Крыши ночного Мондштадта

      Есть особый шарм в том, чтобы напиться в зюзю, случайно зацепить ногой бутылку дорогого вина, чуть не сломать лиру, а потом быть выгнанным на балкон, чтобы либо протрезветь, либо уйти отсюда наконец, но так и застрять там, глядя на крыши ночного Мондштадта.       Они светятся.       Они скрывают корку тени под собой.       Они охраняют своих жителей.       Венти тоже светится и охраняет своих жителей, а его тень по совершенно неприятному стечению событий была отброшена далеко в прошлое. Крыши ночного Модштадта не пьют, потому что они сильные, им это не нужно. И они не играют на лире. Кто знает, может, были бы у крыш руки и слух — они смогли бы защитить друг друга от всех напастей? У Венти есть руки, слух и лира, но почему-то он не смог защитить слишком многих. Значит, дело не в лире. И не в слухе. Может, в вине?       Все дело в вине — так сказал Кэйа.       Конечно в вине. Вино. Вина. Испытывают ли крыши ночного Мондштадта вину? Хотя бы за то, что пара их соседей когда-то была разрушена. Или за то, что видели на своем веку множество грабежей, убийств и несправедливости — но не смогли ничего сделать. Хоть в чем-то Венти превосходит светящуюся ночную черепицу. Хотя, может, у них просто не было шанса?       Крыши ночного Мондштадта никогда не спят.       Они все слышат.       Крики, разговоры.       Шепот, мысли.       Кто-то вновь напился под крышами ночного Мондштадта и рад — как никогда рад тому, что видит их вновь. И счастлив, что его город под безмолвной защитой. И улыбается единству, которому не требуется облачение в слова. Тот, кто един с ветром — един со всем миром.       Мир. Время.       Веннесса. Революция.       Крыши ночного Мондштадта не застали произошедшего. Может, поэтому они сильные?       Есть определенный шарм в том, чтобы сбежать с балкончика таверны, но не в лес — а под крыши ночного Мондштадта, и там бродить до утра, когда их свечение уже и нельзя будет заметить, и попадаться на глаза лишь редким пьяницам, которые, увы, не будут способны отделить землю от небес. Да и Венти сам не знает, способен ли он, и не лежит ли сейчас на камнях площади, смотря в далекое небо. Но он счастлив.       Потому что над ним тихо нависают крыши ночного Модштадта.