Осторожнее с ванилью

- И что это за хрень? - произнес Кроули, с одной стороны, вроде бы спрашивая, а с другой - уже поставив свою неутешительную оценку увиденному. - Ну, я тут… вот… - замямлил Азирафаэль. - Понимаешь, я был один… Тебя так давно не было… - Меня не было два дня! – Кроули в задумчивости рассматривал столешницу на ангельской кухне, заставленную банками с сахаром и приправами, пакетами с мукой, формами, лопатками и прочими мисками и венчиками. - Да, я помню. Ты говорил, что у тебя задание... но я, ну… думал о тебе… и знаешь, когда я думаю о тебе, у меня… то есть, я… ну как бы, я кое-что начинаю чувствовать… но еще я подумал, а вдруг ты освободишься пораньше и придешь, а я вот тут… без тебя… уже… сам. - Сам? – Кроули ненадолго отвлекся и перевел взгляд на нижнюю часть тела ангела. - Да нет! То есть… Просто я подумал, что мне надо как-то… отвлечься… ну знаешь, чтобы вот уже потом с тобой… и я решил, что я же люблю… сладкое. - Это да! – согласно буркнул Кроули, продолжая рассматривать засыпанный мукой и сахаром стол. - Ну вот и я решил! И сделал вот это для себя… и тебя… и для нас … то есть я решил попробовать… испечь… Кроули понял, что услышал достаточно. - Ангел, это была очень содержательная речь. Но это не слишком приблизило нас к разгадке. Поэтому я спрошу еще раз: Что это за хрень и почему ты состряпал ее, думая обо мне? Азирафаэль опустил глаза. - Это пирожные. - Аааа, так это ПИРОЖНЫЕ! - Кроули продолжал с подозрением смотреть на тарелку. - Пирожные-мутанты? - Это эклеры! - Эклеры? Скажи, что ты сейчас это сам и придумал. - Нет. Их придумали во Франции! - Французские эклеры-мутанты? - Да, ты прав, у меня не очень получилось. Но я просто так много отвлекался… все думал о тебе… и... - Нехило ты так про меня думал. А вот этот ЭКЛЕР, – Кроули взял с тарелки пирожное особо выдающихся размеров, – я просто зачту как комплимент! Ангел покраснел и умолк, пытаясь понять: демон просто шутит или шутит и издевается. - Твоим бы эклерам да еще по два кексика в комплект, и секс-шоп на соседней улице станет твоим постоянным заказчиком. - Хочешь кексов? – растерянно спросил Азирафаэль. Театрально выдохнув, Кроули вплотную подошел к ангелу и, бесцеремонно схватив его за ягодицы, прижал к себе. - Да, знаешь есть на примете пара булочек, от которых я бы не отказался. Но и эклеры тоже сгодятся. - Мне поставить чайник? Кроули уставился на ангела, напрочь забыв, как именно он еще хотел проехаться по теме кексов и эклеров. - Знаешь, пернатый, за что я тебя отдельно люблю? - За мою хозяйственность? - За твою догадливость! - Эм? Обойдемся без чая? - А вот и она! – радостно кивнул демон, стиснув Азирафаэля сильнее. Он нежно поцеловал поджатые губы, намекая, что c шутками на время покончено. - Я скучал, - выдохнул ангел. - Да я уж заметил. - А ты скучал? - Не до такой степени, чтобы начать вечерами готовить, – улизнул Кроули от прямого ответа. - А до какой? - не отставал Азирафаэль. - Сейчас узнаешь. Демон потянул за край аккуратно завязанной бабочки, ловко разматывая узел, тут же отбросил клетчатую полоску в сторону. Следом за ней отправился бархатный жилет, жалобно брякнула о кухонный кафель цепочка. Над милым голубым фартучком с оборкой Кроули даже на секунду задумался, но скоро и он тоже растекся по полу хлопковой лужицей рядом с белой рубашкой. Мягко напирая, он прижал ангела к столешнице, быстро скинул свой пиджак, расстегнул черную жилетку, но вдруг остановился. - Нет, все же за стол неприлично садится совсем раздетым. Где там мой любимый эклер? Смахнув рукавом тонкой рубашки все лишнее со стола, Кроули схватил с тарелки самое большое пирожное и надавил на него, стараясь чтобы сладкий молочный крем, вытекая, капал прямо на губы ангела. Заметив, что Азирафаэль инстинктивно облизнулся, он прошептал: - Нет, пернатый, это все сегодня для меня. Думаю, это лучший шанс оценить твою стряпню. Начнем с закусок. Это натуральная ваниль, я полагаю? Он