Игры со львами

      Бриенна возвращается в общежитие в приподнятом настроении, а на столе лежит лишь короткая записка от Сансы, в которой девушка предупреждает, что пару дней проведет дома, рядом с сестрой и братом, празднуя победу над Болтоном. Тарт только улыбается, глядя на ровный почерк подруги и любезное приглашение к ужину. Быть может, она им воспользуется.       Воды в чайнике, увы, нет, но это не проблема, и девушка торопится в общий коридор и набирает воду. Столкнувшись с соседкой слева, Тарт даже перекидывается с ней парой слов, а когда возвращается, обнаруживает свой телефон, трещащим без устали. Что за срочность? - Алло, - спокойно отвечает на незнакомый звонок Бриенна. Может кто-то из преподавателей? - Да, Бриенна, здравствуй, - раздается смутно знакомый голос. – Джейме ещё с тобой? – собеседник явно обеспокоен, говорит отрывисто и быстро. - Но… Кто вы? – интересуется Тарт, не торопясь отвечать на вопрос. - Ох, черт, Тирион, помнишь меня? Тирион Ланнистер, его брат, - и Бриенна вспоминает. Точно, это его голос, некоторыми нотками напоминающий Джейме. - Да, помню, - девушка начинает нервничать. Почему Тирион так взволнован? – Джейме не так давно уехал. - Черт побери! – похоже, недавний знакомый даже выругался куда-то в сторону. - Что происходит? – взволнованно выдыхает Тарт, а в груди растет нехорошее предчувствие.       Тирион колеблется и молчит несколько долгих секунд, и это только сильнее нервирует. - Что с Джейме?! – уже громче и в разы решительнее вопрошает Бриенна. - Я не уверен, но думаю, что Серсея во что-то вляпалась и обязательно впутает в это Джейме. Я послал домой Бронна, но он был со мной, за городом, поэтому ехать будет дольше… - Я поеду, - отрывисто произносит Бриенна, даже толком не думая. - Не думаю, что Джейме это понравится, - рассудительно заключает голос на другом конце. - Плевать! – удивительно для самой себя вскрикивает Тарт. – Где они?! - Фамильное поместье, - спустя пару секунд сдается Тирион. - Спасибо, я еду, - коротко бросает Бриенна и кидается на выход, не прихватив с собой ничего кроме телефона в руке и ключей, которыми закрыла за собой дверь.       Она ловит такси прямо на дороге, хотя раньше считала это верхом безрассудства; сбивчиво тараторит адрес и умоляет водителя ехать быстрее – человек попался отзывчивый. Словно заразившись беспокойством пассажирки, водитель уверенно движет автомобиль по сплетениям дорог, но этого мало, и Бриенна всё-таки нервно теребит в руках телефон и кусает губы. Только когда на язык попадает что-то соленое, сознание, затуманенное паникой, немного проясняется. Тупая боль помогает сосредоточиться.       Автомобиль тормозит у знакомого коттеджа, девушка вылетает из машины, даже не подумав оплатить проезд, и мчится через пресловутый сад со статуями и фонтанами к главному входу. Двери распахиваются громко, гулкое эхо разносится по пустому залу, но внимание Бриенны привлекает не это, а два силуэта. Впившись в них взглядом, Тарт направляется им навстречу стремительно, мозг не хочет быстро обдумывать происходящее, отказывается это принимать, но рука хватает женщину за волосы и отбрасывает в сторону. Хрупкая фигурка блондинки повинуется и приземляется в метре от тела мужчины. Неподвижного, бледного тела мужчины.       Нет.       Он жив.       Точно жив.       Обязан быть живым.       Дрожащая рука тянется к сонной артерии и ищет пульс, но его там нет. Тишина оглушает, ударяет обухом по голове, а перед глазами едва ли не темнеет, но так нельзя. Сдаваться нельзя. Он должен жить, обязан выжить, как тогда, в передряге в Harrenhal.       Она подвигается ближе, занимая место справа от тела, чуть приподнимает его голову и наклоняется. Ошибки нет, он не дышит. Её ладони ложатся на мужскую грудь, сами сцепляются в замок и начинают ритмичные надавливания.       1, 2, 3, 4…       15, 16, 17, 18…       27, 28, 29, 30…       Прислоняется к губам, выдыхает.       