Демон под моей кроватью

ДЕМОН ПОД МОЕЙ КРОВАТЬЮ. 1.       Мне уже 42 года, а всё ещё помню эту историю. Стою сейчас на том месте, где это началось и не понимаю, почему время так быстротечно. От чего так грустно и больно теперь вспоминать свою юность? И правду же говорят, что в те годы самая лучшая пора. И как жаль, что она не бесконечна. 2.       Случилось это, когда мне было шестнадцать или семнадцать. Я окончила школу и поступила в «Университет Магической Техники и Химии имени Мэри Лит». Мэри Лит – удивительная женщина, астроном и первый в мире магический техник. Ей удалось свершить чудо: создать с одним из лилитов множество машин и магических лекарств, способных показать простым людям магию и пользоваться ею во благо.       Ну, и, вероятно, мне стоит рассказать тебе, читатель, о моём мире.       Я живу в долине южных гор. Наше население делится на простых людей и лилитов. Лилиты – это рожденные ночью люди, наделенные магией луны. У нас же магии нет. Чем мы отличаемся друг от друга? Ну, во-первых, наша жизнь протекает днём, а у лилитов – ночью. Во-вторых, их дар не виден простому смертному. И закон запрещает им колдовать, пока солнце не опустится за горизонт. Фотографии Мэри Лит говорят, что это прекрасное зрелище. И я, вдохновленная её работой, решила пойти по её стопам. Что делают магические техники и химики? Дают возможность простым людям увидеть магию и разрабатывают другие технологии. Я поступила на факультет магической химии.       Как мы уживаемся в мире и согласии? Ну, прошло немало воин, чтобы понять, что мы не чужие друг другу.       По легенде, верховный волшебник луны и верховный волшебник солнца спорили столетиями, кому быть главным в нашем мире. Править ли солнцу, что ярко светит и освещает весь мир, помогает растениям расти, а детям не болеть. Или луне, что наводит мрак и ужас, держит в страхе всё живое и скрывает в темноте все изъяны. Спор был долгим, сложным и безрезультатным.       Однако! Пришло время и вот к чему пришли волшебники: днём, при ярком свете, будут мирно жить и править дети солнца, а с наступлением темноты будут властвовать дети луны.       Как только я просыпаюсь по утрам, где-то там ложится спать мой лунный сосед.       Что же случилось? – спросите вы, после того, как вам уже, наверняка наскучит моё пояснение. Так слушайте же… 3.       - Элли! – кричит мне мама, потому что я очень долго не спускалась со второго этажа нашего дома. Я собирала чемодан, мне пора было переехать в общежитие университета. Проживая на одной окраине долины, мне нужно ехать на другую. Поэтому и требовался переезд ради моего комфорта. Я никак не могла собраться. Что брать с собой? У меня нет ничего примечательного. Пара свитеров, плотных больших рубашек и юбок. Однако я всё ещё стояла и размышляла. Наверное, мне не так важны все эти вещи, как то, чем пахла моя комната. Тут так уютно.       - Элли! – Доносится снова до меня, но более надрывисто, чем в первый раз. Я вздрагиваю, вздыхаю и небрежно хватаю ручку чемодана. Спускаюсь вниз. Мама уже ждёт меня. На её лице не читается ничего. Ей тоже тревожно, она не хочет меня отпускать.       - Мама, я готова. – Отвечаю ей я. Мой голос звучит с дрожью, потому что мне не хочется уезжать. Мы с мамой самые близкие друг у друга. Она моя лучшая подруга, а я её единственная дочь. Кто ей поможет, пока меня не будет?       - Тогда надо ехать. – Говорит она мне сухо.       - Надо.       Мы садимся в машину. Мама отвозит меня на вокзал, откуда я два дня еду до нужной мне станции, совершенно не замечая времени. 4.       Я добираюсь до общежития без происшествий, но уставшая. Дорога забрала мои силы и потрепала мой внешний вид. Я выхожу из машины, привезшей меня на конечный пункт моего маленького путешествия. Передо мной обычное кирпичное, серое здание. А под хмурым небом, которое сопровождало меня весь путь, оно казалось ещё мрачней и невзрачней. Печальные мысли охватили меня. Но назад пути нет. За свои мечты нужно бороться. Разве не я всю жизнь хотела получить это место в университете? Не для меня ли мама всю жизнь копила эти деньги, на которые я смогу спокойно тут жить? Нет уж, я должна теперь за это браться.       Снимаю наушники, из которых доносится женский голос, восхваляющий в песне наше прекрасное солнце. Захожу в здание, где сразу примечаю нужный мне кабинет.       В кабинете сидела пухленькая женщина, что-то печатала и пила чай. Приметив меня, она подняла большие глаза и улыбнулась.       - На заселение? – Спросила она меня.       - Да.       - Ваше имя? – Она достала какой-то лист и стала ждать моего ответа.       - Элли…- Запинаюсь, - Эллен Коуэн. – Неловко отвечаю я. Она ручкой пробегается по листу, наконец, находит необходимую строку и что-то там отмечает. Затем я подписываю договор, беру нужные документы и направляюсь в свою комнату, которая будет служить мне новым домом следующие пару лет. 5.       Поднимаюсь на пятый этаж, отыскиваю 56 комнату, как и указано на бирке от связки ключей. Передо мной старая деревянная дверь. Вздыхаю. Не с первого раза, но открываю и вхожу.       - Ох… -Вырывается из моих уст, так как увиденное меня хоть и впечатлило, но совершенно не в благом смысле. Что я вижу: старые обои, покрытые пылью, низенькая и маленькая кровать, что не страшно, я сама по себе та ещё крошка. Далее мои глаза бегут и останавливаются на столе, платяном шкафу и дощечке на стене, служившей мне в будущем полкой. Я подхожу к окну, которое не отличалось от атмосферы комнаты. Сторона была совершенно не солнечная, где я располагалась. И это грустно. Я очень люблю солнце.       