Большая медведица

— Сокджин? Я домой. Бармен оглянулся через плечо, продолжая ловко нарезать лайм. Тэхён стоял рядом со стулом, на который свалил свои вещи, и лениво пытался замотать вокруг шеи скользкий шарф, слишком тонкий для холодной зимы. Пусть предпраздничные дни в этом году выдались почти бесснежными, мороз все равно с полной ответственностью пробирал до самых косточек, не давая ни на секунду забыть, что вокруг царит лютая зима. — Эй, чего ты? Только полночь, а ты уже линяешь? Останься. Тэхён хмуро глянул на собеседника, отлично выразив всю свою усталость. Даже растрепавшиеся темные волосы подчеркивали его измученное состояние, нежелание продолжать пытки. Скривив губы, он выдавил: — Я не хочу здесь оставаться, — парень резким движением накинул куртку, но застегивать не стал. — С чего эти ущербные людишки взяли, что я их друг? — Они не считают, что ты их друг, — с добродушной усмешкой ответил Сокджин, пожав плечами, — они просто хотят, чтобы так было. Ходит легенда, юный падаван, что дружить с сыном хозяина клуба очень удобно и выгодно… — Выгодно? — недовольно прищурившись, грубо переспросил Тэхён, сложив руки на груди. Неприятно было почувствовать себя разменной монетой. — Но что им может быть выгодно? Я не проведу их в клуб бесплатно, не куплю им выпивку за счет заведения, я ни… — Не в ту сторону мыслишь, — протянул Сокджин, искоса глянув на девушку, подсевшую на соседний стул. Она даже не глянула на бармэна, стала прихорашиваться, глядя в мелкое зеркальце, значит, и выпить не хотела, только отдохнуть. — Их интересует территория. — В каком плане? — совершенно растерялся парень. — Останешься — расскажу. — Зараза. Тэхён цокнул языком и стал с недовольным рычанием снова раздеваться. Когда он через несколько минут вернулся к барной стойке без вещей, Сокджин уже во всю готовил какие-то фруктовые коктейли для шумной девичьей компании. Девушки тихо посмеивались, переговариваясь, и кокетливо строили бармену глазки. Лениво оглядывая клуб, он видел всё ровно то же самое. Жеманные девушки, изящно водящие плечиками под музыку; элегантные дамы, красиво отбрасывавшие назад пряди длинных шелковистых волос, шумные и совершенно беспардонные молодые люди… и пара серьезных бизнесменов, заходивших иногда, чтобы отдохнуть, еще недавно они только планировали заключать сделку, сейчас уже праздновали открытие третьего совместного магазина. В углу же, в одной из кабинок, отгороженных темным матовым стеклом с узорами и черно-красными нитяными шторами с бусинами, сидели его «друзья». Тэхён видел всех и каждого сквозь темное стекло. Тэхён ненавидел всех и каждого. Впрочем, нет, был и один незнакомый. Присмотревшись к новому лицу, парень хмыкнул и отвернулся. — Еще одного притащили, — бросил он, наблюдая за ловкими движениями бармэна. — Они-то? — спросил Сокджин, кивнув на шумную компанию. — Этот парень не столько с ними, сколько сам по себе. Он здесь с разными ребятами бывает. — Еще лучше. Так что там с территорией? — Секунду… — Сокджин выставил перед девушками их заказы, смахивавшие на самую настоящую радугу, перекинулся парой фраз, сосредоточенно проводил взглядом и только после этого вернулся к разговору. — Что ты слышал про наши местные уличные банды? — Про наши что?.. — Ясно. Ничего не слышал. Это что-то среднее между детской забавой и настоящей мафией. Тэхён прыснул со смеху, представив своих знакомых в образах мафиози из фильмов. Пожалуй, не тянули они на подобное, скорее уж детская забава… Однако странная тема его заинтриговала, поэтому парень внимательно