Ничего.       Ещё раз.       Снова надавливания и тупой пересчет. Собственное сердце иступлено бьется в груди, горя желанием отдать эти ритмичные импульсы ему, только бы задышал, только бы открыл глаза, только бы усмехнулся, только бы...       Вдох, выдох.       Показалось?       Нет, Господи, нет! Грудь едва заметно вздымается, бледность понемногу исчезает. Бриенна вновь кладет дрожащие пальцы на сонную артерию, и под ними слабо, но достаточно отчетливо бьется пульс.       Жив.       Спасибо. Всем Богам мира, всему живому, всем и вся – спасибо.       Бриенна поворачивает голову в поиске виновницы произошедшего, и та находится – дрожащая, забившаяся в угол и крепко охватившая себя руками, до крови оцарапывая свои же плечи. Она что-то бормочет, едва различимо, в каком-то бреду, глядя невидящим взором перед собой. Серсея неадекватна – это факт, её зрачки подозрительно расширены, и Тарт не хочет знать, почему её руки в крови.       Тарт хватает телефон, с запозданием понимая, что он – не её. Это телефон Джейме, который лежал на полу, совсем рядом с её. На экране уже готовый номер полиции – так вот за что сестрица набросилась на него. Джейме – идиот.       Она нажимает кнопку вызова, не сводя внимательного взгляда с пугающей блондинки в углу.       Что могло с ней произойти? Как она до этого дошла? Эта прекрасная женщина сводила с ума всех мужчин, которые хоть раз увидели её; вышла замуж за неплохого человека – Роберта Баратеона, их свадьба долго смаковалась всеми новостями. Да, отдали её замуж рано, с достижением совершеннолетия, да и первые дети родились в тот же год, что должно быть было сложно, но близнецы были очаровательны. На всех семейных фотографиях они широко улыбались, и именно улыбка была у них ланнистеровская. На следующий год родился ещё один сын, тоже здоровый, красивый мальчик, да и беременности Серсеи прошли хорошо, и восстановление было быстрым. Откуда Бриенна столько знает? После знакомства с Джейме, она перелистала сотни новостей о Ланнистерах.       Так как эта женщина, у которой, казалось бы, было всё, докатилась до того, чтобы душить своего брата-близнеца, своего любовника, своего мужчину, которому вскружила голову?!       О нём сейчас думать не хочется.       При одном взгляде на эту страшную картину стало понятно одно – он не сопротивлялся. Этот безумный, отбитый, безмозглый, слабохарактерный мужчина с контуженым инстинктом самосохранения! Нет, Бриенна закипала при одной мысли об этом. Она готова была наброситься на него с кулаками прямо сейчас, да только Цареубийца всё ещё без сознания, чудом ожил, и совсем не хочется этот факт портить.       Стук чьих-то ботинок по мраморному полу привлекает внимание, и Бриенна оборачивается – сотрудники полиции, кто же еще…       Вот что значит – вызов в поместье Ланнистеров. Приехали за каких-то минут 7, а это рекорд. - Здравствуйте, - деловито приветствует полицейский с рыжими волосами и бородой. Крепкий мужчина среднего роста, в глазах мелькает неприкрытое любопытство, слишком уж детское для его профессии. - Здравствуйте, - кивает Тарт и поднимается на ноги, чтобы дать показания. - Воу! – неуместно вздыхает служащий и вглядывается в Бриенну во все глаза. Странный какой-то. – Вы охрененно большая, - с легким смешком подмечает мужчина, но как-то беззлобно, продолжая заинтересованно пялиться в её лицо. Он в своем уме?       Бриенна сурово сводит брови к переносице и с невероятной серьезностью произносит: - Я приехала к другу и увидела, как его душит сестра.       