Но делать нечего. Приходится располагаться среди того, что есть. Я раскрываю чемодан, начинаю раскладывать вещи. Достаю так же тряпку, бегаю за водой и, в конце концов, к вечеру превращаю комнату в нечто более приятное. Теперь на старых обоях были приклеены мои фотографии с мамой и подругами. На столе лежали всякие безделушки. Я ложусь на постель, которая застелена бельем с феями, потому что очень устала и не замечаю, как засыпаю. 6.       Резко вскакиваю с кровати.       Что-то шипящее разбудило меня. Я смотрю и ничего не вижу перед собой. В комнате ещё темно, только лунный свет ярким свечением падает на центр комнаты. Я жмурюсь и потягиваюсь. Наверное, меня разбудили звуки из коридора. Стоит начать привыкать к этому шуму. Я вздыхаю. На часах третий час, а неожиданный испуг совсем лишил меня сна. Я тру виски, чтобы дать мозгу воображаемый разгон и спускаю ноги с постели. Чем же теперь занять себя… как уложить спать дальше? Вспоминаю, что забыла позвонить маме, тянусь за телефоном и поднимаю взгляд на окно. Тут же телефон выпадает из моих рук. Прямо передо мной, на подоконнике, сидит человек и смотрит на меня. Наши взгляды встречаются.       - Что ты тут делаешь? – Выпаливаю я, а сердце бешено стучит.       - Сижу. – Отвечает мне он, голос его невозмутим, точно это нормально. Наверное, какой-нибудь наглый старшекурсник…       - Но зачем?       - Затем.       - Кто ты?       - Мэтью.       - Ясно. – Тут наш странный диалог заканчивается. Я молчу и смотрю на него, съежившись и поджав ноги. Мне и правда, это начало казаться нормальным. От чего же так? Его голос так спокоен. Да и взгляд у него вовсе не дерзкий, а какой-то добрый… печальный. На вид ему лет семнадцать. Одет он в темную пижаму со звёздочками, что показалось мне весьма милым. И мы продолжаем молчать.       После он слазит с подоконника, вытягивается, представляясь передо мной очень высоким парнем, подходит к столу и садится на стул.       - И так… получается, это ты теперь тут живешь… - Он берет в руки мою тетрадь со стола, - Эллен Коуэн. – Читает он моё имя, после чего по его лицу пробегает легкая и добрая усмешка. Я продолжаю на него смотреть. Всё это начинает казаться мне странным. От чего же мне так спокойно? Почему именно сейчас, в третьем часу ночи, в моей комнате стоит парень в пижаме, а я смотрю на него так, будто всё так и должно быть? Он тоже начинает смотреть на меня. Так продолжается примерно минуту. Мне начинает казаться, что он думает, будто бы я впервые вижу парня и не понимаю, что с этим делать.       - Хорошо. Наверное, я тебя напугал. – Сдается он. Затем усаживается на стуле так, что спинка оказывается перед ним. Обхватив её, он покусывает нижнюю губу и поднимает глаза на меня, - Видишь ли, тут давно никто не жил.       Я выдыхаю, понимая, что он всё-таки, получается, тоже студент. Старшекурсник.       - Последние семь лет я живу тут один. – Произносит он, точно это ничего не значит. Я напрягаюсь, потому что семь лет – срок большой… значит, никакой он не студент, но кто же?       - Ты первая девушка, которую я тут примечаю. – Продолжает Мэтью спокойно. Мне не терпится узнать, кто он! Что же он таит… почему же я молчу? Он поправляет волосы, продолжая держать равновесие атмосферы.       - Эллен Коуэн, от чего ты на меня так смотришь? – Наконец спрашивает он, верно, пометив, что я обеспокоена.       - Элли. Можно просто Элли. – Отвечаю я, - Извини. – Только и могу сказать, потому что боюсь спросить на прямую.       - Ладно. – Он мило улыбнулся. И я, в конце концов, разглядела черты его лица. Глаза его большие, ресницы длинные, брови густые, волосы темные, губы вырисовывались необычной буквой «М». Кожа бледная, от чего под лунным освещением он казался белым. Взгляд добрый, улыбка приятная, а голос грубый, с хрипотцой. На руках его были видны вены, да так, будто они стремились выпрыгнуть из него.       - Не хочешь разговаривать? – Интересуется Мэтью. А я хочу.       - Нет же. Я растеряна. Кто ты? – Побеждаю себя и спрашиваю я. Опять его добрая усмешка.       - Говорил же. Мэтью.       - Нет… Почему ты тут живешь?       - Потому что я так хочу.       - Хорошо. Но разве так можно? Ты студент? – Я понимаю, что набралась достаточно смелости, и ничего не сжимает меня. Он же рассмеялся. И я озадаченно на него взглянула.       - А почему нельзя? Мне, как демону, можно жить где угодно. На что совести хватит.       К моему горлу подступает ком. Демон… разве они ещё есть? Кажется, я ещё сплю. Наверное, это шутка такая. Почему же мне не смешно? Он вскинул вопросительно брови. Моя реакция удивила его.       - И что, теперь ты будешь жить тут со мной? – Спрашиваю я, стараясь говорить умеренно, не подавать виду своей озадаченности.       - Получается, что да. Моих вещей тут нет. Я не занимаю ни миллиметра комнаты. Хочешь, можешь не обращать внимания на меня. Кстати, - Мэтью огляделся, - Ты очень мило украсила тут всё.       - Спасибо.       - Думаю, мне пора. – Вдруг сказал Мэтью, взглянув в окно, через которое в комнату стали падать лучи просыпавшегося солнышка, - Увидимся ночью. Сладких снов. – И он поднялся со стула, встал посередине, коснулся луча и медленно растворился. Мне ничего не оставалось, кроме как молча дивиться. Впервые я увидела, как исчезает человек. Человек ли, демон ли? Буду думать об этом завтра. 7.       Утро.       День.       Вечер.       