Человек, Эльф или Дракон?

Я проснулся от холода. И это совсем не похоже на прохладное осеннее утро в квартире без отопления, нет. Это, чёрт возьми, самый натуральный дубак! Спину сильно продувало, а чувствительность собственных конечностей была минимальной, что уж говорить про отмороженные уши. С трудом получалось согнуть пальцы, а попытка сдвинуть руки ни к чему не привела… У меня сонный паралич? С большим трудом открытые глаза поймали обжигающий удар по сетчатке и послушно передали сигнал в мозг. В затылке почти мгновенно отдалось крайне неприятное ощущение тупой боли. — Ох, бля-я-ать, — простонал я, сгибаясь почти пополам, прислонив голову к рукам. Попытавшись дотянуться до затылка, я опять потерпел неудачу. «Что ж так больно-то… В последний раз такое было, когда я головой об батарею ударился. Проклятая зарядка от ноутбука. Мало того, что перетёрлась, так ещё и чуть не убила.» — О, ты всё-таки проснулся. Ты нарушитель границы, так? Надо же было тебе налететь на имперскую засаду. Они и нас поймали и конокрада этого, — как-то знакомо эта цитата звучит. Нарушитель границы? Чек. Собачий холод? Чек. А справа Ульфрик с завязанной мордой? Ха-ха. — Меня кобыла по затылку лягнула или кто так постарался? — спросил я, пытаясь кое-как протереть глаза. Мать! Что с моим голосом? Я никогда не звучал так… Приятно? На каком вообще языке я говорю? Попытка разобраться оказалась провальной, полностью. Звучание похоже на английский с каким-то странным акцентом, но сами слова расплывались, преобразовываясь в понятную мне речь. Увы, я не лингвист по образованию, поэтому углублённые исследования проводить не стану. — Проклятые Братья Бури! В Скайриме было тихо пока вас… — Во имя Всех, кого не запретили, закрой свой рот… — промычал я, пытаясь игнорировать боль. Но не получалось, она долбилась мне в череп каждый раз, когда телега подпрыгивала на древней, вымощенной камнем, дороге. Ох, мать. Блондин в синих доспехах, с косичкой на левом виске, а рядом чуток обиженный вор с грязной рожей… и да, мужик в шубе с завязанным ртом. Какого чёрта? Я даже не умирал! — Крепко же тебя приложили, эльф. Видать кому-то из имперцев приглянулись твои волшебные побрякушки, — сказал Ралоф, если я правильно помню. Хадвар это тот имперец, который: «Капитан, его нет в списке». «И действительно, ни колец, ни амулетов — ограбили, сволочи. Но что взять с людей? Жадные и мелочные. Решили прибить под шумок.» Понять бы ещё о каких амулетах речь и почему я эльф? Какой именно? Судя по коже, точно не данмер. Бледная, но самую малость желтоватая. Альтмер значит. Ох и натерплюсь я от нордов хороших словечек… «Конечно же я альтмер. И я бы не выбрал родиться ни кем другим!» — взыграла чуждая мне гордость. — Решил посетить Скайрим, называется… — какого чёрта я вообще здесь делаю? Я сбежал с Саммерсета, но почему? Вспоминай, вспоминай… Мои родители не сошлись с политикой Талмора и мы собирались покинуть Саммерсет. Нашу семью и раньше весьма недолюбливали за «грязную» родословную, так ещё и отец кому-то на мозоль наступил среди талморской шоблы-ёблы. Увы, их решили убрать, а такой чудесный я по чистой случайности выжил. Так и жил все эти годы, бегая от талморских псов… Не сказать, что они землю носом следом за мной рыли, но иногда убежать не получалось. Что же, эльфийские и стеклянные доспехи очень неплохо продаются, если знать кому их загнать, хе-хе. «Ух, сколько всего в голове… нового. А сколько я ещё забыл?» — А этому почему рот закрыли, кусается? — огрызнулся перебитый мной самоубийца. — Прояви уважение, конокрад. Перед тобой Ульфрик Буревестник! Истинный Король Скайрима! — громко огласил Ралоф и с других повозок согласно загудели. — А ну все заткнулись!!! — вызверился