слушал. — И некоторые банды, почти все, интересуются подобными точками. Клубами, кафе, разными местами, знаешь… Живо интересуются. Ведут своего рода борьбу. — Они что, хотят взять моего отца под контроль и получать с него прибыль? — рассмеялся Тэхён. Нет, такой вариант не казался ему реальным. Шайка мальчишек против его отца… да еще и телохранителей отца… Это же жалкие щенки шпица против натренированных доберманов. — Нет, ни о какой прибыли речи не идет. Захватывать или крышевать никто не собирается. Это скорее просто условное обозначение. Наша территория. Куда другим вход закрыт. Здесь можно собраться, отдохнуть, обсудить дела. И затеять драку, если сунется кто-то чужой… Тэхён смотрел холодно, вздернув уголок губ, оценивающе оглядывая фигуры, раздражающе копошащиеся возле кабинки. Глядя на забрызганный чем-то алкогольным ворот рубашки одного из парней, он неосознанно поправил тонкий галстук. — Не получат они этот клуб. Даже условно. Они без уважения относятся к чужому творению. Сокджин облокотился на барную стойку рядом с ним, тоже присмотревшись к компании в углу. Один из парней нахально дергал нитки штор, другой сидел на спинке дивана, третий беспардонно закинул ноги прямо на низенький столик из черного стекла. Тэхён выпрямился, глядя на все это безобразие как бы сверху вниз. — Без уважения, — повторил он, отворачиваясь. — Не все, — с улыбкой добавил Сокджин, когда тот самый новенький, которого Тэтэ не знал, грубовато спихнув со стола ноги приятеля, вышел из кабинки. Тэхён увидел это самым краем глаза, но все же замер, наблюдая. Следом за ним юркнула какая-то торопливая, слегка неуклюжая девушка с длинными светлыми волосами. Она пыталась о чем-то поговорить с уходящим парнем, цепляя его проворными ручками за жилетку, а волосы постоянно лезли в лицо и мешались, приходилось поправлять и виновато улыбаться на растерянное удивление собеседника. — А это еще кто? — Ее я и сам в первый раз вижу, — тихо ответил бармэн, тоже внимательно наблюдая за тем, как парень в жилетке нехотя позволяет втянуть себя в танец. Похоже, девушка целиком и полностью состояла из неловкостей, но это лишь придавало ей какого-то трогательного очарования в глазах окружающих. Она чувствовала себя в своей тарелке, видя снисходительную улыбку и добродушные смешки. И все же парень не переставал отводить взгляд, похоже, отчасти разделяя чувства Тэхёна к этой компашке. — С каких пор у нас ставят медляки? — С тех самых, как эта крошка минут десять страдала, упрашивая диджея. Сам понимаешь, этот бабник не мог отказать такой милашке… — Милашке? — Что-то в ней есть, согласись. — Два бокала шампанского в ней есть, — фыркнул Тэхён. — Скажешь, не в твоем вкусе? — Сокджин осторожно пихнул приятеля в плечо, тот только отмахнулся, скривившись. Исчерпывающий ответ. — Тогда чего ж ты так пялишься на нее? Парень только усмехнулся, загадочно улыбнувшись. — Если она не в моем вкусе, это еще не значит, что она мне не пригодится… Не говоря больше ни слова, Тэхён резко встал с высокого стула и, выпрямившись, спрятав руки в карманы брюк и, как обычно, напустив безразлично-презирающий вид, уверенно зашагал к противоположной стене прямо через центр зала. Блондиночка его даже не заметила, увлеченно рассказывая что-то. А вот парень, в задумчивости не слушая ее рассказов, разглядывал внимательно — Тэхён видел, хотя не отрывал взгляда от девушки ни на секунду. А когда оглянулся, чтобы еще раз увидеть серебристую заколку в волосах, резко одернул себя, будто испугавшись, — парень все так же провожал его