Грань иллюзии

— Мадара победил, — с тихим щелчком прикрыв дверь, спокойно констатировал Учиха.  — И тебе не хворать, Саске, — устало потёр переносицу Наруто, прикрыв глаза. — Мы с тобой это не раз уже обсуждали, даттебайо. Этого не может быть. Это бред, неужели ты не понимаешь?  — Это ты не понимаешь. Никакой это не бред. Иллюзия действует и все мы сейчас находимся именно в ней. *** За несколько недель до этого. Саске уже несколько лет искал упоминания о Кагуе. В его голове в тысячный раз билась мысль о том, к чему же она так усердно готовилась. Должна быть какая-то определённая причина всему этому. Должен быть какой-то смысл. Пару недель назад он наткнулся на дневники в древнем храме. Дневники были написаны не так уж давно. Вероятно, последний служитель, что помер где-то год назад, вёл некие записи о буднях храма. Записи были достаточно подробные, что навевало на мысль о болезни служителя. Возможно, у него был старческий склероз, и он записывал абсолютно всё, чтобы использовать тетрадь вместо памяти. С другой стороны, мало ли причин для этого? Саске же интересовало нечто более раннее. Но объёмную тетрадь он всё же пролистал. И какого же было его удивление, когда он наткнулся на одну странную запись. Как оказалось, служитель ранее был известным путешественником. Отсюда и привычка записывать все, что видел. Путешествие с целью познать этот мир закончилось именно после этой записи. «Я никогда в жизни не видел такого явления природы. Это меняет всю систему ценностей. Это переворачивает весь мир как внутренний, так и существующий. Все узы, все внутренние установки, все теории и стремления — потеряли в этот момент свою силу надо мной. Мои представления об этом мире, о правде и вымысле, о правилах и морали, о свойствах любого предмета или явления — всё потеряло смысл. Всё это чушь собачья. Ничто не имеет значения. Мы все мертвы. Давно мертвы». Саске стало интересно посмотреть на это явление природы, которое может так повлиять на человека, что тот переосмыслит всю свою жизнь. Он пролистал несколько страниц назад, чтобы по описанию определить приблизительное место, в котором служитель побывал. Точных координат мужчина в тетради не оставил. Учиха обыскал храм на предмет упоминаний Кагуи, как изначально и планировал. Ничего похожего в храме не нашлось, хоть он и был достаточно древним. Прихватив с собой внушительный талмуд, что являлся дневником странника, Учиха отправился в путь, примерно прикинув предстоящий маршрут. *** Это был крах. Полный и безоговорочный. Капли пота стекали по лицу Саске. Активированный шаринган пристально вглядывался в пространство. Учиха тщательно прощупывал все нити чакры, что тянулись куда-то в бездну. Этого не может быть. Его бросало то в жар, то в холод. Шаринган выхватывал всё новые и новые линии чакры. Он поднял с земли камень и бросил туда, в водоворот линий. Камень попросту исчез. Он взглянул вниз, чтобы повторить попытку с иным предметом, но увидел всё тот же камень на изначальном месте. Будто Саске только что не поднимал его, будто не бросал никуда. Учиха медленно поднял взгляд. Осознание происходило со скрипом. В мыслях творился полный бардак. Среди хаоса стали проступать цепочки событий, что привели его сюда. Он же закрыл команду своим Сусано тогда. Так, какого чёрта? Неужели ты думаешь, что Сусано может противостоять такой технике? После Чёрный Зецу воскресил Кагую. Прямо из тела Мадары, поглотив при этом изрядное количество чакры погружённых в иллюзию шиноби. Они боролись с ним… С ней… Они победили и освободили всех. Да, неужели? С чего ты взял, что это вообще возможно? После всего он отправился в путь. Он хотел взглянуть на мир новыми глазами. Он хотел искупить свои ошибки. Колени подогнулись, Саске рухнул на чуть влажную почву. Ткань мгновенно впитала влагу с травы. Влага ощущалась, как настоящая. Всё это обман. Его трясло. Все эти годы, все эти чёртовы годы он прожил в иллюзии. Не было никакой Кагуи, упоминания о которой он искал. Не было никакой победы, которую все так грандиозно праздновали. Не было никакого мирного времени, когда великие страны прекратили бесконечные войны. Не было никакого прогресса, бума рождаемости, кучи новых технологий и механизмов. Ничего этого не было. Саске медленно протянул нетвёрдую руку туда, в скопление нитей чакры. Рука перестала существовать. Совсем. Он обнаружил её прижатой к собственному телу. Нерешительный взгляд опустился на линию, что была в нескольких сантиметрах от ног Учиха. Этой линией и заканчивалась иллюзия. Всё, что было дальше, не существовало никогда. У каждой техники есть определённая граница. Именно здесь заканчивалось