имперец, что управлял повозкой. — Ульфрик, Ярл Виндхельма? Но он же вожак восстания! О, Боги, куда нас везут? — Я не знаю куда нас везут… — мрачно начал Ралоф. — На казнь, — перебил его я. Не знаю почему вдруг стал таким говорливым, ведь в жизни был всяко скромнее, но промолчать просто не смог. — Нас прилюдно казнят, сделают символом победы Империи. Радуйся, конокрад, может какой-то дотошный историк запишет в книжке, что рядом с Ульфриком и его солдатами были казнены преступник и эльф, незаконно пересекавший границу, — я мрачно рассмеялся, а и без того бледный… как бы его там не звали, стал бел как полотно, причитая Восьмерым о спасении. Некоторое время мы ехали молча. Ралоф ранее что-то упомянул о моих магических побрякушках, поэтому я изо всех сил пытался нащупать эту самую магию. Я нащупал, но не то чего ожидал. Первым заклинанием, которое я вспомнил, было призывом огненного атронаха. Даже не само заклинание, а маяк для одной конкретной младшей даэдра. Пускай среди их даэдрической иерархии таких как она и считаются отребьем, но моя девочка чертовски умная. Не уступает среднестатистическому немому и не социализированному человеку. Она также имеет уникальную маску, вместо лица. С левой стороны у неё пять глаз, от лба до подбородка, а с правой четыре. Напоминает Лилит из Евангелиона, но я её так называть не буду, даже не просите. От греха подальше. Так вот, у нас контракт. Она мне служит, а я позволяю ей поглощать души убитых. Хотя я привираю… Для начала, я её намертво привязал к себе, чтобы она даже не вздумала вырваться. Это довольно просто сделать, главное найти информацию. Их призывают уже не один век, поэтому задача плёвая, пускай и обошлась в копеечку. А насчёт душ… Ну, изначально это затеял я. Учитывая, что сами по себе огненные атронахи не особо сильны, то вывод напрашивался сам собой. Её нужно было улучшить. А как Лорды Даэдра или те же Идеальные Повелители становятся сильнее? За счёт душ смертных. Кстати, вы когда-нибудь пытались научить атронаха заклинанию Ловушки Душ? Та ещё история… Зато я теперь довольно неплохо знаю даэдрический алфавит. Ралоф, не выдержав упаднического настроения в нашей повозке, решил развеять тишину, вполголоса переговариваясь с конокрадом. Спасибо ему, что вырвал меня из неуместных размышлений. Тут нужно найти способ себя спасти, пока меня не казнили и как-то выживать дальше, а я, вместо этого, вспоминаю истории из жизни. Идиота кусок. «Ну почему сразу идиот? Просто, когда речь заходит о проекте всей моей жизни, я слегка увлекаюсь. Тем более, как я со связанными руками что-то боевое скастую? В самого себя? Допустим вызову я атронаха… так против Алдуина ею разве что от огня прикрываться.» Резонно. А телекинез? Вполне можно вырвать у кого-нибудь меч… Но вот только меня в миг нашпигуют стрелами по самое не могу. Нужно будет выждать прибытие Алдуина и действовать по обстоятельствам. «Как говорится, расскажи свои планы — насмеши Хермеуса Мору. Поэтому я и хорош в импровизации…» — Эй, ворюга, а откуда ты? — Тебе-то какое дело? — в отчаянии огрызнулся грязный, в прямом смысле, вор. — Последние мысли норда должны быть о доме. Сам я из Ривервуда, там осталась моя сестра, да и пожалуй больше никого… — Рорикстед… Я из Рорикстеда. — Ну, а откуда ты, эльф? — …ни даэдра не помню откуда я. Саммерсет, точнее не скажу. Но какая уже разница? Жить осталось недолго, — накатила на меня меланхолия. Эмоции вообще ощущаются довольно странно, будто чувствую не только я, но и кто-то ещё. Впрочем, меланхолия оправдана. В игре-то выжить получалось лишь благодаря скрипту, а тут… Тут может произойти, что угодно. На одну лишь сюжетную броню надежда, да и то лишь в случае довакинства. Моя душа