История Какаши: молния в ледяном небе

— Стиль Льда! Ледяной Шип! Кахьё сложила печати и ударила ладонью по полу. Ледяной кристалл начал вытягиваться к Какаши, словно змея. Кристалл тут же превратился в огромную сосульку, оскалив свои острия. Какаши мгновенно отреагировал. — Фиолетовая Молния! — он хлопнул ладонью по полу. Тусклый фиолетовый электрический ток проходил через пролитые на пол галлоны алкоголя, приближаясь к ледяному клыку, потрескиваясь и мерцая всю дорогу. Буууууум! От свирепого столкновения льда и молнии раздался взрыв, достаточно большой, чтобы сотрясти судно. Пассажиры закричали. Подхваченный взрывной волной рояль полетел в сторону ребенка, который уже не успевал уйти с его пути. Подхватив мальчика и пританцовывая, мужчина со сломанной ногой и преисполненный Силой Юности, отскочил с ним в сторону. Это был Гай. Рояль врезался в стену, а люстра на потолке угрожающе задрожала. Вернув рыдающего мальчика матери, Гай пристально посмотрел на Рахьё. — Кажется, до тебя явно не доходит, да? — Ха-ха-ха! — рассмеялся Рахьё и бросился в атаку, — А это становится интересным! Нанося друг другу удар за ударом, Рахьё и Гай сражались абсолютно на равных; лишь количество атак неуклонно росло. Десять, двадцать, тридцать — они яростно сталкивались друг с другом. — Ты, — Какаши повернулся к своему противнику, — Два месяца назад именно ты охраняла Гарьё, верно? — Мы не считаем, что можем одолеть вас и Коноху. Какаши молчал. — Но даже если мы пожертвуем своими жизнями, наше послание определенно найдет своего получателя, — тихо продолжила Кахьё, — И тогда этот человек продолжит наше дело. Вот как передается наша воля. — Гарьё просто идеалист. А проблема идеалистов в том, что они готовы уничтожить весь мир в погоне за своими идеалами. — Такой мир, как этот… — Должен быть уничтожен. Она ничего не ответила. — Это ты собиралась сказать, ведь так? — Какаши прищурился, — Мадара и человек, который был моим лучшим другом, вероятно, думали так же. Но я верю, что правда в том, что на самом деле они любили этот мир больше всего на свете, — он чувствовал ледяной взгляд Кахьё, скрытый за маской, — Наруто сказал мне, что ты потеряла ребенка из-за Страны Волн? — Что?! — В таком случае, нетрудно понять, почему ты была бы счастлива, наступи конец света, — сказал Какаши, — Когда ты шиноби, рано или поздно ты потеряешь всех, кого любишь. — Хакухьё… Мой сын погиб не на войне! — воскликнула она, — Хакухьё… Хакухьё… был убит этими ублюдками из Страны Волн! — Значит, ты поклялась отомстить Стране Волн? — Шиноби сами подписывают себе смертный приговор! — крикнула Кахьё, — Если ты становишься шиноби, значит, ты готов умереть! Я… Мы с братом не хотели для Хакухьё такой жизни. Мы стали бродячими ниндзя и затаились в Стране Волн. Мы просто хотели спокойной жизни без войн, жизни без страданий. — Ты ошибаешься. Пока мы живы, мы должны продолжать сражаться, — ответил Какаши, — Не имеет значения, шиноби ты или обычный человек. Владеть кунаями или банкнотами — одно и то же. Сам факт того, что ты живешь, означает, что ты всегда борешься за свою жизнь. — Ааааа! — взревела Кахьё каким-то странным голосом и бросилась к нему, — Да что ты знаешь?! Какаши хладнокровно оценил приближающуюся атаку. Кулак его противника рассек воздух и был заблокирован; следующий удар попал уже по остаточному изображению Какаши. — Смерть товарища и ребенка, в котором течет твоя кровь, — это совершенно разные вещи! Какаши согнулся, чтобы уклониться от удара Кахьё с разворота. — Горе от потери товарища в какой-то момент излечивается временем! Какаши нанес удар предплечьем. — Как кто-то вроде тебя может понять чувства родителя, чей ребенок был убит?! Какаши схватил летевший в его сторону кулак. — Тогда почему ты пытаешься лишить жизней чужих детей? Мальчик, которого ранее спас Гай, смотрел на них испуганными глазами. — Люди, которых вы убили, были чьими-то детьми, — сказал Какаши, — Твое горе не исчезнет, даже если ты уничтожишь мир. — Аааааа! — оттолкнув Какаши в сторону, Кахьё хлопнула ладонью по полу, — Стиль Льда! Ледяные Шипы! Ледяное образование, такое огромное, что все