Голый бессмертный дед!

- Шиди Лю, ты в порядке? - Шэнь Цинцю обеспокоенно рассматривал Лю Цингэ, касаясь его лба прохладными кончиками пальцев. - Не очень, — признался Лю Цингэ. Касание было приятным, однако, в данной ситуации совсем не помогало. Но сказать об этом у лорда пика Байджань не повернулся язык. Когда, по пути в эту треклятую пещеру, Цинцю уговаривал его не идти, аргументируя, что демоницы охочи до молодых мужчин, он проигнорировал это, едва не рассмеявшись. "Вот уж где им нечего ловить!" Как оказалось - зря. *** Шэнь Цинцю был самым красивым и изящным из всех, кого видел адепт пика Байджань. А еще он всегда был подонком. Лю Цингэ узнал об этом не намного позже знакомства. Это осознание быстро погасило не успевшее толком распалиться в сердце Цингэ пламя. И слава небесам, которые миловали его от чувств к этому чудовищу. Двуличный, охочий до женщин, злобный лорд пика Цинцзин вызывал отторжение. Не раз Лю Цингэ думал о том, как было бы здорово, будь лорд Шэнь внутренне так же прекрасен, как и внешне. И ошибся. Это оказалось здорово для кого угодно, кроме него. Когда после лихорадки Шэнь Цинцю кардинально изменился, какое-то время лорд Лю все ждал, когда тот рассмеется и с мерзкой улыбкой скажет, что это была просто шутка. Но время шло, а лорд Шэнь не становился прежним, не ранил словом, не отравлял, не пытался подгадить... Когда Цинцю попросил его дать ему несколько уроков фехтования, Цингэ внутренне горько рассмеялся. "Вот оно! Он пытался втереться в доверие, чтобы атаковать меня, когда моя бдительность уснет!" И тут же почувствовал горечь стыда. В глубине души он понимал, что тогда в пещере его было куда проще убить. Да что там убить - можно было просто не помогать и искаженная Ци мучительно сделала бы все сама. Шэнь Цинцю так ни разу и не атаковал никаким подлым приемом, а Лю Цингэ действительно перестал его подозревать и ждать подвоха. Как-то раз он на закате постучал в дверь бамбуковой хижины. - О, шиди Лю. Тебя сегодня привело какое-то дело? - со светлой улыбкой поприветствовал его Цинцю. А Цингэ стоял и не знал, что ответить. Он задумался о распустившихся цветах и ноги сами принесли его к порогу, потому что... Нет, не может быть... Может. - М, нет, - лаконично ответил Бог Войны. Шэнь Цинцю несколько секунд озадачено смотрел на него, очаровательно наклонив голову к плечу, потом вновь улыбнулся и отошел, пропуская его внутрь. - Хорошо, что ты зашел. Один из моих учеников привез из дома новый чай и я буду рад попробовать его с тобой. Невинная фраза, но фантазия Лю Цингэ тут же придала ей двойной смысл, заставив разозлиться на самого себя. А чай и правда оказался вкусный. Хотя, лорд Лю подозревал, что ему будет вкусно, даже если шисюн заварит ему веник. С того раза Лю Цингэ пообещал себе, что лишний раз не встретится с лордом пика Цинцзин. Зарок осложнялся тем, что он должен был делиться энергией с Цинцю раз в месяц. Казалось бы, обратись к Юэ Цинъюаню, и он наверняка сам этим займется. Но Цингэ не позволял этой мысли пробраться в свою светлую голову. Ему нужно было видеть этого человека хотя бы раз в месяц. Конечно же, план провалился уже на втором месяце. Изнывающий от скуки и без ставшего привычным общества этого молчаливого лорда, Цинцю сам пришел на пик Байджань и принес вкусный чай и разные сладости. - Кажется, я впервые в твоих покоях, - задумчиво произнес он, осматриваясь и Лю Цингэ неожиданно почувствовал стыд за аскетизм и неуютность своего жилища. - У тебя очень просторно, - тем не менее нашел, что похвалить Цинцю. Сладости Бог Войны не любил и возвышенный утонченный лорд пика Цинцзин без проблем схомячил их сам. Именно схомячил - в какой-то момент за беседой он забылся и откусил больше, чем следовало. Конечно, он тут же опомнился, отвел взгляд и покраснел, прикрывая рот кончиками длинных пальцев, но немного округлившиеся щеки это не спрятало. Это было мило. И окончательно рушило иллюзию недосягаемости, которую Лю Цингэ старался поддерживать вокруг Шэнь Цинцю. Бог Войны с пика Байджань пил великолепный чай и понимал, что он пропал. Шэнь Цинцю всегда без колебаний подставлял ему спину. И совершенно его не стеснялся. Однажды Лю Цингэ нагрянул к нему раньше обычного, собираясь потом остаток дня потратить на тренировку (считай, избиение) своих адептов, и невольно застал Цинцю только вставшим. Тот чуть сонно потер уголок глаза, но с готовностью сел спиной к Богу Войны. - Ты... оденься. Я подожду, - смутился Цингэ. - Все в порядке, мы же оба мужчины. Ты ведь хотел освободиться побыстрее. Похоже, самого Цинцю ничуть не смущало быть при нем только в тонкой нижней одежде. Он лишь убрал свои длинные распущенные волосы через плечо, чтоб они не мешались. Лю Цингэ тяжело вздохнул, чувствуя, что ему становится жарко. Ощущение кожи под одним слоем тонкой ткани совершенно не помогало взять себя в руки. В голову некстати лезли мысли о том, что если развернуть Цинцю лицом к себе и обнять, то передача духовной энергии будет гораздо эффективнее... - Как может лорд пика вставать так поздно? Разве тебе не нужно тренировать своих учеников? - спросил он, чтобы отвлечься. - С утра у моих учеников самообразование, - ничуть не смутившись ответил Шэнь Цинцю. - Да и я вчера зачитался на ночь, не заметил как быстро луна пересекла середину неба. Когда Лю Цинге закончил, Шэнь Цинцю встал и потянулся всем телом, притягивая к себе взгляд. - Какое приятное чувство. Да и застоя Ци я давно не ощущал. Может, яд больше не действ- - Это иллюзия! - обеспокоенно оборвал его Цингэ. - Сколько бы лет ни прошло, ты никогда не исцелишься до конца. - Но у меня же есть ты, - с улыбкой обернулся Цинцю и сердце Бога Войны пропустило удар. "Как он может вот так просто говорить такие вещи? Неужели, он совсем не думает о том, что его можно понять превратно? Значит ли это... что он совсем не думает обо мне в таком ключе?" - в груди Лю Цингэ глухо сдавило и он пообещал себе, что никогда и ничем не выдаст, что чувствует к Шэнь Цинцю... *** ...но чертова демоница похерила эту, казавшуюся неплохой, затею. - Шиди? - лорд пика Цинцзин смотрел на него немного удивленно. И ни капли страха во взгляде, хотя Бог Войны всем телом прижал его к стене, когда лишь на секунду забылся, ослабив контроль над собой. - Шэнь. Цин. Цю. - каждое слово давалось труднее. - Помоги мне. Сбросить напряжение. В схватке. - Ох, шиди Лю, - Цинцю смущенно отвел взгляд. - Схватка тебе не поможет, да и этот шисюн плохой противник для Бога Войны с пика Байджань. Не было ни шанса, что лорд Шэнь не почувствовал, что упирается ему в низ живота. Но он тактично не заострял на этом внимание и Лю Цингэ был за это благодарен. - Мне становится сложнее контролировать себя, - поделился Лю Цингэ. - Извини, шисюн. Он, стараясь не сжимать, приподнял лицо Шэнь Цинцю за подбородок и прижался к губам, о которых невольно мечтал столько времени. Которые видел во снах. В реальности поцелуй был гораздо слаще. *** Шэнь Юаню действительно нравился Лю Цингэ. Этот сильный, благородный и верный юноша вызывал неодолимую тоску о том, что он лишь персонаж и нельзя иметь такого друга в реальности. Как несправедливо, что в романе его так рано выпилили. Юань, поколебавшись некоторое время, полез смотреть фанфики с его участием. Джен быстро закончился и от безысходности братец-Огурец полез читать все остальные. Гета тоже оказалось негусто. Говоря точнее - одна штука и та написана так отвратно, что Шэнь Юань закрыл вкладку не прочитав и половину. Ничего или качественно написаный слэш? Поколебавшись денек, он все же успокоил себя, что он просто хочет прочитать про отличного персонажа. Тогда, в пещере при первой встрече, Юань, а точнее уже Цинцю, был шокирован внешностью Бога Войны. Он оказался стройным красивым юношей с мягкими и тонкими чертами лица, а вовсе не бой-мужиком со шрамами, как ему представлялось, пока он читал роман. Тогда впервые пошатнулась его уверенность, что он натурал. "По большому счету, в прошлой жизни у меня не было возможностей это проверить наверняка... Моя жизнь и работа не требовала от меня контакта с большим количеством людей. А из тех, кого я знал, ни один мужчина меня никогда не привлекал, так что я всегда был уверен, что я натурал. Впрочем, женщины с едкими улыбками или резкими чертами лица тоже меня совершенно не привлекают. Значит ли это, что дело не в поле?" - думал лорд пика Цинцзин мучаясь от бессонницы. Не придумав ничего путного, он отогнал мысли прочь и решил, что надо понаблюдать. В конце концов, жанр этого романа - гаремник. А значит, что