ведь из техногенного, как говорят фантасты, мира. Откуда бы у меня взялась душа дракона? Радует лишь то, что если помру я, то всему Нирну пиздец. Удачи им с новым циклом, или очередной Тиранией Драконов. Или что там принесёт Алдуин? Не важно. «Непонятно, это я такой человек с гнильцой или от эльфа досталось? А, впрочем, почему мне нельзя так думать? В этом мире у меня ничего нет и никого дорогого не осталось. Жаль только усилий и золота потраченных на атронаха. Я сомневаюсь, что хоть один артефакт в мире сожрал столько камней душ, сколько она.» «Но она того стоила.» — с гордостью подумалось мне. — Прими смерть с достоинством, эльф. Нытьё не поможет ни тебе, ни нам. — Какое достоинство в смерти на плахе с кучкой повстанцев? — пожал я плечами. — Мы не повстанцы, мы защитники Скайрима. Тебе не понять, эльф. Это не в твой дом пришли захватчики, и не тебе запретили верить в своего бога. — Я бы посмотрел, как кто-нибудь пытается запретить нам Ауриэля. — это вызвало у меня смех. — Норды, как и имперцы называют его Акатошем. Если честно, то против вашего Талоса я ничего не имею. Споры о богах вообще выглядят смешно. Аэдра ведь одни и те же, просто в разных ипостасях, а мы даже согласовать не можем кто есть кто в чужих религиях. Улыбка сползла с моего лица: — На самом деле… не думай, что на Саммерсете рады всем высоким эльфам одинаково. Талмор — это зараза, которую нужно выжечь… Однако, она уже намертво срослась с островами. Телега повернула и глазам нашим открылся город под имперскими стягами. Хелген. Здесь и ложится карта с Арканой Дурака на стол. Начало приключения. — Это Хелген, знавал я как-то девчонку из этих краёв. — усмехнулся воспоминаниям защитник Скайрима. — Интересно, Вилад всё ещё варит мёд… — путь до места казни был неблизким, всё-таки это был какой-никакой городок, а не пара имперских фортов, поэтому Ралоф успел потравить баек о своей молодости. Но вот, мы подъехали к месту скопления имперских стягов, а его глаза зацепились за кого-то: — Смотри-ка, генерал Туллий, военный наместник. А с ним и проклятые талморцы! — То есть нас казнят в Хелгене? Не в Солитьюде на глазах сотен, а в имперском форте в тихую казнят, как крыс? — даже если я-попаданец это знал, другую часть меня, я-эльфа, это невероятно задело. В Солитьюде я бы вызвал в толпу огненного атронаха, закаченного маной под завязку, и взорвал. Если мне нужно уйти из жизни, так со взрывами и фейерверками, забрав всё ценное с собой. Да, тогда бы пришлось убить атронаха. Ну а что мне сделать, отпустить её? А если она какому-нибудь недоучке-бандиту достанется? Хуже того, вдруг её призовёт кто-то умный? Считай безвозмездно свой проект в чужие руки отдал. Нет уж, не в моих это правилах. — Ты прав, эльф. Нас даже не будут судить. — блин, пора прекращать уплывать в свои мысли. Я даже забыл на какую фразу мне ответил Ралоф, да и головная боль не помогает. Телега остановилась. — Почему мы остановились?! — взвизгнул конокрад. — Приехали. — неприятно усмехнулся я, вставая вслед за Ульфриком, чтобы спрыгнуть с телеги. — Выходите из повозок, живее! — крикнула имперка в доспехах. — Мы будем называть вас, а вы выходите по одному. — Ох и любят имперцы всё делать по списку. — фыркнул Ралоф. Да-да, неважно. Нужно нащупать хотя бы тот самый телекинез, а это тебе не мышкой клацать. Вроде что-то есть. Первым я ощутил какой-то режим форсирования своего магического ядра, который программно вшит в тушку высших эльфов. Моё любимое в игре Высокое происхождение, что часто спасало меня на ранних уровнях. В жизни оно безусловно тоже полезно, но что там по заклинаниям? Стоило сначала понять с чем я имею дело. В школе Колдовства я был сосредоточен только на призыве существ. Ну