надавил на пирожное сильнее, снова покрывая кремом пухлые губы, переходя на шею, грудь ангела. Щедро вымазав мягкий живот, он отбросил в сторону жалкие остатки несчастного эклера. Азирафаэль взволнованно ждал, что будет дальше. Кроули обвел пальцем дрожащие пухлые губы, старательно размазывая по ним крем, слегка нажимая, стараясь вымазать весь рот внутри, заставляя ангела часто дышать и бороться с желанием перехватить инициативу и прикусить настырный длинный палец. Насладившись развратной прелюдией, демон убрал руку, и сразу потянулся ртом к сладким губам. Он жадно облизал их, подразнил возможным поцелуем, но вместо этого продолжив слизывать тонкую сладкую струйку, тянущуюся от уголка губ на подбородок и шею. Здесь Кроули задержался подольше. Он слизывал кремовые подтеки, изредка захватывая зубами кожу, несильно ее прикусывая, сразу отпуская, смягчая место укуса языком, прислушиваясь к тому, как тяжело задышал Азирафаэль. А когда искусный демонский язык коснулся широкой мягкой груди, ангел, не сдержавшись, тихо заскулил. Кроули уже прекрасно знал, что в этой области тела Азирафаэль более чувствителен к раскованным и почти грубым ласкам, поэтому планировал скоро вернуться к их привычному сценарию. С небольшой поправкой, конечно. Он отстранился и погладил грудь ангела ладонями, размазывая по коже тающий крем и с каждым движением все сильнее нажимая на твердые соски. Тот прикусил губу, стараясь сдерживать стоны, и, не отрываясь следил за руками Кроули, ожидая большего. Демон слегка сдавил напряженные розовые комочки, и Азирафаэль издал тот самый стон, такой любимый и желанный, что все нервные окончания демонского тела заявили о себе разом. Кроули схватил губами правый сосок, втягивая его, посасывая, лаская и прикусывая, его тонкие умелые пальцы продолжали при этом поигрывать левым, вынуждая ангела стонать все сильнее. Пульсация в собственных штанах явно делу не помогала. Чтобы отвлечься от нарастающего желания, Кроули начал вылизывать ангела так тщательно, что голова начала кружиться от смеси приторной сладости и пряного запаха вспотевшей кожи. Он лизал широкую нежную грудь, бархатную белую кожу, потом мягкий подрагивающий живот, все чаще задевая телом стоящую колом ширинку и понимая, что все может кончиться довольно скоро. Кроули встал на колени, быстро расстегнул светлые штаны, стаскивая я их вниз и обнажая ангела до коленей. Содержимое второго пирожного потекло тонкой полоской от пупка до паха и уже сильно возбуждённого члена. Кроули сделал несколько последних движений вокруг показавшейся головки, и, не глядя, отбросил подальше то, что осталось от второго эклера. Демонский язык покружил вокруг пупка, потом вылизал его начисто, спустился ниже, зарываясь и распрямляя жесткие вьющиеся волосы. - А вот и основное блюдо, – прошептал Кроули и крепко схватил ангела за бедра. Сначала он нежно обхватил губами только головку, оценив как ее соленый привкус смешивается с ванильной сладостью крема и добавляет всему действию пикантную остроту. Он провел по коже языком, потом спустился ниже. Скользнул долгим влажным движением по стволу и продолжил собирать крем по бокам, начиная снизу вверх, а потом обхватывая ртом член и двигаясь по нему. Осторожно касаясь зубами, вспоминая при этом как ангел, обычно довольно безуспешно, пытается как-то так победить тающее со всех сторон мороженое. Азирафаэль тем временем о мороженом и не думал. Запрокинув голову, он опирался руками на край стола, стараясь не упасть, сжимая пальцы и едва оставаясь в сознании. А демон сосал, вкладывая в процесс все свое умение. Он выпускал иногда член изо рта, возвращался к его основанию, чтобы слизать смешанные со слюной сладкие подтеки, и тут же снова брал глубоко в рот, вращая языком вокруг, заглатывая и потираясь небом. Чувствуя, как учащено задышал ангел, Кроули вытер ладонью губы и скомандовал: - А теперь попробуем, какой ты на вкус с другой стороны. Он развернул Азирафаэля лицом к