История клана Узумаки. Книга 1. Возрождение

Этой же ночью, в кабинете Хокаге       Ночь. В это темное время суток все замирает в Конохе. Уставшие люди находятся в объятиях сна, и лишь бдительные часовые и патрульные продолжают свою службу. Не только простых граждан одолевал сон, но и высокие чины обычно находились в его объятиях. Но в эту ночь высокопоставленным лицам и некоторым их подчиненным было не до сна. Причиной бессонницы стал джинчурики Девятихвостого — Наруто Узумаки. Отсутствием сна в кабинете Хокаге страдали глава клана Сарутоби, хозяин корня Анбу, Принцесса слизней, Шизуне и Какаши. Разговор людей начинался с неизвестного, а именно с непонятной и необъяснимой чакре, что уже дважды тревожила больницу Конохи, хотя Цунаде и её ученица даже не подозревали о том, что подобный инцидент произошел второй раз у них прямо под носом. Но вот те, кто находился вне госпиталя, отлично почувствовали присутствие всепоглощающей власти и желания заполнить этот мир. Разумеется, для того чтобы понять что причиной столь необъяснимой силы стала чакра, а не землетрясение, надо было быть очень внимательным сенсором. Ведь во время выплеска чакры Генджи, наученный горьким опытом в прошлом, машинально скрывал присутствие чакры, но вот эффекта сокрытия легкой дрожи земли ему, ввиду не натренированного тела Наруто не удалось, но скрыть этот инцидент под видом землетрясения, для глав деревни ни составило никакого труда. Ведь только самые чуткие к чакре люди смогли почувствовать её, и все они находились здесь. Разговор о неизвестном начал Третий: — Доброй ночи. Я созвал вас здесь из-за непонятного инцидента, который вы в силу особенностей своих способностей сенсоров могли наблюдать. У меня есть лишь предположения и догадки о том, с чем мы столкнулись уже второй раз, но сначала, хотелось бы услышать ваше мнение, прежде чем я выскажу своё. Итак, у вас есть мысли по этому поводу? Шизуне и Цунаде лишь удивленно посмотрели на Сарутоби, на что тот незамедлительно отреагировал: — Цунаде-химе, Шизуне-сенсей, что стало причиной вашего удивления? — Извините Хокаге-сама, но вы сказали, что это было уже второй раз, однако мы с Шизуне не помним, чтобы чакра появлялась после того необычного исцеления Наруто-куна. — ответила ему санин. — Хм… это — то, о чем я думаю, Данзо? — поделился догадкой Хокаге. — Верно. Генджицу. — согласился с ним глава Корня. — Среди нас только у Какаши есть Шаринган, продемонстрируй нам свои таланты Хатаке. — продолжил Шимура. — Есть. Какаши приподнял повязку, которая скрывала его левый глаз и, активировав додзюцу, посмотрел на Сенджу и её ученицу. Внимательный глаз с красным зрачком и тремя томоэ не заметили признаков влияния на разум, и Какаши прекратил действие Шарингана. — На них не было техники замены памяти, а также других генджицу, Данзо-сама. — выполнив приказ, сказал Какаши. — Хм… Это еще более странно, техника, что не видна даже Шарингану. Что же это? — спросил Хирузен. — Вы точно уверены, что это техника, Хокаге-сама? — незамедлительно отреагировал Данзо. — Точно. Наверное, это один из недостатков Шарин гана — замечать только те техники, что были созданы при помощи обычной чакры. Надо будет попросить Джирайю применить несколько техник с помощью сен-чакры, в то время, как Какаши будет наблюдать за их действием с помощью Шарингана. — начал обдумывать минусы и плюсы одного из великих додзюцу Хирузен. Третий не зря имел в мире шиноби прозвище «Профессор». Оно точно подмечало его внимательность к мелким деталям. — Но… полагаю, надо отложить этот вопрос, до тех пор пока я не выслушаю от вас предположения о неизвестной чакре, Цунаде. — продолжил Хокаге. — Даже не знаю с чего