А я всё ещё думаю о Мэтью. Как же так! Если он демон, то почему я вижу его? Почему я увидела, как он исчезает? Я дитя солнца, магию мне не положено видеть. Может, он с севера или востока? Может, всё-таки есть раса, которую мы, простые, способны видеть и видеть то, что они могут? Какая нелегкая задача! Ох уж этот Мэтью! Из-за него я совсем не запомнила, что говорили профессора, как всё прошло… Нужно же было ему свалиться на мою голову. Я думала о нём утром в автобусе, отправляясь в университет, затем все лекции, и когда возвращалась в общежитие. Перед глазами его лицо: бледное, освещенное луной, а в мыслях фраза о демонах. Я должна спросить у него всё. Непременно!       Я захожу в комнату. Сначала подхожу к зеркалу, смотрю на себя: Рыжие волосы, привычные веснушки, голубые глаза, а под ними следы бессонной ночи. На мне любимый зеленый свитер. Всё как обычно. Я вздыхаю и слышу, как звонит телефон. Это мама. Разговор наш короткий, но такой приятный. Я не стала ей рассказывать о своём странном знакомстве. Не спрашивала и о демонах. Хотя моя мама очень умная женщина. Но почему-то я решила разобраться в этом сама.       Я говорю маме «пока» и отвлекаю себя делами. Перечитываю лекции, готовлю себе ужин, ложусь на маленькую кровать и слушаю музыку. Сначала я отчетливо слышу, что в наушниках звучит рок, а после слова растворяются, и я засыпаю. 8.       Звонит будильник. Я нехотя открываю глаза и подрываюсь. Солнечный свет слепит мне глаза. Я смотрю по сторонам, ищу и ищу… его. Успокаиваюсь. Я проспала. Не дождалась. Приходил ли он? Почему не разбудил? О, Мэтью… Как я могла уснуть! Как же пленителен и страшен сон для человека, какой страшной силой он обладает. Мне грустно. Но делать нечего, и я встаю. Нужно ехать на учёбу и надеяться, что следующей ночью он придёт снова. Выпиваю стакан воды, одеваюсь и выхожу. Чувствую, что день обещает быть бесконечным.       Сажусь в автобус, и тут начинается пытка мыслями. Осеннее солнце перегревает меня через окно. Чувствую, как виски гудят, и я снова хочу спать.       В аудитории, которою я захожу вовремя (не люблю опаздывать), половина группы и уже сидит профессор. Пока я первокурсница, мне не узнать ничего интересного, поэтому я нехотя достаю тетради и ручку. Немного душно. Звенит долгожданный звонок и учебная жизнь тронулась с первой станции.       - Доброе утро и слава Солнцу, студенты! – Произносит профессор, становясь за кафедрой, - Зовите меня профессор Логан. И я буду рассказывать вам историю магии такой, какая она есть на самом деле.       Все зашептались. Я ничего не знала об этом человеке, но мне удалось услышать что-то от других студентов: «Это же тот самый профессор…», «Тот самый, про которого поговаривают, что он рождён луной и солнцем…», «Дитя горизонта…». Видимо, не самая лучшая репутация была у этого человека. Но выглядел он приятно, точно хотелось назвать его «своим человеком». Добрый взгляд, приветливая улыбка и приятный голос. Сам он был не высок, ходил с чётко прямой спиной, часто разводил руками и с особенной харизмой говорил.       - Никаких сказок. Мы изучим историю северной, западной и восточной долин. Мы должны знать, как мы пришли к общему миру, и то, что скрывается за этим. Так же я расскажу вам о тех, кто вместе с нами, людьми, проживает совсем рядом, но прячется. – Проговаривал Логан, видимо, делая вид, что его совершенно не беспокоят какие-то слухи. Я старалась его слушать. Но то, что доносилось до моих ушей, я просто не могла забыть. Рождён луной и солнцем… Разве это возможно? Всю жизнь мама говорила, что лилиты и простые не могут влюбляться в друг друга, а тем более иметь детей. В легендах таких называют детьми горизонта. Их никто никогда не любил. Их убивали и изгоняли. Родители таких детей опечатывались позором. Считается, что таких больше нет. Они не преследуются законом, но и не приветствуются обществом из-за пережитков прошлого. По легендам, дети горизонта имели особую магию и могли летать, но что есть в действительности – мне неизвестно.       Логан медленно диктовал материал. Удобно. Я неторопливо пишу, слушаю его и стараюсь не замечать шепчущихся студентов, которые уже стихали. Какое-то странное чувство посетило меня. Будто за мной наблюдают. Не удивительно, я ещё никого не знаю, незнакомые взгляды так и задевают меня. Но это ощущение что-то совсем другое… кажется, что надо мной нависает кто-то. Оборачиваюсь – никого. Снова склоняюсь над тетрадкой, обхватываю голову и натираю виски. Моя ручка вдруг поднимается над тетрадью и аккуратно вырисовывает на листе: «Привет, Элли. Это Мэтью». Я замираю, читая эту фразу. Мотаю головой по сторонам, но никого нет. Вспоминаю, как Мэтью исчез в лучах солнца… наверное, он просто не видим. И не смотря ни на что, я улыбаюсь. Всё-таки, я рада получить хоть какую-нибудь весточку от Мэтью. Я беру ручку и пишу ответ: «Привет. Ты приходил вчера?»       «Я никуда и не уходил. Почему ты спала? Я всё ждал, когда ты проснешься».       «Я устала и не заметила, как уснула. Почему ты тут? Тебя разве не видят?»       «Ладно. Я пришел к тебе. Нет, меня не видят, я же демон».       «Ко мне?»       «Да».       Я отвлеклась на нашу своеобразную переписку так, что перестала слышать, что говорил профессор. Я не видела Мэтью, но, кажется, могла ощутить его дыхание и тело, нависшее надо мной. Страшно даже пошевелиться. Этот паренек так мил.       «Не уснёшь сегодня?» - пишет он мне красивым почерком, вырисовывая печатные буквы.       «Нет» - обещаю я.       «Я постараюсь прийти пораньше» - пишет он мне последнее, и я наблюдаю, как нечто невидимое кладет ручку. Его присутствие больше не ощущается. Он ушёл. Почему он пришёл ко мне?       