Странно называть Джейме другом, но слово «парень» она бы не произнесла при всем желании. Слова «Джейме» и «парень» лишь совсем недавно стали мысленно укладываться в одно предложение, что уж и думать о том, что у неё выйдет произнести это вслух в присутствии Серсеи и незнакомых людей. - Вот это я понимаю, семейная идиллия, - выразительно присвистывает рыжий, а его напарник – темноволосый, сероглазый мужчина с проседью на висках продолжает держаться в тени и что-то записывать. - Ну, назови своё имя, красотка, - игриво подмигивает полицейский, но Бриенна только суровеет. Его поведение сейчас абсолютно неуместно. - Бриенна Тарт, - важно ответствует она, призывая служителя порядка к серьезности. – Пострадавший – Джейме Ланнистер, в углу – его сестра Серсея. - Ааа, - понимающе тянет полицейский. – Так это же скандально-известные «Золотые близнецы».       Девушка не стала уточнять, что ещё за внезапное прозвище, что за новые скандалы, ибо уж чего-чего, а этого добра в жизни Ланнистеров хватало. - Почему она в крови? – хмуро подает голос загадочный офицер позади. - Я не знаю. Вызвала полицию сразу после оказания первой помощи, - честно, не отводя глаз, отвечает Тарт. Тут уже и рыжий заметно напрягается и проходит-таки в гостиную, у дверей которой они и столпились. - Блять, Стир, у нас тут мокруха! – зло бросает из комнаты офицер, и Бриенна холодеет.       Серсея кого-то убила? Попыталась взвалить это на Джейме, а когда тот стал вызывать полицию, набросилась и на него?! Что вообще в голове у этой женщины?       Никогда Бриенна не испытывала к человеку столько негатива разом. Рядом с Серсеей девушка начинает понимать, что такое ненависть…       Голова изрядно кружится, но девушка упрямо сжимает руки в кулаки и делает робкий шаг к двери. Дурацкое любопытство борется с животным страхом и тошнотой. Второй полицейский, которого рыжий назвал Стиром, вызывает подмогу по рации. Нет, ей абсолютно точно не хочется этого видеть. - Скорую, - пересохшее горло не дает говорить громко и ясно, и девушка, прокашлявшись, повторяет. – Скорую. Нужно вызвать скорую помощь, Джейме ещё не пришел в себя.       Она отступает от комнаты, за которой царит ужас и возвращается к мужскому телу на полу, опускается рядом и кладет ладонь на его лицо. Сейчас он совсем не похож на того Джейме, который спал с ней рядом, умиротворенно и расслабленно, нежно притягивая её к себе ближе. Сейчас же лев явно обеспокоен и даже при потере сознания черты лица не разгладились, он напряжен, как статуя, и Бриенне приходится до крови закусить нижнюю губу, чтобы не расплакаться.       Как же она устала сдерживаться. Устала быть сильной в таких ситуациях, когда девушке в пору бы сидеть и дрожать в углу, как дрожит сейчас Серсея. Тарт опускает голову на мужскую грудь и устало выдыхает, вслушиваясь в его размеренное дыхание в попытке снова собраться с силами.       Вдох – выдох.       Вдох – выдох.       Легче, увы, не становится, но расшатавшиеся нервы постепенно встают на место и крепятся перед дальнейшими событиями, обещающими быть ещё труднее и насыщеннее. - Я уже умер? – голос осипший, надтреснутый, но Бриенна всё ещё узнает его из тысячи. - Я упрямее, чем ты, - уголки губ слабо приподнимаются. Будь у неё силы – она бы усмехнулась. - Сейчас я этому рад, - он слабо закашливается, и девушка поднимается и обеспокоенно оглядывает всё ещё бледное лицо и шею, на которой расцветут синяки вопреки загару. - Я отчитаю тебя позже, - обещает она почти сурово, а его пересохшие губы складываются в мягкую улыбку. Как же Бриенна хочет расплакаться на его плече! Но это будет неправильно, так нельзя.       Его рука медленно тянется к её лицу и, скользнув по щеке, зарывается в волосы, притягивает к мужской груди. Тарт недоуменно подчиняется и молчит, а его пальцы мягко ерошат светлые локоны. - Расслабься, женщина, - чуть слышно хрипит лев. – Всё позади.       И пока его рука продолжает гладить её, как маленькую девочку, Бриенна плачет, уткнувшись носом в его футболку и изо всех сил сдерживая голос. На удивление, полицейские легко прощают ей эту слабость, занимаясь своими делами, и уводя Серсею в машину. Когда прибыли специалисты, целая толпа, к ним уже подошел врач. Бриенна помогла расположить Джейме на кресле, пока вокруг него крутился фельдшер, проверяя шею, ощупывая её пальцами, заставляя льва неприятно морщиться. - Вы молодец, - широко улыбается этот старичок. – Реанимация была проведена превосходно, молодой человек обязан вам жизнью.       