начать, Сарутоби-сенсей. Но одно я поняла точно — это не чакра Девятихвостого. Я помню его чакру, когда вернулась в Коноху на две недели, когда родился Наруто. Его чакра тогда… злость, ненависть, гнев… это был Девятихвостый. А то, что я видела — полная уверенность, я бы даже сказала безоговорочная…извините, сложно подобрать слова опираясь на чувства. Хм… вот вы же не задумываетесь, что вода — это жидкость, а огонь — горячий. Вы полностью уверены в этих фактах. — Да, Цунаде-химе. — сказал Хокаге. — А эта чакра, как и вы, абсолютно уверенна в том, что этот мир принадлежит ей, что не она её часть, а что мир её. Я, вы, все люди вокруг, деревья, земля, все живое и мертвое. Словно, для неё так и должно быть. — Прости Цунаде… — перешел на «ты» Сарутоби. -…но ты же не думаешь, что эта чакра — живая? — Я этого не говорила, просто… я считаю, что это её свойство. Такое же как сырость у воды, или жар у огня. — пожала плечами санин. — Хм… субстанция, чьи свойства ощущаются не пятью органами чувств, а эмоциональной составляющей человека. Очень похоже на «Ки». Хм… только от «Ки» чувствуешь страх и постоянное ожидание смерти, а от этого, судя по твоему рассказу, желание покоряться и не сопротивляться. — заметил Четвертый. — Скорее, это чувство становиться только сильнее с каждой секундой её присутствия, но это не значит, что с ней нельзя бороться. — поправила его Цунаде. — Спасибо, Цунаде. Шизуне? — поднял бровь Хирузен. — Все, как и сказала Цунаде-сама, очень точные описания чакры, но я заметила еще и внешнее изменение в Наруто. — Внешнее, о чем вы? — спросил её Хокаге. — Его глаза — зрачок как у ящерицы, полное отсутствие белка и радужки, а вместо них ядовитая зелень с трещинами вместо капилляров, только они располагались по всей зелени, а не только в области несуществующего на тот момент белка. — поспешила дополнить ученица Цунаде. -… Похоже на действие змеиной сен-чакры… — после трех секунд раздумий ответил Данзо. -… вот только беспокоит отсутствие белка, да и радужка не должны была поменять цвет… странно все это. — Хм… действительно, странно. — подтвердил Сарутоби. — Еще… — вспомнила Шизуне. — Было что-то ещё? — удивился Хокаге. — В то время, как его тело восстанавливалось, он будто пел, необычно пел. Словно это был не один голос, а два. Первый голос — Наруто, а второй — грубый, грозный, рычащий и… повелевающий. Сложно передать, я тогда была под большим впечатлением от чакры, а не от действий мальчика. — Похоже на одержимость. — озвучила страшную догадку Сенджу. — Но если это не Девятихвостый, тогда что? — осторожно спросил Хатаке. — Тц… сплошные загадки. — недовольно произнес Данзо. — Благодарю, Шизуне. Теперь ты, Какаши. — обратился Хирузен к джоунину. — Простите, Хокаге-сама. Но я в этот момент был в отчаянии… думал, что сын Минато-сенсея погиб. — горько вспомнил член АНБУ. — Чувства совсем тебя ослабили. — грубо высказался Данзо. — При всем уважении, Данзо-сама, но я больше не служу в Корне. — мягко ответил на провокацию Какаши. Глава Корня решил не продолжать возникший конфликт. — Что ж, печально, что мы не получили новых сведений. Теперь твоя очередь, Данзо. — обратился Сарутоби к своему старому другу. — Мне нечего добавить, я почувствовал лишь отголоски тех ощущений, о которых поведала нам Цунаде-химе, скорее всего, как и вы. — с полной уверенностью сказал старик. На что Хокаге кивнул ему. — Но меня беспокоит, кое что другое. — продолжил глава Корня. Хирузен задал немой вопрос. — Насколько я понял, то эта сила огромна, намного сильнее Девятихвостого, а возможно, что даже Джуби, хотя он всего лишь легенда. Как вы сказали, Цунаде-сенсей? «Абсолютно уверенна в том, что этот мир принадлежит ей, что