все мало-мальски привлекательные девушки по умолчанию принадлежат главному герою. Тогда не так уж плохо, если ему могут нравиться и мужчины, красотой не уступающие небесным девам. Ведь так? Очень скоро ему представилась возможность наблюдать за Лю Цингэ регулярно. И чем больше Шэнь Цинцю смотрел на Бога Войны, тем больше понимал, что тот ему... нравится? Лорд пика Цинцзин даже сам был удивлен тому, насколько легко он принял это. Впрочем, Шэнь Юань всегда имел достаточно гибкую психику и быстро принимал неизбежное. Став горным лордом, он не утратил этой способности. Лю Цингэ оказался просто потрясающим. С ним удалось искренне поладить, не смотря на многолетнюю ненависть, которая бушевала между лордом пика Байджань и оригинальным Шэнь Цинцю. С ним было спокойно и надежно. И интересно. Как ни странно, несмотря на его молчаливость, он всегда искренне слушал то, что рассказывал ему Цинцю, изредка задавал вопросы. Сам он долго не хотел рассказывать что-то, ссылаясь на то, что пик Байджань - это военная мощь, а истории ученых мужей привилегия пика Цинцзин, но под натиском уговоров сдался и... весьма доступно и толково объяснил несколько приемов и духовных практик. Постепенно, он становился все более разговорчив за чаем с Шэнь Цинцю. Когда Цингэ не видел, лорд пика Цинцзин любовался им поверх кромки своего неизменного веера. А еще у него были потрясающе теплые руки. Шэнь Цинцю чувствовал это даже через одежду. В тот раз, когда Лю Цингэ пришел спозаранку, Цинцю закусил губу, чтобы не начать мурчать от теплых прикосновений и ласкового течения чужой духовной энергии по его меридианам. А еще он впервые поймал себя на том, что от чьих-то касаний хочется выгнуть спину. В оригинальном романе было до обидного мало информации о лорде пика Байджань, так что Цинцю понятия не имел о его вкусах и ориентации. Пребывание в одном мире с ним тоже никак не прояснило этот момент: его шиди никогда не был замечен ни с мужчинами, ни с женщинами. Люд вообще шушукался, что Бог Войны не наделен такой силой. Порой Шэнь Цинцю осторожно ронял двусмысленные фразы, но то ли они были слишком тонки, то ли лорд пика Байджань и правда не был заинтересован в нем, а может и вовсе ни в ком... *** ...или нет. Народная молва явно ошибалась. Наверно, если бы Шэнь Цинцю давно уже не решил, что не интересен Богу Войны, он бы больше внимания обратил, на то, что тот так уперся и отказался отпускать его одного именно к этим демонессам, да и на то, как он нервничал и пререкался, пока Мэйинь гадала. От поцелуя все мысли спутались. Ему всегда казалось, что даже будучи отравлен подобным, шиди Лю скорее разнесет по камешку все горы в стране, чем поцелует первого попавшегося. Лорду пика Байджань настолько плохо, или... "Черт-черт-черт! Да какая разница так ему плохо или иначе! В любом случае нужно как-то помочь ему!" Невольно на задворках сознания мелькнула мысль, что сейчас он может быть с Богом Войны не испортив отношений, даже если это окажется не более, чем действием демонического наваждения. Он просто заверит, что лишь хотел помочь и сохранит тайну об этой деликатной ситуации. Эта мысль манила и одновременно горчила. - П-прости! Я... я... Не сразу нашедший в себе силы оторваться от поцелуя Лю Цингэ, не знал куда направить взгляд полный смущения. - Все в порядке, шиди Лю, - мягко заверил его Шэнь Цинцю, прикасаясь прохладной рукой к пылающей шее и поглаживая алеющую щеку большим пальцем. - Этот шисюн понимает и хочет помочь тебе... - Не понимаешь! - отчаянно прошептал Цингэ и яростно посмотрел в глаза. - Ты мне нравишься и я не хочу причинять тебе такие неудобства. Прямо сейчас ты должен меня обездвижить и бежать, пока это не спадет! От осознания, что он только что сказал, Лю Цингэ захотел прямо тут же выкопать себе могилу своим же мечом и самостоятельно похорониться заживо. Шэнь Цинцю несколько раз удивленно моргнул, переваривая услышанное. Потом невольно расплылся в улыбке, под гневным и недоуменным взглядом красного, как рак, лорда пика Байджань. - Знаешь, шиди Лю, тебе будет сложно справиться с этим наваждением в одиночку, - он притянул его за ворот верхнего платья, привставая на носочки и касаясь губ почти целомудренным дразнящим поцелуем. - Да и незачем, ведь ты мне тоже нравишься.