Я дослушиваю лекцию, но уже не так спокойно. Теперь мне сложно усидеть на месте. Время двигается очень медленно! 9.       Поспешно вернувшись из университета, я решила прилечь вздремнуть, чтобы вечером быть бодрой. Нет уж, теперь я не просплю встречу с ним!       Звонит будильник. Я поднимаюсь, на часах десятый час. Солнце только опускается за горизонт. Голова моя болит. Поднимаюсь и ищу на столе шкатулку с таблетками. Мама собрала мне целый набор препаратов, чтобы со мной ничего не случилось. Наконец, я нахожу необходимую упаковку. Беру кружку и вижу, что вода в чайнике закончилась. Что ж, придется вылезти из своего маленького убежища. Вздыхаю, накидываю кофту и выхожу.       Общежитие жило своей жизнью. Стоял гул голосов. В какой-то комнате очень весело, шумно. Студенты… Какая приятная пора жизни. Умилительно заглянуть сейчас в воспоминания, посмотреть на это ещё раз и всплакнуть. Как жаль, что больше этому не бывать. Ладно, извини, милейший читатель, я продолжу свою историю.       Я открыла дверь своей комнаты спиной, закрыла и когда развернулась, то вздрогнула. Мэтью уже стоял, опираясь о стол, передо мной. Я вскинула брови, прикусила губу и молча поставила чайник на стол.       - А ты и правда, не спишь. – Говорит он и на его лице вырисовывается улыбка. Я тоже улыбаюсь.       - Будешь чай? – Спрашиваю его, наливая себе стакан воды. Он выпрямляется, потягивается и задумчиво глядит на меня большими глазами. Мне становится неловко.       - Только если с булочками. – Соглашается он оживленно, и я выдыхаю. По моему горлу пробегает теплый смех.       - Хорошо.       Он присаживается на кровать, нагибается и заглядывает под неё, отыскивая там что-то. Я с интересом наблюдаю. Через пару секунд возни, Мэтью выпрямляется и ставит себе на колени чашечку с булочками. Комната заполнилась сладким запахом.       - Почему они были под кроватью? – Интересуюсь я.       - Потому что я там живу. Всё, что мне нужно я складываю туда. Мне так комфортно.       - Под кроватью? – Уточняю я.       - Да. Пока тебя не было, я не выбирался оттуда. Лишь изредка по утрам до булочной, чтобы взять чего-нибудь из машины со свежим привозом.       - Ты крадёшь еду?       - Заимствую. Взамен по ночам я помогаю там прибираться. Милая булочница Кэт не всегда сама справляется со своими обязанностями. Мне жаль её. И я каждый раз предлагаю ей помощь. Она не часто отказывается. – Рассказывает Мэтью мне свою маленькую, но очень добрую историю. Я достаю ещё одну кружку, разливаю чай и тоже сажусь на кровать. Поджимаю ноги в позу бабочки, а он протягивает мне булочку. Я не хотела есть, но отказаться от возможности попробовать лакомство из пекарни Кэт… которую подал мне именно Мэтью… ну, в общем-то, я была обязана её съесть.       - Вкусная! – Восклицаю я. Мэтью улыбается и тоже ест.       Мы сидим, рассказываем друг другу о себе. Я рассказала ему о своей добродушной маме, нашем маленьком доме, какие прекрасные горы видны из моего окна, как я люблю гулять по вечерам, когда прохладно, какой слушаю рок и что люблю плести браслеты, когда мне скучно и одиноко. Странное, конечно, вышло у нас знакомство.       О Мэтью я узнала немного. До того, как поселиться в общежитии, он жил в восточной долине на юге. Затем, решив однажды, что желает путешествовать, он отправился на запад и так добрался сюда. И так сильно ему полюбились наши горы, что он не смог не остаться. Любит булочки с сахаром. Музыке предпочитает тишину, иногда джаз или инструментальную классику. Нравится носить пижамы, смотреть на звезды и любоваться луной. Спит на матрасе под кроватью. Пьёт только зеленый чай. Домосед.       Повторюсь: странное знакомство. Но я не жалею, что в ту ночь не подняла крик, протянула ему руку и воспользовалась шансом обрести такого милого друга, как Мэтью. 10.       С появления в моей жизни Мэтью прошла неделя. Университет перестал играть важную роль для меня. Я каждый день торопилась в свою комнату, перечитывала лекции и ложилась спать до вечера. Проснувшись, вскакивала, закрывала шторы, стучала по корпусу кровати, чтобы разбудить моего «подкроватного» друга и ждала. Мы много разговаривали. Играли в слова, и пили чай. Я с замиранием слушала его истории о приключениях. Мэтью старался передавать то, что он видел, очень красочно. Удивительно, он побывал во всех долинах. Выучил множество языков, чтобы разговаривать с местными жителями, спал под прелестным полярным небом. Я в ответ рассказывала ему про свою маленькую и не очень-то интересную жизнь. Он назвал её ламповой.       Впервые я что-то скрыла от мамы. Я не рассказала ей про Мэтью. Я очень хотела, но почему-то переступая порог комнаты, я словно погружалась в наш с ним уютный мир, освещаемый лунным светом и с приятным вкусом зелёного ромашкового чая. Кстати, Мэтью сказал, что отныне он будет пить только этот чай. И рассказывать о «нас» я не хотела никому. Он мой первый друг, после мамы, за всю жизнь. Думаете, так не бывает? Но кто же тогда я?       Рядом с ним спокойно. Он искренен и мил со мной. И мне хорошо. Приятное и тёплое чувство охватывает меня, когда он рядом. Каждый день я волнуюсь, дожидаясь его. И знаете… это не то волнение, от которого хочется крутиться возле зеркала, чтобы предстать перед человеком в лучшем виде. И не то, чтобы я считала себя красавицей. Нет. Рядом с Мэтью я не боюсь быть настоящей. Кажется, ему это больше всего нравится.       А он нравился мне. 11.       - Элли! – Восклицает Мэтью, выбираясь из-под кровати после моего стука. – Ты и представить себе не можешь, что у меня для тебя есть!       