Только вернись ко мне

      Два года назад Чон Чонгук покинул Корею и, как он думал, навсегда улетел в США. У него были причины сделать это. Он занимался распространением наркотиков и в последний момент, когда его едва не поймали, подкинул их своему другу и уехал в тот же день. Он не знал, что произошло с Юнги потом, посадили его или нет. Но Чонгука никто не искал. Он начал жизнь с чистого листа и прожил два прекрасных года. Он пытался забыть всё, что осталось там, в Корее. Забыть прошлое, друзей, любовь…       Ким Тэхён, умный, предприимчивый и безумно красивый парень. Их отношения были настоящей сказкой. Они начали встречаться ещё в школе, Тэ был в выпускном классе. Когда Чонгука избили пять человек, а он довёл его до дома, дрожащего и грязного. Чонгук помнит тот день. Лил дождь, а он держался за Тэхёна так, будто от этого зависит его жизнь. По факту так и было. Его мама впала в ужас, увидев сына в таком состоянии. Тэхён сидел с ним до поздней ночи, обнимал и пытался отвлечь. Тогда больше всего на свете Чонгук боялся, что кто-то в школе узнает о его ориентации, и вот, узнали. А он всего лишь раз поцеловал парня… К тому же, тот отверг его.       Неделю после этого Тэхён приходил каждый день, спрашивал, как младший себя чувствует, всё ли в порядке. В школе приглядывал за ним, старался большую часть времени быть рядом. Чонгук не знает, как так получилось, но однажды вечером он обнаружил себя в объятиях Ким Тэхёна и понял, что хочет быть только с ним.       Они впервые поцеловались через месяц. Класс Чонгука отпустили с уроков раньше, и Тэхён физически не смог бы защитить его. Он нашёл младшего за школой, в синяках, с разбитой губой и без сознания. Тогда Тэ вызвал скорую и не отходил от постели Чонгука почти всю ночь, пока тот не проснулся. Стоило Чонгуку открыть глаза и увидеть старшего, он начал извиняться и едва не плакать. Тэхён взял его лицо в ладони и поцеловал, мягко и нежно, успокаивающе. Чонгук плакал уже от счастья, и глубоко плевать ему было на ломоту во всём теле. Что вообще может волновать, когда за руки тебя держит Ким Тэхён.       Они были по-настоящему счастливы, пока в двадцать Чонгук не начал заниматься наркотиками. Сам не употреблял, только зарабатывал, по его словам, «лёгкие деньги». Тогда их отношения дали трещину, а потом Чонгук уехал, не сказав ни слова. Юнги, их общий друг, просто подвернулся под руку. Чонгук оставил у него дома сто грамм кокаина и сбежал. Он сменил номер, удалил аккаунты в соцсетях и больше никогда не общался ни с друзьями, ни с Тэхёном.       Два года спустя воспоминания отдавались тупой болью в груди. Чонгук чувствовал себя последним подонком, но он был слишком слаб, чтобы вернуться. Думал, что слаб, пока из каждого утюга не начали доноситься вести, что в Китае появился неизвестный вирус и успел охватить почти половину Евразии. Пока люди массово улетали с материка, Чонгук искал человека, чтобы поехать туда. Нашёл только спустя две недели и отвалил кругленькую сумму. Всё, чтобы увидеть тех, от кого он когда-то сбежал. Вирус был крайне опасен, он исходил от растения необыкновенной красоты. Люди, подверженные влиянию вируса, становились живыми растениями. Их оплетали стебли, и в итоге они становились вечно прикованными к одному месту. Они оставались живы, кричали, но помочь им уже было невозможно. Вирус исходил от спор растения, но цветы закрывались в период с двенадцати дня до двенадцати ночи. Тогда засыпали и заражённые. Если хорошо защититься, выходить в это время безопасно. Чонгук знал, что все его друзья сейчас в Корее, и он должен, обязан, их увидеть.

***

      Впервые за долгое время оказавшись в Сеуле, двадцатидвухлетний Чон Чонгук был напуган, словно ребёнок. Девять часов вечера, на нём плотная одежда и маска. Вокруг пусто, ни единой души. Здания опутаны ветвями и лианами того самого растения. А среди листьев проглядываются закрытые фиолетовые бутоны. — Господи… — к стене буквально приросло нечто, смутно похожее на человека. Тело покрыто мелкими листочками, за которыми кожи почти не видно. Похоже, этот человек уже мёртв. Его глаза были открыты, но он никак не реагировал на Чонгука.       Парень не был уверен, куда идти. Если он не найдёт выживших в ближайшие три часа, его ждёт верная смерть. Но он знал, на что шёл. Сеул не самый большой город, и Чонгук прожил здесь достаточно, чтобы суметь быстро сориентироваться. Ноги повели его к дому Чимина, нужно же с чего-то начать. Природа вокруг казалась спокойной, она ворвалась в человеческую жизнь и установила свои порядки за считанные дни. Чонгук проходил мимо заброшенного торгового центра и услышал, как кто-то зовёт его по имени: — Чонгук? Парень обернулся и не поверил своим глазам. Его он узнает даже в маске. — Джин-хён… — произнёс на выдохе.

***

— давай. — Джин подал руку, помогая спуститься — Как ты здесь оказался? Мы думали, ты уехал. — так и было, — младший спрыгнул с подоконника — я жил в Америке, но приехал, как только обо всём узнал. Я хотел увидеть вас… Джин обернулся и посмотрел на него крайне скептично. — а с чего ты взял, что мы хотим увидеться? — отпер тяжёлую дверь — проходи.       Чонгук медленно зашёл. Помещение было похоже на бункер, но таковым не являлось. Стены крепкие, почти везде обшиты металлом. Виден проход в другую комнату. Джин снял маску, и Чонгук наконец полностью увидел его лицо. Он не сильно изменился, только теперь волосы чуть длиннее. Им навстречу выбежал возмущённый Чимин: — мог бы ещё дольше… Чонгук?! — я встретил его по дороге назад, — Джин снял куртку, подхватил рюкзак за лямку и ушёл в другую комнату.       Сейчас они вынуждены носить плотную одежду даже в жару, чтобы защититься от спор. Доподлинно неизвестно, как именно они попадают в организм, поэтому стоит предотвратить любой контакт.       Чонгук уж было хотел поговорить с Чимином, раз они наедине. Но парень рванул за Джином, предварительно одарив младшего шокированным взглядом. — мне кажется, ему хуже, — Чимин облизал пересохшие от волнения губы.       Джин вытряс содержимое рюкзака на стол, игнорируя обоих парней. Чонгук замер на пороге. В комнате стояло две двухъярусные кровати, на одной из которых без сознания лежал Юнги. — Джин, — Чимин осторожно коснулся его плеча. Парень взял один из шприцов и что-то в него набрал. — достань спирт, пожалуйста, — подошёл к Юнги и задрал рукав футболки.       Чимин со скоростью света принёс спирт. Чонгук смотрел на это и не знал, что думать. Джин так профессионально колол вену, будто делал это каждый день. Джин, который никогда не держал в руках иглу. А Чимин… так напуган. Он уже не тот милый ангел, каким помнил его Чонгук. Ему словно сломали крылья. — он просыпался? — Джин выкинул шприц и вернулся к столу. — на пару минут, сразу после твоего ухода. — Чимин обратил взор на Чонгука — Не стой в дверях, проходи. — прости, просто… — он сглотнул. Его не должно здесь быть, и ему явно не рады. А кто говорил, что вновь заслужить их доверие будет легко? Джин махнул рукой. — можешь остаться с нами, если хочешь. — отстранённость в его голосе убивала. — мне не куда идти, — только на смерть. Джин включил чайник. Электричество есть? И достал что-то из ящика. — ты не против лапши быстрого приготовления? Мы последние две недели только на ней и живём. Выбирать не приходится. Чайник вскоре вскипел. Чимин взял свою порцию и сел на кровать Юнги. Положил ладонь на лоб. — нужно ещё жаропонижающее… — что с ним случилось? — осмелел Чонгук. — огнестрельное ранение, — Джин перемешивал лапшу. На пластиковой вилке маркером было выведено его имя — потом, кажется, заражение. Но мы до сих пор не уверены. — Джин… — Чимин посмотрел на него щенячьими глазами. — хорошо, поем и схожу. Чонгук, — указал на него вилкой — идёшь со мной.       Младший лишь кивнул. Аппетита не было, но он себя заставил. А то потом вообще кормить не будут. Они ели в тишине, и Чонгук не решался посмотреть на Чимина или Джина. Поведение последнего его пугало, это словно другой человек.       Кровать скрипнула, и три пары глаза обратились на Юнги. — блять. — протянул парень закрывая лицо рукой. Он ещё глаза не открыл, но попытался сесть. Чимин попытался остановить его. — осторожно. Не уверен, что тебе можно двигаться. — да я в порядке… — всё-таки сел и потёр глаза.       Чимин поднял его футболку и проверил рану. И правда, кажется, заражение. Не вирусом, но какая-то инфекция есть. — а это что здесь делает?! — Юнги посмотрел на Чонгука. — спокойно, — Джин в панике посмотрел на него, а после на Чонгука. Юнги, стиснув зубы, оттолкнул Чимина и кинулся на бывшего друга. Чонгук не успел сориентироваться, как удар прилетел ему в челюсть. — скотина! — крикнул Юнги и ударил ещё раз. Джин, в отличии от младшего, среагировал быстрее и не дал сделать больше двух ударов. Скрутил Юнги, забив на рану. Если бы не она, он бы не дался так легко. Джин прижал парня к бетонному полу. — угомонись! Он теперь с нами! — отпусти! — вырывался Юнги — Он мне жизнь испортил, мразь! Старший легонько пнул его коленом, и парень сдался. Съёжился, хватаясь за живот. Джин поднял голову на Чонгука, который вытирал разбитую губу. — из-за тебя он отсидел год. Мы его фактически выкупили. Младший сглотнул. Он заслужил гнев Юнги но… боже, он же не хотел, не хотел, чтобы его сажали. Всего этого. Год это очень много, и только сам Юнги знает, как с ним обращались там. — п-прости… — прости?! Это всё что ты можешь?! А.! — Джин вновь пнул его, только уже в спину. — я виноват, но у меня не было выбора. Тогда посадили бы меня. Старший обречённо вздохнул и помог Юнги подняться. Там уже его подхватил Чимин и довёл до кровати. — почему ты его защищаешь? — бросил Джину Юнги. Тот не отреагировал. — Чонгук, идём, — застегнул куртку и надел маску. — возвращайтесь скорее… — Чимин взял ладонь Юнги в две свои. — надеюсь, по пути ты сдохнешь. — не нужно быть гадалкой, чтобы знать, кому адресована эта фраза.

