Черное небо

‒ Вы правильно услышали, это были вы. Прежде чем попасться в эту проклятую штуку, я взламывал... просто изучал сигналы, и случайно уловил инструкции, которые они получали, и источником сигнала были вы, абсолютно без ошибки, если только я не ослеп… ‒ Золотой Ворон скривил губы на мгновение и посмотрел на выражение лица Чу Си. ‒ Но глядя на твое лицо, я снова задаюсь вопросом, не было ли у меня тогда проблем с глазами. Чу Си все еще мысленно обдумывал эту странность, но рот уже дал твердый ответ: ‒ По-видимому были. ‒ … пошел ты, я просто был вежливым! ‒ Не стесняйся. Золотой Ворон: ... Он отвернулся и снова лег на дно клетки, как умирающая собака, больше не желая разговаривать с Чу Си. Саэ Ян, частая жертва Чу Си, с удовольствием наблюдал как он издевается над другими. Он усмехнулся и сказал Чу Си: ‒ Дорогой, у меня есть предложение. ‒ Какое предложение? ‒ Чу Си обернулся, чтобы спросить. Саэ Ян указал вверх. Стол, на который он опирался, находился рядом с углом, а угол стены прямо над его головой был освещен слабым красным светом, который вспыхивал каждые несколько секунд. Такие красные огоньки почти повсеместно встречаются в космической тюрьме - это записывающее устройство для интеллектуальной системы тюрьмы, в чем-то схожей с обычным наблюдением, но гораздо более всеобъемлющей. Помимо окружающей обстановки, они также могли записывать температуру, влажность и другие аспекты, которые не могла определить простая камера, включая сигналы связи и даже были способны на базовый анализ и обработку. Но точность и глубина анализа будут незначительно варьироваться в зависимости от уровня интеллектуальной системы. С сегодняшними технологиями такие устройства могут быть сделаны так, чтобы сливаться с чем угодно, если они хотят быть скрытыми и не видны вообще. Но сто тридцать восемь устройств в космической тюрьме намеренно сделаны такими очевидными. В основном потому, что у заключенных в этой тюрьме проблемы со всем - от мозга до костей. Когда космическая тюрьма только строилась, конструкторы еще не были в курсе темперамента заключенных, и записывающие устройства были сделаны настолько скрытными, насколько это было возможно. В результате эти психопаты проводили свои дни, занимаясь только тем, что проделывали дыры везде, используя свой дух миноискателей для поиска всех устройств наблюдения, не оставляя ни единого целого. Как только одна партия уничтожалась, устанавливалась новая. Одна партия была установлена там, а другая партия была уничтожена здесь. Подводя итоги одной стратегии опыта за другой, это почти сформировало бизнес-цепочку. После пятидесяти лет терзаний друг друга команда дизайнеров, наконец, выругалась и пошла на компромисс, выбрав другую стратегию. Они встроили в каждое записывающее устройство светоиндикатор, установив его на видном месте в каждом углу. Их красные огни будут работать непрерывно круглые сутки, ослепительно ярким образом объявляя всему миру: давай, взорви меня! Этот обратный подход прекрасно сработал. Возможно, из-за того, что заключенные сочли задачу слишком легкой, они внезапно потеряли интерес к уничтожению записывающих устройств. Помимо того, что время от времени они по прихоти указывали средними пальцами на записывающие устройства, они, казалось, игнорировали существование этих 138 камер и начали исследовать что-то еще. Именно это сделало эти записывающие устройства такими долгоживущими маленькими тараканами. Только после того, как Саэ Ян напомнил ему, Чу Си вспомнил об этих вездесущих маленьких ублюдках. Он сразу же оставил в покое Золотого Ворона, который лежал в клетке, и направился к двери на другой стороне ресторана, через которую был виден Центр наблюдения № 2. Этот диск и другие части космической тюрьмы были соединены виртуальным сервером, и большая часть мощностей