мягким взглядом, повернув голову и молча на все вопросы партнерши по танцу. С ней были лишь его плавные движения, все мысли были заняты чем-то иным. Ужасно захотелось остервенело почесать спину, моментально покрывшуюся непривычными мурашками, но Тэхён просто передернул плечами, взял себя в руки и с холодной улыбочкой остановился у знакомой кабинки, отодвинув одной рукой звякнувшие стеклярусами и бусинами нитки штор. — Слез со спинки, — вместо ответа на разноголосое приветствие, бросил Тэтэ, усаживаясь на свободное место. Парень в углу поддержал общий смех, но все же уязвленно опустил взгляд, сползая на диван, прямо туда, где только что стояли его ботинки. Тэхён сморщил нос, оглядывая собравшихся и улыбнулся, увидев среди них Чонгука. Разговор еще мог стать не безнадежным. Бессильно зажмурившись, Тэхён бросил на третье подряд «мы тебя весь вечер искали»: — У меня были дела. — Дела? Какие еще дела, когда друзья… — У всех нормальных людей бывают дела, — перебил Чонгук, вероятно, видя, что Тэхён такой наглостью недоволен. — Это только ты вечно свободен, как птица. — Ладно, черт с ними, с делами. Отдохни с нами! Разговор завязывался медленно, неохотно и с какой-то совершенно не той стороны. А блондиночка между тем, похоже, уговорила парня на еще один танец, чему Тэхён только усмехнулся. — Вы сегодня с новенькими, — все продолжая смотреть то на танцующих, то на столик, куда угодно, но только не на собеседников. — Что за странная парочка в светлом? — Джуна, — протянул один из парней, вложив, очевидно, в это слово все свои самые грязные мыслишки по поводу той самой блондинки в коротком облегающем платье. — Эй, только слюни не пускай на диван, — усмехнулся Тэхён, — девчонка занята уже. — Да нет, — Чонгук коротко глянул на объект обсуждений. — Они не встречаются, вообще впервые встретились сегодня. Просто никто больше не согласился танцевать. Поэтому Чимин за всех страдает. — Страдает? — Джуна милашка, — пояснил Гук с теплой улыбкой, — но все же она… ходячая катастрофа. И если Чимин выдержит ее сегодня, я буду его уважать еще больше. Сам видишь же, какая неугомонная. — И все же, кто они, откуда, что они? — Чимин учится со мной в одной школе, — самодовольно влез в разговор один из парней. — Только он старше меня на год, в выпускном классе. — Я его на соревнованиях часто вижу. Он бегом занимается, всегда в призерах, кстати. Так вот, каждый год встречаемся на городских соревнованиях. — Ты, что ли, бегом занимаешься? — рассмеялся кто-то, остальные поддержали. — Не ври уж. — Я прихожу болеть за своих, идиоты. — Кстати, да, я тоже его там видел. Осенью. Он второе место занял, кажется. — Не знаю, что там с бегом, знаю только, что он на географический поступать собирается. Он как-то на олимпиаде меня всего на пару баллов обошел… — Да ты ботан… — Не я ботан. Чимин! Он сидел рядом со мной на награждении. Позади, видимо, друг его сидел, эта парочка не затыкалась вообще. И я многое узнал. Чимин рассчитывал место на шестое, оценивая соперников, получил, кстати, — третье. Передумал поступать в столицу, решил у нас в городе остаться. Девушка, вручавшая награды показалась ему очень милой, но слишком серьезной. «Кстати, та книга о войне, которую ты давал, да, сильная», — это парню, сидевшему позади. Дальше они стали обсуждать книгу. Пф, вот уж, кто ботаны. — Люди хотя бы читать умеют, — неприязненно сморщив нос, ответил Тэхён. — Как это называется, когда человек и спортом занимается, и в олимпиадах места занимает, и книгами интересуется? — Выпендрежник. — Активист. Везде