Рената Кавелина

— Э-хей! Ренат! — Алексей распахнул руки навстречу ей, завидев её силуэт на ступеньках лестницы, видимо, у него одного по утрам прекрасное настроение. — И-ди сю-да! Ха-ха! — бархатистый и спокойный, слегка хрипловатый оттенок мужского голоса прозвучал звонко и очень громоздко на фоне тяжёлых студенческих вздохах. — Да иди ты!.. — У-у-у! — лицо притворно опечалилось, руки слегка опустились, кисти повисли. — Зачем же так грубо? — Да ты… Ты!.. — по выражению лица можно было прочитать отсчёт секунд до тотального взрыва. — Ка-ак?! — Ха-ха! — повторный мягкий смех. — О чём ты говоришь? — Во-первых, прекрати орать моё имя на весь универ, во-вторых, если ты такой везунчик, у которого всегда хорошее утро, то это не значит, что надо к раздражённому человеку лезть с объятьями, — девушка проскочила мимо него, влетая в проём здания, поспешно глазами ориентируясь в нужном направлении. Он не стал отставать.  — А с чем же лезть? — лишь продолжал улыбаться взъерошенной, как воробей, подруге. — С тишиной на последующие два часа, — поглядывая на часы, она нервно дёргала головой. В тот момент её раздражало абсолютно всё, на любой предмет смотрела с отвращением и красной злостью, а на Лёшу вообще отреагировала как бык, которому помахали красной тканью. — Сотри улыбку со своего лица, ты задрал уже! Он неприятно и удивлённо раскрыл глаза, сомкнул брови ближе к переносице. — Мать, — как-то дрожаще вырвалось. — Всё хорошо? — Нихрена не хорошо! Всё плохо! У меня такого замечательного утра ещё никогда не было, — сарказм реальности. — Ну так если утро замечательное, то почему всё плохо? — усмешка вырвалась сама. Его лицо слегка покосилось в укорении на самого себя, Лёша тут же понял, что слова его лишь больше подлили масла в огонь. Рената резко остановилась, развернулась к нему, ее переносица от злости вся сморщинилась, глаза загорели алым огнём в от гнева маленьких чёрных зрачках, что исказились в агонии. Они небрежно, но грозно дрожали. — Ещё одна шутка, — она пальцем ткнула в его кофту, задевая ногтем ткань, — и беги. Секундная тишина с глазами по пять рублей. — Понял, — лаконичное слово-спасение, наскоро пришедшее на ум. — Только не злись, а то у тебя морщины на лбу раньше времени появятся… АЙ! Ладно, понял, всё! — удар пришёлся локтём в его бок. Дверь в класс шумно открылась, разъярённая девушка прошагала до своей парты, усаживаясь на привычное место. — Ну не зли-и-ись! Ну расскажи-и-и-и! — Иди за другую парту. — Ну какое плохое зло я тебе сделал? — очередной прикол, очередной прокол. — Ну-ка вон отсюда со своими шутками, реально бесишь, — рука указала на свободную парту, как отрезала. И печальный как серый день Алексей, опустив рюкзак, нахмурившись, сел поодаль от неё, уже, наконец, умолкнув. Не прошло и пяти минут его молчания и одинокого взгляда в парту, как глаза его мельком, очень осторожно, начали перебегать на Ренату, исследуя перемены в её лице, ища момент для правильного соприкосновения беседы с ней. — Та-ак, — парень выдохнул эти слова, глядя на циферблат часов кабинета. — Два часа, значит, говоришь, — карандаш беспокойно ожидающе, ритмично стучал о ладонь левой руки, лекция шла долго, так же неспешно передвигались стрелки круглых белых старых часов, дизайн которых давно остался в остатках советских воспоминаний. Эти часы… они будто скрипели, каждая секунда звучала как скрежет ногтей о металл, а он будто был единственным, кто это так нервозно слушал, напрягаясь, как бы внутри себя повторяя: «Ну давай же, давай!» Рената не имела желания смотреть на него, но раздражающий звук удара карандаша о руки резонансом отдавал в её уши. И она обернулась, громким вздохом привлекая его внимание, недовольно испепеляя взглядом. Алексей недовольно уставился в ответ своими большими распахнутыми глазами, поднятыми бровями, одной лишь интонацией жестов нервно-удивлённо высказал немое «ЧТО?» — Не стучи! — шёпотом, отчётливо, сквозь зубы отбила слова Рената. — Я нервничаю! — всё тем же шёпотом, как и его злая подруга, прошептал в ответ Лёша. — Сама виновата! — Ах, это я ещё виновата?!.. — на низкой громкости, но вполне отчётливо для парт перед ней, она возмутилась. — Зайди в ВК. — Зачем? — Зайди в ВК, я сказала! Алексей достал телефон с явным удивлением и предвкушением, сконфуженно, из-под лба, поглядывая на Ренату, которая с напрягшимся лицом с огромным зверством нажимала на кнопки клавиатуры. Он не успел ещё разблокировать телефон, как его атаковали уведомления о сообщениях. «О господи», — тихо пронеслось в голове. В личном чате было уже около десяти сообщений: — Это в каком месте я виновата? — Я тебя как человека попросила, не нервируй меня, и что ты делаешь? — Правильно! Делаешь для этого всё! — Ты совсем страх потерял обвинять меня? — Я тебе сказала, утро не задалось, что тебе не понятно? — Неужели так сложно заткнуть пасть? — Короче, не действуй мне на нервы! Шок на чертах лица Алексея, он еле сдерживал смех, понимая, что если хоть один смешок вырвется, Рената взъестся. Надо было как-то ответить на сообщение, он предпринял самую безопасную стратегию ответа. — Пошли на перемене в кафе, я тебе чай с булочкой куплю:) Сообщение отправлено, Алексей с опаской ждёт ответа, смотря на немое, безэмоциональное каменное лицо. Рената начала печать в ответ. — Давай. Громкий выдох Алексея. Миссия выполнена.