перекрывалась внешней оболочкой Центра наблюдения № 2. Поскольку Центр наблюдения подвергся сильной атаке при нападении, теперь помещение выглядит так, как будто через него прошел тайфун, даже стены были продырявлены. Но одна из металлических стен вместо того, чтобы быть пробитой насквозь, выгнулась внутрь, ударивши стойку консоли. Так получилось, что именно в ней и находилось отделение интеллектуального процессора. Саэ Ян последовал за Чу Си и присвистнул, как только вошел в комнату. ‒ Они точно знают, как выбрать место для взрыва. Чу Си поправил консоль, снова вставил отвалившийся порт и, не оглядываясь, ответил: ‒ Не мог бы ты уйти если не собираешься помогать? ‒ О, чуть не забыл, наш сэр ненавидит разгребать мусор, поэтому я уверен, что у него плохое настроение. ‒ Саэ Ян сделал понимающее лицо и оглянулся на двоих людей позади себя. ‒ Непричастные личности, почему бы вам не выйти? Я закрываю дверь. Швабра: ... У меня есть бесстыдный комментарий, но я не знаю, стоит ли его говорить в слух. Он чуть не выругался, но, вспомнив, кто перед ним, сглотнул и с трудом изменил тон: ‒ Я... буду стоять у стены, не разговаривать и не шуметь. Не заставляй меня уходить, там столько волков. Саэ Ян был выше его на полголовы и выглядел необычайно ленивым и высокомерным, когда опустил глаза на мужчину. ‒ Следует ли мне любезно напомнить, что те, кто снаружи, по крайней мере, в клетке, а тот, что перед тобой, ‒ беглец, который полностью свободен. Швабра: ... Не говоря ни слова, он просто развернулся и убежал. Саэ Ян с удовлетворением наблюдал, как он убежал, прижав к себе Маленькую швабру, захлопывая за собой дверь перегородки. Чу Си холодно усмехнулся: ‒ Саэ, при всем моем уважении, более бесстыдного человека я не видел за всю свою жизнь. Саэ Ян приподнял бровь: ‒ Я видел одного. Чу Си, не задумываясь, спросил: ‒ Кого? Однако прежде чем Саэ Ян успел открыть рот, он внезапно отреагировал и вовремя прекратил разговор: ‒ Хорошо, просто заткнись. Саэ Ян засмеялся. Чу Си угрюмо подключил дюжину портов и заметил порванный кабель среди клубка проводов. Поскольку кабель был слишком близко к стене, он просто расплавился в момент взрыва, обнажая около сотни свободных проводов толщиной с прядь волос. Офицер Чу две секунды с невозмутимым лицом смотрел пучок из сотни или около того проводов, потом закатил глаза и бросил испорченный кабель обратно на стол. Он всегда плохо разбирался в таких вещах, и он скорее предпочел бы погрузиться в парк хранения и переработки антиматерии, который мог взорваться в любой момент, чтобы попасть в беду, чем спокойно сидеть здесь, разбираясь с сигналами данных портового чипа. Сэр Чу уперся обеими руками в столешницу и на мгновение замолчал, а затем вдруг вежливо улыбнулся и повернул голову, чтобы сказать Саэ Яну: ‒ Давай заключим сделку? Когда он говорил, обе его руки оставались на столешнице, спина опиралась о край, одна длинная прямая нога была слегка согнута, и эта улыбка... он выглядел элегантным и расслабленным. Саэ Ян приложил указательный палец к губам. ‒ Не притворяйтесь, сэр. Не считая разницы во времени после взрыва планеты, мы знаем друг друга 45 лет, 7 месяцев и 3 дня. Я могу сказать, о чем вы думаете с первого взгляда, так что просто скажите это прямо. На этот раз Чу Си был действительно ошеломлен, он никогда не думал, что Саэ Ян может определить время, которое они знают друг друга, в "днях". Возможно, потому что он был удивлен, а возможно, потому что Саэ Ян действительно что-то спрашивал, неумолимый офицер поджал губы и сухо сказал, впервые не став ходить вокруг да около ‒ Один из соединительных кабелей расплавился, и там целая горсть раздражающих проводов. Пока есть хоть одно неправильное соединение, интеллектуальная система не будет работать должным образом. Если бы он старательно соединял