tailwind

Яркий свет мониторов слепит глаза контрастом с темным помещением. Минги хрустит шеей и сонно продолжительно зевает, кидая косой взгляд на свои вещи, аккуратно сложенные на краю кровати. Вчера вечером ему было явно не до того, чтобы приводить свою одежду в такой порядок. — Сонхва, а ты… Сон не успевает больше и слова сказать, как из проектора на полу появляется точная голограмма ранее названного человека. Парень от неожиданности отпрыгивает к спинке кровати и из-за своего далеко не маленького роста, ударяется затылком об висящее над кроватью неизвестное ему устройство. Сказать честно, Минги никогда не был силён в инженерии и разнообразной кибернетической фигне. — Блять, кому вообще в голову могло прийти вешать вот это вот дерьмо над кроватью? Дизайнер из тебя херовый, Хва. — Конечно, я ведь не завешиваю весь свой дом плакатами новоиспеченных кукол и навороченными пушками. — Голограмма недовольно закатывает глаза. — И предусмотрев твой дальнейший вопрос отвечу — нет, я тебя не слышу. Минги только открывает рот, чтобы что-то сказать, но потом с характерным звуком захлопывает его, недовольно хмуря брови и складывая руки на груди. — Перейдём сразу к делу, ты проснулся один, потому что меня срочно вызвали на ковёр к ребятам Джона, которые дербанили меня, как Тузик грелку в течении нескольких часов. А знаешь почему, котёнок? Потому что твои люди проебались. — Молодой человек нервно проводит рукой по волосам, завязанным в хвостик на затылке. — Блять, Минги, ты когда-нибудь начнёшь смотреть за своими аутистами с отставанием в развитии? Я им чёрным по белому написал ещё на прошлой неделе о том, что всей вашей компашке нельзя высовываться. Аврора сейчас находятся под прицелом и мы теряем людей одного за другим именно из-за таких идиотов, как твои люди! — Сонхва шумно выдыхает и прикрывает глаза ладонью. — Может мы с тобой и находимся на одной ранговой ступени, но я терпеть подобного дерьма от твоих выблядков не буду. Они угробили кучу моего оборудования, раздолбали троих дронов-взломщиков, с которыми я мучился в течении месяца и не справились с транспортировкой ценного груза для меня. Я просто не понимаю, как ты ещё не разорился… Помимо этого в паре километров от нашей базы видели Центуриона. Говорят, что он сейчас напичкан таким количеством всякого навороченного оружия, что на него лучше даже не пытаться идти. Вот только как мы сможем избежать стычки, если он сам к нам завалится? В общем… Сон, для твоей же безопасности и для процветания твоего бизнеса, держи ухо востро и своих ребят на коротком поводке. И да, я вернусь поздно, задержусь в лаборатории. Пиво и сэндвичи в холодильнике. Срач не устраивай и ничего не трогай. Пожрешь и вали на все четыре стороны. Если что — звони. Голограмма исчезает с тихим механическим скрежетом и Сон, скрипя зубами из-за невозможности высказать этому белобрысому ублюдку все, что он о нем думает, вскакивает с кровати, достает из небольшого прикроватного холодильника бутылку пива и хватает в руки свой смартфон. — Позвонить было слабо, говна кусок? Ладно, это хотя бы лучше, чем когда ты мне записочки с поцелуйчиками на тумбочке оставляешь. — Сон выплевывает это в пустоту и делает жадный глоток голубой пьянящей жидкости, с помощью голосового управления набирая номер одного из своих ребят. Если даже Пак бьет такую тревогу, стоит действительно залечь на дно… *** Воздух в лаборатории пропитывается сигаретным дымом моментально. Пак медленно затягивается и передаёт зажженную сигарету в чужие руки, медленно выдыхая дым. — Попробуй. И обязательно сообщи мне о всех своих ощущениях. Паренёк, сидящий перед ним, понятливо кивает, с нескрытым интересом, разглядывая сигарету совсем уж старого дизайна. В 2077 году все уже давно перешли на электронные нагреватели или же хотя бы на пресловутый IQOS, вышедший в продажу ещё лет 60 назад. — Разве такое кто-нибудь ещё курит? Сонхва закатывает глаза и складывает руки на груди, откидываясь на спинку стула. — Я курю, Тэнни. Все это навороченное дерьмо, которое сейчас выставляют за сигареты, уже даже не содержит в себе табака. Давай уже, пробуй. Больше я тебе не дам, они сейчас совсем не дешевые. Андроид кривит губы, но