остальные, что были до него, меркли в сравнении с ним, окружило Кахьё, словно кольцо из ледяных цветов, корнями уходивших в такое же ледяное сердце Кахьё. Какаши был не единственным, кто сделал сальто назад, чтобы избежать ледяных шипов; Гай и Рахьё увернулись таким же образом, в то время как пассажиры спотыкались и скользили по полу. Неуклонно растущие ледяные лепестки пронзали потолок, поднимали половицы и вонзались в стены судна заостренными концами. — Кахьё, остановись! — прокричал Рахьё, — Под нами все еще океан! Возьми себя в руки! Однако Кахьё полностью потеряла над собой контроль, и голос брата не достиг ее ушей. Как раз наоборот — она влила в технику еще больше чакры, добавляя силы ледяным цветам. Рахьё был вынужден перескочить через сосульки и ударить своим железным кулаком прямо в ее живот. Бам! Потеряв сознание, Кахьё полетела в объятья Рахьё. Но он опоздал всего на долю секунды. Бам! Дзюцу активировалось именно в тот миг, когда Кахьё потеряла сознание, и прежде чем ледяной цветок исчез, он проделал огромную дыру в корпусе корабля. Воздух из зон высокого давления перемещается в зоны меньшего давления — разряженная атмосфера в пяти тысячах метров над землей с ревом вобрала в себя весь воздух из судна. Пассажиров одного за другим засасывало в дыру корпуса, вместе с тарелками, вилками, ножами, ложками, щепками, разбросанными по полу и разбитыми бутылками из-под алкоголя, а также различным оборудованием, доставленным на борт для обзорной экскурсии. Большая часть проводов теперь была разорвана, люстра держалась на потолке благодаря одному лишь оставшемуся проводу. Крики пассажиров заглушали рев ветра. Все еще держа Кахьё, Рахьё ухватился за ближайшую колонну. Ему едва ли удавалось устоять перед давлением ветра, который угрожал унести его прочь. — Нгх! — тело Гая взмыло в воздух. — Гай! — Какаши бросился вперед, чтобы схватить его за руку, но не смог как следует ухватиться из-за сломанных пальцев, — Черт! Тем не менее, ему удалось каким-то образом зацепиться за одну из линий электропередач, торчащих через дыру в стене. Его, все еще держащего Гая, грозило вот-вот унести прочь. — Аа! Ветер метал Гая и Какаши из стороны в сторону, словно флаг, разорванный надвое — вверх, вниз, вправо, влево. Они менялись местами с невероятной скоростью, бесчисленное количество раз врезаясь в корпус судна. — Отпусти, Какаши! — рявкнул Гай, — Если ты этого не сделаешь, то тоже упадешь! — Не упирайся, Гай! — Нет! Отпусти! Со мной все будет в порядке! От этой незначительной высоты мне ничего не будет, пока со мной Сила Юности! На руке, держащей Гая, был сломан палец, и на руке, уцепившейся за линию электропередачи — тоже. Как бы крепко он не старался держаться, Какаши ничего не мог поделать с тем, кто хватка его руки на линии электропередачи становилась все слабее. — Учитель Какаши? Вы слышите меня, учитель Какаши? — услышал он в голове голос Ино. Краем глаза он заметил, как пассажиры рухнули на пол. И это было не единственное, что промелькнуло в уголке его глаза. — Мы обеспечили безопасность пассажирам, на которых напали и похитили наши враги недалеко от места проведения церемонии. Что-то, похожее на лепесток белого цветка, листок дерева, развеваемый ветром… — Учитель Какаши, вы меня слышите? Страна Волн только что предоставила госпоже Цунаде информацию о нападавших. Когда он увидел узор крючка, Какаши понял, что это была маска Кахьё. Даже когда он практически развивался на ветру в горизонтальном положении, он все еще пытался найти взглядом Кахьё. Кахьё все так же в бессознательном состоянии находилась в объятьях Рахьё в глубине столовой. Длинные вьющиеся волосы, растрепанные ветром… — Учитель Какаши? В результате нападения двенадцати человек из Вооруженного Альянса Рьёха погибли одиннадцать мужчин и одна женщина. Вы слышите меня? Учитель Какаши? Нападавшими были одиннадцать мужчин и… Что? В одно мгновенье мир для него остановился. Звуки, ветер и даже время. Линия электропередачи наконец выскользнула из его руки, и последнее, что увидел Какаши, падая на землю вместе с Гаем, была… — …одна женщина. Женщина в длинном синем платье.