ему дело есть, везде надо засветиться. — Зато не быдло вроде некоторых, — философски пожал плечами Чонгук. Тэхён даже разочаровался, услышав ответный одобрительный смех. Неужели, не понимали, что речь о каждом из них, а не о конкретном недовольном? — Ладно, а что с Джуной? — устало перебил он. — Из столицы приехала. В гости, кажется, то ли к тетке, то ли к приятельнице, я не понял. — Веселая… — И это все? — удивился Тэтэ, не услышав никакого продолжения. Парни переглянулись, но ничего не добавили, только покивав. — Все остальное ты видишь сам, — вздохнул Чонгук. — Хм. Тэхён задумчиво перевел взгляд. Джуна уже спешила к ним, к кабинке, ведя все еще терпящего ее Чимина за собой за руку. Все так же совершенно не грациозно, покачивая бедрами, обтянутыми светло-голубой тканью, постоянно оглядываясь и не переставая болтать. — Что-то по вашим описаниям Чимин показался мне куда более интересной личностью, — заключил Тэхён, поднимаясь. Он не собирался оставаться здесь дальше. Все, что хотел, он уже узнал, лишнего ему нужно не было. Кивнув кокетливо улыбнувшейся Джуне, столкнувшейся с ним у самого входа в кабинку, Тэхён придержал нитяные шторки, пропуская девушку вовнутрь, и зашагал прочь, лишь обменявшись с Чимином любопытствующими взглядами. Бездумно насвистывая и оглядываясь по сторонам, он опять прошел через зал, спокойно, лишь избегая соприкосновений с танцующими, уселся на любимый стул у барной стойки, крайний самый левый, и вздохнул, поставив четкую точку в своем деле, небольшой вылазке. Пользы от нее было не так уж много, но уже больше, чем он смел надеяться. Информации почти никакой, зато удалось рассмотреть вблизи… — Вернулся, — искренне обрадовался Сокджин. — Я думал, что ты все же домой сбежал. — Выяснял кое-что, — самодовольно улыбнулся Тэхён, сложив руки на груди и приподняв одно плечо. — Добывал себе информацию. — И что ты о ней узнал? — Совершенно безнадежный вариант, как я и предполагал… — И? — И, да, Джуна зовут, как мою престарелую соседку, — Тэхён еще раз оглянулся через плечо. Не столько чтобы что-то увидеть, сколько ради того, чтобы избежать внимательного взгляда Сокджина. — А вот парня зовут Чимин. Красиво звучит, да? Сокджин согласно промычал, хмыкнул и тихо рассмеялся, возвращаясь к работе. Тэхён недовольно нахохлился, с возмущением глядя на бармэна, разливающего виски для каких-то и без того безнадежно пьяных мужчин. — Что смешного? — Ничего. Просто… познакомиться не рискнул? — Не сейчас. — А такой весь суровый и серьезный на первый взгляд. Решительный. Как внешность обманчива, оказывается, — Сокджин пододвинул парню стакан, в котором было совсем немного виски, и с улыбкой кивнул. — Нет-нет, я не буду, — решительно отрезал Тэхён, вскинув ладони. — Я не собираюсь сегодня ни с кем знакомиться. Не думаю, что это вообще нужно. — Почему бы и нет, если нравится? — Да не нравится она мне! — А я и не про нее… Тэхён поджал губы, в который раз оглянувшись на кабинку в дальнем углу. Джуна пританцовывала на месте, держа в руках очередной бокал шампанского, Чимин же в этот момент сосредоточенно пытался отцепить от нее несколько ниток шторки, зацепившиеся за украшения на платье, и постоянно одергивал девушку, видимо, прося постоять спокойно. Да, определенно, что-то в этом зрелище было… — Не сегодня, — вздохнул Тэхён, поняв, что совершенно не чувствует в себе сил терпеть в конкурентках за внимание Чимина эту странную шебутную девицу. — Если нам суждено познакомиться, то мы еще встретимся, вот что я думаю… — Не упусти, — усмехнулся Сокджин. — В судьбу может неожиданно превратиться то, что кажется просто приятным знакомством…