Я смотрю на него вопросительно, делаю вид, что не совсем удивлена. На самом деле мне жутко интересно!       - Что же это, Мэтти?       - Я решил, что раз звезды с неба мне не достать, то вот… - И он протягивает мне небрежно сложенную гирлянду. – Она светится не менее красиво, чем звезды. С днём рождения, Элли!       И правда. Уже сегодня мой день рождения. Я никогда не отмечала его. Ещё с самого детства я решила, что это праздник моей мамы. Не мой. Это она героиня этого дня, подарила мне жизнь, а теперь я должна быть благодарна ей за это. Поэтому это я всегда дарила ей подарки. На часах 00:01, утром я позвоню ей, чтобы поздравить. Несмотря на свои принципы, я не могла отказаться от подарка Мэтью. Он так мил в этот момент, так что я беру гирлянду. И я очень рада! Надо же… звезды.       - О, Мэтти! Спасибо! – Отвечаю я. Решила, что повешу её на стену прямо сейчас. Над кроватью. Мэтью наблюдает за мной. Думаю, он тоже счастлив, что теперь не один. И теперь у нас будет своё собственное звездное небо, как у него на пижаме. Закончив, я включаю гирлянду. Она горит яркими белыми матовыми светлячками, атмосферно освещая комнату. Сажусь под ними, а мой друг подходит к огонькам и протягивает к ним руку, проводя по световой линии, не касаясь лампочек.       - Только лишь при луне я не исчезаю, касаясь света. – Говорит он. В голосе его слышится нотка грусти. А я, наблюдая за его действиями, замечаю, что за всё время мы ни разу не прикоснулись друг к другу. И я никогда не задавала ему ни одного вопроса о демонах-лилитах, не интересовалась его способностями и не спрашивала ни о чём личном. Наверное, если бы он хотел, то рассказал бы сам.       - Почему? – Неожиданно спрашиваю я.       - Демоны рождаются, когда на небе появляется звезда. Звезды не видны, когда светит солнце. Поэтому мы дружны только с детьми луны. – Отвечает мне Мэтью. Я не решаюсь сказать ему, что я дитя дня. Наверное, мне просто повезло его обнаружить той ночью. И мне не хочется нарушать наш мир. Может быть, он и не думает, что я рождена луной. Будет ли моя скрытность обманом?       Мэтью садится рядом. Между нами буквально половина метра. Под освещением «светлячков» я замечаю красоту его глаз.       - Элли, ты такая милая. – Говорит он, заставляя меня покраснеть. Я съеживаюсь. Он не только мой первый друг, но так же первый парень, говорящий мне комплимент.       - Твоя улыбка как месяц, а глаза как звезды. – Его голос звучит мечтательно. Мне жутко приятно, но к горлу подступает ком, и я молчу. Вдруг он вытягивает перед собой руки, между его ладоней образуется круглая яркая сфера, и он направляет её в потолок. Вся комната освещается светом этого чуда. Я в изумлении смотрю вверх. Там вырисовывается целая картина. Огоньки, как салют, взрываются, направляя свои лучи в мир живых. Мэтью ложится, взглядом приглашая меня поступить так же.       И вот мы оба лежим, смотрим на потолок. Я догадалась, что это демоническое рождение. Впервые я увидела магию такой, какой её задумала природа. Погруженная в это всё, я забылась и смотрела. А Мэтью заговорил:       - Смотри. Вот луна наделяет погибшее космическое тело магией. Происходит взрыв, а лучи его, переполненные энергией, порождают бестелесных демонов, обреченных жить среди людей, вдали от своих матерей. И однажды, в ночь солнцестояния, демоны, попавшие под лучи солнца во время рождения, обрели в тени тела. И так стало случаться каждую ночь солнцестояния. Звезды-матери забеспокоились, обратились к Лунному волшебнику. Волшебнику нечего было сказать. Он отправил в мир живых своих слуг. И спустя несколько лет те узнали, что каждый демон, рожденный под солнцем, обретает тело, когда рождается лунное дитя, которое станет для него крестителем. И демон будет всю жизнь искать своего его.       Мэтью замолчал.       - А что будет, когда демон найдёт своего крестителя? – Спрашиваю я.       - Он будет всегда рядом с ним. – Ответил тот, а чуть погодя, добавил, - В восточной долине на юге между человеком-лилитом и демоном-лилитом даже заключаются брачные союзы. У такого рода не будет продолжения, но разве любви прикажешь не быть?       Мне стало грустно. Значит, Мэтью когда-то покинет меня и отправится на поиски. Моему сердцу будет сложно его отпустить. Свет на потолке затухает. Магия демона рассеивается, я пробуждаюсь. Он вздыхает. Я опять сажусь в позу бабочки. Хочу взять его за руку, чтобы подбодрить его, ведь ему, наверное, сейчас очень тяжело. Но так боюсь! Стесняюсь…       - Ну-с, Элли! Чем займёмся? – Оживился он, - Сегодня твоя ночь. И кстати… - Он нагнулся к каркасу кровати, пошарил рукой под кроватью и достал оттуда бумажный пакет.       - Кэт любезно передала тебе пакет со сладостями. Я много рассказывал ей о тебе! И она в восторге от того, какая ты хорошая!       - О… как приятно. Я всё ещё забываю к ней зайти. – Умиляюсь я, заглядывая внутрь своего подарка. Там были свежие булочки с различными вкусами. Я повеселела, налила нам чай и мы принялись за лакомства. Опять начались разговоры. Мэтью веселить меня. Я всё поглядывала на зашторенное окно, разглядывая звезды. За последнюю неделю я очень полюбила ночь. Влюбилась в тишину, звезды и… о, нет. Я влюбилась в это всё, потому что влюбилась в Мэтью. Какая глупость. Он изменил мою жизнь. Мы были с ним точно одно целое. Но ему суждено меня покинуть. Мои теплые чувства ничего не значат. Что ж, мы с ним хорошие друзья.        Ночь подходит к концу. Первые лучи солнца опять растворяют Мэтью. Он ещё раз меня поздравляет и залазит под кровать. Я прибираюсь в комнате, выключаю гирлянду, собираю тетради в сумку, переодеваюсь и ухожу. 