***

— одиннадцать часов, — констатировал Джин. Давно стемнело, у них осталось очень мало времени. Едва ли его хватит, чтобы добраться до базы. Из-за заражённых, мёртвых и ещё живых, нужно больше времени. — мы же успеем? — Чонгук закинул на плечо рюкзак с лекарствами. Понести их, это меньшее, что он может сделать. — надеюсь, — младший не мог полностью видеть его лицо, но кажется, он встревожен — можем срезать там.       Они вышли из здания. Путь, который предложил Джин, был весьма опасен не только из-за обилия заражённых. Ветви врастали прямо в здания, и те могли обвалиться в любую секунду. Им удалось быстро пробраться через обломки и ступить на твёрдую землю. Это была только половина. Чонгук с ужасом заметил, как по стене одного из зданий со скоростью змеи ползёт стебель. Эти лианы запутают их за секунду, если примут за жертву. — твою мать, — шёпотом выругался Джин. В шаге от него что-то зашевелилось. — п-помогите.!       Существо имело силуэт человека, но всё тело покрылось стеблями и едва могло двигаться. Оно медленно ползло и тянуло руки к Джину. — Чонгук, давай быстрее, — проверил пистолет за поясом — они просыпаются. — пожалуйста.! — снова взмолилось существо. Чонгук обошёл его вслед за старшим. — там, кажется, есть путь, — указал на арку. Над ней было несколько этажей, от чего конструкция казалась хлипкой. — я проверю, — Джин пошёл туда. — подожди! — парень обернулся — это аварийное здание. — да ладно, оно не рухнет прямо сейчас, — пошёл дальше.       Чонгук обнял себя руками. То существо потеряло их из виду и теперь просто двигалось не пойми куда. Чонгук рассматривал здание, он поздно заметил, как сразу несколько стеблей проникает в трещину, и та становится больше. В одну секунду арка обваливается, отрезая парней друг от друга. Чонгук отскочил и мысленно перекрестился. На него попала лишь пыль. — чёрт, нет, нет, нет, — он в панике подбегает в обломкам — Что мне делать.? — вспоминает, что должен вернуться до полуночи. Часы были у Джина, и теперь он понятия не имел, сколько осталось. «Ладно, нужно успокоиться, » — подумал парень — «Если Джин в порядке, он найдёт путь домой. Он ведь не первый раз здесь ходит, так ведь? Нужно идти к базе, нужно успеть, а то меня точно растерзают» — он заметил за углом силуэт. Вполне дееспособный, но так же покрытый стеблями. Ох… Вот, чего стоит бояться. Оставалось совсем немного, Чонгук уже видел нужное здание, когда услышал вдалеке выстрел.