Джейме выразительно хмыкнул, давая понять, что подобное ему не в первой. Бриенна была того же мнения. Спасать друг друга – странное занятие, которое свело их вместе и сопровождает теперь их странные отношения.       Лев выглядит неплохо с учетом того, что с ним произошло, хотя врач и пообещал долгое восстановление голоса и боли при глотании и приемах пищи. Ему вкололи что-то для снятия отека и обезболивающее, а к Тарт уже приблизился серьезный мужчина с не самым добрым видом. - Здравствуйте, я – следователь по вашему делу. У меня для вас несколько вопросов, а после, если это возможно, - он выразительно глянул на врача, - хотел бы переговорить с мистером Ланнистером.       Джейме выглядел напряженным, и осмотрел подошедшего неодобрительно, но смолчал, когда фельдшер дал свое согласие, а Бриенну отвели в сторону. Всё закрутилось. Допрос был бесконечным, однообразным и неимоверно выматывающим, а количество снующих вокруг людей всё увеличивалось. Десятки специалистов от судмедэксперта до криминалистов и кинологов с собаками, нереальная круговерть, которую безумно хотелось пресечь, и Бриенна так и поступила, заметив, как Джейме устало прислонился к стене и побледнел ещё сильнее. - Мы уезжаем, - уверенно заявила она в лицо следователя. – Приезжайте сами, если что-то прояснится, или вызывайте в участок. Ему нужен отдых.       Глядя в её решительное лицо, мужчина не решился возражать, а только коротко кивнул.       Тарт мгновенно подступила ближе ко льву, перекинула его руку через свое плечо, пропустив мимо ушей его слабое протестующее ворчание. Не так плохо то, что он не сможет говорить какое-то время, хотя молчащий Джейме немного напрягал. Уже в дверях они столкнулись с запыхавшимся Бронном, который, внимательно оглядев их, пообещал, что сам со всем разберется, как только закинет их к Ланнистеру домой.       Бриенна решила проводить его до самой двери, а что еще лучше – до кровати, чтобы не беспокоиться о том, что он обессиленно растянется где-то на лестнице. Самое удивительное, что Ланнистер не протестовал. Совсем. Только недовольно поглядывал в её лицо, а это девушка протестом не сочла.       Он открыл дверь самостоятельно и даже сам медленно добрел до кровати, а после облегченно опустился на постель, хрипло выдохнув. Бриенна без слов направляется на кухню, прихватывает стакан с водой и возвращается, протянув его мужчине. Ланнистер приподнимается, подтягивается выше, чтобы опереться о спинку кровати, и принимает стакан, благодарно кивнув.       Он морщился пока пил, и, видя его исказившиеся от боли черты, Бриенна поймала себя на мысли, что не сможет уйти. Не хочет и не сможет. Она переминается с ноги на ногу и опускает глаза в пол, нервно теребя в руках ткань кофты, а Джейме, словно прочитав её мысли, тянет её за запястье, побуждая сесть. - Останься, - слабо сипит лев, и девушка не ждет повторного приглашения и уговоров, а удобно устраивается с ним рядом, невесомо улыбнувшись.       Он теплый, когда его рука сжимает её ладонь. Он живой, когда кладет голову на её колени, но Бриенна всё-таки опускает вторую руку на его грудь, чтобы чувствовать дыхание и биение сердца, просто на всякий случай.       Только теперь Тарт ясно видит, как сильно он устал. Лев закрывает глаза и проваливается в сон так быстро, что это даже удивительно. Завтра она сможет вдоволь отругать его за легкомыслие, за слабость духа, за отсутствие инстинкта самосохранения, но сейчас, после безумно долгого и трудного дня, она даст ему время отдохнуть и прийти в себя. Засыпая, она молится о том, чтобы утром Джейме снова стал самим собой – шумным, саркастичным, ироничным, несносным, но невыносимо любимым.