не она её часть, а что мир её»? — процитировал санина Данзо и замолчал, обдумывая сказанное. — Только представьте… — шепотом начал друг Хокаге. -…Только представьте, на сколько увеличиться военная мощь Конохи, если Узумаки научиться управлять этой силой. Мы обеспечим безопасность деревни не на жалкие десять или двадцать лет, а на века, возможно и навсегда. Кто с удивлением, а кто с опаской посмотрел на главу Корня. — Мы с вами видели Наруто, Хокаге-сама. — обратился старик к Хирузену. — И мы с вами оба знали, что мальчик мертв. Но сила этой чакры… если, она даже мертвого может вернуть к жизни, то… поймите. — обратился Шимура к присутствующим. — По сравнению с этим, техника второго Хокаге, при всем к нему уважении, лишь жалкая пародия. Эдо Тенсей — ничто, по сравнению с этим. — А что насчет второго случая? — спросил Хокаге. — Это не то, что нас сейчас интересует, Сарутоби-сама. — сказал Данзо. — А я как раз хочу заострить внимание на этом инциденте. — обратился к Хокаге к посетителям. — Насколько я знаю от Шизуне-сан, то в этот день Наруто навестили Хиаши и Хината Хьюги. Попрошу также обратить внимание на то, что Хиаши переступил через гордость, что для него небывалая редкость, и пошел благодарить по его мнению Демона. Мало кто из вас знает, но жена Хиаши умерла не от болезни. Хотя её и в самом деле преследовал недуг, но точку в её жизни поставил Девятихвостый, он тогда разрушил дворец их клана, а Хиаши до сих пор не смог простить себе, что не защитил свою супругу от «какого-то обломка». — поморщившись вспомнил Третий. — Причина, по которой глава Хьюга ненавидит Наруто и его клан понятна, хотя он и не знает всей правды. А что касается, второго инцидента, то удивителен тот факт, что посещение Наруто главой клана и его дочери, совпадает с временем, когда произошел выброс чакры. Зная Хиаши, смею предположить, что он не смог сдержаться, что и спровоцировало Наруто выплеснуть эту мощь. — закончил Хокаге. — Что вы хотите эти сказать? — спросил глава Корня. — Данзо, эта сила… она заставила целую больницу с несколькими сотнями пациентов и врачей забыть последние три минуты, думаю, что это было желание Наруто — чтобы Хиаши и его дочь вообще к нему не приходили, но получилось немного не так, как Наруто того хотел, он вряд ли хотел их смерти, иначе судя по рассказам Цунаде, Хиаши бы умер на месте. — остановился ненадолго Сарутоби. — Понимаешь… Да, мальчик может контролировать эту чакру… В очень малой степени, в очень малой. — специально повторил Хирузен. — Мальчик пробудил эту силу недавно, мы бы точно заметили, если бы это случилось раньше. Он сам не знает как её контролировать. … По моему приказу один член АНБУ из клана Хьюга проверил Бьякуганом фундамент госпиталя — на нем много трещин… Шимура, очень много… Кто знает… еще бы несколько секунд, и жертв было бы не избежать. Каждый в кабинете предположил худшее развитие событий. — И ты хочешь попытаться овладеть этой силой, Данзо? А?! — угрожающе спросил Хокаге главу Корня. — Мой приказ — нет. Лучше десять жалких лет безопасности Конохи, чем её полное уничтожение за час. — остыл Сарутоби. Данзо его ответ не впечатлил, однако старик решил мудро промолчать, вместо того, чтобы нажить еще больше неприятностей. — А что, если он потеряет контроль, Хокаге-сама, соберет столько чакры, что хватит на разрушение Конохи? — спросил того старый друг. — Мне больно это говорить, друг мой, но тогда… нам придется убить мальчика. — тихо и грустно ответил ему Хирузен. — Что.? — с отчаянием спросил Какаши. — Хатаке, послушай… — начал Хокаге. — Вы предлагаете, убить сына Минато-сенсея? Извините, но я не для того перешел к вам на службу, чтобы вновь превращаться в