***

      Джин получил сердечный приступ, когда прямо за его спиной обвалилась арка. Он не понял, сколько прошло времени, но оно показалось вечностью. Немного придя в себя, Джин понял, что кто-то крепко прижимает его к себе. Да так крепко, словно он сокровище какое-то. Парень слегка отстранился и увидел лицо человека. — Намджун?! — он отскочил от него, опираясь на обломки. Тело била крупная дрожь, а ноги едва держали. Джин резким движением сорвал с себя маску. — я тоже рад тебя видеть, — Намджун поднял маску и подал руку, которую Джин проигнорировал. Он был в перчатках.       Вспоминая, как они расстались, он хотел быть как можно дальше от Намджуна. Не потому, что ненавидел, а потому что боялся собственных чувств. Они поругались из-за Чонгука. Джин, наверно, был единственным, кто пытался понять его. А Намджун разделял мнение большинства. Тогда они поругались, и никто не решался первым пойти на контакт. Так и тянулось время, а потом апокалипсис… — не трогай меня, — Джин забрал маску, но не надел. — даже спасибо не скажешь? — Намджун посмотрел на него с насмешкой и зачесал высветленные волосы. — нет, — сделал несколько шагов в сторону. Младший схватил его за руку и рывком притянул к себе. — куда собрался? — устроил свободную руку у него на талии и продолжил шёпотом — сейчас эти твари понабегут и сожрут тебя. Время видел? Джин не понимал, как его, взрослого человека, могли сводить с ума слова. Но факт есть факт, его ведёт от этой непозволительной близости. — отпусти меня, — совсем слабая попытка вырваться — там Чонгук… Намджун прижал его к себе уже обеими руками. — Чонгук? За него не беспокойся, из любой ситуации выберется. По головам пойдёт… — в голосе читалась злость. Джин сдался и обнял его, утыкаясь в шею. Такой знакомый, такой родной… Он впервые допустил мысль, что соскучился. Но произнести вслух не решился. — мне так жаль… — всё нормально, — Намджун глубоко вдохнул. — прости, я идиот, я должен был извиниться раньше. Как я мог оправдывать Чонгука.? — Джин чувствовал, как всё происходящее заставляет его крышу медленно ехать. Если рядом с Юнги и Чимином он должен был быть сильным, принимать важные решения, следить, чтобы никто не пострадал, то сейчас он может расслабиться и стать собой. Он чувствует, что может… В глазах собираются слёзы. — забудь об этом, хорошо? — Намджун слегка отталкивает его, но их руки по прежнему держат друг друга.       Джин не успел ответить. Шорох, выстрел. Всё слилось в одну секунду. Он стоял спиной к младшему и сжимал обеими руками пистолет. В нескольких метрах от них стонало и корчилось от боли существо. Джин понимал, что если пошевелится, точно упадёт. По щеке скатилась слеза. Намджун опустил его руки и придержал от падения. Ещё немного, и парень в его руках станет тряпичной куклой. — ты что делаешь? — ни намёка на упрёк. Джин резко оживился и выпутался из его рук. Звуки умирающего существа вернули в страшную реальность. — я убил его… — они сейчас со всего города сюда сбегутся! — Намджун схватил его за руку повёл к выходу.       Джин старался «отрезветь» как можно быстрее. Как бы не хотелось, но сейчас он должен снова стать тем старшим, вести себя спокойно и уверенно. Но как же это сложно, когда и тело, и разум хотят упасть в объятия Намджуна и наконец почувствовать себя в безопасности.       Они вышли на улицу, Намджун тихо выругался. Совсем недалеко, шатаясь, ходили «люди». Джин проверил время, без пятнадцати. Он заметил, как в листве светятся почти раскрывшиеся фиолетовые цветы. — Джун, мы… — знаю, — Намджун перехватил его руку, и держал уже за ладонь — сможешь проскочить мимо троих? — не уверен, — Джин уже понял, куда хочет пойти Намджун. Довольно узкая улочка. — я первый. — младший отпустил его руку и поднял небольшой камень. Обломок упавшей стены — они ещё не полностью проснулись, у нас есть шанс.       Намджун бросил камень на достаточное расстояние. Тот ударился о металлическую поверхность, что создало ещё больше шума. Пока заражённые отвлеклись, а один и вовсе пошёл к источнику звука, Намджун легко пробежал перед ними. Джина схватила лиана, и в панике он порвал её. Позже еле снял, так крепко прилипает. Намджун вновь взял его за руку, переплетая пальцы. Этот жест отдался тупой болью в груди. Они слишком мало держались за руки, когда были вместе, когда миру не угрожала опасность. Намджун завёл его в здание, и они пешком поднялись на пятый этаж. — ты здесь живёшь? — спросил Джин, заходя в небольшую квартиру. — ну типа, — запер дверь — они не очень хорошо ходят по лестницам, да и по стенам лазать не умеют. Так что тут безопасно.       Джин засмотрелся на светящиеся цветы. Ветка была прямо на окне. Он ещё никогда не видел их раскрытыми так близко. Намджун включил настольную лампу. — откуда электричество? — этажом ниже генератор. Потом посмотришь, если интересно, — парень сбросил тяжёлую куртку — переоденешься? — открыл шкаф. — если позволишь, — в него тут же прилетела стопка одежды — эй! Можно и поаккуратнее с гостями?       Намджун усмехнулся и стянул футболку. Они переоделись, не смотря друг на друга. Это превратилось бы в откровенное разглядывание. Джин взлохматил свои чёрные волосы, которые порядком отросли. Когда он последний раз носил лёгкую одежду? Всё бы хорошо, он хотел, но очень боялся окунуться в «безопасность». Если она окажется мнимой? Если он расслабится, и будет не готов к встрече с заражёнными? Нет, всё хорошо. Сейчас хорошо. С этой мыслью он сел на двуспальную кровать. Намджун тут же плюхнулся рядом. — что-то не так? — нет, всё… — лёг — всё нормально, — рвано выдохнул. Младший положил руки под голову. — ты говорил о Чонгуке. А что-нибудь о других парнях знаешь? Джин не против сменить тему. — мы разбили небольшую базу с Юнги и Чимином. Потом уже пришёл Чонгук, — закрыл глаза. — мелкий подлец, убить его мало, — посмотрел на Джина — а ты хороший старший брат, я вижу. — совсем нет, просто они ко мне так относятся, — встретил взгляд и усмехнулся — ты тоже так меня видишь? Намджун поднялся на локти. — сам как думаешь? — да ты.! — Джин только замахнулся, младший перехватил обе его руки. При первой же попытке встать, Намджун обхватил его талию и с лёгкостью кинул на подушки, нависая сверху. — ты не в форме, дорогой. Нет, я вижу в тебе только своего бывшего. — бывшего? — он снова ощутил ноющую боль — мы же не расстались официально. — можем сделать это сейчас. Хочешь? — Намджун медленно наклонился и оставил невесомый поцелуй в уголке губ.       Джин испугался, сердце упало в желудок. Что теперь делать? Он мог принять это за зелёный свет. Прикосновение такое тёплое и родное. Желание вновь почувствовать эти губы почти непреодолимо, но… Да к чёрту! Если он не сделает этого сейчас, будет жалеть всю жизнь.       Джин потянулся вверх, за желанным поцелуем. Он не получил никакого сопротивления, даже наоборот. Намджун положил ладонь ему на грудь и прижал к кровати, не прерывая поцелуй. Мягкие сочные губы сжали чуть более тонкие, по телу мгновенно разлилось тепло. Они целовались медленно и тягуче, словно могли обмануть время и наверстать упущенное.       Намджуну определённо нравились длинные волосы Джина, так красиво сейчас разбросанные по подушке. Он стянул с себя футболку, и как только старший сделал то же самое, припал к его шее. Джин всегда был очень чувствительным, а Намджун всегда пользовался этим. Они не задумывались о том, что делают. Джин выгнулся в пояснице, с губ сорвался дрожащий вздох. Руки сами потянулись к накачанной спине.       Как же он скучал. Как же они скучали друг по другу. Джин почти уверен, что одних поцелуев Намджуна было достаточно, чтобы вознести его на пик удовольствия. Тепло приятными волнами разливалось по телу, дыхание учащалось. Им не были нужны слова, они знали друг друга наизусть. Обоим нравилась долгая прелюдия. Джин провёл кончиками пальцев по чужим плечам в предвкушении. Ладони младшего принялись оглаживать его бёдра сквозь ткань. Джин неосознанно подался вверх в поисках хоть какого-то трения. — тише, — прошептал Намджун прямо в губы — тебе будет хорошо, я обещаю.       Одежда уже порядком мешала, поэтому с ней они справились за считанные секунды. Джин с ума сходил, когда рядом был такой Намджун. Властный и одновременно осторожный. Он целовал всё так же нежно, но более настойчиво, более страстно. Только Намджун мог столь идеально совмещать два эти чувства. — у тебя ничего нет? — довольно глупый вопрос. — на дворе апокалипсис, дорогой, — Намджун надавил средним и указательным пальцами на нижнюю губу. — никогда не думал, что буду трахаться в первую встречу, — сязвил Джин и начал посасывать кончики пальцев, медленно обводя языком и вбирая полностью.       Намджуна порядком повело от такого зрелища. Ему до одури хотелось увидеть полные губы на своём члене, но сейчас на это нет времени. Он убрал пальцы и ещё раз поцеловал. Джин резко вдохнул и замер, когда почувствовал первый палец. Всё-таки слюна не смазка, лёгкий дискомфорт присутствовал, но это только усилило возбуждение. Намджун целовал его шею и ключицы, осторожно двигая пальцем. Джин дышал рвано, иногда издавая тихие стоны. К первому пальцу добавился второй. Старший словно был на грани жизни и смерти в самом лучшем её понимании. Непозволительно длинные пальцы Намджуна были в нём полностью, кожа горела в местах влажных поцелуев. Всё это в совокупности отключало здравый рассудок.       Джин тихо проскулил, запрокинув голову. Он уже самостоятельно насаживался на пальцы, и происходящего явно было мало. Он может и хочет принять больше. Хочет чтобы не только ему было хорошо. — ты готов? — спросил Намджун и оставил тёплый поцелуй за ухом. — да… — на выдохе.       Намджун промедлил совсем немного, раздвинул стройные ноги и медленно вошёл. Он сделал это только наполовину, когда парень под ним сжался и задышал чаще. — тш-ш-ш, всё хорошо, постарайся расслабиться, — он правда старался не говорить, словно это их первый раз. Но бога ради, он ни за что не причинит Джину боли. — я… я в порядке, — дыхание успокоилось совсем немного — продолжай.       Намджун укусил его за нижнюю губу, отвлекая, и вошёл полностью. Джин всё равно был натянут, как струна. Что-то не давало ему расслабиться и отдаться процессу. Намджун как мог, успокаивал его, хоть самому становилось невыносимо сложно сдерживаться. Он взял его за руку и сплёл пальцы. Жест, столько значащий для обоих. Они мало держались за руки, но ощутили это в полной мере только сейчас.       Джина унесло после первого же толчка. С губ сорвался протяжный, ласкающий слух, стон. Он обвил ногами талию Намджуна и помог подстроиться под медленный темп. Младший прикусил нежную кожу на шее, уже не стесняясь оставлять засосы. Короткие ногти царапали его спину, пытаясь притянуть ближе. Намджун мучал себя и его, двигаясь ужасно медленно, но Сокджин был не против провести в этих муках всю оставшуюся жизнь, лишь бы с ним. Он старался не стонать, боялся. С каждым движением по комнате разносились лишь вздохи.       Темп ускорился, а накатывающее блаженство окончательно свело с ума. Джин мотал головой, не зная, куда себя деть. Воздух внезапно закончился. Старший стал совсем тихим, потому что буквально не успевал вдохнуть. Намджун с трудом поймал его губы своими, продолжая вбиваться в податливое тело. Джин уже не здесь, он на седьмом небе. Ким Намджун заставлял его умирать и рождаться заново. Джин всем телом чувствовал тепло и видел перед глазами фейерверки. Он бы хотел умереть именно так, это была бы лучшая смерть. Намджун толкнулся особенно глубоко, попадая прямо по простате. Это стало последней каплей. Джин выгнулся чуть ли не в мостик и кончил. Несколько секунд он не дышал. Намджун вышел из него и кончил спустя несколько движений рукой. Он остро ощущал контраст боли и незримого удовольствия. Стоило просто надеяться, что Джин пожалел его и не расцарапал до крови, хотя его удовлетворённый вид говорил об обратном.       Вот они лежат рядом, мокрые и уставшие. Джин хотел дать комментарий по типу: «Лучший секс, с тобой как всегда», но уже не чувствовал собственного тела. А они даже окно открыть не могут, чёртов апокалипсис.

***

      Джин проснулся примерно в одиннадцать. Посреди ночи Намджун притянул его к себе и не отпускал до утра. Старший и не сопротивлялся. Он удобно устроился у него на груди и сейчас ощущал размеренное дыхание над головой. Ему стоит поспать подольше, думал Джин. Сердце впервые за долгое время успокоилось, он даже, кажется, чувствовал себя счастливым. Но это длилось всего пару секунд, пока он не открыл глаза. Джин осторожно провёл рукой по рёбрам Намджуна, которые рассекали тонкие зелёные линии. Они сходились в одной и начинались чуть выше поясницы. Джин заметил это ещё вчера, но тогда ростков было меньше. С какой же чудовищной скоростью двигается это растение… Намджун был заражён ещё тогда, поэтому не боялся ходить без маски. Джин прекрасно знал, что это значит, но просто не мог допустить мысль: «Да, он заражён». Это значит принять, что он скоро сойдёт с ума и станет таким же, как те несчастные за окном. И вся «жизнь» сведётся к бесконечным страданиям и скитаниям в поисках чего-то несуществующего.       Джин провёл пальцами по самым тонким линиям. Некоторые из них были под кожей, а некоторые нет. Сердце обливалось кровью. Ведь не может быть, чтобы у них не было будущего вместе. Столько возможностей не могли быть упущены. Всё, что он мог в этой ситуации, наслаждаться тем, что есть. Сейчас они рядом, остальное не важно. Сейчас наконец-то есть то, чего он хотел так долго. Но желаемого удовольствия не приносит, только липкую тревогу.       Парень зажмурился от внезапной острой боли. По указательному пальцу скатилась капля крови, а на подушечке появился крошечный росток. Это произошло прямо на глазах, как же быстро… И тут до Джина дошло. Когда он то мог заразиться? Он должен быть в ужасе сейчас, но всё совершенно наоборот. Словно камень с плеч упал. Мысль, что они оба обречены вызвала нервный смешок. Классно, супер. Джин замер, когда Намджун погладил его плечо. — прости, что не сказал сразу… Старший выдохнул и обнял его, оставляя на рёбрах еле заметный кровавый след. — всё нормально, ты не один такой. Я тоже зар… Намджун резко оттолкнул его, чем не слабо напугал. — твою мать, в смысле?!       В его глазах Джин видел чистый ужас. Едва ли не тот же, что у тех существ. Намджун смотрел на Джина, на кровь на ладони, абсолютное спокойствие на его лице. У Джина тряслась губа. Он понял, что ростки почти опоясали спину Намджуна. — успокойся, — как он должен объяснить, что это даже хорошо? — Я бы всё равно не смог жить без тебя. Намджун горько усмехнулся. — какой же ты… — закрыл глаза и замотал головой — жил же до этого, ты должен был жить. Как же… как же я мог… — посмотри на меня, — Джин взял его лицо в ладони — это уже не важно. — прижался лбом ко лбу — Я буду с тобой до конца. И был бы в любом случае.       Младший прикусил губу, по щеке скатилась слеза. Его эмоциональность пугала Джина, ведь это связано с заражением. Теперь тревога поселится в нём на то скудное время, что оставит болезнь.