столу, внимательно следя, чтобы тот не запутался в собственных штанах. Потом несильно нажал на его поясницу, укладывая животом на прохладную поверхность. Поглаживая его по заднице, он потянулся за третьим эклером. Надавил, выписывая молочной струйкой какое-то неизвестное слово на спине и пояснице. - А теперь приподними-ка мою любимую часть тебя. Ангел прогнулся в спине и почувствовал, как крем потек на его ягодицы, затекая и между ними. Кроули немного оттянул одно полукружие, помогая ванильной сладости хорошенько все смазать. Очередное смятое тесто отправилось на пол. - Ну вот и мой десерт! - довольно проурчал Кроули. Горячий язык коснулся белой кожи, не избалованной такой лаской, и ангел выгнулся ему навстречу. Кроули работал языком и губами, стараясь не пропустить ни одной тающей капли. Он раздвинул ягодицы и вылизал все, что так старательно размазывал минуту назад, каждый раз стараясь посильнее надавить на тугое кольцо кончиком языка. Не обращать внимания на собственное возбуждение стало совершенно невозможно. Демон встал и расстегнул штаны, стянул их настолько, чтобы освободить член. Немного снял напряжение парой движений, целуя при этом покрасневшую и влажную от возбуждения спину Азирафаэля. Потом прижался членом к мягкой заднице, и это моментально свело на нет все усилия по расслаблению. И, оказывается, силы заканчивались не у него одного. - Кроули, если ты не прекратишь, я… сделаю все сам…. но я хочу, чтобы ты… хочу с тобой... Второй раз просить не пришлось. Он пристроился сзади. Мазнул по члену остатками крема, смешанного с собственной слюной, и, крепко схватив Азирафаэля за бедра, вошел в него. Долгий стон подтвердил, что желания ангела Кроули более чем угадал. Медленно, растягивая удовольствие, он вышел почти полностью и снова резко двинулся вперед. Рубашка липла к телу, но сил оторваться от стонущего Азирафаэля и скинуть ее с плеч уже не было. Сдернув ангела на край стола, он дотянулся до его члена, сделал несколько скользких движений, и тихо зарычал, когда ангел со стоном кончил в его кулак. Он нагнулся, полностью ложась на горячее тело, обнимая его и почти приклеиваясь к влажной коже. Кроули быстро двигал бедрами, ритмично, сильно, резко, вкладывая в каждое движение всю свою силу и страсть. Кончив, он прильнул к Азирафаэлю еще сильнее. Сквозь пелену удовольствия Кроули попытался понять, что тот сейчас шепчет, но кроме своего имени не смог уже ничего разобрать. Они лежали потные и уставшие на столе, пока Кроули не догадался, что вряд ли ангелу нравится так долго лежать голым на твердом столе, да еще и придавленным сверху тяжелым костлявым телом. Он коротко поцеловал лохматую макушку, а потом шею и спину ангела, аккуратно вышел и помог ему выпрямиться. Крепко обнял, прижимаясь снова к вспотевшей спине. - И как тебе мои эклеры? – прошептал Азирафаэль. Кроули, удержавшись от пошлой шутки, решил, что сейчас он не в состоянии удачно съязвить, а язвить абы как он себе никогда не позволял. - А, знаешь, очень неплохо, - признал он. - Их я готов есть хоть каждый вечер, если ты будешь мне их так подавать. Только ванили можно в следующий раз вбухивать поменьше, а то мне все рецепторы на языке придется ежемесячно заменять. Азирафаэль повернулся и серьезно посмотрел в довольные змеиные глаза. - Кроули, может съедемся? - В уютный домик с белым заборчиком? – от неожиданности желание глупо шутить в самый неподходящий момент победило. - Требую, чтобы там был пруд с уточками! И курятник! Буду жить среди крылатых и бестолковых созданий! Как в раю. И… Ангел положил ладони на грудь демона, вроде успокаивая, но скорее в надежде остановить словесный поток. - Можно пока просто ко мне. У меня хотя бы есть кухня. В которой, кстати, вполне хватит места и для твоих растений. - И что я получу взамен? Кексики, булочки или эти, как их…блинчики? - Первое время в основном эклеры. – нашелся Азирафаэль. - Эклеры? – Кроули хитро улыбнулся. – Ну так это меняет дело.