чудовище! — злобно гаркнул джоунини. — Какаши, я понимаю. Но и ты меня пойми, я, как Хокаге, не могу рисковать всей деревней ради жизни Наруто, пусть даже он сын Минато, пусть даже он невинный ребенок, пусть даже он джинчурики, и наша сила ослабнет после его смерти. Я. Не. Могу. Рисковать. — раздельно закончил Хирузен. — Если ты так волнуешься за мальчика, то я дам тебе поручение — если ты вновь почувствуешь, как чакра выходит из Наруто, то усыпи его. Твоя главная задача — не допустить его выхода из-под контроля. Жизнью пожертвуй, но останови его, не убивая. Такой приказ тебя устроит? — спросил Хокаге. — Благодарю, Третий-сама. — опустившись на колени произнес Хатаке. В комнате повисло неловкое молчание. — Сарутоби-сенсей. — обратилась Цунаде к Хирузену. — Да? — А что насчет вашей версии о происхождении чакры. — Хм… я думаю, что это все-таки видоизмененная сен-чакра. А насчет глаз — очень похожи на глаза ящера или крокодила, но к сожалению, моя теория рушится о возраст Наруто. Никто не сможет использовать сенджицу в пять лет. А насчет кеккей-генкая, позволяющего пользоваться сен-чакрой когда захочется, я никогда не слышал. Хм… хотя эта версия тоже не исключена. — произнес Хирузен, уткнувшись кулаком в подбородок. — Что же. Думаю на этом сегодня закончим.- завершил Хокаге. — Какаши. — позвал старик джоунина. — Да, Третий-сама? — отозвался Хатаке. — С завтрашнего дня установишь за мальчиком наблюдение, возьми с собой Итачи. Я обсужу с Данзо вашу общую миссию. — Есть. — преклонил голову член АНБУ. После чего скрылся в облаке дыма.

***

      Наруто проснулся в палате госпиталя. Тело не болело и чувствовалась необычная легкость. Генджи занимался тем же, чем и всегда — заполнял комнату призрачным дымом и равнодушно смотрел в окно. Призрак принюхался и обратился к мальчику: — Сюда идет женщина, думаю тебя сегодня выпишут. И правда. В комнату вошла Шизуне с бланком и посмотрела на джинчурики. — Наруто-кун, врачи проверили все анализы и остались удовлетворены твоими результатами. Разумеется… — грустно посмотрела на мальчика врач. -… шрамы останутся с тобой на всю жизнь. Если хочешь, можешь посмотреть, зеркал ведь нет в палате. Ученица сенина достала из халата маленькое зеркальце и дала его Наруто. Мальчик аккуратно взял женскую вещицу и принялся рассматривать свое раненное лицо. Малыш перестал смотреть в зеркало и посмотрел на Щизуне, улыбаясь во все тридцать три зуба. Это изрядно удивило Шизуне. «Неужели он не расстроен?» — подумала она. Наруто будто услышал не озвученный вопрос и сказал: — Когда я был в приюте, одна девочка говорила, что шрамы — это один из символов гордости шиноби. " Мх… скорее глупости и безрассудства.» — отозвался призрак в голове у Наруто, на что тот предпочел не реагировать. Мальчик уже успел понять силу призрака, а возвращаться в «ничто» ему не хотелось. — Это действительно так. — с улыбкой отозвалась Шизуне на наивность ребенка. — Ты хорошо себя чувствуешь, Наруто-кун? — Да, эээ… — не зная как обратится к медику, затянул малыш. — Шизуне-сенсей. — дополнила его ирьенин. — Да, Шизуне-сенсей. Я хорошо себя чувствую. — Что ж, тогда можешь идти домой и не забудь забрать документы около окошка у входа. Наруто поблагодарил Шизуне и начал одеваться, его старая одежда была выстирана от крови. «Хорошо, что этот урод не порвал её во время боя. После покупки лапши денег дома осталось немного.» — подумал мальчик, вспоминая горький опыт, когда его ограбили сверстники в один беззаботный летний день. Дойдя до указанного окошка Наруто забрал документы и увидел у входа курящего Генджи. Мужчина обратился к ребенку: — Нужно поговорить. Отойдем в сторону. — пригласил призрак малыша к