***

      Так как цветы на улице и не думали закрываться, парни должны были сидеть в квартире ещё минимум час. Они так и не поговорили вчера. –…потом мы наткнулись на каких-то военных. Они приняли нас за заражённых и подстрелили Юнги. Чимин его так выхаживал, ни на секунду не отходил. И до сих пор… — Джин перевёл дыхание. — они милая парочка, — Намджун улыбнулся — хоть Юнги и строит из себя сурового и неприступного.       Джин не мог объяснить, но его улыбка грела душу лучше всяких обогревателей. Сейчас они были одеты, он не видел ростков, и мог на мгновение представить, что всё хорошо. — посмотри, — Намджун достал из ящика толстую папку — я и Тэхён были лаборантами у одного профессора. И с наступлением апокалипсиса старик совсем из ума выжил. Думал, сможет изобрести лекарство и спасти мир, — заметил скептичный взгляд — вот мы тоже так подумали. Но потом, — взял один лист — ему удалось сделать что-то, отдалённо похожее. Я изучал всё и думаю, если немного поработать и усовершенствовать, можно добиться желаемого результата. — это вылечит всех людей? — Джин взял лист у него из рук и пробежался взглядом по тексту. — нет, но защитит ещё здоровых. Мы можем передать это парням. Если не Юнги и Чимин, Чонгук займётся этим. У нас с тобой нет шансов… — он не сможет отказать, — помня, как Чонгук пытался быть хорошим и заслужить их прощение. Он бы сделал это — хочешь, чтобы мы попросили его об этом? — да, — закинул ногу на ногу — лаборатория на другом конце города. Не думаю, что смогу туда дойти. Но ты можешь отправиться с ним, у тебя достаточно времени… — медленно выдохнул. Он не хотел, но как не поднимать эту тему? Джин вложил лист обратно в папку. — в этом есть и плюсы. Мы оба не будем мучиться… Намджун сжал переносицу большим и указательным пальцами. — кто бы мог подумать, что я найду тебя за… ты понял. — не говори об этом, — Джин наклонил его к себе и поцеловал в висок. В голове до сих пор не укладывалось, что смерть, вот она, стоит совсем рядом и со дня на день готова забрать их обоих. Намджун слабо улыбнулся. — ты не можешь игнорировать… — вдохнул, словно говорить дальше было физически трудно. — я понимаю, просто нет смысла грузить себя сейчас. У нас есть цель, которую мы должны успеть выполнить, так? — молчаливое согласие — Вот всё, умереть всегда успеем.

***

      Они держались за руки. Держались, когда спускались по лестнице, когда обходили уснувших заражённых, когда прямо перед ними рухнула стена какого-то здания, они держались за руки. Здорово, теперь они могли не носить маски и прочую защиту. Кто-то умудрялся находить плюсы в любых ситуациях. Джин осмотрелся, примечая где они сейчас. — почти пришли… — отпустил руку и пошёл вперёд. За поясом у него по прежнему был пистолет, хотя надобность в нём объективно отпала. — Джин… — парень оглянулся, сердце пропустило несколько ударов. Он словно умер в эту секунду. «Нет, нет, почему именно сейчас?! Почему так быстро?!» Кажется, он сейчас на стадии, очень близкой к принятию и далёкой от него одновременно. Намджун протянул папку. — иди, ты должен это передать, — растения обматали его ногу и сплелись с теми, что на рёбрах. Буквально сплелись, срослись. Как паук, оплетающий сетью свою жертву.       Папка полетела на землю так же, как и сам парень. Джин подхватил его, и они оба опустились на колени. Джин боялся. Боялся смотреть, как теряет его. Он не прокручивал этот момент мысленно, просто не мог. Он отрицал, боролся, до конца не верил. — Джин, пожалуйста… Старший выдохнул и прижал его голову к груди. Он не готов к этому сейчас. Джин физически не мог его отпустить, даже если бы захотел. — если мне нужно выбирать между теоретическим спасением мира и тобой, я выберу последнее, — «И буду выбирать всегда. Тебя и только тебя».       Мозг Намджуна работал настолько плохо и медленно, что ему понадобилось несколько минут на осмысление фразы. Слишком много слов, но кажется, Джин не собирается уходить. Сил бороться с ним уже не было. Это его решение, пусть поступает, как хочет.       У всех заражённых общая нервная система. Они довольно слабо реагируют друг на друга, но тем не менее связаны. До жути неприятно и мерзко становиться частью этого организма. Собственный мозг едва сохраняет функциональность, соединяясь с сотнями других, чувствуя каждого. Теперь Намджун как никогда понимал заражённых. Всё чего они хотят, так это освободиться или умереть. Что в принципе одно и тоже. — Джин, — попытался хоть как-то сформулировать вопрос — если бы я… убил человека. — судорожный выдох — Ты бы… простил меня.? Старший обнял его крепче. Он уже ничего не боялся. Плевать на всё, он же уже мёртв. Мёртвые не боятся, мёртвые не волнуются. — я бы простил тебе что угодно… — почувствовал, как чужие руки начали шарить по его талии. — а если бы этот… человек был… очень тебе… дорог? — руки тряслись. Намджун перезарядил пистолет за его спиной. — простил. — закрыл глаза, в них появились слёзы — Я был счастлив провести это время с тобой…       Как всегда, они понимали друг друга без слов. Родственные души, никак иначе. Звук выстрела, и в руки Намджуна падает самый дорогой в его жизни человек. Не точно в сердце, но смерть мгновенная. Кто бы мог подумать, что последнее убийство будет самым болезненным. «А если бы этим человеком был ты?»       Ростки оплели всё до рёбер и стремительно двигались выше. Чужая кровь пропитала одежду и часто капала на землю. Намджун приставил пистолет к виску.

***

      Чимин сидел на бёдрах Юнги, пока тот бесстыдно лапал его. Нежные поцелуи давно переросли в страстные и мокрые. Они довольно редко позволяли себе подобное, ввиду ранения Юнги. Да и Джин их однажды застукал. Впредь они были максимально осторожны, а их навык быстро одеваться и приводить себя в порядок достиг планки в десять секунд. Сейчас с ними ещё и Чонгук, значит, времени наедине будет меньше. Вот парни и старались насладиться друг другом наперёд.       Чимин выгнулся в пояснице, когда Юнги начал оглаживать его талию. В этот самый момент раздался звук открывания двери. Чимин резко дёрнулся, а Юнги зашипел от боли. — прости, прости, — быстро извинился парень и слез с него. Он поправил футболку и пошёл к выходу. Там его взору предстал напуганный Чонгук, пытающийся отдышаться. На его ногу был намотан плющ — боже, что случилось? — Чимин присел на корточки перед ним — Где Джин? — я… — Чонгук дышал глубоко и часто — я не знаю, — снял плющ и кинул в сторону — арка обрушилась и… я не знаю… — чего, блять? — показался Юнги — И ты просто ушёл? — ты время видел?! Конечно! — ты, — он за секунду осознал произошедшее и решительным шагом направился к Чонгуку — скотина, — схватил за куртку и произнёс ровным тоном — если он погибнет, я убью тебя. — Юнги, — Чимин коснулся его плеча — не горячись. Джин… — что Джин? — Чонгук из его рук вырваться не пытался. Адреналин забрал все силы — он будет солидарен со мной, — замахнулся и ударил — мало тебе меня, ты ещё и на Джине отыгрываешься? Чонгук такого поворота не ожидал, но сориентировался быстро. Замахнулся и едва не ударил Чимина, который встал между ними. — не начинайте. Хён в порядке, он уже был в такой ситуации. Утром вернётся, — неуверенно добавил — надеюсь… — ты не будешь спать на его кровати, — бросил Юнги — если что-то случится… — не договорил и ушёл. — ты злишься на меня? — робко спросил Чонгук. — я тебя ненавижу, — с призрачным сарказмом сказал Чимин — Какой мразью надо быть, чтобы оставить на верную смерть человека, который тебе жизнь спас? Ах да, — развернулся — надо быть тобой.       Чонгук испытывал и злость, и стыд одновременно. Он пытался сделать что-то нормально, а получилось как всегда. Он неудачник и их прощение никогда не заслужит. А Джин, единственный, кто был на его стороне, и тот отвернётся после такого. Чонгук почувствовал ком в горле. Он был готов сам подставиться под кулаки Юнги, заслужил. Только не при Чимине, не хочет ещё сильнее падать в его глазах. — я лекарства принёс, — высыпал содержимое рюкзака на стол — если ещё нужно, — скинул верхнюю одежду и лёг на кровать. — я, сказал, — прорычал Юнги — не спи, блять, на его кровати.       «Может мне на полу поспать?» Чонгук молча перебрался на верхний ярус. Если он будет спорить, сделает только хуже. Он отвернулся лицом к стене. Слышал только, как Чимин шарится в пакетах и картонных коробочках. Кажется, распаковывает шприц… Ни слова, а тишина ужасно давит. Или это чувство вины?..