не прельщало меня ковыряться в трупах. Так что, кроме основного огненного, у меня неплохо кастуются ещё грозовой и ледяной атронахи. Однако, на уникальных или обременённых хотя бы зачатками интеллекта индивидов мне больше не везло. Говорят, что они все обладают интеллектом, но я бы так не сказал. Интеллект курицы или моллюска, разве что. Школа разрушения у меня получалась довольно хорошо, можно сказать, что я был талантлив во всём, что не касалось льда. Ледяной шип получался и слава богу. Стихийные плащи откровенно не получаются, кроме огненного, но это не удивительно. У меня есть живой пример, прямо из Обливиона, как это делать правильно. Иллюзии. Ну тут я мог похвастаться лишь Приглушением шагов и Невидимостью. А что вы хотели? С этим надо разбираться, сидя в безопасной башне Коллегии Магов, а не перебиваясь заказами и палатками. А ещё нужно золото. Много золота. Я и ради Невидимости затянул пояс так, что пару дней прям с чужих огородов питался под этой самой невидимостью. Со школами Изменения и Восстановления было так же плохо, как и с Иллюзиями. Я худо-бедно знал, как исцелить себя и едва урвал книжку с Некромантским лечением. Стоило ли говорить, что приличные, да и не особо приличные торговцы такую вещь не продавали? Сказать по правде, наткнулся я на неё чудом. Прости, неизвестный некромант, которого я прирезал прям в его палатке, но мне нужнее. Что касается Изменения… Пока только Свет свечи, Каменная плоть и Обнаружение жизни. Кто-то скажет, что этого мало. Я отвечу: «А чтобы жить в бегах и временами отбиваться от пары-тройки талморских юстициаров больше и не нужно.» Тем более, что я вполне неплох с кинжалами и луком. Согласитесь, за чистых магов играют только трайхардеры. Да и что делать, когда мана по нулям? Бегать по локации, как курица без головы? Из исследования себя меня вывел один смертник-вор, которого только что назвали по имени. — Я не мятежник, вы не имеете права! — завопил Локир, но я оперативно пнул его под колено, и он рывком зарылся мордой в землю. — Не сокращай передо мной очередь, норд. — прозвучало как-то высокомерно, но я высокий эльф, мне можно. — Проклятый эльф! Отпустите! Я просто вор! Я хочу жить! ВЫ НЕ ИМЕЕТЕ ПРАВА! — пока его под руки волокли в строй, ко мне обратился Хадвар: — А кто ты? — Меня зовут Аксис, альтмер. — Эй, ты ведь не из Альдмерского Доминиона? — на мою саркастически поднятую бровь и демонстрацию связанных рук он неловко кашлянул. Ну да, оказался бы талморец в таком положении? — Нет, конечно нет. Капитан, что с ним делать? Его нет в списке. — В бездну список, давай его на плаху. — презрительно выплюнула капитан. Я очень хотел её оскорбить, меня прям распирало, но вдруг она поставит меня первым в очереди? Не для того я жертвовал Локиром, знаете ли. — Мне очень жаль, мы отправим твои останки родственникам в Саммерсет. — посочувствовал Хадвар, на что я саркастически фыркнул. — Было бы кому отправлять… Пока генерал Туллий предъявлял Ульфрику за убийство Верховного Короля и использование силы Голоса не по понятиям, над нами раздался драконий рёв, отражённый эхом гор. — Вы что-то сказали, капитан? — переспросил Хадвар. — Ничего. Подготовь их в последний путь. — бросила она жрице Аркея. Я полностью отрешился от происходящего и ждал второго рёва Алдуина, который опять стойко был проигнорирован всеми, кроме Хадвара. После казни первого Брата Бури, который как последняя мразь прервал причитания жрицы Аркея, настала очередь конокрада. Его буквально пинком выпихнули из строя и поставили на колени перед эшафотом. Три, два, один. Чик! Брызг! Фонтанчик крови вырвался из шеи подставленного мной Локира. Что-то не так. Меня в таком случае уже успели бы казнить. А где же…

Бах!

