Праздник к нам приходит

То, что праздник удался, Стив Роджерс понял, едва успев продрать глаза, упорно не желавшие обозревать несовершенство сего тленного мира. Первым делом именинник попытался осознать себя в пространственно-временном континууме, и если кресла и заставленные пустыми бутылками столики еще опознавались как одна из гостиных башни Старка, то розовеющее за окном нечто могло оказаться с равным успехом как утренней зарей, так и закатом. Голова гудела так, словно повстречалась с качественным железобетонным блоком, а память отличалась девственной чистотой. Стив даже начал прикидывать, не проломил ли он случаем какую из стен башни, продолжив дело злодейского Локи, но тут его взгляд упал на хитрой формы бутылку, и, по крайней мере, этот момент прояснился. В неожиданно похмельном мозгу Капитана Америка – чести, доблести, совести и т.д. нации – всплыла картина вечеринки, точнее, большей ее части. Поначалу все проходило вполне мирно и относительно прилично – ровно настолько, насколько мог это позволить миллионер, плейбой, филантроп и просто Железный человек, в миру Тони Старк. На одном диване Наташа вела усиленную стрельбу глазами против Брюса. Если учесть поддержку со стороны экстремальных декольте и бокового разреза облегающего кроваво-красного платья, то оставалось только удивляться скромной стойкости доктора Беннера. Начальство в лице Фьюри с Марией вручило Стиву какой-то сверток, чинно выпило по бокалу шампанского и удалилось в закат, отговорившись делами. Клинт предпочёл присоединиться к развеселой компании ребят из «Страйка» - группы огневой поддержки «Мстителей». Из оккупированного ими угла постоянно доносились взрывы хохота, а к шуточкам такой степени солености скромняжка Стив старался не прислушиваться. Остальных гостей Кэп в лучшем случае где-то когда-то видел и общаться с ними не испытывал ни малейшего желания, будучи в душе тихим интровертом, но кто бы его спрашивал... Тони Старк, подхватив одной рукой прелестную Пеппер, второй зацепил Стива и решительно повел в самую толпу, усиленно знакомя и непрерывно болтая. Шампанское он потреблял при этом не менее непрерывно, но алкоголь лишь добавлял энергии закаленному вечеринками организму Железного человека. В какой-то момент на доселе безоблачном закатном небе сгустились тучи, громыхнуло, и во всем блеске и сиянье молний на балконе возникла парочка асгардских богов. Причем Тор уверил своего «друга Стива», что Локи все осознал, пообещал больше безобразий не творить и в качестве подарка преподнес большую корзину бутылок «Асгардской особой» - настойки настолько крепкой, что даже богов пробирает. Вот тут-то веселье и пошло… Прежде всего воодушевленный Тони передислоцировал избранных, то бишь «Мстителей» со «Страйком», в ту самую гостиную, где Стив имел честь проснуться. Затем ухитрился подбить на соревнование по употреблению адской настойки богов и суперлюдей в лице Брюса Беннера и самого Кэпа. Остальным было предложено не отставать, и превосходный односолодовый «Макаллан» этому изрядно поспособствовал. Результат оказался впечатляющим. Первым выбыл доктор Беннер – в какой-то момент Брюс позеленел, раздался в плечах и с жизнеутверждающим рыком «Халк любить!» подхватил ничуть не возражавшую Наташу, к тому времени успешно завоевавшую позицию у него на коленях. С грохотом и топотом парочка удалилась, где-то в недрах башни обрушилась мебель, хлопнула одна дверь, другая… Вторым сдался трезвенник-Кэп, тихо-мирно отключившийся в кресле и лишь временами выплывавший в действительность. Реальность же била ключом, причем хорошо, что не по голове Стива. Стремительно синеющий Локи, приникший к Тору и признающийся в большом и светлом чувстве тому… Смущенный Тор, что-то утешающе гудящий и бережно обнимающий зловредного, сволочного, но такого хрупкого «брата». Который своими пакостями, оказывается, пытался привлечь внимание Тора, просто масштаб был выбран соответствующим предполагаемой твердолобости объекта… Клинт, на спор расстреливающий из лука «жучки» и глазки видеокамер. Парни из «Страйка», с веселым гоготом отыскивающие уцелевшее шпионское оборудование в самых неожиданных местах и радостно заполняющие выдранной с корнем тонкой техникой притулившийся в углу аквариум с вуалехвостами. Тони, потребовавший от искусственного интеллекта танго и зажигательно его исполнивший на пару с Пеппер. После чего хмельной миллионер, плейбой и далее по списку призвал штук десять своих костюмов, попытался их споить сначала виски, а затем и «Асгардской». Ничуть не огорчившись закономерной неудаче, он ухитрился провальсировать с одним из них и станцевать стриптиз, используя второй в качестве шеста. После чего затащил к себе слабо упирающуюся Пеппер и выстроил костюмы бронированной