красив: водолазка глубокого чёрного цвета, была надета под тёмно-серую рубашку, что не позволяло увидеть ни кусочка кожи, поверх чёрная жилетка, что вместе с штанами образовывала костюм и в завершение чёрный пиджак, что доходил до середины колен, так же он имел весьма странный ворот и заднюю часть: подкладка имела яркий алый оттенок, но привлекать внимание она не стала, но зато внимание привлекает ворот, что украшен различными скелетами и странными масками. Волосы собраны в хвост, что был настолько идеальным, что каждая девушка позавидует, а на глазах очки. — Доброе утро, класс… — его внимание немного притупилось, когда он увидел двух девушек совершенно разной наружности в целующемся положении — дамы, пожалуйста, можно не здесь. — Это было задание… — старалась оправдаться Стефани, зная, что подруга терпеть не может такие авантюры, ведь её язык — это злейший враг. Проблема может быть весьма небольшой, но Сара, а здесь Аля, может нагрубить всем, чем втянет себя и ещё кого-нибудь в не самые приятные приключения. — После уроков, приглашаю вас к себе, по поводу данных споров, — строгий голос, который не терпел возражений и который закрывал все попытки сбежать, но кто не рискует тот не пьет шампанское!!! -Я не могу, мне в город надо! — резво оставила Стефани, чем обрекла подругу на не самый приятный разговор с учителем. — Хорошо, значит я поговорю с вашей подругой один на один, — подытожил мужчина. -в прочем, думаю мне пора представиться. Я — профессор Бэрдон, буду вести у вас химию и биологию. Я знаю, что в этом году вам сдавать экзамены, поэтому я подготовлю вас как следует. На удивление в классе стояла тишина. Никто не выкрикивал что-то с места, даже с задних рядов, где царствовала еда и книги, втянулись люди. Может всё-таки этот класс не безнадежен? Первый урок был вводным. Кого как зовут, у кого какие оценки, где есть провалы и плохо изученные темы, всё как у всех вне Сентфора. Наконец-то этим классом кто-то занялся, наконец-то уроки стали интересны, наконец-то они получают знания. У всех были хорошие эмоции от данного учителя, интересно, почему именно Сентфор… Прозвенел звонок, которому не обрадовался никто, кроме Сары. Все с протяжным нытьем начинали выползать из класса, а кто-то остался с учителем, чтобы поболтать с ним на разные темы. Под шумок Сара решила избежать «исправительного разговора» и уйти вместе со всеми, но ловкая рука профессора Бэрдона выловила её из толпы. — Не думайте убегать, мисс, — едва шёпотом сказал Бэрдон. Настолько тихо, что из окружающих никто не услышал. Ещё несколько вопросов и самые отчаявшиеся уже пошли на следующий урок. Ну, а кто ещё хочет на Истрию, правильно — никто. Закрыв плотно дверь, он начал свой увлекательный разговор. — И как так вышло, что вы не заметили звонок, мисс? — горячий шепот прошёлся по моей мочке уха, что заставила забегать сотню мурашек по ее телу. — Я не хотела… — Уверена? Или же это была намеренная провокация, — грациозным, словно как у кошки, голосом он давил на психику, так что хотелось рассказать всё, вероятно, он обучался на курсах психологии. — Я уверена во всём, что я делаю, либо же мне так кажется… — Прекрасный вывод, — бесцеремонно перебил девушку профессор. А ведь он должен преподавать нам пример, эх профессор-профессор… — Спасибо, но перебивать не стоило, — да, Сара была остра на язык и легка на подъем, а в добавок ещё безумна вспыльчива. Лучше не шутить с ней. — Прошу извинить меня, мисс. Продолжайте.  — А уже всё! Я не могу говорить с тем, кто меня не уважает. О чём с вами можно говорить, если вас печет только ваше мнение! — наиграно вспыхнула Сара. Всё это было прекрасной возможностью избежать дальнейший разговор. — Замолчи. Резкая фраза, что заставила замолчать девушку. Она прозвучала настолько быстро, в отличии от обычно медленной, элегантной и хорошо поставленной речи, но при этом разобрать значение фразы было элементарно легко. — Алевтина, прошу не разводи вокруг одной оплошности разводить целый спектакль, при этом твой план всё равно бы провалился! Я же не глупец. — Вы знали? Я что, настолько предсказуема? — Просто я не настолько глуп. — Стоп! Вы называете меня по имени, что вполне логично, но как вас зовут? — Амадей, как одного широко известного композитора. Полагаю, что вы знакомы с его творчеством. Верно? Только сейчас Сара заметила, что рядом с ним она престала употреблять мат, смогла общаться на вы, села аккуратней обычного. Рядом с ним она становилась культурнее, вот только эта культурность напоминала 17 век… — Верно, я знакома с творчеством Моцарта. — Вот и славно. Вернёмся к нашей изначальной теме разговора. А именно ваш поцелуй с… — он замялся, — напомните имя, пожалуйста. — С Стефани, которая благополучно покинула этот город, без надобности, — с нотой обиды сказала девушка. Это было несправедливо: проиграла — она, поцеловала — она, а отчитывается ни в чём не повинная Сара. — Надеюсь, что после вы поговорите с ней как следует и она всё