12.       По дороге в университет я позвонила маме. Сегодня её день. Она, как и всегда, рада меня слышать. Я таю от её восторженных слов благодарности и с трудом прощаюсь. Впереди ещё целый день. Я захожу в аудиторию, снова вижу профессора Логана, улыбаюсь ему и сажусь среди первых рядом.       Снова думаю о Мэтью. Интересно, думает ли он обо мне? Как же избавиться от этих мыслей! Так тяжело слушать лекцию. Сосредотачиваюсь на словах профессора, который рассказывал историю северной долины, но уже не могу ничего понять.       Лекция проходит быстро. За ней ещё три… И я покидаю университет. Бегу на автобус. Погода дождливая. Я промокла и замёрзла. Настроение совсем пропало. Мысль о том, что когда я увижу Мэтью – всё будет хорошо, подбадривала меня. Я ещё не знала, что меня ждёт.       С грохотом закрыв за собой дверь, я ворвалась в комнату, бросила сумку на стул и опустилась на кровать. Вся мокрая и продрогла. Сходила в душ, высушила свои кудрявые и непослушные волосы, надела любимую розовую пижаму и легла спать.       И приснилось мне, как я приехала домой. Со мной Мэтью. Я познакомила его с мамой. Она от него в восторге. Как и мне, он показался ей милым и хорошим. Я уступила ему место под моей кроватью. Он, я думаю, привык так спать. И он не собирается меня покидать. Всё у нас хорошо. Я сплела нам браслеты вечности. Как сладок этот сон.       Просыпаюсь от будильника. На часах снова десять. Я потягиваюсь, как обычно закрываю шторы, и стучу по кровати. Ничего не подозревая ставлю чайник. Но Мэтью не выходит. Может, он не слышал стук? Я стучу ещё раз.       - Элли. – Слышу я и вижу, как мой друг с трудом вылезает. Замечаю, что он совсем плох и сажусь перед ним на колени.       - Элли. Я. Мне нехорошо. – Произносит он отрывисто и, не удержавшись, его руки подкашиваются, он падает.       - Мэтти! – Я вскакиваю, отодвигаю кровать, боясь задеть Мэтью. Закончив, я оборачиваюсь. Передо мной он, лежащий на голубом матрасе, на лице его видна слабость. Он болен, и я не знаю, что с этим делать. Переживаю. Опускаю рядом, хочу ему помочь перебраться целиком на матрас, тянусь к его спине и рукам, но… мои ладони проходят сквозь него. Сквозь. Почему он растворяется?       - Элли… что ты делаешь? – Спрашивает он, собирает все свои силы и сам потихонечку ложится головой на подушку.       - Я хочу тебе помочь. Но, почему я не могу тебя касаться? Мэтью, ты растворяешься! – Испуганно, как скороговорку, проговариваю я.       - Это невозможно, Элли. – Отрицает он.       - Но Мэтти…       Я ещё раз пытаюсь взять его за руку. И снова моя рука проваливается сквозь него. Мэтью наблюдает. И к слабости добавляется озадаченность. Он тоже растерян и напуган.       - Невозможно. – Повторяет он, - ты мой креститель, Элли. Я это почувствовал, как только увидел тебя.       - Невозможно. – Повторяю я, - Я не дитя луны. Я не могу быть крестителем.       - Как же, Элли?       - Это какая-то ошибка. – Судорожно говорю я. Ну, почему всё хорошее обязательно требует каких-то испытаний? Я не могу оставить Мэтью и не знаю, чем ему помочь.       - Мэтти, что же делать?       - Я не знаю. Элли, я уверен, что не ошибся. Магия луны прислала меня сюда. Элли, не может быть, чтобы это была не ты. Я не хочу, чтобы это была не ты. – Говорит он, словно в бреду.       Я страшно напугана. Стараюсь собраться с мыслями, думаю. Но что я могу придумать? К кому обратиться? Да! Я знаю, к кому. К профессору Логану. Он должен знать. Решаюсь с первыми лучами солнца явиться к нему.       - Мэтти, всё будет хорошо. Ты только держись, пожалуйста. – Успокаиваю его я. Он тянет ко мне руку, желая взять мою. Но это невозможно. Я не выдерживаю. Слеза-невольница скатывается по моей щеке. 13.       Как только луч солнца падает на меня, я хватаю сумку и бегу в университет.       Автобус.       Вход.       Коридор.       Аудитория.       - Профессор Логан! – Кричу я, подбегая к столу, за которым сидел профессор, совершенно не ожидая такого моего появления. - Профессор! Вы мне так нужны! Профессор…       - Успокойтесь, Коуэн! – Перебивает он меня. – Что с вами? Что случилось?       - Вы же знаете о демонах-лилитах?       - Разумеется. Но откуда Вы знаете о них? Не похоже, что Вы лилит. Вам не грозит встреча с демоном.       - Но я его встретила! И ему очень нужна Ваша помощь!       - Не может такого быть, Коуэн. – Отрицает профессор, - Вы не можете видеть демонов. Если только Вы не…       - Пойдёмте же со мной! Пока Вы сомневаетесь, ему становится хуже!       Я вцепляюсь в профессора. Он мне так нужен. Неужели он мне откажет? Так же нельзя! Кто мне сможет помочь, если не он? Он молча поднялся с места.       - Хорошо. Ведите меня. – Говорит он мне.       - Спасибо Вам! – Я не могу скрыть своей радости. Профессор хлопает по столу один раз, мелок поднимается со стола и пишет на доске: «Лекция отменена», пока мы торопливо покидаем аудиторию.       Снова автобус.       Общежитие.       Комната. 14.       - Элли! – Восклицает Мэтью, увидев меня в дверях. – Как же я рад тебя видеть, Элли.       - Тшш… Мэтти, я привела профессора Логана. Он обещал помочь. – Говорю я и опускаюсь рядом.       Профессор подходит ближе. Он удивлен, чего не скрыть, но взгляд его серьёзен и задумчив.       - Рассказывайте. Иначе я не знаю, чем вам помочь. – Говорит профессор.       - Мэтти утверждает, что я его креститель, но этого не может быть. Почему он так слаб? – Мой голос дрожит.       - Может быть. Думаю, что Вы, Коуэн, совсем не дитя солнца. А поскольку вы не обладаете магией, то вы и не лилит. Мы с вами похожи. Вы как и я – горизонт. – Голос профессора спокоен, но я-то чувствую, что ему приходится говорить это впервые.       Я молчу. Конечно, я потрясена. Не очень верится, но разве появление демона в моей жизни – не доказательство?       - Рожденные на стыке могут дать тело демону. – Продолжает Профессор. Но я его не слышу. С одной стороны от меня слабеющий на глазах демон, а с другой стороны профессор, открывший тайну моего рождения. Я теряюсь. Мама скрывала это от меня. Наверное, она думала, что ничего не случится, если я буду всю жизнь думать, что я чистое дитя солнца.       - Почему же ему так плохо, профессор? Как ему помочь? – Спрашиваю я и смотрю на Мэтью. Как же больно от того, что я не могу прижать его к себе. Сердце ноет от его болезненного вида. В комнате поднимается напряжение. Каждому больно по-своему.       - Потому что я люблю тебя, Элли. – Тихо проговаривает Мэтью. По моему телу пробегает дрожь. Слова, которые были так желанны мной, но не при таких обстоятельствах.       - И я люблю тебя, Мэтти. – Признаюсь я, чувствуя, что если не скажу ему об этом сейчас, то опоздаю. Как же любовь стала нашей погибелью?       - Это и губит вас. – Отрешенно произносит профессор. – Есть легенда.       Во времена войны между народом солнца и народом луны. Когда спор о главенстве только обострялся, принцесса солнца влюбилась в простого паренька-лилита. Чтобы скрыть и сохранить свой союз, они бежали. Поселились в далеком северном селении. Там принцесса родила дочь - Каю, вызвав тем самым солнцестояние, подарившее всем демонам той ночи плоть. Кая так же, как и ты, Коуэн, встретила демона. Они полюбили друг друга. И всё было хорошо, только касаться друг к другу не могли. Это огорчало Каю. Она так хотела поцеловать своего возлюбленного демона. Обращалась к различным волшебникам, проживавшим на севере. И нашла одного, он рассказал ей о демоническом цветке. Цветок этот способен дать простому человеку силу, с помощью которой можно прикоснуться к демону. Но сила цветка заключалась не в касании. Кая нашла цветок. Выжала из него сок в хрустальную чашу, обмакнула губы и помчалась к любимому. Рассказала. Он поверил ей. Но как только она его поцеловала, он тотчас побелел, упал на землю и ослаб. По губам его тотчас побежала черная полоса. Это яд цветка стал распространяться по его плоти. Вены его наполнились ядом. Взмолилась тогда Кая к звездам-матерям и луне-родительнице. Откликнулись они на её зов, спустились к молящей. Убили демона, а Каю прокляли. Ныне нельзя демонам-лилитам влюбляться в крестителей горизонта. Это губит их. – Поведал профессор Логан. Мы слушали молча. А слезы отчаяния полились из моих глаз. Я убиваю Мэтью. Как порезы болезненны эти мысли. Хочется зарыдать навзрыд, где-то спрятаться, убежать. Сложно поверить и собраться с силами. Я не могу оставить Мэтью. Я должна быть рядом до последнего.       - Он умрёт? – Спрашиваю я у профессора. Он молчал. И я, и Мэтью, поняли его.       - Элли, не плачь. – Говорит мне Мэтью. Я вытираю слёзы, но они не останавливаются.       - Милая Элли, ты не должна плакать. – Повторяет он. Я сглатываю, заставляю себя успокоиться. Нам обоим больно. Но он улыбается, а я плачу. И мысленно прощаюсь с ним. 15.       - Нет! Мы можем ему помочь! – Громко заявляет профессор, который всё время стоял молча. Пока я плакала, он думал, что делать. Мне стыдно.       - Что же? – Спрашиваю я.       - Есть магия, способная отделить демона от тела и обратить звездой. – Говорит Логан. Это явно была его тайна.       - Я ведь такой же горизонт. И я тоже был крестителем. Встретил демона-лилита и она полюбила меня. – Откровенничал с нами Логан. – Она была прекрасна. Дерзкая, строптивая, всегда весёлая – Рэя. Мы полюбили друг друга. Нам не нужны были касания. И так всё было хорошо. Я полюбил её, как сестру, а она серьёзно увлеклась мной. Но чтобы погибнуть ей хватало своих чувств. Однажды я стал замечать, что с каждым днём она становилась печальнее. Мало разговаривала. Слабела на глазах. Тогда я перечитал все книги о демонах-лилитах из Великой Лунной библиотеки, где вычитал вот что: если просить великого создателя Луны и Солнца обратить демона звездой, а за услугу отдать ему свою магию, то он не откажет. И я отдал все свои силы, чтобы каждую ночь видеть, как сияет моя Рэя.       - Вот как! – Воскликнула я. Меня не радовал такой исход. Всё равно придется расстаться с Мэтью. Но если это спасёт его, то я обязана.       - Я сделаю это. – Соглашаюсь я.       - Но Элли, ты уверена? – Спрашивает Мэтью.       - Да. Я шестнадцать лет прожила без магии, проживу и ещё. А тебя не оставлю. – Говорю я уверенно. Мэтью молчит. Я поднимаюсь и встаю лицом к лицу с профессором. Я уверена, что хочу это сделать, хоть и боюсь. По рукам дрожь.       - Что мне нужно сделать, профессор?       - Тебе нужно почувствовать магию внутри себя. Собрать все мысли в кучу. Сконцентрироваться на желании связаться с создателем и направить на это всю энергию. Когда ты почувствуешь связь с создателем, когда он услышит тебя и почувствует твои искренние намерения, то будь готова говорить с ним. Будь вежлива и всё у тебя получится. Он будет наводить на тебя сомнения, но ты держись на своём. Если тебе это действительно нужно.       - Хорошо. – Соглашаюсь я, хотя его слова навели на меня мысли о том, что у меня ничего не выйдет. Я смотрю на Мэтью. Как же больно на него смотреть.       