все-таки затягивается, вдыхает в себя дым и округляет глаза. — Чувствуешь? — Пак наклоняется в его сторону и довольно улыбается бледными губами. — Господи, я скуриваю андроида… Только Джону об этом не говори. Это конечно все исключительно в исследовательских целях, но ему все равно знать об этом не нужно. Ну так что, вкусовой модуль задействован? Дыхательный модуль считывает какие-то изменения? Испытываешь легкое головокружение? — Дыхательный модуль выдаёт изменения в дыхании, проникновение воздуха незначительно усложнено. Вкусовой модуль считывает нарастающее послевкусие табачного происхождения. Головной модуль считывает лёгкие помехи, проявляющиеся незначительным головокружением. Система говорит, что мне не должно это нравится, но мне нравится. Где ты их покупаешь? Я бы… Андроид не успевает договорить, как дверь в посещение с грохотом открывается и два рослых модифицированных с головы до пять мужчины заносят вовнутрь два громоздких металлических кейса с символикой Starlight Industries. Сразу вслед за ними входит и Сон, недовольно кривящий губы и держащейся за пробитый протез, искрящийся и мигающий красной подсветкой, сообщающей о неисправности. — Мои ребята проебали — я нашел. Я не знаю, что у тебя там, но я больше в такое пекло не полезу. Хочешь какую-нибудь редкую цацку — лезь за ней сам… — Минги сплёвывает сгусток крови прямо на пол и осматривается. — Вы чё тут делаете? Господи блять, Пак, ты конечно говорил, что скучно живешь, но не настолько же. Ты нахрена железяку курить-то учишь? — Мы тестируем обновление, Сон. Могу лишь сказать, что об этом попросил сам Джон, для увеличения продуктивности Тэна. С новыми модулями его будет практически невозможно отличить от человека. Кстати, для тебя тут кое-что тоже есть. Сейчас залатаем твой протез и я внесу в него некоторые поправки. Сонхва поднимается со своего места и раскладывает на столе идеально стерильные приборы для ремонта, жестом прося ребят Сона поднести к нему металлические ящики. — Как раз таки в одном из этих кейсов находится компонент DX12–B, отвечающий за автонаведение уже встроенной в твой протез «Dextop 2000». Ну и мне собрали немного дополнительных капсул для неё. — Пак натягивает на руки силиконовые перчатки и плюхается в рабочее кресло. — Предупреждаю, лазерное оружие нынче не дешевое, так что в следующий раз будь аккуратнее. Крысы из Starlight industries накручивают цену ещё и за собственный риск. Передавать товар на сторону сейчас сложно, как никогда. Тэн откатывается на стуле в сторону, закидывает ноги на стол одного из работников лаборатории и всем своим вниманием погружается в какую-то новую видеоигру на своем смартфоне, объемной голограммой мелькающей перед его лицом. Сонхва кидает в его сторону короткий незаинтересованный взгляд, тихо хмыкает удивляясь уровню «детскости» увлечений Тэна, и возвращается к работе. — Садись. Мне нужно будет открепить твой протез, чтобы провести безболезненный ремонт. Я не хочу тратить на тебя настолько дефицитный сейчас морфий, лучше потратим немного больше времени на отключение и переустановку. Сон скептически рассматривает копошащегося в кейсе парня и усаживается на стол, жестом приказав своим людям уйти. — Кстати, как давно ты используешь моих людей в своих подпольных отношениях с Starlight industries? И вообще, какого хрена они пошли с тобой на сотрудничество? Особенно в такое-то время… Пак отсоединяет протез одним ловким движением рук и откладывает его в сторону, возвращаясь взглядом к месту крепления. — На твоём месте, я бы меньше разговаривал во время починки. Да и тем более, я думал ты знаешь обо мне хотя бы такую базовую информацию. — Молодой человек медленно запускает пальцы в отверстие стыка, нащупывая порт связи. — Некоторые люди SI сотрудничают со мной по причине того, что мы с ними достаточно близкие знакомые. Я им евродоллары и разнообразные нужные им вещи из «внешнего мира», а они все нужные мне компоненты, детали и оборудование. Я для них словно мессия, ведь я пока единственный человек, которому удалось уволиться из SI без последствий и вернуться во внешний мир. — Ты работал на прихвостней Мелитеха? И Джон взял тебя к нам? Да это ведь… Минги не успевает