их все, он мог бы сидеть здесь до конца Вселенной. Саэ Ян мило улыбнулся и, подняв подбородок, пошутил: ‒ Обычно я заставляю другого человека встать на колени и умолять меня. Чу Си тоже радостно улыбнулся в ответ: ‒ Обычно я становлюсь на колени только перед могилой, и встаю только на одно колено. ‒ Такой жест, как вставание на одно колено, все же больше подходит для предложения руки и сердца, ‒ сказал Саэ Ян. ‒ Такой жест, как вставание на одно колено, я использую, чтобы положить подношение. Саэ Ян: ... Несмотря на словесную ссору, Саэ Ян все равно подошел. Это был один из редких случаев, когда Чу Си отступил. Он сделал шаг в сторону и стоя рядом с Саэ Яном наблюдал, как тот вытаскивает расплавленный кабель. Пальцы Саэ Яна были длинными и привлекательными. То, как он возился с этими тонкими проводами, было почти как игра на пианино. Возможно, никто не поверит, но террорист номер один Космической тюрьмы действительно умел играть на пианино. Но количество людей, которые были свидетелями этого, можно было сосчитать пальцами, или вовсе не нужно было считать - это был только Чу Си. Конечно, это была просто случайность. Но это случилось более сорока лет назад в санатории «Белый Орел». А если добавить пятьдесят лет дремоты в криокапсуле, то получится почти сто лет назад. Сотня лет пролетела в мгновение ока. Саэ Ян тщательно перебирал эти провода и казался очень сосредоточенным, с спокойными, почти прозрачными глазами и слегка опущенными веками. Он был ужасно тих с удивительно устойчивой сдержанной аурой. Мгновение спустя он прислонился к стойке, приподнял веки, чтобы посмотреть на Чу Си, и поджал губы: ‒ Честно говоря, я иногда чувствую, что… ‒ Во время разговора он внезапно пожал плечами и опустил глаза, чтобы продолжить подсоединение оборванных проводов. ‒ Забудь об этом, ради редкого случая, когда вы не насмехаетесь над людьми, сэр, я не буду вас дразнить. Чу Си с подозрением переспросил: ‒ Что ты чувствуешь? Саэ Ян, наконец, закончил соединять последние провода и еще дважды аккуратно обернул всю обмотку, чтобы укрепить ее. Он неторопливо поднял кабельный порт, дразняще прикоснулся к нему уголком губ и передал Чу Си. ‒ Вот, посылаю тебе поцелуй, мой дорогой офицер. Чу Си: ... Такого непредсказуемого сумасшедшего, который всегда останавливается на середине предложения, следует поместить в специальную тюремную камеру на ночь под электричество, чтобы прочистить мозги. Чу Си с молниеносной скоростью отобрал кабель и вставил его в нужный порт. Дин! ‒ Система разведки Космической тюрьмы Небесный Глаз к вашим услугам — услугам — услугам — услугам... Чу Си: ... Мы все еще можем использовать эту сломанную штуку, которая застревает четыре раза в одном предложении?! Он хмыкнул, нажал несколько клавиш на консоли, а затем попытался отдать команду: ‒ Остались ли записи со дня взрыва планеты? Покажи их. ‒ Хорошо. Поиск в базе данных займет около трех секунд. Обратный отсчет: 3 ‒ 2 ‒ 2 ‒ 2 ‒ 2... Чу Си: ... Это что, им слушать это два до следующего столетия? Саэ Ян поднял бровь и ударил кулаком по корпусу центрального мозга интеллектуальной системы. ‒ Ой! 2 ‒ 1... экспорт данных завершен. Чу Си: ... У него был соблазн сказать: Забудь, у меня болит печень, когда я смотрю на это заикание. Но в следующее мгновение экран, на котором он появился, и текстовая запись рядом с ним заставили его лицо опуститься. Первой записью заикающейся системы был момент получения командного сообщения по каналу связи, а на синхронизированной карте пространства короткий код командного сообщения: 50001 Источник обозначен очень заметным красным цветом. 50001 был коротким кодом общественного канала связи Чу Си. Он представлял собой должность начальника кабинета № 5 Башни Безопасности. Красный цвет был маркером источника сигнала исключительно для Чу Си.