уяснит, — фраза была сказана без единого пошлого намёка, но фантазия Сары уже вовсю рисовала свои картинки, — вы меня слышите? Кажется, Сара выпала из реальности, неловко вышло. — Да, извините. — Отлично. Думаю, что на сегодня достаточно. Увидимся завтра на уроке биологии. — До свидания… — не своим голосом ответила Сара. Ей было неловко расставаться, из-за чего она впала в состояние камня, когда она делает всё на автомате. Придя домой, девушка заметила, что дверь была открыта, а окна были приоткрыты для проветривания. Зима не являлась временем, для открывания окон настежь, но кто-то решил иначе. И этот «кто-то» был матерью Сары. — Привет! — громко крикнула Сара — «Ой! Ты уже пришла! Вот и отлично у меня для тебя уйму важных и не самых приятных новостей», —всё тем же весёлым голосом из детства сказала мать. — Что-то мне это уже не очень нравится. — Раздевайся, я тебя жду на кухне. Пройдя на кухню, девушка увидела такую картину: какой-то стрёмный мужик сидел на кресле, столь излюбленном Сарой, а на его ноге устроилась мать с хищной улыбкой. Пахло жаренным. — Это ещё кто? — Тот, кто не является для тебя родственником, а я — такая же, как и он — Мы с тобой не родные? — Родные, просто я оформила кое-какие документы и теперь я больше не твоя мать и даже не опекунша! Теперь я могу спокойно переехать к Джонатону и плюнуть на тебя, мразь! Ты мне уже в печёнках сидишь, даже просто своим существованием! Я не желала тебя! ТЫ уродка, которая вечно курит, пьёт и ко всему ругается как сапожник! Мне стыдно за тебя, ты испортила мне жизнь в 16 лет и продолжаешь портит до сих пор! Мне надоело, я хочу жить в своё удовольствие! Пойми это раз и навсегда, блять, я не буду тебе отправлять денег, даже помогать не буду! Такая шалава сама сможет заработать! Запомни! А теперь — она погрозила пальцем — теперь мы уезжаем навсегда! Безумный крик пронзал тишину помещения. Она сорвала голос, но до сих пор причитала о том, какая у неё ужасная дочь и как жизнь несправедливо обошлась с ней. Всё закончилось. Стук двери закончил поток слов и заткнул бесконечные ругательства. Сара стояла растеряно по середине комнаты, а ведь ничего не давало и поводов на это. Слёзы одна за другой стекали по щекам. В первые минуты не было всхлипов, эмоций было осознание, которое душило без всего, просто заставило осознать всю свою никчёмность. Бессознательная походка наверх. Она взяла вещи, в том числе и лезвие, а затем отправилась в душ. Кипяток бил по лицу и всему телу, очерчивая не самое красивое тело, горячая вода оставляла следы в виде ожогов, было невыносимо больно и душе и на деле. Всхлипы и крики отражаясь об стены больно отдавали по ушам, но сейчас ей было плевать. Резкое движение: кран перестал лить кипяток. На коже стали проявляться едва заметные полоски… Спустя несколько минут все бёдра были в кровавой сеточке, а также все запястья. Вроде отпустило, а вроде это моментальное чувство… На утро, Сара была похожа на зомби, у которого мешки под глазами дошли до уровня моря. Она была не в самом прекрасном расположении духа. Чёрная толстовка закрывала запястья и бёдра. На ногах прямые джинсы серого оттенка и в завершение чёрные кроссовки на огромной подошве. Чёрные волосы мигом собрались в пучок и прикрылись сверху капюшоном, что позволял незаметно слушать музыку в наушниках. Выглядела она, честно говоря, не очень, но её это не очень-то и парило. В школе было безумно шумно, что давило на голову и вызывала жуткие головные боли. Музыка не помогала, а только отвлекала, что было весьма печальным. Много кто пытался с ней поговорить, они спрашивали о её самочувствии, но на всё получали только один ответ: «Иди на три весёлых буквы», но только одна девушка получила более развёрнутый ответ, а именно Кенди, которую Сара до боли ненавидела: — Привет, Аля! Ты чего какая-то помятая? — Иди на три весёлых буквы, — привычный ответ уже звучал на автомате — А ты знаешь, что к нам в город приезжает цирк! Самый настоящий, представляешь! Давай сходим! — она была слишком энергична и весела, что очень раздражало — Я не в самом лучшем расположении духа, так что отстань! — Да ну! Давай сходим! — не унималась девушка — Отстань от меня! Мне плохо! Иди с кем-нибудь другим! Я не хочу! Я хочу побыть одна, в мои планы уж никак не входило пойти в цирк с тобой! -Ты чего такая грубая? Я тебе и слова дурного не сказала! — кинулась в слезы Кенди. Саре было всё равно. Очередной сон: Сара перебинтовывает мужчину, которого она спасла, он рассказывает ей дивные рассказы об Индии и музыке, он настолько восторжен, что даже боль от ожогов начинает казаться такой мелочью. — Спасибо тебе большое, не знаю, чем тебя отблагодарить, хотя… — он полез в карман — держи, только не снимай никогда — он протянул серебряное кольцо с маленькой маской из рубина, что выглядела настолько органично, как только можно представить. Сара вспомнила, что у неё есть такое же кольцо, она никогда его не снимала, на своей памяти…. Но вдруг…