скамейке — около главного входа в госпиталь. Наруто и Генджи сели и призрак сказал: — Твой бой — жалко и бесполезно. — констатировал факт неживой. «Он был сильнее меня и…» — начал оправдываться Наруто. — Я еще не закончил, мальчик. — не дал тому договорить призрак. — Эти шрамы… знаешь, я мог их вылечить, но не стал. Пусть они будут тебе уроком. «Каким?» — Думай. Всегда думай. Мозги — это отличительная черта Узумаки от других кланов, хотя и среди других есть достойные. Хм… «достойные кроме Узумаки» звучит так, будто я это только что придумал. — насмешливо закончил Генджи, грустно вспоминая предательство. Наруто лишь ворчливо ответил, насупив при этом лоб: «Я думал.» Генджи раздраженно посмотрел на мальчика. — Знаешь, кто становиться трупом быстрее остальных? Ребенок покачал головой. — Тот, кто не умеет признавать своих ошибок. — ответил ему призрак и продолжил. — Ты подумал, что у того ублюдка могли быть дружки на стрёме? Ты подумал, что он мог поставить ловушки? Ты подумал, что следовало подойти сзади к нему с самого начала, а не нестись в бой, как смелый идиот? Ты подумал, что шиноби намного сильнее себя? Ты хочешь быть Хокаге или мертвым туловищем?! — повысил голос Генджи. «Нет, Генджи-сан.» — опустил голову на грудь Наруто, стыдливо признав свою вину. — Тогда думай. Из любой ситуации есть выход. Ты должен выходить из проблем не так, как будет лучше или хуже, а так как тебе надо. И мозги в этой ситуации лучший помощник… однако сейчас у тебя вместо них дерьмо. Тц…убожество. — наиграл стыд призрак. В глазах Наруто зажглось пламя гнева и негодования, опять. На что мужчина ответил: — Правильный настрой. Гнев на самого себя — лучшее лекарство от глупости и высокомерия. Наруто продолжал злобно пялится на землю и сжимал кулаки: — За мной. — грубо сказал кровавоволосый. — И не отставай. — добавил он тем же тоном. Наруто вскочил и лишь успел увидеть, как призрак оказался у калитки госпиталя. Мальчик бросился за ним не отставая не на секунду, вернее пытаясь не отставать. Призрак мчался с огромной скоростью и Наруто лишь едва замечал его силуэт. Вот они на главном рынке деревни, но товары дальних стран и приятный запах еды последнее, что интересовало маленького Узумаки, хотя он и не завтракал. Наруто бежал за призраком, а тот все удалялся. Мимо мелькали деревья, лавочки, недовольные появлением Демона пешеходы, некоторые даже бросили вслед ребенка пару проклятий, однако их оскорбления были последним, что интересовало Наруто. «Только бы успеть» — проносилась мысль Наруто снова и снова. Мальчик заметил, что их путь пролегал к месту, где он планировал начать свой путь к званию Хокаге — Академию шиноби. Малыш заметил, что Генджи остановился также внезапно, как и начал свой бег. Остановившись, призрак медленно скрестил руки перед собой и начал внимательно смотреть на тренировочную площадку академии, что была видна с невысокого холма, где тот остановился. Наруто подбежал к мужчине и уперся руками в колени, тяжело дыша при этом. Мальчик пытался вернуть дыхание в нормальное состояние. Генджи, увидев его попытки лишь раздраженно фыркнул. Отдышавшись, ребенок посмотрел туда же, куда взирал и призрак. На тренировочном поле выполняли упражнения юные ученики академии. Кто-то создавал огненные шары, что выходили изо рта, кто-то водяные струи, а кто-то возводил земляные стены вокруг себя. Всех, кто пользовался техниками ниндзюцу объединяло одно — они использовали печати руками для создания техник. Наруто завороженно смотрел на учеников, а сам представлял, как будет точно также повелевать стихиями, чья мощь исходила от странных движений рук. Прошло несколько секунд, и призрак прервал молчание: — Завораживает, да? — посмотрел он на Наруто. Мальчик в ответ лишь кивнул, не отрывая взгляда. Генджи обратил свой взор снова на поле, после непродолжительного обращения. — Смотри, запоминай и пойми — они ничто. — с насмешкой произнес обладатель кровавых волос. Наруто с шоком посмотрел на призрака. «Если эта сила для него ничто, то насколько же он силен?» — пронеслось в голове у мальчика. — Дело не в силе, мальчик, а в способе её применения. Видишь? — мужчина указал на руки учеников, что беспрерывно перебирали пальцами, создавая все новые и новые печати. — Они используют ручные печати: Вол, Кролик, Лошадь, Птица, Тигр, Дракон, Обезьяна, Овца, Крыса, Змея, Собака, Свинья — это весь перечень, что используется шиноби твоего времени, хотя когда-то их было в сотни раз больше, но да ни о том сейчас. — продолжил призрак. — Сейчас ты должен понять, что основная задача ручной печати — это создание таких техник, которые, либо нацелены на покрытие огромной по размеру местности, либо используются для создания невероятно сложных техник, при создании которых цена ошибки слишком велика, чтобы пренебрегать этими костылями. Тц… насмешка над званием шиноби. — презрительно озвучил свои мысли Генджи. " Что вы имеете ввиду, говоря о «костылях»?» — удивленно спросил про себя Наруто. — Мальчик, настоящий боевой Шиноби никогда не пользуется ручными печатями на поле боя. Они — лишь изобретение, которое было создано для упрощения выполнения особо сложных задач. В реальном бою важно каждое мгновение, настоящий шиноби за время, пока эти подделки играются с пальцами, успеет создать минимум четыре техники, а заодно применить их и насладиться своей победой. Техники создаются не руками, мальчик, они создаются здесь. — Генджи указал пальцем на лоб Наруто. — А вот их проводником служит уже твоё тело. И если для пассивных стихий и их разновидностей, вроде земли и воды, можно просто стоять и не проделывать никаких движений, пропуская силу полученной техники через ноги. То вот для активных стихий — молнии, огня и ветра, уже необходимы движения и активные проводники, коими являются руки и ноги в движении, или же рот, уши, глаза, нос. — закончил Генджи. " И как же создавать техники с помощью мыслей? Просто представить эти ручные печати в голове?» — озадачено поинтересовался Наруто. — Разумеется, нет. Для того, чтобы использовать данный метод создания техник. Нужно использовать слух и комбинацию полученных звуков чакры. Но это лишь для тренировки, в реальном же бою ты за мгновение будешь вспоминать набор звуков от чакры и создавать нужные тебе техники. " О чем вы? Я конечно слышал краем уха, что чакру можно увидеть, но чтоб услышать?» — ошарашено подумал мальчик, удивившись последней новости и не успевая переварить предыдущие. — И не только услышать, мальчик, когда научишься, то сможешь её чуять с помощью носа, а также чувствовать вкус чакры на языке, но это сейчас не главное. — ответил мужчина. " Подождите, Генджи-сан… хотя нет… Генджи-сенсей, я совсем запутался, как можно вообще услышать чакру, что за комбинации и что вообще за звуки чакры, даттебаё?!» — удивленно воскликнул Наруто. — Что ж мой ученик, начну по порядку. — довольно улыбнулся Генджи, сдержанно радуясь, что мальчик признал его учителем. — Звуки чакры — это ощущения, что ты будешь испытывать, когда начнешь разгонять чакру в собственном теле. Но получить ты их сможешь, только применяя особую технику слуха, кстати, эта будет первая «обычная» техника, что ты изучишь и последняя из группы «обычных», которую ты в первый и надеюсь последний раз используешь с помощью ручных печатей, ведь звуками чакры и их комбинациями ты еще не будешь владеть. Однако это еще полбеды. — ненадолго