В комнате всё замолкает. Я закрываю глаза и погружаюсь в себя. Сначала чувствую, как с ног до головы по всему моему телу пробегает что-то. Щекотно. И чем оно ближе к голове, тем тяжелее держать равновесие и сохранять спокойствие. Жмурюсь и напрягаюсь всем телом. Думаю о Мэтью. Перед глазами все воспоминания о днях в «нашем» мире. Расслабляюсь. Чувствую связь с магией, которая уже не так тяжела. Последнее, что вижу – как слабый Мэтью лежит передо мной и погибает. И тогда я начинаю произносить внутри себя: «О, создатель, моё спасение, моя надежда, помоги мне. Забери у меня всё, что хочешь, но помоги мне излечить Мэтью. Услышь меня. Сжалься над душами нашими. Прости грехи мои и грехи Мэтью. Только в тебе вера моя!» 16.       - Я слышу твой зов, обреченное на жизнь дитя горизонта. – Доносится до меня. Я догадываюсь, что это он – святой создатель. Я не вижу его, но чувствую, что он близко.       - Знаю, с чем ко мне взмолилась. И я готов выслушать твои условия. Что хочешь отдать взамен?       - Забери мою магию. – Уверенно отвечаю я.       - Ты уверена? Ради мальчишки-демона ты готова отдать мой дар обратно?       - Да! – Стою я на своём.       - Но тебе придётся расстаться с ним. Ты потеряешь и его, и силы. Стоит ли он того?       - Да!       - Ты уверена в своём решении?       - Да!       - Что же. Не вижу ничего, что помешает нашему договору. Демон станет звездой, а ты лишишься сил. Назад пути у тебя нет. Ты не сможешь еще раз возвыситься ко мне. Шанс был только один. Помни об этом. Жалеть потом только тебе.       Я молча соглашаюсь. Он это понимает. Чувствую сильную магию, окутывающую меня духовно и физически. Она обволакивает меня, сжимает и душит. Мне становится дурно и больно. Чувство, будто от меня отрывают что-то важное, глумится во мне. Обостряется. Становится невыносимо тяжело.       И всё прекращается легкой слабостью. Я потеряла магию, едва её получив. Открываю глаза. Передо мной профессор Логан. Падаю на колени и стараюсь отдышаться.       - Ты молодец! – Слышу я от профессора и вздыхаю. 17.       Слеза катится по моей щеке. Вот и всё. Мэтью ушёл…       - Элли, ты справилась! Ты помогла мне! – Доносится до меня. Я оборачиваюсь и вижу Мэтью. Он полон сил, поднялся и стоит передо мной. Точно так же, как и в первый день. Я облегченно выдыхаю. Улыбка невольно появляется на моём лице. Он подходит ко мне. Мы смотрим друг на друга. Он протягивает руку к моему лицу. Я понимаю, что ничего не почувствую и опускаю глаза на пол.       И чувствую! Чувствую его ладонь на своей щеке! Резко поднимаю взгляд, не могу скрыть радости и бросаюсь ему на шею. Пусть он и демон, но всё-таки теплый, как человек. А пижама его такая мягкая, как облачко. Мы обнимаемся долго. Кажется, этот момент может длиться вечно. И я бы отдала что-нибудь ещё, пускай, даже жизнь, чтобы простоять так ещё и ещё.       - Элли, я люблю тебя.       - Я люблю тебя, Мэтти.       - Буду скучать.       - Уже скучаю.       Он крепко прижимает меня к себе. О, Мэтью… Как же жаль.       - Спасибо.       - Спасибо.       Благодарим мы друг друга. За всё. За чудесное время, за первую любовь, за спасение.       Потихоньку мы отпускаем друг друга. Он берёт меня за руку, мы идём к окну. Он открывает его. Луна ещё высоко. По всему ночному небу рассыпаны звезды. Он поворачивается ко мне. Проводит ладонью по лицу. Снова меня прижимает к себе.       - Элли, ты лучшее, что случилось в моей жизни. Я всегда буду рядом с тобой. Всегда буду там, - он казал на небо, - и всегда буду в твоём сердце.       - Я никогда тебя не забуду, Мэтти.       Последний раз тону в его объятиях, держу его крепко.       - До встречи, Элли. – Медленно говорит он. И я слышу, что его голос дрожит.       - Прощай, Мэтти. – Отвечаю я. Мой голос тоже дрожал.       Он всё ещё не отпускает меня. А я его. Чувствую, как он растворяется, мои руки проваливаются сквозь него и смыкаются. Обхватываю себя за плечи. Одинокое чувство вцепилось в меня. Стиснув зубы, я стараюсь не плакать. Смотрю в окно. Я вижу его. Вижу, что для меня он светится ярче. Между нами такое большое расстояние, но он всё ещё рядом. И вряд ли я буду несчастна.       Профессор попрощался со мной и ушел. Я стояла у окна до первых лучшей солнца. 18.       История моя, может, и не впечатлила тебя, читатель. Может, слишком наивная, глупая или странная. Но я стою сейчас в этой самой комнате и смотрю на звездное небо тем же взглядом, что и в тот день. Это часть меня. И я с трепетом отношусь к своим воспоминаниям.       С того момента, как всё закончилось, прошло много лет. Я не вышла замуж, не родила детей. Любовь моя принадлежит только одному Мэтти, даже если его нет рядом. И мне не плохо.       Я не окончила университет. Я больше не могла там находиться. Призраки памяти сгубили бы меня. Выучилась на пекаря, познакомилась с булочницей Кэт. С ней теперь мы лучшие подруги. Я стала с ней работать, печь любимые булочки Мэтти. А теперь и вовсе владею этой пекарней. Сейчас ещё частенько посещаю астрономический клуб.       С мамой не ссорилась, хоть она и скрыла от меня правду о моём рождении. Я уверена, у неё были свои причины. Она всё так же живет в нашем в нашем маленьком доме в том самом районе. Мы так же тепло общаемся каждый день.       С профессором Логаном мы частенько встречались по ночам. Смотрели на звездное небо. Ведь где-то там на нас смотрят строптивая Рэя и милый Мэтти.       Что же таить, я до сих пор так делаю. Выхожу на улицу по ночам и начинаю разговаривать с Мэтти. Я знаю, что он меня слышит и слушает. Я чувствую душой и сердцем, что он рядом. И мы всё так же любим друг друга. Среди всех одинаковых звезд, окружающих меня, он моя единственная и самая яркая звезда.