Чего ты хочешь? Любить и быть любимым..

Парень потянулся за ставшим таким любимым и незаменимым предметом, который теперь был с ним всегда. Феликс взял наушники, надел на голову и включил музыку. Он впал в депрессию. Из-за одного. Из-за всепоглощающего чувства, которое преследует его на протяжении месяца- из-за любви. Не просто из-за любви, а из-за любви к лидеру. К Крису, который стал его опорой и поддержкой во всем. Который помогал в трудных ситуациях, который всегда был рядом, когда ему было грустно, который всегда готов был выслушать и дать совет. Влюблённость поглотила Феликса целиком и полностью. Его единственной отрадой или хоть каким-то поводом не думать о нём были наушники. Музыка. Мелодии. Он думал о нём 24 на 7, старался быть ближе к нему, проводить как можно больше времени рядом с ним, чувствовать его тепло и защищённость. Но Чан, как назло, перестал быть рядом с ним, все больше времени уделял младшим или же сидел в студии сутками напролёт. Ликс стал жутко ревновать его к Чонину, так как Чан был почти всегда только с ним (кроме студии), обнимал его и тискал, прижимая к себе, защищал его и трепетно заботился о нём, совершенно забив на Феликса. Парню становилось больно. Он раз за разом прожигал спину макнэ взглядом, пока тот лишь беззаботно улыбался и довольно сидел у лидера на коленях.  Феликс понимал, что это неправильно. Любить лидера. Любить друга. Любить парня, и ненавидеть тех, кто находился рядом с ним, хоть это и твои друзья тоже. Нет, он не ненавидел Чонина. Он ему завидовал. Просто завидовал. Ему хотелось так же сидеть у хёна на коленях, в крепких объятиях и улыбаться. Искренне и беззаботно. Хотелось быть на месте младшего. Хотелось каждой клеточкой своего тела почувствовать, как тебя обнимают сильные руки Чана и прижимают к себе. Хотелось до слез в глазах. Хотелось бить кулаком стену и кричать о том, что это настоящая любовь, хоть и безответная. И ему бы не было за это стыдно. Ему не стыдно закричать на всю общагу, да хоть на всю страну, что он любит его и это навсегда. НАВСЕГДА. Из глаз потекли слёзы. Полились ручьём. Хотелось кричать, ругаться, рвать и метать. Буквально. Но он просто снял наушники, вышел из комнаты и быстрым шагом направился в ванную. Плотно прикрыв дверь, но не заперев её, он медленно сполз по стене и закричал. Закричал с горечью в голосе. И все равно, кто его слышит, просто уже надоело это терпеть. Терпеть, как у тебя внутри сердце болит и колет от чувств, как внутри разливается зияющая пустота. БанЧан под кожу залез и в кровь просочился, по всему телу разнёсся и попал прямо в сердце. Теперь он живёт только им. Дышит только им. И дышать с каждым разом становится все больнее. Он истерично рыдал, он с ненавистью и всей силой бил кулаками холодный кафельный пол ванной комнаты, разбивая в кровь руки, он громко кричал, до хрипоты в голосе, уже не скрывая своей боли. Больно. Обидно. ОЧЕНЬ БОЛЬНО… По всей общаге разнёсся протяжный, полный боли и отчаяния, крик. Мемберы, сидевшие в общей гостиной, не на шутку испугались. Чонин и Сынмин, игравшие в увлекательную игру, подскочили чуть ли не до потолка и убежали в комнату, Джисон, который дремал в кресле, передернулся и спросонья упал с него, широко раскрыв глаза, ничего не понимая. Хёнджин, который сидел и спокойно пил кофе, вздрогнул и пролил все на себя, при этом громко выругавшись. Чанбин, смотревший что-то в телефоне и сидевший в наушниках, выронил телефон на ковёр. Минхо, читавший книгу, выронил книгу, а руки так и остались в держащей позе. Чан, видимо, находился в студии. -Что это, блять, такое? — после того, как крик стих, спросил Джин, проматерившийся уже наверное раз 15 за только что одетую футболку, на которую пролил кофе. -Мог бы и не спрашивать.- Ли-старший поднялся и выскочил из комнаты под ошарашенные взгляды остальных. Он подлетел к двери в ванную и постучал в неё. -Ликс, можно я зайду? — тихо прошептал Хо. -Нет. Уходи. Прошу. — из-за двери послышались истерические всхлипы. -Фел, не надо так убиваться! Из-за любви ещё никто не умирал! Переживешь!  — брюнет уже в который раз пытался доказать своему другу, что эта любовь со временем пройдёт. Видимо, он глубоко ошибался. -Уходи, Минхо! — потребовал Ликс. И парень сдался. Он поплелся в свою комнату, и, разозлившись, оглушительно хлопнул входной дверью. ВСЁ! Ему это надоело! Надоело то, что лидер просто в упор ничего не замечает. Надоело, что его друг так убивается уже на протяжении двух месяцев. Ему надоело смотреть на вымученную улыбку самого лучезарного человека в их группе. Раз Чан не замечает очевидного, Минхо ему в этом любезно поможет. Он любит своего друга и потерять его он не намерен. Время близилось к ночи. Младшие ушли спать, остальные ещё немного посидели и решили, что будет целесообразнее тоже идти спать, ведь получить нагоняй от БанЧана никто особо не горел желанием. Феликс из ванной так и не выходил. Минхо сидел в комнате и сжигал взглядом циферблат часов, стрелки которого уже перевалили за час ночи. Внезапно он услышал стук входной двери, который оповещал о приходе их незаменимого лидера. Хо поднялся с кровати и быстрыми шагами вышел в коридор. Чан повернулся на шум, и увидел Хо. -Ты чего не спишь? — Бан скрестил руки на груди. -Да ведь не только я не сплю. — брюнет мотнул головой. -Ты о чем? -А ты разве не замечаешь? -А что я должен был заметить? — Крис нахмурился. -Что один из нас вообще спать перестал, потому что кое-кто перестал уделять ему внимание! — Хо подошёл ближе к старшему. -Кто? — Чан уже совсем перестал понимать, о чем говорит его друг, так как голова вообще не варила после нескольких изматывающих часов в студии. -Перестань притворяться! Разве ты не видишь, что Ликс перестал нормально общаться с участниками, что он замкнулся в себе, что он прожигает спину Чонина взглядом каждый гребаный раз, когда тот сидит у тебя на коленях, желая оказаться на его месте? Не замечаешь, что он не спит ночами и рыдает в ванной, истерически крича и колотя кулаками пол, до крови раздирая кожу? Ему внимания не хватает!!! ТВОЕГО ВНИМАНИЯ!!! ПОЙМИ ПОЖАЛУЙСТА ЭТО! — Бан просто опешил от такого гневного напора. Он молча прошёл мимо Минхо и решительно направился в сторону ванной. Он постучался и тихо спросил: -Ликс, это я. Можно зайти? -Нет, уходи. Уходи, Чан! Оставь меня одного. — с нотками недавней истерики в голосе, уже выжатый как лимон, пробормотал Ли, но так, чтобы было слышно и непонятно, что он плакал. Послышался шум воды. Бан толкнул дверь и, как ни странно, она легко поддалась напору и открылась. Феликс сидел в ванной, подставив лицо под струи воды. Чан подошёл к ванной и потрогал воду рукой. Ледяная. -Феликс, ты совсем?! Ты заболеть хочешь? — Крис выключил воду, и Ёнбок посмотрел на него сквозь мокрые локоны волос. В красных глазах стояли слезы, он дрожал всем телом, а сам был холодный, как лёд. Всё руки были избиты в кровь. -Вылезай! -Зачем ты пришёл? Я просил оставить меня… — сипло проговорил Ли. Чан промолчал, взял его на руки и понёс в комнату. Старший чувствовал, как младшего бьёт крупная дрожь и как стучат его зубы. -Ты мелкий идиот! Зачем включил холодную воду? Совсем тормоза отказали? Почему руки избиты? Что ты делал? -в голове пронеслись слова Минхо»… колотя кулаками пол…» и по телу пробежали мурашки размером с кулак. Он зашёл в комнату, закрыл дверь, посадил Ликса на кровать и сел перед ним. Что делать, если предмет твоих слез, снов и всего прочего сидит перед тобой и пытается поймать твой взгляд? Правильно, отводить его.Ли смотрел по сторонам, смотрел в потолок, хоть куда-нибудь, лишь бы не ему в глаза.  БанЧан положил руки на колени младшего. Сердце забилось чаще, как и происходило раньше рядом со старшим. Внезапно из глаз вновь потекли слёзы. Крис сел рядом с ним, посадил его на колени и прижал крепко к себе.  И все равно, что он был весь мокрый и холодный. Сейчас он горел изнутри, и это было видно даже невооружённым глазом.