***

      Он с трудом разлепляет веки. Всё тело поразительно одеревенело, словно он не спал, а тренировался всю ночь. Перед его глазами – её спящее лицо, такое же уставшее, как, должно быть, у него самого. Она снова спасла его, черт знает каким чудом оказавшись рядом. Его хотела убить первая любовь, а вытащила с того света – новая, настоящая, отличающаяся кардинально. Иронично.       В горле неприятно саднит, но он, похоже, отделался не такими серьезными травмами, как могло бы быть, души его не сестра-близнец, а кто посильнее. Хотя, даже её сил хватило на то, чтобы лев провалился в забытье. Но, руки вытащившие его с того света, явно посильнее будут.       Он невольно усмехнулся, и лениво поднялся с колен женщины, которая даже не потрудилась прилечь или скинуть его с себя. Эх, у кого-то теперь точно будут болеть плечи и шея. Джейме аккуратно опускает её на подушку – благо, кровать широкая и даже её высокая фигура сможет удобно разместиться на ней боком. Неприлично огромная кровать – единственная слабость, которую он перенял со времен жизни в фамильном поместье.       Лев тихо покидает комнату и торопится на кухню, чтобы запить это дурацкое болезненное першение в горле, но это слабо помогает. Глотать чертовски больно. На барной стойке лежит его телефон, наверное, Бриенна оставила, и Джейме разблокировал экран, чтобы пробежаться глазами по сотне пропущенных вызовов от Тириона и десяти от отца. Младший умудрился написать ему семьдесят восемь сообщений, которые смолкли поздним вечером, завершившись одним коротким смс:       «Позвони, когда придешь в себя. Все проблемы решу, не волнуйся».       «Спасибо, всё нормально», - спешно напечатал короткий ответ Джейме.       «Не участвуй в деле, мы с отцом всё решим. Не появляйся какое-то время на людях. Следователь и адвокат приедут на дом, поправляйся», - приходит ответ.       «Бриенна будет со мной», - предупреждает лев, и ответное смс снова прилетает сию же секунду.       «Передавай ей привет».       Вот и ответ на загадку, как Бриенна оказалась в их доме так вовремя. Он злился на то, что Тирион впутал её в это, но было бы глупо отрицать то, что подобное решение спасло ему жизнь. - Ты уже встал? – раздается её низкий сонный голос, и Джейме невольно улыбается, оглядев её помятую одежду, взъерошенные волосы и расслабленную фигуру. - Доброе утро, - горло саднит и не слушается, а потому его когда-то чарующий баритон превращается в сиплый набор звуков. - Помолчи, ради Бога. Врач сказал говорить как можно меньше, - она подходит к нему вплотную, и её пальцы невесомо скользят по синякам на шее, взгляд тускнеет, лицо омрачает беспокойство.       Он перехватывает её ладонь и нежно целует костяшки пальцев, она не краснеет и это странно, но когда её тело тесно прижимается к нему, а губы накрывают его, мысли гаснут. - Я так испугалась, - шепчет женщина ему в губы, и только сейчас он замечает блестящие от скопившихся слез глаза. Глупая, упрямая женщина, желающая выглядеть сильной.       Лев сжимает её талию и обнимает крепко, не давая отстраниться. Он снова успокаивает её, совсем как ребенка, поглаживая спину и голову, а девушка только хватается за его футболку и опускается лбом в его плечо. Джейме бы не понял, что она плачет, так старательно она сдерживала рыдания, но ткань на плече становится мокрой, а её плечи едва ощутимо подрагивают. - Я люблю тебя, - сипит лев, сомневаясь, что она услышит, но Бриенна слышит, жмется к нему сильнее и перестает сдерживать всхлипы. Почему-то от её рыданий на душе становится легче, словно это он сейчас выплакивает скопившиеся эмоции. - Я…ненавижу…тебя, - с трудом выговаривает Тарт. Джейме ждал её разноса, и, видимо, время пришло. – Как ты мог? Почему не сопротивлялся? Ты что - идиот? - Идиот, - честно соглашается лев. - Я бы