остановился призрак, чтобы закурить. Достав сигарету и выпустив очередную порцию пара, мужчина продолжил: — Дело в том, Наруто, что для каждого, кто применяет данный метод звук чакры имеет особенную тональность… — Генджи остановился, увидев вопросительный взгляд малыша. -…ну, это когда звуки звучат по разному. Так вот, из-за различных особенностей каждого человека тебе придется высчитывать тональность каждого звука. Всего этих звуков восемьдесят восемь. Для расчета тональности, для каждого звука чакры имеется математическая формула. «Генджи-сенсей, а что это такое?» — спросил Наруто. — Математическая формула, конкретно для расчета звука чакры — это разные действия с константами и переменными. Предвещая твои вопросы, константа — это та часть математической формулы, которая неизменна в любом случае, а переменная — это её противоположность, и переменная эта будет зависеть от твоих особенностей: твой вес, насколько тебе нравится рамен, какую музыку ты слушаешь и так далее. Но давай пока не будем об этом. Вместо этого я хочу поговорить об еще одном преимуществе этого метода. Посиди, а то у тебя уже голова раскалывается от количества информации. — докурил сигарету Генджи и тут же принялся за новую. А Наруто тем временем присел на землю, обхватив голову руками. — Касаемо техник, для их применение вы используете три части: контроль чакры, ручные печати и их комбинации. Целых три составляющих, понимаешь, ТРИ. — возмутился Генджи. — В методе о котором я тебе рассказал используется всего две составляющие: звуки чакры и их комбинации. Звуки чакры, в переводе на ваш кривой метод, — это совокупность ручных печатей и влитой в них чакры, за которую отвечает контроль чакры. Иными словами, из-за этого контроля вы никогда не вливаете в печать ровно столько чакры, сколько нужно, у вас всегда — либо больше, либо меньше, а это никуда не годится. " Получается, что звук чакры — это идеальное сочетание ручной печати и контроля чакры, даттебаё…» — постанывая от боли в голове, прокряхтел Наруто, уже лежа на земле. — Ну, переводя на ваш кривой метод, да. — подтвердил его слова призрак. " Какой сложный метод.» — скривился мальчик. — Пф… ты ещё про письменные печати клана Узумаки не слышал, по сравнению с ними — этот метод, просто, лягушатник. — А насчет комбинаций, тут я думаю ты и сам догадался. — туша сигарету об затвердевшую ладонь, сказал Генджи. " Банальная последовательность звуков чакры, которую надо запомнить, чтобы техника получилась.» — жалобно ответил ему Наруто. — Ага, ну и напоследок, то за что я этот метод больше всего люблю. — вдыхая уже вечерний воздух деревни, произнес призрак. " И за, что же можно любить, настолько сложную вещь?» — изумился мальчик. — Безошибочность, Наруто-кун. При правильной подготовке к исполнению этого метода, любая техника сработает с первого раза в полную силу, а если ты еще и будешь многократно тренироваться в её создании, то твоей чакры на её воспроизведение будет уходить все меньше, а мощь возрастать, однако прогресс рано или поздно прекратится, но поверь, результатом ты не будешь разочарован. К тому же, ты точно будешь знать, получится ли у тебя выполнить технику или нет в зависимости от состояния объема твой чакры, если её будет не хватать, то звук ты просто не услышишь, когда будешь начинать применять технику. Хотя… ты же Узумаки, тебе это точно не грозит. " Генджи-сенсей, я устал.» — пожаловался наруто. — Тц, слабак, ладно, пойдем домой, думаю, что твой скудный разум еще не готов понять всего сказанного. — проворчал Генджи. У Наруто же не было ни желания, ни сил спорить. А меж тем на улице почти стояла ночь, и тренировка учеников академии уже давно закончилась.

