emptiness

***

Бесконечен ли человек? И если бесконечен, то бесконечна ли сама эта бесконечность? А что если, где-то там, на том уровне, что невозможно представить в своем подсознании, все же у бесконечности есть свой завершающий конец? И если так, то что происходит с человеческой душой? И существует ли она вообще? Существует. Существует на уровне "ничто". Ничто - отрицание всей сущности сущего

***

Боль.

      Когда дверь захлопнулась, я остался один наедине со своим одиночеством. Свет был выключен, а шторы по обыденному закрыты, что не позволяло ни единому лучу света пробраться внутрь моего кокона, моей собственной тюрьмы — моей так ненавистной комнаты, что с пола до потолка полностью соответствовала лесной тематике: она была беспощадно едко-неоново-зелёной. Я ненавидел этот цвет, свою комнату и свой дом, но когда в моей комнате стояла кромешная тьма - я чувствовал спокойствие и удовлетворение, которое было нарушено словами моей сестры, что только что вышла из комнаты:

«Она умерла»

Когда месяц назад я покинул свой родной город, чтобы отучиться на свою паршивую специальность, в центр этой страны, я даже и представить себе не мог, что моя семья больше не соберётся в своём полном составе. Я и представить не мог, что тот последний звонок, что я старался по-быстрее завершить из-за своей «занятости» станет последним воспоминанием о ней. Последним отрывком в памяти, что теперь до конца моей жизни будет преследовать меня, ударяя каждый раз ножом в мое и так не совсем здоровое сердце. Следующий день я вел себя так, будто ни о чем совершенно не знал, я также продолжал заниматься своими делами: учился, писал... смотрел идиотские, просто совершенно бессмысленные мультики и смеялся. Громко и часто, что окружающие порой думали, что я уже сошёл с ума. В этот день был куплен гроб, оплачена могила, фальшивые цветы уже были высланы магазином, но я этого будто не замечал: я отказывался принимать эту дерьмовую реальность. На третий день я стоял на просторном и нереально огромном кладбище, опустив голову вниз. Сильный ветер пытался сдуть с меня всю тяжесть непрекращающихся мыслей, но все было бесполезно: я смотрел на три небольшие кучи вещей, что были обёрнуты простынями и покрывалами. Ее вещей. Какие-то три паршивые кучи ЕЕ вещей. Я ждал, когда ее наконец привезут. Тридцать минут звучали в ушах каждой секундой, ещё бы чуть-чуть и пришлось бы покупать ещё одно место - рядом. «Когда это уже закончится?!» И вот она здесь, лакированный гроб, и я даже не смею поднимать своих глаз. Спокойный тембр священника и вот ее опять куда-то везут, сердце начинает свой бешеный ритм: еще чуть-чуть и я больше не смогу ее увидеть никогда. Никогда бы не подумал, что ямы так легко и быстро можно откопать. Буквально пара минут и я вижу, как теряются прошлые года, как они начинают кануть в лету и в голове даже не получается вспомнить ее голос, не начиная истерично рыдать. Первая горсть земли с ужасным звуком столкнулась с деревянной крышкой, затем еще и еще... а после и моя очередь. Я медленно прикасаюсь к земле, все еще продолжая не верить в этот бред, и бросаю ее вниз и только в тот момент, когда ребята-могильщики меньше, чем за одну минуту завершили свою работу - до меня дошло наконец, что происходит. Я больше никогда не поговорю со своим родным человеком. Я больше никогда не обниму ее и не услышу, как она меня ругает. И каждый раз, пролистывая свои контакты, я буду чувствовать, как что-то внутри меня сгорает: мне больше не нужно звонить на этот номер, и я даже не смогу попросить прощения за то, что в прошлый раз так быстро бросил трубку. Больше никому это слушать не нужно, время было упущено. Но я точно знал, что она любила меня, как и я ее. Не теряйте времени, звоните почаще своим близким, навещайте их и никогда не забывайте, что земля и холодный памятник не умеют говорить.

***

Пройдёт неделя, две, сорок дней, но пустошь в душе так и не заполнится до тех пор, пока мы не поймём, что потерять человека можно лишь живого, почившие же нас — всегда с нами, в наших сердцах.