стеной, из-за которой доносились лишь обрывочные: «Ах!», «Ох!» и «Я так не могу, они на меня смотрят!» Вовремя очнувшийся Стив тогда с превеликим изумлением полюбовался на идеальное исполнение команды «Кругом!» десятком «железных людей». Пеппер можно было понять – глазницы у активированных костюмов-роботов светились очень даже зловеще. Дальнейшее же слилось в непрерывный хоровод знакомых и полузнакомых лиц, железных масок, каких-то вспышек и чьих-то голосов. Больше ничего вспомнить не удалось, и, тщетно поискав минералку поблизости, Кэп принял решение о миграции в сторону кухни. По пути встречались не менее разгромленные помещения, в некоторых из которых попадались бесчувственные тела гостей, слишком уставших, чтобы покинуть гостеприимную башню Старка на своих двоих или хотя бы четырех. Ледяная газированная вода ударила в нос снопом пузырьков, заставив чихнуть и заодно дополнительно прочистив супергеройские мозги. Прихлебывая из бутылки, Кэп двинулся дальше по коридору в поисках остальных Мстителей, когда его внимание привлекла одна из множества дверей, скрывающих за собой универсальные гостевые апартаменты. Кажется, именно у этой комнаты его оставил Брок Рамлоу – командир «Страйка». Как с усилием припомнил Стив, бравые парни Брока, после того как в ход пошла продукция асгардских винокурен, закончили глумиться над системой безопасности и куда-то таинственным образом испарились. Вернулись же они только несколько часов спустя с чем-то, смутно опознанным развеселым Тони Старком как скатанный ковер. А Рамлоу тогда ухватил малость протрезвевшего Стива буквально за пуговицу, сунул в руки какой-то пакет с бумагами, протащил за собой по коридору и эротично прохрипел, что за этой дверью скрывается мечта всей его жизни. В смысле, жизни Кэпа. Бессовестный Тони тогда от души прошелся по предполагаемой внешности, профессии и половой принадлежности этой самой мечты, к пущему смущению Стива и бурному веселью немногочисленных присутствовавших при разговоре гостей. А потом Капитана, кажется, куда-то позвали… Стало как-то боязно. Стив вернулся в гостиную, совершил очередное мысленное усилие и извлек из-под кресла подаренный пакет. Обычный бумажный пакет, от души расписанный пожеланиями долгих лет жизни (без комментариев), большой и чистой любви (главное, большой!), гибкости принципов (и не только), непадающей силы (и духа в том числе). Видимо, отметился весь «Страйк» - корявый почерк Рамлоу, по крайней мере, опознавался художником-Стивом без труда. Старая тетрадка со звездой на обложке, выпавшая из пакета, ясности не добавила, ибо оказалась на незнакомом языке – предположительно русском. Пожав плечами, Капитан Америка аккуратно положил тетрадь на ближайший относительно чистый столик, обозрел напоследок творящееся в гостиной безобразие, задумчиво провел рукой, приглаживая волосы, и отправился навстречу Мечте. Дверь в комнату отворилась легко, а царящая за задернутыми шторами темнота Стиву уже давно не являлась помехой. Как же был прав Рамлоу, и как радикально ошибался в своих предположениях Тони… На кровати в позе звезды раскинулся Баки. Его Баки. Его до самой маленькой родинки, до последнего волоска на прекрасном накачанном теле. Погибший и оплаканный семьдесят лет или два года назад. Ничуть не постаревшее дорогое лицо обрамляли отросшие спутанные локоны, железная рука угрожающе сверкала своей чужеродностью, но все это было совершенно не важно. Открылись серые грозовые глаза, и послышался родной, пусть и странно невыразительный голос: - Ты - мой новый куратор. Жду указаний. - И уже другим тоном, таким знакомым и мягким: - Я твой, Стив. Теперь я только твой. Баки томно потянулся, окончательно приковывая неверящий взгляд Кэпа к своему телу, и только тогда совершенно обалдевший Стив обратил внимание на розовый бантик, кокетливо охватывающий убедительно накачанную за прошедшие годы шею его Мечты. К вульгарной ленте крепилась записка, и суперсолдатское зрение легко различило даже в темноте и с другого конца комнаты намалеванное корявым и подозрительно знакомым почерком: «От ГИДРы с любовью» и черного осьминога в сердечке вместо подписи… Вопросов к «Страйку» вообще и к его командиру Рамлоу в частности становилось все больше, но Стив уже не был уверен, что хочет знать ответы. Потому что самое главное в его жизни создание, весь ее смысл, тот, без кого некогда замерзшее во льдах сердце так и не сумело оттаять, лежал перед ним на кровати и ждал. И неважно, сколько для кого прошло лет – семьдесят или два - они снова встретились, и ничто их теперь больше не разлучит: ни интриги ЩИТа, ни пакостность ГИДРы, ни божественная воля в лице Локи и прочих асгардцев. Больше Стив Роджерс своего не отдаст, пусть хоть весь мир в тартарары катится.