***

      Чонгук проснулся раньше всех. Джина не было. Чимин и Юнги спали в обнимку на нижнем ярусе. Видимо, старшему уже лучше, раз он может держать эту тушку на себе и не умирать от боли. Чонгук спрыгнул на пол, что получилось на удивление тихо. Он чертовски голоден, чем они тут питаются? Как и говорил Джин, лапша быстрого приготовления — наш выбор. Так и набрать недолго. Хотя вспоминая, как он бегал от заражённых, ожирение ему точно не грозит. Чонгук ел медленно, периодически залипая на стену. Что он должен им сказать? Или стоит сделать вид, будто вчерашнего разговора не было? Это и разговором назвать сложно… Просто плюс ещё один синяк на лице и ничего более. Может ему вообще стоит выживать одному? Погибнет, ничего страшного. Если с Джином что-то случилось, Чонгук не сможет жить с этим грузом на душе. Чувство вины душило, он корил себя за каждое действие. Если он попытается всё исправить один, получится снова как всегда.       Старшие проснулись к моменту, когда Чонгук уже поел. — с новым годом, — первое, что сказал Юнги — думал, у тебя хоть пойти искать его совести хватит. — вместе пойдём, — Чимин подвинул оставленные Чонгуком порции — спасибо.       Младший слабо кивнул. Чимин сказал не искренне, но видно, что пытался. Это немного успокоило. Чонгук столько хотел сказать, но всё это звучало бы крайне глупо по сравнению с его действиями. Он не хотел оставлять Джина, но время исчислялось в минутах, он бы сам погиб… Может, так было бы даже лучше. — чё завис? — Юнги положил в рот новую ложку лапши. — да так… — отмахнулся парень. Чимин делал вид, будто его здесь нет. — совесть мучает? — усмехнулся.       Да, Юнги, да. Чонгук сдерживался, чтобы не послать его. Задолбал уже обвинять во всех смертных грехах. Даже если это правда, какой толк от бесконечных обвинений? Сам себя как мудак ведёт. — ещё немного подождём и пойдём за Джином, — Чимин выкинул пустую коробку.

***

      Они прошли несколько улиц, когда Юнги резко стало плохо. Бок ужасно болел, но кровотечение не открылось. Чимин взвалил его на себя, так как на Чонгука Юнги даже смотреть не хотел. — я пойду вперёд, ладно? — младший обернулся. — пиздуй, не помри по дороге. — Юнги… — Чимин осторожно придержал его за талию. — всё нормально, — Чонгук завернул за угол.       Перед ним открылся прекрасный вид постапокалиптического города, который он уже видел в первый день. Он заметил узкий проход между домами, полностью затянутый растениями. Кажется, там были и силуэты людей. Когда один из них шевельнулся, Чонгук чуть сердца не лишился. — куда мог пойти Джин? — рассуждал он вслух. Чонгук, как оказалось, не так хорошо знал его, чтобы точно сказать. — туда, где можно спрятаться, как и любой адекватный человек, — к нему подошли Чимин и Юнги. — там довольно безопасный район, — Чимин указал в нужном направлении — от заражённых можно спрятаться в подвалах или многоэтажках. Там и растений мало, все дома целы. — ебать ты мозг, — съязвил Юнги — зная Джина, он лёгких путей не ищет. — это ты не ищешь, — Чонгук уже приметил короткий путь — идём.       Чимин и Юнги поплелись за ним. Первый и не пытался перечить, а второй уже задолбался. Чонгук побежал вперёд, заглядывая за каждый угол. Он обошёл здание и замер в ужасе. — п-парни…       Растения тянулись из нескольких точек и по пояс оплетали фигуру человека, стоящего на коленях. Мёртвого человека. Почему по пояс, Чонгук мог только гадать, но сейчас его это не волновало. Впервые он видит лицо заражённого. Чонгук с трудом нашёл в себе силы сдвинуться с места. Он подошёл и… к горлу подступил ком. От собственной никчемности и бесполезности.       В этом человеке он с трудом узнал Намджуна. Они не виделись так же долго, как с остальными, но… Чонгук искренне надеялся встретить его живым. А в руках Намджуна лежал Джин. Бледный, как фарфоровая кукла. Тонкие трещины рассекали белоснежную кожу лица. Его растения не тронули. Ростки, почему-то, оплетали пустое место рядом. Чонгук ничего не понимал, пока не заметил едва заметные следы крови на земле и рубашке Джина. Ему было плохо только от вида этой картины, так ещё и… — твою мать, — голос Юнги — нашли. — боже… — Чимин отпустил старшего и подошёл к Чонгуку. — я… — по щекам Чонгука, совершенно внепланово, покатились слёзы — это из-за меня… — он почувствовал себя ещё более жалким. Стоит, ревёт. Каким ничтожеством он сейчас выглядит в глазах парней? — ну, ну, ничего подобного, — Чимин обнял его и похлопал по спине. — его Намджун убил, — уверенно заявил Юнги. Чонгук резко оттолкнул Чимина. — т-ты что такое говоришь? Юнги указал на пистолет и какую-то папку. — а потом застрелился сам. Решать проблемы именно так — в его стиле.       Чонгук поднял папку, открыл. Но из-за слёз он мало что мог разобрать. — какие-то химические формулы, — начал читать Чимин — я не понимаю, — перелистнул на последнюю страницу в поисках содержания или чего-то подобного, но там ничего. — думаешь, это было причиной? — Юнги окинул взглядом всхлипающего Чонгука. — тут описано это растение. Как развивается, чем питается, чего боится, — Чимин забрал папку. — как видим, оно гораздо охотнее накинулось на кровь, чем на… — секундная пауза. — да, оно высасывает только кровь, — с недетским интересом продолжил читать — она необходима для развития цветов. Тут так же есть возможные способы борьбы с ним. — передал папку Юнги и вновь обнял Чонгука — Ну всё, хватит, успокойся. — идёмте отсюда, — Юнги не стал последний раз смотреть на две неподвижные фигуры.       Они вышли на ту же широкую улицу. Юнги, жмурясь от боли, сел на землю и принялся изучать текст. — помнишь, ты говорил, что его можно сжечь? — обратился к Чимину — так вот нихрена. — вновь опустил глаза — И химикаты его не берут. — пролистал — Слушайте, кажется, человек, который это написал, пытался создать действующий химикат. — это его структурная формула? — Чимин гладил волосы младшего, который почти успокоился и лишь изредка вздрагивал. — а я ебу? Возможно, — читал ещё пару секунд — Думаете, они могли покончить с собой из-за этого? Даже звучит по идиотски. — может что-то личное?.. — внезапно подал голос Чонгук. — очень сомневаюсь, что Джун кокнул его из-за неразделённой любви. — они расстались после твоего отъезда, — пояснил Чонгуку Чимин. — у меня нет догадок… — накатывает новый приступ слёз. Чонгук представил, что Тэхён… что он может найти его в таком же состоянии. — тогда заткнись, — Юнги захлопнул папку — нужно вернуться, здесь по-прежнему небезопасно. Чимин помог ему встать. — я посмотрю? — задрал футболку. Рана ещё не полностью затянулась, на бинтах проступала кровь — отлично… — ничего страшного, — убрал его руки — зайдём в аптеку. Чимин рвано выдохнул. — ладно, давайте там пройдём, — указывает — может что-то интересное найдём, но аптека должна быть.       Чонгук обнял себя руками. Ему хотелось испариться, исчезнуть. Больше всего убивал презрительный взгляд Юнги. Младший уже бросил надежду восстановить нормальные отношения.       Парни вышли к широкому переулку. Юнги выставил руку вперёд. Спиной к ним стоял человек, живой. У Чонгука камень с плеч упал. Живой человек. — не спеши радоваться, — Юнги присвистнул.       Человек обернулся. Его лицо было полностью скрыто маской, перчатки, плотная одежда, но не такая как у них. Будто… как спецназ из фильма. Человек решительно направился к ним навстречу. Юнги сделал шаг вперёд и… — Хоби?! Человек снял маску: — собственной персоной, — на лице появилась солнечная улыбка. — Хоби! — Чимин кинулся к нему с объятиями — ты жив… — а куда я денусь? — посмотрел на Чонгука — привет, Гуки. — п-привет, — парень сначала напрягся. Но Хосок, кажется, вообще забыл о его грехах. — что ты здесь делаешь? — Юнги отодвинул Чимина. — собираю растения, — увидев недоумённые взгляды, он открыл рюкзак. В нём действительно было это растение. — зачем? — Чимин наклонил голову. — моя сестра работает в лаборатории, они пытаются… — стой, стой, стой! — Юнги пролистал папку и открыл на странице со структурой формулой — вот это? Хосок взял папку и просмотрел. — я не разбираюсь, может быть. Мы пытаемся создать лекарство. — заебись! — Юнги вскинул руки — трупак Джина и Джуна, какие-то документы, и ты живой. Лучший день! — в смысле трупы? — парень посмотрел с непонимание — они.? — там, — Чонгук указал, откуда они только пришли — лучше не ходи. — ладно… — Хосок всё ещё ошарашенный. — что там с лабораторией? — Юнги грубо забрал у него папку — Вы там вакцину делаете? Или отраву для этих сорняков? Отведёшь нас туда. — Юнги.! — Чимин легонько стукнул его по спине. — я за нашу жизнь беспокоюсь.

