Сквозь сомнения

— Мне казалось, ты играешь со мной. Всё ждал момента, когда тебе надоест, и ты исчезнешь безвозвратно. На миг Шимазаки показалось, что на последнем слове голос Теру слегка вздрогнул. — Но ты возвращался, снова и снова. А я не мог понять, почему, и как долго это будет продолжаться. Умышленно старался держать дистанцию, чтобы случайно не привязаться. Впервые за последние десятилетия Шимазаки Рё чувствовал себя загнанным в тупик и думал, что если бы его сердце всё ещё билось, то выдало бы его старательно скрываемое волнение с поличным. — Стоило мне сделать два шага назад - ты делал четыре на встречу. Боже, вот ведь нашёл момент. — Я был уверен, что смогу прожить сотни лет вот так. Скитаясь в одиночку до тех пор, пока не проиграю кому-то вроде тебя и умру. И ведь правда проиграл. Теру подошёл к Рё совсем близко, отрезав ему любые пути к отступлению, которых в совсем узкой комнатушке было и так немного. Чтобы перестраховаться окончательно, он положил одну ладонь на грудь Шимазаки, а пальцы другой аккуратно переплел с пальцами свободной руки демона. Каким бы уверенным Теруки себя не показывал в схватке и как бы не пытался обмануть противника, а порой и самого себя, Шимазаки всегда чувствовал его полностью. —Но теперь, я не протяну и дня. Чувствовал его тревогу, страхи, переживания. Чувствовал, когда тому действительно хорошо, или когда плохо. Когда он наиболее уязвим. И чем больше времени они проводили вместе, тем лучше у него это получалось. Это всегда давало ему преимущество над охотником, которым он пообещал себе не пользоваться. И даже сейчас. Сейчас он понимал, что человек перед ним уязвим, как никогда. В уверенных речах, пропитанных нежностью и теплом, сквозили неуверенность и страх быть отвергнутым, брошенным. Страх одиночества. Шимазаки знал. Он чувствовал. Рука юноши медленно передвинулась с груди к крепкому плечу, и, немного выждав, обвила шею демона. Теру показалось этого мало, он освободил пальцы Рё и обнял его так крепко, как только мог. —Больше я не буду отступать, - полушёпотом произнёс Ханазава над ухом. Шимазаки не шевелился. — Не сдвинусь ни на сантиметр. Прошу, теперь дойди до конца. Лицо Теруки было совсем близко, Шимазаки ощущал его сбивчивое дыхание, ощущал тепло его тела и слышал, как бешено бьётся живое сердце. Шимазаки не был уверен в том, что делать, но ему так хотелось. Так хотелось прижать этого не по годам взрослого охотника к себе и не отпускать ближайшее никогда. Теру терпеливо ждал, не ослабляя объятий, совсем тихо дышал и только учащённый пульс говорил за него. Казалось, будто в этой тишине пройдёт вечность, прежде чем произойдёт хоть что-то. Раздался смешок. За ним ещё один, а после Шимазаки очень звонко и счастливо рассмеялся, крепко прижимая Теру к себе. — Не думал, что ты так быстро найдёшь способ меня обескуражить, малыш. Ты хорошо постарался. Настолько хорошо, что я готов сдаться без боя.