Часодейный шанс или приключения Василисы по Времени...

2. «Совет часовщиков»       Вспыхнули голубые огоньки, немного тесная гостиная наполнилась мягким светом.       Напряжённая атмосфера давила своим присутствием. Все были хмурыми — некоторые даже мрачными, и лишь эмоции одной гостьи невозможно было увидеть. — Я рад вас поприветствовать в своём доме, — негромко начал говорить Нортон-старший, оглядывая каждого своим равнодушным взглядом. — Прошу вас, располагайтесь…       Он облокотился на каминную полку и почти незаметно глянул на золотые карманные часы. Время было без пяти двенадцать.       Из-за его спины выглянул Мандигор, нервно теребящий свой галстук. Он рассеянно блуждал взглядом по кабинету и не присаживался.       Серо-зеленые равнодушные глаза остановились на диване. Какая удивительная картина! Две противоположности, в открытую ненавидящие друг друга, сидели на одной мебели, пускай и по разные стороны. Елена холодно глядела перед собой и изредка морщилась, перекладывая свою раненую руку поудобнее. Её соседка в те моменты скашивала на неё взгляд и с неким довольством усмехалась, будто была готова высказать огромную благодарность тому, кто причинил женщине вред. Они одинаково облокотились на край дивана и замирали в ожидании.       В ожидании кого? Нортон усмехнулся уголком рта, будто вспомнил нечто очень интересное и очень давнее.       Белая Королева, как и всегда, опаздывала. Бонусом к ней служил и Лазарев, проводивший свой каждый день в Чародоле. И что он только нашёл там? Будто медом намазано.       Лицо мужчины ужесточилось. В тени глаз промелькнул гнев. — Мне кажется, не стоит ждать опаздывающих, — послышался вскоре ровный бархатный голос хозяина дома. — Начнём наш совет без них. — Не будь таким жестоким, Нортон, — не согласился седовласый старик — Астариус, глава Ратуши. — Белая Королева сейчас является наиболее важной персоной из нашего состава.       Тут же раздалось фырканье от распахнутого настежь окна — Чёрная Королёва явно не была согласна с ним. И как бы был рад Нортон вместе с ней продемонстрировать свою насмешливость и скептичность по отношению к Белке…       Часы на стене громко пробили время: 12:00.       В тот же момент, словно по щелчку, в воздухе появилось двое людей в серебряной дымке. С большим неудовольствием и почти несдерживаемым гневом Нортон заметил, как Лазарев держит женщину за локоть.       Едва перемещение завершилось, Константин отступил и, наткнувшись на его взгляд, еле заметно покачал головой в знак осуждения. — Простите нас за опоздание, — поспешно произнесла Лисса, поприветствовав присутствующих. — Нужно было подготовить комнаты для прибывших ключников и смотрителей.       Нортон равнодушно проводил её взглядом — женщина расположилась в одном из пустующих кресел. — Итак, состав Часового Круга переместился в Белый замок, — словно подводя итоги, взял слово Астариус. — Все ли ключники прибыли? — На данный момент возле Главной залы собрались все ребята, — кивнула рыжеволосая женщина, глядя только в его глаза. И не только потому, что вела разговор с ним. Ей явно не хотелось встречаться взглядом с другими присутствующими. — Значит, проблем с будущим проживанием ключников не возникнет, так? — вмешался Нортон. — Именно, — на какую-то долю секунды синие глаза обратились к нему. — Будут ли какие-то другие вопросы? — Вопросов нет, — вздохнул Астариус, проводя пальцами по меховому подлокотнику своего кресла. — Но от Астрагора пришла просьба. — Просьба? — кинула Чёрная Королёва, вскинув голову. — Скорее приказ, в случае невыполнения которого грядет война от Духов. — Он хочет забрать чашу Алого Цветка и наградить того ключника, который первый принесёт её ему, — продолжил он. — Так как великий Дух также является покровителем двух участников Часового Круга, он был вправе сделать данное предложение. — Я вообще не понимаю, почему нельзя было сделать тайными наблюдателями кого-то из эфларских школьников? — фыркнула в ответ на это повелительница лютов. — И теперь за это нам ещё платить. — Это было сделано в пользу Главного Часового закона — все равны перед Временем и перед друг другом. Значит, и в Часовом Круге должны участвовать представители каждого населения, — спокойно отвечал Астариус. — Но что нам делать с его просьбой? — Я думаю, всем захочется изучить Алый Цвет, прежде чем он превратится в горстку пепла, — голос Диары зазвенел от несправедливости. — И было бы очень необдуманным решением передать его Астрагору. — Что скажешь ты, Нортон? — Астариус перевёл взгляд на хозяина дома.       Он немного помолчал, как бы обдумывая ответ. — Я считаю, можно и согласиться. Для Эфлары важно загадать желание, а чаша Алого Цветка — второе по счёту дело. Если желание вдруг не исполнится, в таком случае и вовсе делить будет нечего. — А я против! — воскликнула Лисса, глядя на него. — Что за награда будет ждать Ключника? Вдруг, это ловушка?       Она отлично знала, что за подарок подготовил Астрагор. — Вряд ли Железной ключнице удастся первой пробраться к Цветку и отнести его Астрагору, — тут же едко вставила Елена. — Можете не волноваться. — А вот вам бы стоило, — пробормотала Белая Королева, но её никто не услышал. — Елена права, — взял слово Нортон. — Я уверен, чашу Алого Цвета принесёт мой сын Норт или ЗлатоКлючник, Маркус. — В этом и я не сомневаюсь, — негромко ответила она. — Но подумай хотя бы о своём сыне! Вдруг это будет он? Захочешь ли ты подарка Астрагора для него?       