***

— Хосок!       Стоило им войти, на него налетела девушка в медицинском халате и крепко обняла. — ты в порядке? — отстранилась и начала осматривать. — да всё хорошо, цел, — отмахнулся парень. Они оба повернулись к остальным — это мои друзья. Юнги, Чимин и Чонгук. А это Джиу, моя сестра. — приятно познакомиться, — девушка слабо кивнула — простите, но вы должны сдать тест на заражение, прежде чем пройти. — накаких проблем, — Юнги бегло осмотрел помещение. — сюда, — Джиу указала на стол, заставленный всякими пробирками. — идёмте, — Хосок потянул Чимина и Чонгука в коридор, а после крикнул сестре — я за них ручаюсь! В ответ: — вернитесь, блин!       Как они могли увидеть ещё снаружи, это огромный комплекс. Здесь несколько лабораторий, но людей почти нет. Во всяком случае, пока они встретили только Джиу. — нам сюда, — они прошли несколько длинных коридоров. Хосок открыл дверь в комнату, которая выглядела как… жилая? — у каждого здесь была своя комната. — тут есть ещё люди? — Чимин бегло осмотрелся. Пусто. Белые стены, белый потолок, кровать, с белым одеялом. — многие заразились, и нам пришлось их убить. Сейчас здесь остались только мы, — Хосок сбросил тяжёлую одежду, оставаясь с плотных джинсах и футболке. — вы не пытались их спасти? — Чонгук облокотился о дверной проём, не решаясь идти дальше. — пытались. — твёрдо ответил парень — Пытались, но безуспешно. — он на несколько секунд прикрыл глаза — мы… люди были нашими лабораторными крысами, ни одна из которых не выжила. Мы пытались бороться, но будучи в организме, вирус непобедим. — может… — Чимин занёс руку за голову — что насчёт той формулы?       Юнги передал её Джиу сразу, как только парни умчали в тур по корпусам. К вечеру девушка наконец проверила их всех и разрешила свободно перемещаться. Юнги остался работать с ней над вакциной, хоть ничего в этом не смыслил. Хосок и Чимин пошли спать, а вот к Чонгуку сон всё не приходил.       Младший шёл по пустому коридору, изредка оглядываясь. Всё белое, как подобает больнице или лаборатории. Странный химозный запах раздражал и вызывал неприятные ассоциации, но от него никуда не деться. Чонгук смотрел на двери с номерами, ведя рукой по стене. Здесь жили и работали люди, но сейчас все они мертвы. Сколько было сотрудников? Сколько десятков? Может, сотня? Внезапно, на том конце коридора послышался голос. — да… Да, я сейчас принесу, — это был парень, в таком же белом халате как Джиу, поверх обычной одежды. Чёрные, чуть кудрявые волосы и такие знакомые черты лица. Чонгук замер, с ужасом узнав в нём Тэхёна. Парня, которого он бросил несколько лет назад, ничего не сказав и не объяснив.       Тэхён держал в руках какие-то папки и бумаги, придерживая телефон плечом. Всё это полетело на пол, когда он столкнулся взглядом с пронзительными карими глазами. Он пошевелиться не мог. Не может это быть правдой, Чонгук бы не стал возвращаться в Корею во время апокалипсиса. Уж точно не смог бы найти его, такое только в фильмах бывает. — Тэ… — Чонгук дышал глубоко, а воздуха всё равно не хватало. Он не верил своим глазам.       Через долгую минуту Тэхён принялся подбирать бумаги, пока младший отходил от шока. Чонгук не пытался остановить его, и позволил пробежать мимо. Старший направился к Джиу, в то время как в душе у него творился настоящий хаос. Хотелось забиться в угол и рыдать, пока всё это не закончится. Чонгук здесь, значит придётся его избегать. Чонгук здесь, значит, они могут поговорить. Злосчастное «Тэ» теперь надолго засядет в голове. Голос Чонгука изменился, но по одному слову судить сложно… Это Чонгук, Чонгук, его Чонгук. Шок и непонимание быстро переросли в злость. Какое право он имеет так заявляться после всего того, что сделал. — какого хрена?! — парень ворвался в лабораторию, чем не слабо напугал Джиу и Юнги. — о, привет, — пассивно сказал парень с минимальными эмоциями на лице. — ты чего? Что случилось? — Джиу отодвинула колбы. — какого хуя, блядский Чон Чонгук разгуливает по корпусу? Откуда он вообще взялся?! — он со мной, — пусто выдал Юнги — и Чимин тоже. — Ч-чимин здесь? — агрессия тут же сошла на нет. — он спит, на пару с братом, — девушка вернулась к поискам нужных реактивов. Тэхён положил бумаги на стол. — я схожу к нему… В какой комнате? — в сто четвёртой.

***

      Тэхён несколько минут стоял у двери, не решаясь постучать. Если бы он только знал, что это промедление было фатальной ошибкой. Чонгук схватил его за руку. — Тэ, прошу, давай поговорим. Парень тут же попытался вырваться, но хватка младшего сильнее. — я, блять, не хочу тебя видеть. Отпусти.! — у меня были причины уехать, пойми! — мне глубоко похуй! Ты последняя скотина!       Тэхён вырвался (Чонгук отпустил) и с грохотом врезался в дверь. — прошу, Тэ, — в глазах младшего появились слёзы — ты будешь ненавидеть меня за это всю жизнь? Неужели я не имею права на ошибку? Думаешь, я хотел, чтобы вы страдали из-за меня? — ты прекрасно знал, что творишь! — Тэхён сжал кулаки — Ты даже не соизволил предупредить меня, что уезжаешь! Дверь медленно приоткрылась. — вы что кричите?.. — показалась макушка Чимина. — пошёл вон, — грубо сказал Чонгуку Тэхён.       Чимин осторожно коснулся его плеча, но это никак на не помогло. — Тэ, пожалуйста… — Чонгук словами описать не мог, как хотелось обнять Тэхёна. Забыть обо всём, уткнуться в его шею и вдыхать этот родной аромат, пока весь мир не сойдёт с ума. — я не хочу тебя видеть, — железные нотки только подтвердили, ничего не будет.       Слёзы покатились именно в тот момент, когда Чонгук отвернулся. Наверно, Тэхён и так заметил его красные глаза, от чего стало только хуже. Он снова жалок, снова беспомощен и слаб.       Чонгук вышел из здания. Приближалось опасное время, но ему нужен был воздух. Хотелось сдохнуть, но самую ужасную смерть ему уже обеспечил Тэхён. Парень глубоко вдохнул. Прохлада успокоила и довольно быстро привела в чувства. «Я не хочу тебя видеть» крутилось в голове. Чонгук полностью понимал чувства Тэхёна, и не стал бы пытаться наладить общение, если бы тот того не хотел. Чонгук понесёт эту ношу и будет жалеть до конца жизни, будет раскаиваться, пока Тэхён не простит его.       Если бы Чонгук знал, как в это время он плакал на чиминовом плече.

***

— можешь объяснить по-человечески? У меня сейчас мозг сварится.       Следующим утром, стоило Юнги войти в лабораторию, Джиу накинулась на него с какой-то суперважной информацией. — я изучила документы, которые вы принесли, и это просто… Вау, — девушка взяла несколько листов — у нас были незаконченные исследования, но их потеряли. Каким-то образом они оказались у вас. Я почти уверена, что это они. Юнги поднял бровь. — и? — ты не понимаешь. Это формула вещества, которое с 90% вероятностью уничтожит данное растение.       На лице Мина прямым текстом было написано: «Я всё ещё ничего не понимаю» Джиу вздохнула. — это не миллиард растений. Оно одно, просто раскинулось на много десятков километров. Все заражённые рано или поздно сливаются с главным. Если найти корень, место, откуда начался рост, оно может быть более уязвимым. Следует вылить яд туда, и через несколько дней растение полностью погибнет. Юнги задумался. — если вы сможете изготовить это… Эту хрень, то типо мир спасёте? — можно и так сказать, — девушка показала ему карту — только проблема в том, что корень находится в Китае. А точнее, в городе Ляонин. — ох, блять… — Юнги прикинул расстояние — пешком не дойдём. — это больше недели, с перерывами на сон, — Джиу кинула карту на стол — нужно рассказать остальным, это реальный шанс. — ты серьёзно? Какова вероятность, что этот твой яд сработает? Если мы пойдём туда и ничего не получится, живыми уже не вернёмся.