не простила тебя, если бы ты умер там, - она поднимает на него свои заплаканные глаза, которые умилительно упрямо стараются выглядеть грозно. - Прости, - он даже умудряется сохранить серьезность, хотя нежность к этой женщине буквально плавит все внутренности. - Очень больно? – сочувственно оглядывает его шею Тарт, подмечая, как неохотно он сглатывает. - Терпимо, - это честно. После изуродованной руки ему трудно сделать больно. Да и боль от предательства родной сестры сильнее, чем какое-то тупое першение в горле. - Мне жаль. Но ей нужна помощь специалистов.       Так она его раскусила сразу же! Проницательная Бриенна Тарт.       Он только кивает и нежно скользит от талии к спине, заставляя её вздрогнуть. Джейме откровенно ухмыляется, а её щёки, наконец, заливает долгожданный румянец. - Мы не можем! – протестует она, положив руки на его плечи в попытке немного отстраниться. Лев выразительно изгибает бровь, и Бриенна почти слышит: «И кто же нам запретит?». - Тебе нужно отдыхать и восстанавливать силы, - и Джейме ухмыляется. «Ну, ты можешь помочь мне расслабиться», - он даже не открывает рот, но девушка знает, что он скажет что-то в таком духе. - Это не отдых! И вообще… - она что-то несвязно бормочет, а Ланнистер продолжает улыбаться. Как же весело, однако, дразнить эту женщину. Да, он не идиот, чтобы переспать с ней после всего произошедшего, да и с учетом того, что ей всё ещё семнадцать, но кто сказал, что при обоюдном согласии он не может похабно шутить и (совсем чуть-чуть) домогаться. - Ты ведь специально меня дразнишь, да? – почти обиженно интересуется смущенная дева, и Джейме фыркает, зарываясь носом в волосы на её виске. Она больше не противится, а поддается, гладя его по спине и плечам. - Останься, - с трудом выдавливает из болезненно ноющего горла лев, подразумевая этим не один день, а как минимум недели две. - Мне нужно съездить за вещами.       Вот это да! Она даже не упрямится! - Санса, - слабо хрипит он, и Бриенна соглашается. С ума сойти. Похоже, последние события так сильно шокировали женщину, что она растеряла всё свое прославленное упрямство. - Я не оставлю тебя одного, - отвечает на все его немые вопросы Тарт. Лев бы поспорил, постарался бы отстоять свою мужскую гордость, но сейчас он только благодарно трется о неё щекой и улыбается. - Я приготовлю завтрак, - мягко начинает девушка, намекая, что пора размыкать объятия, но Джейме игриво глядит ей в глаза, разворачивает её за плечи и подталкивает в сторону душевой. Бриенна непонимающе оглядывается, и когда лев заговорщически подмигивает, смеется в ответ. - Если ты меня отравишь после того, как я снова спасла твою задницу, я тебя убью, - она очаровательно улыбается, а Джейме умудряется деланно уязвленно схватиться за сердце и укоризненно покачать головой. Бриенна снова смеется и послушно удаляется в ванную.       Лев никогда и никому не признается в том, что готовит, мягко говоря, хреново. Единственное блюдо, в котором он достиг совершенства – яичница, приготовлением которой он и занялся. Если быть откровенным, то в его холодильнике только и есть, что яйца, кусок сыра, половина луковицы и хлеб. Не густо, но вполне сгодится к завтраку.       Ланнистер не так давно приловчился резать левой, не так ровно, как раньше, но неплохо. А потому уже через 15 минут на плите доготавливается яичница, а на тарелке выложены бутерброды с сыром.       Бриенна выходит из душа с мокрыми волосами, в полотенце, доходящем до середины бедра, и Ланнистер жалеет, что ограничен в речи. Так захотелось выразительно присвистнуть или бросить в её адрес недвусмысленную шуточку, но для того, чтобы её смутить хватило и взгляда. - Можно я одолжу твою одежду? – смущенно бормочет Тарт куда-то в пол. Господи, до чего же хочется сорвать с неё это полотенце и заставить смотреть прямо в его глаза, стонать и кричать, открываться полностью, раскрепощаться в его руках.       