договорить, как среди проводов, торчащих из его левой руки, проскакивает яркая электрическая вспышка, а самого Сона резко кидает в холодный пот. Мужчина сжимает зубы до скрежета, подавляя вырывающийся наружу болезненный стон. Его кожа покрывается испариной, а на шее начинают выступать крупные вены. — В следствии ранения, у тебя защемило нервное окончание. Мне понадобиться немного времени для того, чтобы освободить его… — Пак замолкает на мгновение, оценивая взглядом масштаб проблемы. — Будем использовать морфий или вытерпишь? Сон молчит с минуту, пытаясь переварить недавнюю вспышку боли. Дышит глубоко, судорожно выдыхая воздух и время от времени мотает головой, от чего короткие чёрные волосы падают на лицо и закрывают покрытый каплями пота высокий лоб. — Потерплю, только дай мне ремень какой-нибудь или тряпку, чтобы я зубы к херам собачим не переломал. Сонхва смотрит на него продолжительно, но в итоге все-таки соглашается, достаёт из собственных брюк широкий белый ремень и просовывает Сону в рот, придерживая до тех пор, пока тот не сожмёт его зубами. — Тэн, выйди. Андроид томно вздыхает и, не отрывая взгляда от процесса на голографическом экране, быстрым шагом удаляется за дверь. Без свидетелей будет легче. — Готов? Пак дожидается неуверенного утвердительного кивка и дёргает на себя одну из заевших защитных пластин, под которой, предположительно, и был зажат поврежденный нерв. На точную диагностику не было времени, нужно было действовать максимально быстро, пока не произошло отмирание. Сон запрокидывает голову назад и стонет протяжно, стискивая зубы до выступающих желваков. Сонхва проводит свободной рукой по чужому колену, успокаивая, соприкасается лбами с Соном и продолжает «операцию», выдергивая пластину с корнем, со всеми встроенными в неё микросхемами и присоединенными проводами. Аккуратность с техникой сейчас не важна, это все можно заменить, это все потом. — На руке и протезе множественные повреждения от плазменного оружия. Нахера ты в такую жопу полез? Сколько блять в тебя раз попали? Сон понимает, что все вопросы заданные Хва исключительно риторические, а от того он лишь зажмуривает глаза и мотает головой, пытаясь избавиться от нудящей во всем теле боли… Которая прекращается так же неожиданно, как и началась. От резкого облегчения, мужчина выпускает ремень из зубов из-за чего тот, со звоном пряжки падает на кафельный пол. — Получилось. — Пак прижимает стерильную марлю к сочащейся кровью новообразовавшейся ране и зачесывает свободной рукой прилипшие к взмокшему лбу волосы. — Сейчас передохнёшь и закончим. Нужно будет поставить новую защитную пластину и отреставрировать повреждённые части… К вечеру управимся. *** В переулках воняет сыростью и разложением. Неоновые вывески дешёвых забегаловок слепят глаза, а трущиеся у стен проститутки вызывают лишь сочувствие. Они узнают его сразу же, при первом взгляде на отросшие серые волосы и татуировку Мелитеха на затылке. Некоторые из них перешёптываются почти незаметно, смотрят с сочувствующей полуулыбкой на скрытые под длинными полами куртки ноги. Пак натягивает на голову капюшон, жмурит глаза и ускоряет шаг, в ушах стоит механический треск своих же протезированных коленей. В клуб юноша уже буквально залетает, поскальзываясь на мокрых от дождя, который принесли посетители на обуви, ступеньках и тыкнув в лицо охране высветившуюся на смартфоне голограмму свидетельства о подтверждении личности. В посещении до невыносимого душно, Сонхва прямо на ходу стягивает с себя длинную кожаную куртку, оголяя бледные худощавые плечи. В нос ударяет уже застоявшийся запах перегара и вкусовых добавок для «сигарет». Он находит Джона Со по громкому смеху и большому скоплению женщин в одном месте. Он выглядит все так же, как и два месяца назад: длинные высветленные волосы, зачёсанные назад, протезированная позолоченная нижняя часть его красивого лица, по какой-то причине абсолютно его не портящая, белоснежная улыбка и выглаженный бордовый костюм. Паку кажется, что даже во всей этой какофонии запахов он отчётливо чувствует его одеколон — неизменный Chanel Egoiste Platinum 1993 года выпуска. Если бы он произнёс это название вслух прямо Джону в лицо, тот