Один неудачный визит

Темар был мрачен. И явно зол. Нет доказательств – нет награды, обычная ситуация для нашей братии. Мне, тем не менее, он больше ничего не сказал, но злобные флюиды вокруг улавливались почти невооруженным глазом. По дороге мы обменялись едва ли парой слов. Да и уезжать он собрался сразу же. Впрочем, Темар – это еще цветочки. Кто был по настоящему, качественно зол, так это мой муж, встречающий нас у Дома Совещаний. Я с внезапным раскаянием обнаружила, что уже давно рассвело. Нас, занятых дорогой и охотой, не было всю ночь, а я даже записочки не оставила. Быстро спешилась и направилась к мужу. Лён при моем приближении внезапно нахмурился, как-то странно сверля меня глазами. Пробежал взглядом по нашей грязной одежде и моему лицу, которое очень старалось принять как можно более виновато-извиняющееся выражение. – Где вы были? Я только вздохнула, и начала прокручивать для него в голове наши ночные приключения, чтобы долго не объяснять. Вампир нахмурился еще больше. Выражение его лица мне определенно не нравилось. – Как где? – тем временем мрачно сообщил Темар. – Развлекались с этой красоткой всю ночь. А уж какое горячее шоу она устроила в конце… Я опять смутилась. Это же надо было так оплошать, многоопытному-то магистру. Лён по прежнему пялился только на меня, лишь слегка дернувшись от слов Темара. Открыл рот, но тут же с силой сжал зубы.. Темар окинул нас непонимающим взглядом. – Ладно, ну… я, пожалуй, поеду. У меня еще целая куча дел. – Не сомневаюсь, – внезапно как-то зло ответил Лён. Мы недоуменно на него уставились, после чего Темар кашлянул, и, пробормотав что-то прощальное в его сторону, запрыгнул на коня. Я подошла к мужу вплотную. – Лён, я… – У меня тоже много дел. Мне, в отличии от тебя, «развлекаться» некогда, – и он попросту ушел на свою рабочую половину, даже не глянув в мою сторону. Я осталась стоять на крыльце, пялясь на захлопнувшуюся за мужем дверь. Что это вообще было? Ну задержалась я – так в первый раз, что ли? Ломиться внутрь, однако, я не стала. Еще надо было умыться, переодеться да проводить Темара. *** Следующие два дня я мужа практически не видела. То ли был занят, то ли специально избегал меня. Ночью приходил уже после того, как я, утомленная за день, засыпала, а уходил до того, как я просыпалась. Мне оставалось только смотреть на вмятины от его головы на подушке по утрам и тихо закипать от злости и обиды. Что с ним - я понять не могла при всем желании. Неужели так разозлился из-за какой-то охоты? Наконец мне это надоело, и я попросту спозаранку вломилась в его кабинет. – Нам надо серьезно поговорить, – мрачно сообщила я ему, плотно прикрывая за собой дверь. – О, да неужели? – как-то издевательски, совсем не похоже на себя протянул он, – начинай, прошу. – Что начинать? – огрызнулась я. – Ну хорошо, я извиняюсь за произошедшее. – Не с этого начинай, благоверная моя. Где ты вообще была – меня больше это интересует. Я уставилась на него. Он вообще в своем уме? Я же ему еще мысленно все объяснила. – Мы охотились, – наконец вымолвила я, вспомнив, что психов лучше не злить. – На старом кладбище, помнишь, я еще через него ходить любила, пока ты мне про него не рассказал? – Охотились, значит? Удачно? – Ну… да, – недоуменно ответила я, – там был «крот». – Охота на кротов под луной, как романтично. И где труп? – Я… его сожгла. Случайно. – Даже так. Ладно, последний вопрос. Объясни – почему ты третий день скрываешь свои мысли? В книгах этот момент описывают приблизительно как «у нее отвисла челюсть». Челюсть у меня, понятное дело, не отвисла, но слов подобрать не могла долго. – Я не скрываю свои мысли, – возмутилась я не на шутку, – читай, моя голова абсолютно открыта, чиста и проветрена всеми ветрами! – Ты находишь это смешным? Я устало опустилась на стул для посетителей. – Я не скрываю от тебя свои мысли, Лён. Честное-пречестное слово. Я вообще не понимаю, что происходит и чего ты от меня ждешь. Что мне тебе сказать? – Не понимаешь, значит? Хорошо, я тебе объясню. Моя жена на ночь глядя пропадает неизвестно куда и каждая собака в Догеве видит, как она уезжает к лешему на кулички со своим приятелем. Возвращаются они только под утро, вывалянные в земле и траве, «приятель» позволяет себе замечания сомнительного характера, а моя благоверная женушка скрывает мысли и на прямой вопрос рассказывает про какую-то охоту, при этом результата охоты что-то не видно и видно не будет. Так что я должен ждать от тебя, Вольха? – Именно то, что ты подумал! – я была вне себя от злости. Мои уши, казалось, горели, как факелы, от унижения. – Думаешь, что я радостно с первым встречным… по кустам валяться побегу? – О, ты даже знаешь, что я подумал. Да мне вообще все равно. Я от тебя жду ответа! – внезапно рявкнул Лён, нависая надо мной через стол. В его голосе отчетливо прозвучало звериное рычание и моя душа чуть было не улетучилась в пятки. Но я ее быстро поймала и водрузила на место, вскочив и отпрыгнув от разъяренного мужа. Тронуть он меня не тронет, конечно, но лицезреть разозленного вампира – испытание не для слабаков. Особенно, когда вообще ничего не понимаешь. Я бегло осмотрела себя внешне, проверила внутренним оком. Никаких блоков. Никаких амулетов. Да что за гхырня с ним творится? Внезапно меня будто ледяной водой окатило: значит все это время он думал, что я… В уголках глаз вскипали злые слезы. – ДА! – рявкнула я не хуже его. – ДА! Все что ты подумал, все что представил – ДА! И вообще… иди ты… иди… на гхыр иди!!! С этими словами я вылетела за дверь, размазывая по щекам катящиеся уже без остановки слезы. Лён за мной не последовал, хотя в душе я ждала именно этого. Ну и гхыр с ним. На мгновение заскочила в дом, схватила свою дорожную сумку со всем необходимым. За полчаса добежала до табуна, поддерживаемая только собственной обидой и разочарованием, затем бешеная скачка до границы и прощай, Догева!