***

— Тэхён?! Ты почему еще здесь? В небольшом помещении это прозвучало слишком громогласно и угрожающе, любой бы испугался. Даже ящики с бутылками и коробки с фруктами, кажется, насторожились, ожидая чего-то страшного. Тэхён неосознанно поджал плечи. — Да, ты прав, — затараторил он, заметавшись с чашкой кофе, не зная, куда себя деть. — Мне давно пора быть дома, а я тут… — Тэтэ, ты почему такой упертый? Как баран, честное слово. Чимин весь вечер скучает один, а ты к нему так и не подошел… — Но, Сокджин. Я не могу так просто взять и пристать к человеку. — А ты не приставай. Просто познакомься, — бармэн почти за шкирку вывел упирающегося парня из подсобного помещения и усадил на стул за барной стойкой, добавив в его кружку чего-то, резко пахнущего алкоголем. — Всю неделю ты отпираешься, ссылаясь на каких-то посторонних, которые тебе мешают. Так? Тэхён неохотно кивнул, все продолжая пытаться изображать невозмутимость и безразличие. Но из кружки все же хлебнул, тут же чуть скривившись от резко изменившегося вкуса кофе. Да, он стал появляться в клубе отца чаще, чем обычно. Намного чаще. Каждую ночь. И связано это было вовсе не с каникулами, как предполагала скучавшая в одиночестве мать, не с желанием помочь и втянуться в дело, как надеялся разгордившийся будущим приемником отец. Он половину вечера просиживал на любимом стуле, который уже никогда и никто не рисковал занимать, дабы не испытать на себе гнев парнишки, который, очевидно, не без оснований чувствовал себя в клубе, как в родном доме… Вторая же половина вечера проходила куда более активно. Тэхён то порывался уйти домой, то незаметно проскальзывал в подсобное помещение, чтобы отдохнуть и собраться с мыслями, то ныкался по кабинкам у стен, избегая надоедливого бармэна, то вовсе заваливался в кабинет отца, чтобы уж точно никто его не достал. Благо, в комнате сам отец почти не бывал, — вечно какие-то дела уводили его — зато была кровать с балдахином, мягкой периной и пышными подушками. Кабинет-мансарда вообще больше походил на спальню, только в углу скромно ютился рабочий стол с небольшим стенным шкафчиком. И эту самую спальню-кабинет и Тэхён, и его отец отчаянно любили, в карты разыгрывая, кому выпадет честь занять кровать, если оба оставались в клубе. Но в тот вечер отец был полностью погружен в работу с документами, раскинулся не только на столе, но и на полу, на кровати, на широком подоконнике — спальня была оккупирована, приходилось шататься по первому этажу. И уйти бы домой давно, но где-то внутри все еще жила надежда, что хватит сил собраться с мыслями. — Сегодня он один. Весь вечер. Даже не танцевал ни с кем. Чего же ты еще ждешь? — Не знаю… — пожал плечами Тэхён, резко допив свой чрезмерно алкогольный кофе и зажмурившись, но тут же подставив бармэну кружку. — Знака свыше? — снова наполняя белоснежную кружечку, предположил Сокджин. — Но ведь этих дурных знаков полно. Может быть, пинка под зад? Я готов… — Совсем обнаглел? Попридержи свои лакированные туфли, пинать он меня собрался. Я жду… подходящего момента. Сокджин вскинул брови, медленно наливая из бутылки без всяких этикеток что-то темное. Тэхён недоверчиво поджал губы, но отказываться не стал. Отец говорил ему недавно, что закупил отличный вишневый… то ли бренди, то ли что-то еще… давно пора хотя бы почитать про алкогольные напитки, подумалось тогда парню, хоть как-то научиться вести с ними беседу. На вкус оно вообще оказалось странным, просто