бы заливисто рассмеялся своим раздражающе идеальным смехом и назвал бы Сонхва «замечательным нюхачом». — Хва! Вот так сюрприз, все-таки решился выбраться из своего кокона? Неужели кто-то настолько обидел мою принцессу? Джон слащаво улыбается, на что Пак лишь болезненно кривит губы. — Меня лишили ног, Джонни. Джон, до этого отвлеченный на обжимания с какой-то блондинистой не выделяющейся внешностью девушкой, замирает, будто его неожиданно ударило электрическим разрядом. — Что прости? Пак лишь мученически вздыхает, ставит ногу на диван рядом с мужчиной и закатывает свои черные узкие джинсы, оголяя блестящий в неоновом свете титановый протез. — Знаешь, я даже не удивлён, что ты не слышал об этом. Иногда мне кажется, что ты не следишь ни за чем, что находится в твоём владении. Джонни стыдливо опускает глаза, покусывая нижнюю губу и неожиданно отпихивает от себя всех ластившихся к нему девушек. — Хва, милый, можно тебя на секундочку? Юноша неоднозначно пожимает плечами, одергивает штанину и все же садится рядом с боссом. — Малыш, можно поинтересоваться, какого хера я узнаю это только сейчас и от тебя, а не от моей ебанной охраны, которой я плачу баснословные бабки? — На середине фразы Со повышает голос до крика, чтобы каждый находящийся в помещении работник услышал его слова. — Ты ставил их на свои деньги? — Джон мягко тыкает пальцем в бедро Пака, на что тот утвердительно кивает. — Да почему, черт тебя побери? Я знаю, что ты у нас не приверженец просить деньги, но тут уже мой проеб и я должен был выплатить тебе компенсацию… И я выплачу! Я не знаю куда ты там это потратишь, но я отправлю тебе всю сумму, даже не упирайся, дорогой. И уж прости, даже если ты захочешь вернуться, в чем я конечно же сомневаюсь, я тебя в эту сферу больше не пущу. Барменом? Без проблем! Врачом? Разговора ноль. В проституцию — уж прости, цветик, нет. Такую красоту я уродовать больше не позволю. Пак слабо улыбается, как-то слишком мученически вздыхая и укладывает голову Джону на плечо. Мужчина одобрительно хмыкает, обнимает одной рукой юношу за плечи и жестом просит бармена принести им выпивку. — Я вообще-то звонил тебе все это время. По несколько раз на дню! Пак даже не видя знает, что сейчас босс недовольно хмурит свои прямые чёрные брови и поджимает губы, покрытые позолотой синтезированной ткани протеза. — Я знаю. Прости, что не отвечал. Я был полностью погружён в работу. Джонни, заправляет выбившуюся из прически Сонхва прядь ему за ухо и сочувствующе улыбается уголком губ. — Понимаю, посттравматический сидром, все дела. Не хотел контактировать ни с чем, что могло бы подкинуть воспоминания. Однако… Ты не думал взять выходной? Хотя бы на пару деньков. Сходите там с Соном куда-нибудь на свидани… Джонни не успевает закончить, как оказывается нагло перебит. — Мы не вместе. Мы просто… Пак опускает взгляд на собственные руки, пытаясь подобрать правильные слова. — Секс по дружбе, понял, можешь не объяснять. Ты просто схватился за него потому что больше не за кого. Это нормально, думаю он и сам это понимает… Господи, я уже чувствую себя заботливой мамочкой. Я всегда был такой в отношении тебя? Пак впервые за долгое время искренне громко смеётся и обнимает Джонни за талию, устраивая голову на его груди и перекидывая ноги, через его колени. — Всегда. Ты буквально поставил мне на место мозги после того, как я оказался с очищенной башкой у дверей Мелитеха. Джонни отвлекается на принесенную выпивку и схватив свободной рукой стакан с дымящимся скотчем выпивает его залпом. — На самом деле у меня есть для тебя работёнка, сам решай будешь браться за это или нет. Так вот… Ты ведь слышал, что у нас тут бродит уже ничейный Центурион? Ну конечно ты слышал… В общем! Нужно вынюхать какого черта он тут у нас трется. Судя по его состоянию, пёсика Ёринобу выкинули на улицу и теперь он жмётся по углам в поисках нового хозяина. Мне нужно подтверждение или опровержение моего мнения по поводу всей этой ситуации. — Джонни отводит взгляд куда-то в сторону и начинает выводить кончиками пальцев только ему понятные узоры на светлом затылке Сонхва. — Если все так, как я думаю — нам нужно приложить все усилия, чтобы переманить его к нам…