Новая Эдда. Неожиданный поворот

Голос в голове совсем не мешал. Он советовал. Направлял. Иногда настаивал. Уничтожить зло. Разве не это является призванием храброго воина? Вернуться назад, на базу. Взять свой лук. В колчане стрелы, они не причинят вреда его друзьям — в наконечниках только ампулы с сильнодействующим снотворным. Лишь одна стрела предназначена для преступника. Он должен заплатить за все. Клинт не промахнется. Когда злобный пришелец будет обезврежен, а коллеги погрузятся в сон, останется лишь забрать Тессеракт — он зло для людей, погибель. * * * Магический куб, зажатый металлическими креплениями, мягко светился голубоватым свечением. Фьюри с интересом наблюдал, как Локи что-то объясняет профессору Селвигу и еще паре ученых, обступивших дивный артефакт. Когда пришелец проводил ладонью над Тессерактом, тот начинал вибрировать и мерно гудеть, иногда искриться. Ник уже давно понял, что их находка не что иное, как неисчерпаемый источник энергии. Но вот использовать его, познать суть, не было под силу пока никому. Если мелкий осколок открывал дверь в другие миры, то на что же способен целый куб? Ответы на все вопросы обещал дать Локи. Ник сейчас думал о том, что этого иномирца прислало ему само провидение. Именно теперь, когда Земля на грани экологической катастрофы, благодаря существу, что величало себя богом, появилась надежда что-то исправить. Ученые с изумлением взирали то на Локи, то на куб, внимая каждому слову пришельца, Фьюри стоял чуть в стороне. Никто не заметил, как у входа в лабораторию появился еще один сотрудник ЩИТа. А впрочем, если бы Ник и заметил, вряд ли бы удивился. Вчера агент Бартон попросил о небольшом отпуске — на пару дней. Директор заметил, что с Клинтом не все ладно. Стрелок как-то поник и, казалось, ушел в себя. Но не в правилах Фьюри было выяснять, что гложет его сотрудников, о чем болит душа. У каждого есть свои проблемы — все люди, и ничто человеческое не чуждо даже агентам ЩИТа. Ничего, отдохнет пару-тройку дней и вернется. И уж, конечно, никто не обратил бы внимания на появившееся в глазах Клинта, едва заметное голубоватое свечение. То, что произошло пару мгновений спустя, до конца не осознал никто. Локи вдруг прервал свою речь и резко обернулся — взгляд Клинта окатил ледяным холодом, молниеносное движение рук стрелка и… Бог Обмана успел лишь отскочить в сторону — стрела, выпущенная твердой рукой, не достигла своей цели. Уже в полете она засветилась, заиграла всеми цветами радуги и беспощадно врезалась в грудь профессора Селвига. Но ученый не упал, как можно было ожидать — вокруг него вдруг преломилось, заиграло разноцветьем бликов, окружающее пространство, и несколько секунд спустя он исчез в радужном мареве. Фьюри выхватил пистолет и направил на Бартона, но стрелять уже не пришлось. Тяжелый удар сзади по голове от агента Романофф сбил Клинта с ног, а добавка ногой в висок вырубила неудачливого диверсанта уже окончательно. — Я встретила агента Бартона по дороге сюда. Мне не понравился его взгляд, — смущенно пожала плечами Наташа. * * * Руки и ноги Клинта были прикованы к подлокотникам и ножкам кресла. Бартон тряхнул головой, приоткрыл глаза. И увидел перед собой лицо того, кого меньше всего хотел видеть. — Стрелок, ты должен все рассказать, — спокойно произнес Локи, глядя на скованного агента. — Только не тебе, — прошипел обозленный Бартон. — Тогда, может быть, мне? — перед лицом Клинта замаячила статная фигура Директора. — Что со мной? — обессилено пробормотал агент Бартон. — Что вы все со мной творите? В его голосе не было страха, лишь возмущение и озлобленность. — Кто приказал тебе это сделать? — спросил Фьюри, проигнорировав вопросы подопечного. Бартон лишь плотнее сжал губы. Но в зрачках его промелькнули голубые искры. — Кажется, я знаю, — криво усмехнулся Лофт и, подойдя к Клинту, отвесил тому знатный подзатыльник. Фьюри хотел было возмутиться — все же Бартон являлся сотрудником ЩИТа, и не пристало так обращаться с ним. Но успел лишь раскрыть рот. От божественного подзатыльника из глаз Клинта посыпались искры. Самые настоящие. Такого Ник еще не видел за долгие годы службы. Локи подставил руку, и крохотные огоньки, выплеснувшиеся из глаз Бартона, светящимся облачком осели на ладонь пришельца. Мгновение спустя на ладони бога Обмана лежала маленькая, играющая голубыми