крепким, крепким и только. Может быть, немного с горьковатым привкусом, не более, зато душило знатно. — Чем этот момент не подходящий? Тэхён медленно повернулся на стуле, держа в руках блюдечко и чашечку с алкоголем, в наименовании которого так и не разобрался. Чимин стоял у одной из кабинок, лениво переговариваясь с Джуной, которая теперь иногда мелькала в клубе. Девушка тоже особого интереса не проявляла, просто поддерживала беседу, лишь бы не идти танцевать. За ту неделю усиленных наблюдений Тэхён сделал странный вывод, что она не так безнадежна, как ему показалось из разговора с парнями. Да, неуклюжа, болтлива, навязчива; но и добра, отзывчива, мила. Тэтэ даже успел пару раз поболтать с ней, совершенно не почувствовав той пустоты, что создавало общение с не сумевшими рассказать о ней друзьями. Но все ее достоинства меркли и бледнели на фоне… впрочем, что тут рассуждать? Ее присутствие было отличной отговоркой. — Этот момент не особенный. Вот. — Магии не хватает. — Ага. Точно… — Тогда, мой юный самурай, — тяжко вздохнув, сказал Сокджин, закатывая рукава, — сегодня я буду твоей Феей Крестной. Приготовься увидеть магию… — он кашлянул в кулак и, сложив ладони рупором, крикнул через весь зал: — Чимин! Тэхён испуганно дернулся, поняв, что даже через громкую музыку Чимин не мог не услышать этого вопля. Действительно, парень удивленно оглянулся, ища того, кто его звал. Разумеется, взгляд его скользнул и по Тэхён, которого добрый приятель в тот момент от души пихнул в спину, радостно добавив: «Действуй, герой!» Но Тэхён лишь невозмутимо отряхнул облитые брюки и, важно вздернув нос, спокойно ушел куда-то в сторону лестницы, ведущей на второй этаж, провожаемый двумя растерянными взглядами.

***

— Ты жалкий трус, Тэтэ! — возмущался Сокджин, не отпуская парня, которого нахально держал за шкирку. — Я, твоя фея, крайне разочарован. Как так можно? — Пусти. Я же сказал, что потом… Оставалось только поражаться, как в такой яростной борьбе, уворачиваясь, брыкаясь и пытаясь сбежать, Тэхён умудрялся все еще держать в руках несчастные блюдце с чашечкой, даже не приливая больше ни капли. Сокджин был твердо намерен вернуть парня в зал, так что упираться приходилось изо всех сил. — Зачем «потом»? Скажи прямо — никогда. Тэтэ, я бы оставил тебя давно в покое, но я… не могу же я тебя бросить страдать в одиночестве. — Чего?! — Того. Я вижу, как ты из-за каждого угла на него пялишься. Удивлюсь, если ты еще не знаешь, где он живет. — Не знаю… Сокджин отпустил парня, и тот выпрямился, глядя прямо, с вызовом. Как будто это не он только что, как нашкодивший ребенок, брыкался и верещал, требуя свободы. В коридоре у лестницы они были одни. В зале их не слышали, разумеется, но вот в кабинете, возможно, отцу и были слышны ругань и спор. Оба парня надеялись, что хозяин клуба слишком занят работой, чтобы обращать внимание на лишние шумы за дверью. — Что не так? Тэхён вздохнул, задумчиво нахмурившись. Осторожно хлебнул свой напиток и неопределенно пожал плечами, стараясь не выглядеть слишком жалко. — Ты когда-нибудь встречал свой идеал? — Ч-что?.. — Чтоб вот прям все было так, как тебе нравится, прям до последнего штришка, до последней черточки. И аж придраться не к чему. — Все настолько серьезно?.. — Как можно просто взять и предложить себя, когда перед тобой идеал? Парень хмуро, но как-то возмущенно посмотрел на собеседника. Его не понимали в таком простом вопросе. И Сокджин четко осознал, что спорить бесполезно. Он мог бы начать уверять, что стоит хотя бы попробовать, или напомнить, что