Офицер

– Доброго дня, офицер, – как гром среди ясного неба услышал Кэйа, только вошедший в помещение, и крупно вздрогнул. «Офицер». Дилюк зол, зол на него, очень зол. Хуже только когда он называл его «братцем», вот тогда всё, капец: беги со всех ног, хотя можешь и не бежать, огненный феникс всё равно догонит и хорошенько так поджарит. А так, с «офицером» еще есть шанс, что не убьют, по крайней мере, на месте, хотя неделя холодной одинокой узкой койки в общежитии Ордо Фавониус вместо широкой и удобной, горячей от прижавшегося к нему тела кровати на винокурне Рассвет ему почти гарантированно обеспечена. Кэйа на всякий случай всё же сделал шаг-другой назад, судорожно пытаясь припомнить, где же он успел накосячить. Совсем уж в зюзю не надирался, антиквариат в особняке не бил, даже службу в Ордо Фавониус и внезапный уход с неё Дилюка не припоминал. Так что? Если вспомнит, если поймёт и вовремя извинится, то ещё не всё потеряно. Наверное. Но ведь почти по всем данным он вёл себя просто образцово-показательно! Так на что Дилюк может так сильно злиться, раз аж «офицерами» обзывается? – Ладно, что я натворил? – спросил Кэйа, потому что время стремительно шло, а варианта так и не находилось. И лучше уж было спросить, чем продолжать немо хлопать ртом подобно рыбе, выброшенной на берег (а именно так он себя сейчас и ощущал). – То есть ты не понял, что сделал? – Не понял, раз спрашиваю, – огрызнулся Кэйа. – Значит, мне показалось, это не ты к Донне ходил и наезжал на бедную девушку? – Ну а что она?!. Эй! Ты – мой, а она... эта девчонка!.. – Во-первых, я не твой, а свой. Во-вторых, я сам выбираю с кем быть. В-третьих, я выбрал тебя, а не её, так зачем ты лезешь к девочке? – Я думал, что тебе приятна моя ревность будет, – буркнул Кэйа почти себе под нос. – Ревность – признак недоверия. Я должен быть приятно удивлён твоим недоверием? – Ладно-ладно, извини, не подумал, был идиотом, извини ещё раз, – не то чтобы Кэйа привык так легко сдаваться, но с Дилюком было проще извиниться, чем настаивать на своём. Опять же, так просто сдавать позиции рыцарю Ордо Фавониус перед каким-то там виноделом (и не важно, что в прошлом лучшему рыцарю того же Ордена) было не слишком правильно, но если хочешь иметь дела с этим самым виноделом не только в плоскости вина, а ещё и в той мягкой и тёплой кровати, то да, лучше засунуть себе язык в задницу. Тем более, что Дилюк был в некоторых вещах упёртым как баран. Например, в человеческих отношениях. В них Дилюк был прям и жёсток, словно его любимый двуручник. – И ты больше не полезешь к Донне. – И я больше не полезу к Донне, – послушно повторил Кэйа. – Всё, я теперь не «офицер» для тебя? – Посмотрим на твоё поведение. А вот это уже было хорошим знаком. Пронесло. Но это не значит, что Кэйа удержится от идеи купить Дилюку цветы прямо в лавке, где Донна работает. Ну а что? Ничего такого же! Купит, подарит и быстро побежит.