бликами, сфера. Послышалось шипение. Локи с ужасом наблюдал, как кожа на ладони мгновенно покрылась волдырями, и нестерпимая боль пронзила все тело. Локи вскрикнул от боли, но не выронил свою находку. Зажав в ладони крепче, превозмогая неприятные ощущения, поднес к лицу и что-то прошептал. Услышал тихий голос: «Ты заплатишь за все. Я найду тебя, где бы ни спрятался». Руку обжигало огнем, но Локи только сильнее сжал пальцы, и сфера лопнула в руке, рассеявшись голубоватым облаком. Лофт сделал глубокий вдох, чтобы не застонать, и через силу усмехнулся, поднеся обожженную ладонь к лицу Клинта. — Это было у тебя в голове, Бартон. Как думаешь, что бы случилось с твоим мозгом чуть позже, когда ты выполнил бы задание Одина? — Да, он называл себя Одином, — промямлил Клинт, испуганно глядя на ладонь пришельца. * * * Посреди тронного зала появилось радужное свечение. — Видар, приготовься! — крикнул Всеотец. Тяжелая цепь метнулась в сторону фигуры, появившейся из радужного марева, сбив нарисовавшийся силуэт с ног. Мгновение спустя асы лицезрели мидгардское существо, беспомощно барахтавшееся на полу тронного зала. Несчастная жертва была облачена в белый халат. — Опять обманул, мерзавец! — воскликнул Один, с недоумением и презрением глядя на простого смертного, что прибыл сюда благодаря заколдованной стреле. — Ты кто? — обратился к мидгардцу Верховный ас. Профессор Селвиг, с трудом поднявшись на ноги, огляделся по сторонам. Тяжелую цепь, что лежала у ног, аккуратно отодвинул носком ботинка. — Я ученый, профессор Эрик Селвиг! — произнес смертный. — Кто вы? Где я? Что произошло? — попытался забросать вопросами своих пленителей мидгардец. — Где Локи, знаешь? — прямо спросил Один несчастного смертного. — Я… — было видно, как дрожат губы мидгардца, а взгляд пленника блуждает по тронному залу. — Я не понимаю, зачем… Один поджал губы, посмотрел на ученого пристально, будто изучая, а затем произнес: — Я знаю ответ, не волнуйся, человек, — Всеотец снисходительно махнул рукой. — Отправьте его в Вальгаллу, но чтобы не помнил ничего. Слыхал, Фрейр? — Но ведь он не умер… — Достопочтенный Фрейр, ужель непонятно молвлю? — сверкнул единственным оком правитель. — Вернуть его мы не сможем, по мосту ему не пройти. Пусть почивает в царстве эйнхериев, чем не благо для мидгардца? — Не по правилам как-то, Один, — нахмурился Фрейр. — Ведь не воин он. — Что-то лучшее можешь предложить? — Нет, — немного подумав, ответил ван. — Пожалуй, твое решение действительно мудрое. — А ведь не хотел, не желал, и за правило взял — не вмешиваться более в жизнь Мидгарда, — произнес как-то скорбно Всеотец, когда Фрейр вернулся и снова стоял перед троном. Видар, чуть в стороне, лениво теребил цепь, что так и не стала оковами лживому богу. — Ты мудр, Один, тебе решать, — произнес Фрейр, чуть склонив голову. — Они уже давно не верят в богов, не славословят, не превозносят молитвы. А посему, пусть и жили бы себе, как сами заслуживают, — задумчиво продолжал Всеотец. — Вот только приютили врага нашего смертного. Жаль их, но что поделаешь. Я не могу допустить гибели нашего мира. Никогда не допущу. * * * — Ник, нам нельзя больше здесь оставаться, — молвил бог Обмана, то и дело поглядывая на левую ладонь, ожог на которой все еще беспокоил и заживал очень медленно. — Он знает, где Тессеракт, он придет сюда и тогда… — Я понял тебя, Локи, — задумчиво произнес Фьюри. — Есть другое место. Но вот сможем ли мы все… Речь Директора прервала требовательная трель звонка. Ник провел пальцами по экрану и поднес телефон к уху. — Я все понял, — коротко ответил глава ЩИТа кому-то и посмотрел на Локи. — Я знаю, что скажешь сейчас, — грустно улыбнулся бог. — Все небо над базой затянуто тучами, в пяти милях от нас обнаружено несколько смерчевых вихрей. Наши специалисты… — У нас больше нет времени, — вскочил с кресла пришелец. — Нужно действовать. Прикажи эвакуировать всех, кто находится на базе. А своим хозяевам передай, пусть займутся эвакуацией близлежащих поселений. — У меня нет хозяев, — как-то растерянно произнес Фьюри. — Ты понял, что я сказал, — усмехнулся Лофт. * * * Подземная база походила на огромный растревоженный улей. Сотрудники спешно покидали рабочие места, садились в автомобили, которые быстро покидали местность, где вскоре должна была разыграться непогода. Многие возмущались — подумаешь, ураган, или что там еще. Ведь база находилась под землей. Локи пришлось хорошо потрудиться — перемещать своих новых друзей по очереди не было времени, пришлось взять сразу Роджерса, Беннера и Наташу, завертеть их в огненном вихре. Затем подошла очередь Фьюри и Клинта. Последнего Локи и брать бы не стал, но Ник поручился за оступившегося агента. Зато мистер Старк не разочаровал — он споро привел в действие все свои новые разработки, и его «Марки» благополучно перенесли в нужную точку все оборудование и непосредственно самого гения. — Вот и все, — сказал Локи, высвобождая из креплений Тессеракт и исчезая в огненном вихре. Несколько мгновений спустя он присоединился к остальным. — Добро пожаловать на Хелликарьер, — поприветствовал Фьюри, горделиво поведя руками, показывая роскошное сооружение. — Он прекрасен, — улыбнулся Локи, наблюдая, как тихоокеанские волны ласкают борт немыслимого сооружения смертных. — Пожалуй, он ничем не хуже Скидбладнира. * * * Невиданной силы ураган обрушился на Альбукерке, городок в Нью-Мексико, неподалеку от которого находилась база. И самым невероятным был вовсе не разгул стихии. А то, что смерчи невероятной силы пробуравили землю, вклиниваясь все глубже, захватывая, закручивая в воздушную спираль вместе с камнями и песком все, что когда-то было оборудованием, стенами, надежными бункерами засекреченной базы. * * * — Его там нет, магического куба тоже, — сокрушенно покачал головой Один и уставился на Фригг, Видара и Фрейра. — Как же я ненавижу его. Мне пришлось совершить ужасное — нанести урон беззащитным смертным. Почему я не убил его тогда? — Не кори себя, все получится. Пусть в этот раз, он опять перехитрил тебя, — молвила Фригг, а затем подошла и обняла мужа. — Но так будет не всегда. Вскоре обезвредишь его, ведь ты намного сильнее. * * * — Там не осталось камня на камне, непостижимо, — бормотал Фьюри, уставившись в монитор. — Я предупреждал тебя, Ник, — мягко произнес Лофт и положил руку на плечо Директора. — Мы не можем больше медлить. — Ты прав, — Фьюри положил свою ладонь поверх руки пришельца и чуть сжал его пальцы. — Когда начинаем? * * * Бальдр сказал, что здесь хорошо и спокойно, уютно, радостно. Хед подтвердил слова брата. Но Тор смотрел на когда-то жизнерадостного бога Весны, на прежде незрячего Хеда, и понимал — они несут какой-то бред или попросту глумятся над ним. Как может быть радостно и уютно, когда нет рядом с тобой тех, кого любишь? Как может быть хорошо и спокойно, когда тоска гложет сердце, впивается зубами, грызет как хищный зверь? — Пока будешь один в своем чертоге, — молвила Хель. — Нравится? Дворец раскинулся на берегу моря, синего-синего и бескрайнего. Волны ласково омывали золотой песок. А за дворцом раскинулись луга, радующие глаз разноцветьем, чуть дальше — лес и горы. — Почему один? — пробубнил Тор, глядя исподлобья на все это великолепие. — А у меня здесь так — рядом с тобой может быть лишь тот, кого любишь всем сердцем, а он любит тебя. — Это что за правило такое? — нахмурился Громовержец. — Тор, — улыбнулась Хель, но от взгляда ее почему-то стало прохладно. — Есть ли здесь, в царстве мертвых кто-то, с кем хотел бы ты коротать вечность, ответь? — Не знаю, — неуверенно ответил Тор, подумав о братьях, но быстро отбросил ненужные мысли. Ни с Бальдром, ни с Хедом он и при жизни-то особо не дружил. — Наверное, нет. Нет, — уже твердо сказал бог Грома. — Вот видишь. А что может быть мучительней, чем вечность общаться, жить рядом с тем, кто вовсе тебе не мил, к кому не лежит душа? — Я бы сказал тебе, что мудра ты, Хель, но не скажу. Потому как не понимаешь главного. — И чего же? — усмехнулась царица мертвых. — Что вернуть меня должна. Не место мне здесь, не мое это, — твердо молвил Громовержец. Хель расхохоталась, громко и от души. Тор стоял и смотрел на это порождение Локи, еле сдерживаясь, чтобы не наградить смачной оплеухой. Отсмеявшись и картинно утерев глаза от выступивших слез, Хель сказала: — Так все говорят, а потом привыкают, обживаются. Не печалься, Тор, покойся с миром. С этими словами она исчезла в серебристом облаке. Тор подошел к отливающим золотом двустворчатым дверям, украшенным витыми узорами с вкраплениями драгоценных камней. — Упокоюсь, как же, — злобно процедил сквозь зубы Тор и, размахнувшись, ударил по сияющему великолепию Мьёльниром.