***

      Они рассказали остальным. Неловкость между Тэхёном и Чонгуком была заметна абсолютно всем. Юнги всё ещё считал эту затею абсурдной, но они сошлись на мнении, что попробовать стоит. Это будет нереально тяжело, но лучше попытаться, чем сидеть сложа руки. Тэхён и Джиу приступили к разработке яда незамедлительно, пока остальные начали собираться в дорогу. — ты останешься здесь! — Юнги от злости сжал челюсть. — я не отпущу тебя одного, — Чимин тут же получил толчок в грудь. — тут безопаснее, я хочу быть спокоен за тебя. — а на мои чувства, тебе, видимо, плевать! Я не маленький мальчик, чтобы слушать чьих-то указаний.       Чонгук наблюдал за ними из дальнего угла комнаты. Неизвестно, сколько времени уйдёт у Тэхёна и Джиу на разработку, но он хочет хотя бы извиниться нормально. Попробовать… ещё раз. — Юнги, пожалуйста…       В голове всплыло «Тэ, пожалуйста». Только из уст Чимина это звучало ещё более обречённо. Тяжело расставаться с любимым человеком, особенно если эта любовь взаимна. Трудно понимать, что возможно вы больше не увидитесь, трудно отпускать часть себя в неизвестность. — я не хочу подвергать тебя опасности… — Юнги начал успокаиваться. Было слышно, как тяжело ему даётся это решение, но оно правильное. Оба это понимали.       Чонгук утонул в своих размышлениях, а как только вернулся в реальность, увидел Чимина, крепко прижимающегося к миновой груди. Юнги одной рукой обнимал его за талию, а другой гладил спину. Чимин готов в огонь и в воду броситься с Юнги, но сейчас ему лучше остаться.       Что-то неприятно кольнуло в сердце Чонгука. Ведь Хосок точно так же оставит свою сестру, а самому Гуку придётся окончательно отпустить Тэхёна. Он лаборант, он нужен здесь.       Процесс немного затянулся, и яд был готов только через неделю. Ранним утром Юнги, Хосок и Чонгук сидели в комнате, напротив Джиу. Девушка максимально подробно объясняла, куда им нужно прийти и что сделать. Ведь связи не будет, а попытка всего одна. В комнату вошёл только проснувшийся Чимин и, не говоря ни слова, повиснул на шее Юнги. Старший поцеловал его в лоб и продолжил внимательно слушать Джиу. Чимин прижимался к нему крепко-крепко, старался запечатлить в памяти каждую частичку возлюбленного. Всего через несколько часов они расстанутся на месяц, если всё будет хорошо, или навсегда, если ничего не получится. — если мы угоним какую-нибудь тачку, дело ведь пойдёт быстрее? — Хосок завёл руки за голову. Джиу вздохнула и со скептицизмом посмотрела на брата. — и на каком внедорожнике ты собрался пробираться через ЭТО? А в эпицентре стебли могут быть до двадцати сантиметров в диаметре. — но здесь-то ускориться можно? — вступил в разговор Чонгук. Девушка помотала головой. — угонять машину, это тебе не водку соком запивать. Не думаю, что такие усилия стоит тратить ради пары километров. — теоретически, — Юнги зарылся пальцами в волосы Чимина — мы можем двигаться и ночью… — нет! — я не договорил. — Чимин что-то проскулил и обнял его крепче. — Юнги, нет, — настаивала Джиу — мы не знаем, какие мутации могли произойти в эпицентре. Они могут быть опаснее. Мы вообще ничего не знаем об эпицентре! — Юнги… — Чимин уткнулся лбом в его шею. — вы можете идти ночью, — в дверях появился Тэхён.       Чонгук восхищённо выдохнул. Может, неправильно сейчас обращать внимание на такие вещи, но Тэхён прекрасен. Чёрные вьющиеся волосы на контрасте с белым медицинским халатом, бездонные глаза и эта ухмылка… Каждая деталь в нём сводит с ума и заставляет сердце Чонгука биться чаще. –…но если вы расслабитесь хоть на секунду, будет велик шанс погибнуть. Да и спать когда-то надо, — они встретились взглядами.       Младший ничего не мог с собой поделать. Ему так хотелось быть с ним, вернуть то время, когда всё было хорошо. Тэхён абсолютно точно заметил это обожание и сожаление в чужих глазах. Помнит ли он, как Чонгук одаривал его таким взглядом каждое утро, каждый день и вечер? Объятия, поцелуи? Как они были счастливее всего мира? А Чонгук помнит… — это ублюдская идея, — Джиу гневно посмотрела на Тэхёна — вы подвергнет опасности не только себя, но и единственный шанс избавиться от этого сорняка. — а что будет с теми, кто заражён, но ещё не соединился с главным растением? — Чонгук задал вопрос, чтобы не выглядеть слишком одержимым, глядя на парня в дверях. — они могут стать источником новой эпидемии, — девушка опустила голову — их нужно убивать. Это растение паразит. Если оно не успеет связаться с главным, а носитель умрёт, оно погибнет тоже.