идеальных людей не бывает. В крайнем случае мог бы попытаться заверить Тэхён, что ему очень даже есть, что предложить… Но вместо этого он просто еще раз тяжко вздохнул, размышляя, как быть. — Может, просто выпьешь еще для храбрости? — Выпью, — кивнул Тэхён. — Но знакомиться не пойду. — Хорошо, хотя бы выпей… Сокджин открыл дверь и пропустил парня вперед. В шумном зале ничего не изменилось, пока их не было. Охранник все так же стоял у барной стойки, лениво прислонившись к стене и следя, чтобы посетители не самовольничали во время отсутствия бармэна. Чимин все так же мялся у кабинки, но теперь разговор, похоже, совсем не клеился. Тэхён покачал головой и спешно занял свой крайний стул. Сокджин проворно плеснул еще алкоголя, пытаясь втянуть парня в какой-нибудь отвлеченный диалог. Потом плеснул еще, еще. Скоро Тэхён уже и сам с азартом и увлечением рассказывал дурацкие истории из школьной жизни. А Сокджин обслуживал редких покупателей и все ждал того самого, подходящего момента, волшебного и особенного. И вдруг понял, закончив оформлять очередной коктейль, что Тэхён в очередной раз слинял. Крайний стул был пуст. Сокджин разочарованно вздохнул, но тут же замер. Тэхён неторопливо, но пока еще вполне твердо шагал через зал, все продолжая держать перед собой белоснежную кофейную чашку. В тот момент он видел шумную толпу совсем по-новому — не видел вообще. Просто не замечал. Целенаправленно шел к парню в знакомой жилетке. И Чимин, и его собеседница внимательно наблюдали, не в силах понять, к кому именно он идет… — Добрый вечер, — как-то слишком холодно и неохотно, чтобы назвать такое приветствие вежливым, выдавил Тэхён. Девушка усмехнулась и поспешила уйти, не желая связываться с сыночком хозяина, начавшим разговор сразу с таких интонаций. Тэтэ проводил ее взглядом, бросив: — Ну и катись, не к тебе шел вообще-то… — Так это ты меня звал? — Нет. С чего бы мне тебя звать? — Действительно… — Так ты из уличной банды, что ли? — Я… — Клуб мы вам не отдадим, имей в виду. Он только наш, больше ничьей территорией он не будет. Так что не суйтесь. — Это ты мне угрожаешь? Тэхён удивленно уставился на собеседника. — Вообще-то я за другим пришел, — вздохнув, признался он. Парень вдруг стал таким грустным, что Чимин не сдержал веселой усмешки и был очень рад, когда Тэтэ, не заметив этого, продолжил: — Я не имею понятия, что вообще можно предложить, когда перед тобой твои идеал, поэтому я просто спрошу, не хочешь ли ты выпить кофе… нет, лучше не кофе… чего-нибудь? Он невозмутимо пригубил напиток из чашки, держась слишком по-светски для такой ситуации. Чимин с трудом сдерживал веселье, наблюдая за его стараниями, но все же рассмеялся, когда в затылок парню прилетел свернутый лист бумаги, и мужчина в деловом костюме, важно прошагав мимо, бросил что-то вроде «скоро вернусь» и пихнул в плечо, от чего «кофе» расплескался по белой рубашке, без того уже пострадавшим брюкам и полу. — Да, да, я не откажусь, — как только мужчина скрылся из виду, торопливо заверил Чимин, спеша отвлечь нового знакомого от неприятности, с улыбкой отряхивая капли с его пиджака. — Мы вполне можем выпить… чего-нибудь. — Так, — рассеянно сказал Тэтэ, наблюдая за чужими руками, — согласие получено. Что надо сделать после? — Видимо, выпить чего-нибудь, — любезно подсказал Чимин. Тэхён согласно кивнул и одним глотком допил остатки алкоголя из кружки, но тут же растерянно нахмурился, не зная, как быть с пустой посудой. — Меня Тэхён зовут, — вдруг сказал он, пожав плечами и решив, что терять уже