Нортон приподнял одну бровь. Лисса что-то определенно знала.       Неужели они с Василисой были в сговоре? — Её величество как всегда пугливо, — насмешливо прибавил он. Тогда все замолчали. — Двое против и двое за, — пробормотал Астариус. — Господин Мандигор, каков ваш голос?       Мандигор чуть не подскочил, когда его имя назвали. Он нервно посмотрел на Нортона, будто чуть задумался и ответил в пользу Астрагора. — Я соглашусь с Белой Королевой, — взял слово Константин. — У нас нет причин доверять Астрагору чашу Цветка. — Я тоже не согласна, — спрыгнула с подоконника Чёрная Королёва. — Ни к чему ему эта чаша.       Астариус покачал головой. — Мнение большинства против просьбы великого Духа. Однако, мой голос будет за. Нам не нужны лишние неприятности. — Теперь голосов поровну, — подытожил Нортон.       Все вновь замолчали. Никто не хотел уступать другой стороне. Да и каждый из них по-своему был упрям, чтобы вдруг переключиться со своего ответа. — Мы так здесь до утра просидим, господа, — наконец прервал молчание Нортон. — А наши ключники в это время дожидается присутствия её Величества, пока мы не хотим уступить друг другу.       Лисса поджала губы, отвернувшись. Она не хотела допустить смерти детей, о которых рассказала дочь, но, видимо, не все было в её силах. — Даже если мы откажемся, это не остановит Астрагора. Если он хочет получить Алый Цвет, он его получит. Хотя бы с помощью своих тайных наблюдателей, — продолжил он в абсолютной тишине. — Хорошо, — прервала его Лисса, поднимая взгляд. — Я тоже согласна. — Давайте проголосуем в последний раз, — произнёс Астариус. — Поднимите руки, кто согласен на просьбу Астрагора.       Вверх взметнулось четыре руки. За ними нехотя согласилась и Диара. Неподвижными остались лишь Лазарев и Чёрная Королева. — Значит, мы соглашаемся на его просьбу, — подтвердил седовласый часовщик. — Теперь нам необходимо обсудить цветение Алого Цветка и некое проклятие, что якобы находится в ЧерноКлюче…       Чёрная Королева исчезла в обсидиановой дымке как только совет закончился. Её примеру последовал Астариус, попрощавшись с хозяином дома. Знаком головы Нортон дал понять Мандигору и Елене, что это не место, где они могут обсуждать свои дела, и они тоже исчезли.       Константин вопросительно глянул на рыжеволосую женщину, собираясь вернуться в Чародоле вместе с ней, но та мотнула головой. Он переместился вместе с Диарой, что поклонилась Белой Королеве перед прощанием.       Остались только Нортон и Лисса. — Что тебе нужно? — холодно спросил он, не глядя на неё.       Женщина опустила взгляд и почти незаметно глубоко вздохнула. — Я не хочу, чтобы Василиса участвовала в этом сумасшедшем доме. — Это тебе к матушке, — усмехнулся он. — Её план — передать самый опасный ЧерноКлюч Василисе и тем самым пожертвовать её здоровьем во имя Эфлары. — Это неправда. Василиса выживет и останется ребенком, однако множество других жертв… Мы не можем ею так рисковать. — Ты что-то знаешь, — утвердительно произнес он, повернувшись к ней. — Видела в будущем? — Возможно и видела, — не стала отрицать Лисса. — Все очень запутанно, как и говорил Астариус, однако вероятные ветви есть. И они все до одного самые ужасные. — С моим сыном произойдёт нечто серьёзное, не так ли? — спросил Нортон, сузив глаза. — Ты слишком болезненно отреагировала на просьбу… — Нет, с ним ничего не должно произойти… Но конкретного будущего я, конечно, не знаю. — Тогда все твои рассказы бессмысленны, как и всегда, — отрезал он, присаживаясь в кресло. — Но ответь-ка мне на один вопрос… Когда вы с Василисой успели договориться?       Его вопрос застал Лиссу врасплох. Она резко дернула плечом и растерянно посмотрела на него. — С чего ты взял? — Почему тогда весь Часовой Круг попал к феям? Ведь это дело ЧерноКлюча. — Я не собираюсь отвечать на этот глупый вопрос. — Отнюдь не глупый, — возразил он, переплетая свои пальцы в замочек. — И ты прекрасно это знаешь. Ну ладно. Не ты, то Василиса сама признается. — О чем ты? — Я собираюсь навестить её. Буквально сегодня-завтра. Ты ведь разрешишь? — насмешливо прибавил Нортон.       Лисса выпрямилась. — Разумеется, — холодно ответила она, растворяясь в белоснежной дымке.       От только что стоявшей на ковре женщины остались лишь драгоценные камни — одни бриллианты, синие аквамарины и несколько алых рубинов. Глаза Нортона-старшего потемнели от злости и он покинул кабинет, громко хлопнув дверью.

***

Глава 3. Ключники. — Спасибо, что на этот раз без покушения на жизнь, — пошутил Фэш, проходя внутрь и садясь на стул. — Сколько ты еще будешь мне припоминать? — недовольно буркнула девочка, вновь сливаясь с цветом своих волос. ... Похоже, он был готов владеть абсолютно любым Ключом, даже если это Черный, тот, что хранит проклятье... ... Марк с удивлением смотрел на нее, но тут же принялся успокаивать ее брата... — До следующей встречи, Ог… — он на мгновение запнулся, но тут же усмехнулся. — Василиса...