***

      Ночная Коноха восхищала своими своими огоньками от фонарей и работающих заведений деревни. Количество света и шум города поражал в столь темное время суток. Однако мысли бегущего мальчика были совсем не о красоте ночного города. «Как же будет сложно в дальнейшем, если уже сейчас задача, которую поставил мне Генджи-сенсей, кажется невозможной?» — спросил сам себя ребенок. — Знаешь девиз боевых шиноби клана Узумаки? — спросил того, бегущий с ним призрак. Наруто лишь отрицательно помотал головой. — Тяжело в учении — тяжело в бою. — ответил на незнание Генджи. " Генджи-сенсей, можно вопрос?» — откликнулся мысленно мальчик. — Задавай. " Вы сказали «боевые шиноби», а разве есть другие? Или это только те, кто лечит раненых и больных с помощью зеленой чакрой?» — Разумеется я имел в виду «других». — недовольно ответил призрак. — В мое время шиноби использовали свои техники не только для защиты и нападения, а также исцеления. В отличии от глупцов вашего времени, в мою бытность техники применялись для облагораживания почвы, создания чернозема в безжизненной пустыне, проведении рек в сухих регионах, строительства, науки, инженерии, грузоперевозках, я могу перечислять часами, мальчик. Однако лучше оставим вопрос морали до следующего раза, тем более мы уже пришли к двери твоей квартиры. — остановился красноволосый. Наруто в ответ на его слова достал ключ из кармана и открыл дверь. На пороге их встретил неприятный запах носков, трехдневного рамена и неприглядный вид бардака. — Скажу сразу… — грубо начал Генджи. — я не собираюсь учить неряху и грязнулю. Ты не ляжешь спать, пока не наведешь в своей квартире идеальный порядок, понял?! — на повышенных тонах закончил призрак. — Понял. — застыдившись ответил Наруто. Не раздеваясь, мальчик начал складывать обертки от лапши быстрого приготовления и прочий мелкий и крупный мусор в большой черный пакет. Генджи, наблюдая за всем этим достал сигарету и, прикурив, начал поглощать и выдыхать дым без запаха. Когда пришло время затягиваться очередной порцией табака, Наруто отложил завязал и отложил полный мусора пакет. Идя за шваброй и набирая ведро воды, мальчик спросил у призрака: — Можно вас попросить, Генджи-сенсей. — на этот раз вслух произнес Наруто. — М? — Не могли бы вы не читать каждую мою мысль, мне не приятно. — честно признался мальчик. — Да… — призрак не много запнулся, подбирая слова. -… ты прав, мысли человека должны принадлежать только ему, извини. — недовольно сказал сенсей, признавая свою ошибку. — Спасибо. — радостно отозвался на согласие призрака малыш. Докуривая очередную сигарету, мужчина заметил, как мальчик, уже протерев пол и мебель, заканчивал мыть посуду. Через несколько минут квартира блестела от чистоты и приятно пахла мылом. Собрав грязное белье, Наруто отнес его в ванную и заполнив им, водой и мылом тазик начал стирать. Закончив стирку и развесив сырые вещи на балконе, Наруто услышал голос призрака: — Мыться, чистить зубы и спать, и не забудь нижние белье сменить. — крутя в руках тлеющую сигарету, произнес мертвый шиноби. — Я не ребенок. — насуплено ответил ему Наруто. — Не пытайся казаться тем, кем ты не являешься — так поступают взрослые, знаешь ли. — поучал его равнодушно Генджи. Наруто недовольно совершил вечерний туалет (если кто не знал, совершил обряд соблюдения гигиены), и вышел из душа, протирая при этом волосы полотенцем. — Увидимся на той стороне. — потушил сигарету Генджи и исчез, растворившись в воздухе. — Ага. — ответил в пустоту Наруто. Рухнув на кровать, мальчик тут же вырубился, ожидая встречи с основателем клана Узумаки.