цукуёми. Вот только дальше не было реальности. Просто край. Просто грань. Он бежал вдоль этой линии достаточно долго, но так и не нашёл обрыв реальности. Саске понял, что одному ему уж точно не справиться. Ему потребуется помощь, по крайней мере, самого близкого друга уж точно. Именно поэтому он в срочном порядке отправился в деревню. Именно поэтому уже неделю оккупировал Наруто на эту тему. Вот только друг никак не хотел в это верить. На любой довод у него оказался вагон аргументов против этой теории. Он был слеп. Справедливости ради, Саске бы и сам не поверил в это, если бы не видел собственными глазами. ***  — Если верить словам Мадары и Обито, — начал старую песню Узумаки, серьёзно вглядываясь в глаза Учиха, — Иллюзия должна была бы быть у каждого своя. Учитывая количество кандидатов на пост Хокаге, разумеется, в плане мечты или цели, то Хокаге должен быть кто-то другой. Не я, даттебайо.  — Да…  — Если же я — Хокаге, как ты, собственно, видишь, — перебил его джинчурики, — то получается что эта иллюзия — моя лично. Но в таком случае, где живые родители? Где те люди, которых я потерял? Где клан Учиха? Его по-прежнему нет, значит иллюзия и не твоя. Где все те мёртвые люди, которые должны воскреснуть в иллюзии? Ведь Обито именно для этого всё затевал. Он хотел видеть Рин живой.  — Не обязательно, чтобы все мёртвые были живы. Достаточно кого-то одного.  — Я повторяю, это бред. Даже если ты найдёшь этого одного, который внезапно воскрес, то это будет значить, что настоящий человек только тот, для которого иллюзия воскресила этого человека. В таком случае, мы с тобой такие же иллюзии, как и все вокруг. Мы не можем находиться в одной иллюзии все вместе, даттебайо. Мы не можем быть все настоящими.  — Мадара с Обито понятия не имели об этой технике и её технической стороне, пойми же ты, наконец, — спор пошёл по новому кругу, как и вчера, как и позавчера. — Откуда им знать, какой именно должна быть иллюзия? Они её не испытывали на себе, они полагались только на запись, что оставил Зецу на плите Хагоромо, правда я теперь сильно сомневаюсь в этой информации, ведь мы уже были в иллюзии, когда Зецу признался в этом Мадаре. Что если она общая? Что если она одна на всех?  — Тогда как рождаются дети? — вскочил Узумаки с кресла. — Об этом ты подумал? Хочешь сказать, что Боруто и Химавари — иллюзия? — Наруто молнией оказался возле Саске и, схватив того за грудки, припёр его к стенке. — И Сарада? И вся деревня наполнена порождёнными иллюзией фантомами? Тогда какой в этом, чёрт побери, смысл? — уже кричал Седьмой. Нервы его были на пределе. Он не собирался верить в эту небылицу, потому что это было бы очень… Дерьмово это было бы. — Какой. Мать. Твою. В этом. Во всём. Смысл?  — Остынь, — с металлическими нотками в голосе остудил его пыл Учиха. С раздражённым звуком Наруто отпустил Саске, сам же заметался по кабинету, словно не находил себе места. Постепенно джинчурики успокаивался, он подошёл к окну, положил руки на подоконник, прислонился лбом к стеклу. За окном была непроглядная темень, лишь несколько звёзд было видно на небосводе.  — Неужели ты действительно веришь, что всё это может быть иллюзией? — тихо спросил Седьмой.  — Я не верю, я это точно знаю, — твёрдо ответил Учиха.  — И что ты планируешь делать теперь? С этим знанием, — слегка повернул голову Наруто, чтобы взглянуть на собеседника со смесью иронии и затаённой грусти.  — Я вытащу нас. Я обязательно вытащу нас всех, — с напряжённой улыбкой провозгласил Учиха. Он понимал, что до друга ему не достучаться. Слишком сложно принять то, что твоя уже построенная жизнь — всего лишь обман. Наруто освободил его от тьмы в сердце, хоть это и случилось уже здесь, в цукуёми. Теперь его очередь. Саске освободит Узумаки и всех остальных от иллюзии. Легкий ветерок развевал тёмный плащ. Непоколебимая решимость горела в глазах. Он найдёт путь. Путь, что приведёт их всех домой. Оставалось надеяться, что ещё не слишком поздно. Светлые коконы слегка колыхались от ветра. Толстые стволы крепко держали свою добычу. Кагуя давно покинула этот мир, она выкачала почти всю чакру и отправилась покорять новый. Седьмая команда тогда поймала отголоски реальности, на которой позже и построилась новая картинка мира. Четверо воскрешённых Хокаге мрачно наблюдали за построенным Мадарой миром. Прошло уже несколько лет, а картинка так и не менялась. Разве что несколько коконов пропало, древо поглотило их. Хокаге не могли отправиться в мир иной — в этом война ещё не окончена. По крайней мере, до тех пор пока существует хотя бы один кокон с человеком внутри. Вот только вряд ли кто-то сможет выбраться.