нечего. — Собственно, да, познакомиться я и хотел. Давно хотел. Интересный ты очень. — Я Чимин. И я из уличной банды, да, но нам не нужен этот клуб. Я прихожу сюда только отдохнуть и завести знакомства, так что рад, что ты все же решился. — Решился? Ни… — Я видел тебя. Ты всю неделю с меня глаз не сводишь. — Весьма самонадеянное предположение. — Как твой идеал я могу позволить себе предположить, что ты наблюдал все это время именно за мной, а не за моими собеседницами, — весело заявил Чимин. — Ты слишком много о себе возомнил. Чимин согласно кивнул, пожав плечами. И Тэхён понял, что сам дал ему повод возомнить столько, на сколько хватит фантазии. Должно быть, слишком откровенным был интерес, слишком не скрытным поведение, слишком пристальными и частыми взгляды. Разумеется, такое внимание трудно было не заметить. А вот тот факт, что подобное внимание не оттолкнуло, не напугало, а заставило польститься, наводил на приятную мысль. Тэхён искал подтверждение взаимности интереса? Вот оно. Идеальное подтверждение. — Идем, идеал, — Тэхён отвернулся и уверенно зашагал к своему обожаемому стулу, с которого старался не сводить взгляд. Танцующие недовольно расступались, а Чимин спешил следом. Остановившись у бара, Тэтэ с тоской посмотрел на парня, занимавшего соседний с его стул, немного поразмышлял и попытался попросить освободить. Когда парень, не выказав никаких признаков адекватности и способности вести диалог, промычал что-то в ответ, видимо, отказываясь, Тэхён беспардонно спихнул его одним легким движением, прошипев: — Пошел вон, Юнги, а то опять охрану позову. — Эй, это как-то грубовато, — пробормотал Чимин, все же усаживаясь на освободившийся стул и провожая взглядом уходящего парня. — Не обращай на него внимания. Он просто местный алкаш… — И это мне говорит человек, который из кофейной чашки чистый коньяк хлестает, — улыбнулся Чимин. — Коньяк? Коньяк так коньяк. Сокджин? Сокджин, ты вообще где? Бармен, как черт из табакерки, высунулся из-под стойки, облокотившись на нее, подперев подбородок ладонью и с любопытством рассматривая «посетителей». С не меньшим любопытством он наблюдал и после, когда эта парочка, чинно ведя светскую беседу об искусстве, попивала из маленьких белых чашечек вытребованный коньяк, постоянно срываясь на смех. Мешать такой идиллии совершенно не хотелось, так что бармэн лишь осторожно подливал им еще, все больше и больше раскрепощая атмосферу, пока не решил вдруг, что с ребят хватит. Ни Тэтэ, ни Чимин, разумеется, не заметили, когда в их чашках вместо алкоголя оказался вишневый сок, уж слишком увлечены были… да и без того уже успели ощутить на себе действие коньяка в полной мере. — Кажется мне, я перестарался, — пробормотал бармэн, с тоской глядя поочередно то на одного, то на другого. Тэхён и Чимин удивленно посмотрели на него. Разговор у них шел легко, непринужденно, как у старых друзей. Сокджин не переставал поражаться и только надеялся, что точно так же эти двое будут ладить и на трезвую голову. — Ой, а время-то сколько? — пробормотал Чимин, оставив свою чашку и ища что-то по карманам. — Половина четвертого утра. Детям спать давно пора, да, Тэтэ? Несовершеннолетним мальчика пора спать. — Если в сопровождении совершеннолетних, то можно и не спать, — усмехнулся Чимин, выпрямившись и, похоже, совершенно забыв о том, что искал. — Так что… этот — со мной. — Я буду ночевать на верху. Кстати, из окна на мансарде видно Большую Медведицу. Хочешь посмотреть? — Медведицу? Да, кажется, это именно то, о чем я весь день мечтал. Идем, покажешь.