На башню приземлился ужасающий своими размерами чёрный дракон. Щели между его чешуйками, как и глаза этого монстра, сияли красным цветом. Я всегда думал, что довольно спокойно отреагирую на всё подкинутое мне жизнью. Но данное событие развенчало эти подозрение. Такого парализующего ужаса я никогда не ощущал. Когда мы с драконом встретились взглядами, я в полной мере осознал, что нам суждено судьбой убить друг друга. Это может звучать поэтично, но для меня, трусливого человека и мстительного мера, это звучало приговором. Алдуин, первенец Акатоша, Пожиратель Мира. Это конец. Пока все бросились врассыпную, я застыл столбом, едва накинув на себя Каменную плоть. И вовремя, так как меня опрокинул на землю Kest-Doh-Kirl, тот самый уникальный крик Алдуина, что вызывает метеоритный дождь. Хотя я готов поклясться, что слышал Шторм-Дождь-Камень, в его драконьих словах. Меня схватили за воротник и потащили в башню. Неловко перебирая почти босыми ногами по раскалённым обломкам древесины и камней, благо магическая броня сдержала это небольшое насилие, я разобрал голос Ралофа: — Бежим, эльф, второго шанса боги нам не дадут. Меня буквально кубарем бросили внутрь башни, а мой норд-спаситель резко закрыл за собой дверь. — Ярл Ульфрик, неужели это был дракон? Прямо как в древних сказках и легендах! — Легенды не сжигают деревень. — бросил свою культовую фразу Буревестник глубоким хриплым голосом. О, так вот почему у него столько фанаток в моём мире? — Но это самая что ни на есть легенда! — прокряхтел я, поднимаясь на ноги. — Это проклятый Алдуин! Предвестник конца времён! — Сейчас важнее выбраться живыми, эльф, чем строить теории. — явно не поверил мне Ралоф. — Следуй за мной. Мы бросились вверх по ступенькам, прямо за парой Братьев Бури, которых спустя мгновение сожгло почти до костей. И если бы не скастованный на одних инстинктах передо мной огненный атронах, что прикрыла меня своим неуязвимым к огню телом, то быть бы мне без ресниц, бровей и кожи всего моего не особенно мускулистого тела. Алдуин улетел, а я приказал слуге из Обливиона пережечь мне верёвки на руках, что она и выполнила. — Прыгай вон на ту сторону трактира, я догоню тебя. — указал мне норд. «Уф, а тут высоко. Ну… выбора нет. Тэнно хэйка бандзай!» Чудом, хотя скорее мышечной памятью, я приземлился перекатом на второй этаж и быстро спрыгнул с догорающего трактира. И тут же ушёл уже осмысленным перекатом из-под струи пламени за обломки каких-то зданий, прямо под ноги Хадвару. — Ты ещё дышишь, висельник? Держись за мной и может быть выживешь. — предложил имперец, высматривая чудовище в небе. «Я и без тебя знаю, как выжить. Пускай я не за Братьев Бури, но и с имперцами якшаться не буду.» Алдуин вновь пролетел над нами, сопровождаемый салютом из самых разных заклинаний, оперативно сокращая количество магов и лучников на стенах крепости. Перебежками под стеночкой мы добрались до нужной башни. Хадвар и Ралоф обменялись знакомыми всем фанатам игры фразами, пока я следил за небом. В руках засвистела концентрированная молния, в которую я целенаправленно слил половину своего немалого резерва. Прицелившись, я выстрелил дракону в крыло. Алдуин дёрнул уязвлённой конечностью и раздражённо закричал. Естественно, что это как слону дробина, но зато я не сбежал. Я отступал, отчаянно отбиваясь! Алдуин пошёл на снижение, рыская мордой в поисках наглого стрелка. С чувством мстительного удовлетворения и воплем «Кто куда, а я по съёбам!» я выбрал рут Ралофа, который во все глаза пялился на ревущего дракона. Хадвар, как я понял, сбежал ещё раньше, когда я заряжал молнию.