***

      Мучительные часы до полудня тянулись вечность. Чонгук остался в лаборатории с Тэхёном, пока остальные разошлись по комнатам. Отдыхать и морально готовиться. Тэхён мыл и расставлял по полкам колбы, приводил в порядок оборудование после недельной работы. Чонгук просто сидел в углу и смотрел на него. Тишина казалась давящей, потому что атмосфера между ними точно была не самой дружелюбной. Если при других Тэхён ещё был спокоен, то сейчас, наедине, его расписали непонятные эмоции. Это и гнев, и боль, и страх, и желание вцепиться с Чонгука так крепко, чтобы у него и мысли не было ещё когда-нибудь уйти.       Пока парень возился с колбами, не заметил, что Чонгук встал сзади, в опасной близости. Хуже стало, только когда он поставил руки с обеих сторон от него. Тэхён выронил колбу и замер. — Тэ, я искренне сожалею о том, как поступил с тобой. Возможно, если бы я тогда всё объяснил, мы могли бы найти другой выход. — он коснулся носом чужих волос, вдыхая такой родной аромат — Но это уже было, всё в прошлом. Почему ты отвергаешь меня сейчас? Я понимаю, тебе тяжело простить меня. Может, ты даже не хочешь этого, но прошу, — протянул руку и закрыл воду, оставляя их в полной тишине — Я не хочу жалеть о том, что не был с тобой, пока мог. Я не хочу, чтобы жалел ты. У нас есть время, Тэ, и его достаточно. Пожалуйста, позволь…       Чонгук замолчал, когда парень повернулся и обнял его. Тэхён прямо сейчас переступил через себя, свои чувства и внутренний голос, который кричал: «Не трогай его, уходи, он подлец! Он не заслуживает быть рядом с тобой, он причинил тебе слишком много боли!» — я так скучал, Гуки, ты представить не можешь… — в душе всё ещё колебались отголоски ненависти, но желание говорить, касаться, любить было сильнее.       Чонгук не смог справиться со слезами, которые вмиг заполнили глаза. Тэхён, его Тэхён здесь, обнимает его и говорит, что скучал. Сладкий сон, не иначе. — ну ты чего? — с нежной улыбкой Тэхён смахнул с щёк младшего слёзы. Чонгук всхлипнул и прижал его к себе. — прости, прости, прости меня, Тэ. Я такой идиот… — ещё какой. Кретин просто, — парень мягко погладил его волосы и провёл ладонью по спине — мама, я люблю придурка, — Чонгук вновь всхлипнул — ну всё, что ты расплакался? — Тэхён чуть отстранился — сам говорил, мы не должны жалеть о потраченном времени.       Чонгук смотрел на него полными слёз глазами и не находил слов. Своей добротой Тэхён всё больше поражал его. Чонгук был уверен, что эта попытка ничего не даст как и предыдущие, но вот… Он чувствовал себя самым счастливым. Настолько счастливым, что и умереть не страшно.       Старший взял его за руку, переплетая пальцы, и повёл в свою комнату. Чонгук ещё ни разу там не был, но она оказалась довольно минималистичной. Вещей почти нет. Такая же кровать, как у Хосока, с таким же белым одеялом, на которое и повалил его Тэхён. Он сбросил халат, оставаясь в лёгкой одежде, и забрался на бёдра младшего. Взял за руки и под ошарашенный взгляд Чонгука и начал покрывать поцелуями татуированные запястья. — когда ты уехал, — шёпотом начал парень — когда ситуация с Юнги утихла, я так часто думал о тебе, — прикусил указательный палец, тут же оставляя несколько поцелуев — ненавидел, хотел убить, но так смертно скучал… — поцеловал центр ладони — Мне казалось, ты разрушил мою жизнь, и даже если мы встретимся, я не смогу простить тебя.       Чонгук слушал, не зная, как реагировать, чувства рвались наружу. Он хотел его, боже, так хотел с тех пор как увидел. Сам Тэхён, выцеловывающий костяшки его пальцев, только ухудшал ситуацию. Каждое прикосновение невозможных губ отдавалось мурашками по всему телу. — но чем ближе ты был, тем больше мне хотелось обо всём забыть, — Тэхён прижался щекой к тыльной стороне его ладони и наконец посмотрел за глаза — я мечтал прикоснуться к тебе так, словно ничего этого не было. Мечтал снова стать подростками…       Руки Чонгук опустились на его талию, и он перевернул их, оказываясь сверху. Прижался наконец к столь желанным губам нежным, совершенно не напористым поцелуем. Тэхён ответил так же трепетно, зарылся пальцами в мягкие локоны и позволил Чонгуку доминировать. Поцелуй быстро перерос в жадный и влажный. Тэхён чуть звёзды не увидел, когда Чонгук стал посасывать его язык. Его руки шарили под футболкой младшего, требуя снять такой ненужный сейчас предмет одежды. Чонгук обхватил его нижнюю губу, прикусывая. Под томные вздохи старшего он спустился на шею, выцеловывая каждый миллиметр горячей кожи. — Гуки~и, — простонал Тэхён, и Чонгук наконец снял футболку.       Сделав тоже самое со старшим, он вернулся к его шее. Вздохи Тэхёна становились всё чаще, а руки бездумно оглаживали чужое тело. Чонгук закусил кожу на ключице, и Тэхён тихо простонал, чуть выгибаясь навстречу. В голове вертелась мысль, что им стоит быть тише. Тэхён извивался под бесконечными ласками, короткие стоны всё чаще слетали с губ. Чонгук укусил чувствительный сосок, и парень под ним выгнулся дугой, до ушей донёсся долгий сладкий стон. Он стянул с Тэхёна оставшуюся одежду и вновь принялся целовать. Сладкий, боже, какой же он сладкий. Сахарный мальчик, которому хочется подарить любовь всего мира. — Чонгук… — Тэхён расстегнул его ремень и потянулся к ширинке. — чш-ш-ш, ещё рано, солнце, — Чонгук убрал его руки — я хочу сначала сделать тебе приятно.       «Так трахни меня» — подумал Тэхён. Чонгук перевернул его, и все мысли из тэхёновой головы улетучились, когда его входа коснулось что-то горячее и влажное. Глаза закатились от удовольствия, а по комнате разнёсся громкий протяжный стон. Чонгук вылизывал его мучительно медленно, пока старший комкал простыни и не знал, куда себя деть. От ощущения мокрого языка колени сами разъезжались в стороны. Возбуждение было почти болезненным, и в один момент Тэхён захныкал. Ему нужно… ему нужно больше. Очень нужно, чтобы Чонгук вставил ему поглубже, и оттрахал так, что они оба помнили бы очень долго.       У самого Чонгука были немного другие планы. Он поднялся поцелуями по позвоночнику и оставил укус за ушком. Тэхён едва не тёк и скулил, прося большего. Он был на грани того, чтобы самому изнасиловать Чонгука. Т.е. трахнуть себя его членом. — потрепи немного, малыш, — горячий шёпот — где я могу.? — в тумбочке… — Тэхён спрятал раскрасневшееся лицо в подушку.       Он слышал шуршание фольги и звук открывания смазки. Это заставило захныкать сильнее. Он уже подготовлен, растянут чонгуковым языком. Неужели этот садист будет и дальше его мучить? Тэхён испугался собственного стона, когда в него вставили сразу два пальца. Ладно, кажется, Чонгук всё-таки тоже хочет нормально потрахаться. Он сразу начал двигать ими, а Тэхён насаживаться. Старший уже молил Чонгука заменить пальцы на член. Внизу полыхал огонь, в комнате было невыносимо жарко. Кажется, ещё немного, и Тэхён потеряет сознание от перевозбуждения.       Чонгук отстранился на пару секунд, оставляя Тэхёна совершенно одного почти в бессознательном состоянии. Губы раскрылись в немом стоне, когда Чонгук плавно вошёл полностью. Старший на ощупь нашёл его руку и прижал к груди. Размеренные толчки выбивали почву из-под ног. Тэхён ощущал себя таким мокрым, таким грязным, но ему было до одури хорошо. Он цеплялся ослабевшими руками за спинку кровати. За те два года, что они не виделись, его мальчик так повзрослел… возмужал и стал сильнее. Это ещё сильнее разжигало желание. Тэхён стал подаваться навстречу. Сил почти не было, всё тело пронизывало неземное удовольствие. Он слышал только ритмичные звуки соприкосновения их бёдер и собственные короткие стоны при каждом толчке. Когда Чонгук сорвался на бешеную долбёжку, Тэхён не то что стонать, дышать не успевал. — боже, Чонгук, пожалуйста… — он сам не понимал, о чём просит. Сердце билось бешено, вот-вот остановится.       В один момент весь мир схлопнулся, глаза блаженно закатились. Тэхён кончил без рук, от одного только ощущения члена Чонгука внутри себя. В ушах звенело, зрение вообще отказало. Парень окончательно размяк в сильных руках.       Придя в себя, Тэхён еле как разлепил глаза. Чонгук лежал рядом и гладил его спину. — всё хорошо? — спросил обеспокоенно. — да… — Тэхён собрал оставшиеся силы и притянул его к себе, утыкаясь в мягкие волосы — даже лучше, чем хорошо…       Чонгук слабо улыбнулся, его переполняла нежность по отношению к Тэ. Невозможно описать, какую любовь он чувствовал, когда тэхёновы руки обнимали его за шею, а пальцы хаотично путались в волосах. Чонгук обнял его за талию и оставил долгий поцелуй на губах. — мы можем поваляться пару часов. — будильник завести нужно… — я сделаю, засыпай, — младший нехотя выпутался из объятий и потянулся к телефону.

***

      Они как будто снова оказались в прошлом, такие счастливые вместе. Чонгук не мог оторвать взгляд от сладко спящего Тэхёна. Столько времени прошло, он изменился, но всё так же прекрасен. Чонгуку потребовалось немного времени, чтобы осознать произошедшее между ними. Тэхён позволил ему доминировать, мало того, сам этого захотел. Раньше Чонгук лишь несколько раз был сверху. Значит ли это, что Тэхён доверяет ему достаточно, и у их отношений есть шанс? Это ведь не просто всплеск чувств, который пройдёт, когда старший проснётся.       Чонгук отключил будильник за несколько минут до звонка. — Тэ, просыпайся, — провёл носом по щеке. Тэхён что-то пробурчал и уткнулся в подушку. — я не отстану, солнце. У нас не так много времени, — Чонгук взял его лицо в ладони и прижался к чужим губам. Тэхён моментально проснулся и накрыл его руки своими. — да не сплю я, — чмокнул ещё раз — который час? — девять, — младший не удержался и притянул его к себе. Мысль о скором расставании вновь закралась в голову. — Гуки, — Тэхён выглядел неспокойно, что поначалу напугало. Но дрожащий шёпот всё поставил на свои места — я не хочу отпускать тебя… — говорил, словно это большой секрет, о котором никто и никогда не должен узнать. — я… я не хочу уходить, — теперь Чонгуку уже не избавится от мыслей, что отдаются тупой болью в груди — Ты самое светлое, что есть у меня, Тэ-Тэ. Тэхён улыбнулся нежно и погладил его щёку. А Чонгук только ближе льнул, словно котёнок. — нужно верить, что вы вернётесь. Даже если ничего не получится, вернётесь. Чонгук понимал, что не достоин такой любви. Ничего из произошедшего сегодня не сделало его предыдущие поступки менее ужасными. — даже если нет… Я хочу быть с тобой сейчас, и это будет лучший день в моей жизни. Стараясь не показывать подступающих слёз, Тэхён прошептал: — если будет очень тяжело, помни, что я с тобой. Мысленно я всегда с тобой, был и буду. — я запомню, — Чонгук медленно поцеловал его, наслаждаясь такими мягкими губами, он старался запомнить их вкус.       Почти всё оставшееся время они провели в объятиях друг друга. Чонгук рассказал о своей жизни в Америке и извинился ещё сотню раз. Тэхён каждый прикладывал палец к его губам и говорил, что уже простил, но Гук не верил и продолжал извиняться. Тэхён рассказал, как оказался здесь благодаря Хосоку и Намджуну. Как тяжело ему давалась работа, ведь в каждом эксперименте растения выживали, чтобы они не пробовали. А потом Чонгук просто целовал его. Целовал как человек, пытающийся надышаться перед смертью. Только его воздухом был Тэхён.

***

      Они держались за руки до конца. Время перевалило за полдень, путь стал безопасен. Стоя на улице с рюкзаком на плечах, Чонгук крепко держал Тэхёна в своих объятиях. Возможно, это их последние объятия. Чимин обнимал Юнги. Он не плакал, и лицо его было совершенно безэмоционально, всё уже выплакал. Хосок и Джиу стояли рядом, соприкасаясь плечами. Это было молчание, которое никто не решался нарушить. Момент, такой нужный им всем, но ничто не вечно. Чимин отстранился от Юнги. — удачи… — голос тихий и чуть охрипший. Тэхён тяжело выдохнул и так же отлип от Чонгука. Самое тяжёлое, что он когда-либо делал. — всё получится, слышите? Мы сможем. Джиу кивнула с грустной улыбкой. — не подведите, парни. — постараемся, — Хосок горько усмехнулся, демонстрирую свою белоснежную улыбку. — если мы вдруг сдохнем, — начал Юнги — сделайте мемориал и подпишите меня как «Умер от любви к Пак Чимину». У всех на лицах появились невольные улыбки. Чонгук притянул к себе Тэхёна и поцеловал в лоб. — я предпочту «Поплатился за грехи». — грешник ты наш, — подколол Хосок — вы с Тэхёном так грешили, что я на другом этаже слышал. Щёки Кима залил румянец. — ой… — всё, посмеялись и хватит, — Джиу хлопнула — просто помните, что от вас зависят жизни. Хосок и Юнги пошли в нужном направлении. — Чонгук, идём. Тэхён взял его лицо в ладони и прижался лбом ко лбу. — только вернись ко мне, я буду очень ждать.