Он сглатывает, и горло отзывается болью. Джейме проходит к шкафу и бросает ей футболку и шорты. Вторые на его памяти, которые уходят в её владение.       Она возвращается в комнату и прикрывает дверь. Не на защелку. Хренова доверчивая женщина, испытывающая его терпение. Бриенна Тарт – величайшее искушение его жизни.       Эта женщина чертовски хороша, когда выходит из комнаты в его одежде босиком, со всё ещё влажными волосами и легким румянцем. Она дьявольски прекрасна, когда улыбается ему, оглядев завтрак. И Бриенна неподражаема, когда, аппетитно причмокивая, ест яичницу, облизывает свои полные мягкие губы.       Джейме невольно нервно глядит на календарь, до её дня рождения ещё блядских десять дней. Какого черта время не может идти быстрее? Хотя, похоже, Бриенна будет праздновать свой день рождения в его квартире, и это не может не радовать. Если бы он только мог безболезненно болтать в своей небрежной манере, было бы ещё лучше. Хотя, может быть это знак, что пора бы немного помолчать? - У тебя есть зарядка? – интересуется Бриенна, отрываясь от еды, которой, к слову, ощутимо поубавилось. – Мой телефон разрядился, а я хотела позвонить Сансе.       Джейме только улыбается, идет к комоду, вытягивает из ящика зарядное устройство и опускает на стол, по левую руку от Бриенны. Она благодарно кивает, продолжая усиленно жевать бутерброд. Лев даже не знает почему, глядя на неё сейчас, находясь с ней рядом, он чувствует себя счастливым, и это после всего произошедшего! Учитывая то, что его сестра сейчас в отделении полиции в качестве обвиняемой в убийстве, это поразительно.       Это странно. Словно умерев от её руки, он смог порвать эту прочную, пугающую связь между ними, смог, наконец, отпустить её. Или это рука, вытащившая его с того света, смогла разорвать её?       Джейме не вмешивался, когда Бриенна звонила подруге, сбивчиво объясняла, что останется с ним и просила привести её вещи, при этом краснея всё сильнее с каждым новым словом. Он молчал и любовался ей, босой и расслабленной, свободно бродящей по его квартире и смущенно оглядывающей его вещи.       Никогда Ланнистер всерьез не задумывался о свадьбе, и на то было несколько причин. Во-первых, ему не нужна была ни одна женщина в мире, кроме Серсеи. Во-вторых, он не соглашался на брак по расчету из-за того, что на нем настаивал отец. В-третьих, он был не в состоянии выносить одного и того же человека каждый день, 24 часа в сутки. Глядя на Бриенну, очаровательно потягивающуюся в центре гостиной, он был готов плюнуть в лицо своим прежним убеждениям.       Влип по крупному, влюбился по уши в семнадцатилетнюю, невинную девчонку, упрямую и честную до тошноты. Влюбился настолько, что забывает обо всем на свете рядом с ней. - У тебя в холодильнике шаром покати, - возмущенно констатирует Бриенна, укоризненно покачав головой. – Ты вообще ешь?       Джейме прыскает, а Тарт недовольно сводит брови и подходит к нему вплотную. Он сидит за барной стойкой и всё ещё не сводит зачарованного взгляда с её лица. - Непривычно, что ты так долго молчишь, - вдруг выдыхает она, кладя руки на его плечи и проводя большими пальцами по синякам на шее. - Скучаешь? – сипит лев, ухмыляясь. - Очень, - честно отвечает женщина, а её синие глаза на секунду заволакивает печаль.       Он обнимает её за талию, а она сама склоняется к его лицу и целует, нежно и мягко, так аккуратно, словно может его сломать. Глупая, заботливая женщина.       Когда Санса привозит её вещи, Джейме думает, что будет по-настоящему счастлив.       Не совсем ясно, как проводить дни и ночи, безвылазно сидя в квартире и без возможности интима, ну да ладно. С этой женщиной для льва многое в новинку.