За час до моей смерти

      — Ты даже не спросишь меня, где я ее нашел? — недоверчиво спросил я, наблюдая за мамой.       Она беспечно готовила завтрак, слушая тихую классическую музыку. Такое ощущение, что вчера ничего не случилось. Ни криков, ни расспросов, ни даже намека на возмущение. Может я уже и забыл какой она была? А может она просто изменилась за эти двадцать лет?       — Зачем? — спокойно спросила она. — Главное, что девочка сейчас здесь, живая и почти невредимая.       — Почти?       — О, Джон, — усмехнулась мама, — я же видела в каком виде она вошла в этот дом. Уж явно она вчера не закат наблюдала.       Я промолчал. Что тут скажешь. Ее внешний вид говорил все за нее. Но все же я удивлен спокойствию этой правильной до кончиков пальцев женщины.       — Спасибо тебе. — внезапно даже для самого себя произнес я.       На какое-то мгновение мама застыла, стоя все также спиной ко мне. Хотелось бы мне видеть выражение ее лица, чтобы понять о чем она думает. Тряхнув головой, мама продолжила нарезать фрукты.       — За что, милый? — ее голос звучал абсолютно равнодушно, словно не она только что потеряла самообладание.       — За то, что извинилась перед Марией. И за то, что не устроила скандал.       — Ты плохого обо мне мнения, родной. Я живу уже не первый десяток лет и за эти года приобрела какую-никакую мудрость. Поверь, извиниться не значит признать поражение, а лишь способ не развязать войну. Я не хочу стать врагом для Шарлотты. Пока она здесь, я надеюсь стать для нее опорой.       Все-таки я ошибался в ней. Женщина, которая сейчас стоит передо мной совсем не похожа на ту, от которой я уехал двадцать лет назад. Сейчас это не просто педантичная особа, а по-настоящему мудрая дама. Не представляю себе, что было бы, если бы она закатила скандал.       Здравствуй, совесть… Давно ты меня не навещала. Сейчас ты кричишь мне о маме, о том, как я трусливо сбежал, оставив ее одну на долгие годы. Единственный сын… Единственная опора… Скажи мне, совесть, скольких еще людей я сделал несчастными?       — Милый, — я вздрогнул, услышав голос мамы рядом со мной.       Подняв глаза, встретился с ее полным нежности и, едва заметной, тоски взглядом. Она неожиданно коснулась моей щеки, провела рукой по волосам и опустила ее на мое плечо, позволив вновь ощутить материнское тепло.       — Я рада, что ты вернулся, — ласково произнесла она, — Надеюсь, мы больше не разочаруем друг друга.       Скажи мне, совесть, сколько еще ты будешь меня терзать?..