all might and chill

> приходи вечером, нёрд. хочу посмотреть аниме. только попробуй опоздать. Изуку смотрел на сообщение, непринуждённо высвечивающееся на экране, и сдерживал желание закусить кулак, чтобы подавить рвущиеся наружу нечеловеческие звуки. За несколько часов, прошедших с момента получения сообщения, Изуку прошёл через все существующие круги ада — и ещё через парочку дополнительных, просто потому что ему было мало. Не то чтобы это были… плохие круги. Даже наоборот. Застонав, он спрятал красное лицо в ладони. Каччан написал ему утром, в ответ на очередной вопрос Изуку, когда они смогут увидеться. Потому что каникулы-каникулами, но в общежитии они могли общаться ежедневно, а сейчас только и оставалось, что иногда перебрасываться сообщениями. А у Каччана всегда было с этим тяжело — в ответ на простыню он присылал пару слов, если вообще присылал. Где-то выше в диалоге на пятнадцать сообщений от Изуку Каччан ответил одной только точкой. И Изуку очень, очень хотел наконец-то увидеться с ним. Сегодняшний день был для этого практически идеален — мама как раз собиралась захватить родителей Каччана и пойти с ними в кино, а значит, они с Каччаном оставались одни на весь вечер, и… И именно из-за этого Изуку весь день сидел как на иголках. Ведь они оставались одни, и он прекрасно знал, что скрывается под предложением “посмотреть аниме”... Ну, а что? Ему только-только исполнилось восемнадцать, он имел полное право думать о… о всяком. О горячих руках Каччана, например, медленно скользящих по его ногам… О том, как Каччан проведёт ладонью по бедру, царапая ногтями кожу, сжимая пальцы — так, как нравится Изуку. А Изуку будет делать вид, что смотрит в экран, и кусать губы, сдерживая тихие стоны… Или Каччан может закинуть руку ему на плечо и прижаться к нему сбоку. Прошептать что-нибудь на ухо — про то, какая классная рисовка в последней полнометражке про Всемогущего! — и прикусить мочку. А потом лизнуть, медленно провести языком по шее, и укусить. Или… Изуку встрепенулся, усилием воли отводя руку, полезшую в штаны, в сторону. Нет. Ну и что, что в последний раз они с Каччаном были… близки ещё до каникул — Изуку мог потерпеть ещё немного. Всё равно до выхода оставалось буквально полчаса — как раз, чтобы принять душ и накинуть на себя что-нибудь чистое. Оставалось только перестать гипнотизировать сообщение — но с этим помогла мама, постучавшая в дверь. — Изуку, я пошла! Не забудь выключить свет! И обязательно купи что-нибудь Кацки-куну, можешь взять деньги на столе, я оставила! — сказала она, и Изуку подскочил с постели, машинально натягивая футболку пониже. — Д-да, мам, хорошо! Не оставляй денег, у меня есть! — крикнул он смущённо, чувствуя себя так, словно его застали за чем-то неприличным. Лицо пылало, и он решил, что лучше не будет открывать дверь, а попрощается так. — И… мам! Мам, закрой за собой, хорошо? — попросил он вдогонку, когда шаги матери уже отдалились. — Ладно-ладно. Веди там себя хорошо, Изуку! — откликнулась она, и вскоре послышался хлопок двери. Изуку очень надеялся, что не будет вести себя хорошо. Потому что не только Каччан мог проявлять знаки внимания. Изуку мог бы забраться к нему на колени, отвлекая от происходящего на экране. Уложить ладони ему на лицо, заглянуть в алые глаза — Каччан, наверное, был бы недоволен, но только немного. Потому что Изуку быстро бы попросил у него прощения: поцеловал бы в кончик носа, в уголок губ, потом в шею… А Каччан развёл бы ноги, позволяя ему сползти на пол. Им бы даже не пришлось раздеваться — Каччан постоянно ходил по дому в спортивных штанах, и Изуку мог просто оттянуть резинку, и провести остаток вечера с… От столкновения с дверным косяком его спасли только рефлексы, и он отскочил, испуганно прижимая руки к груди. Нет, всё, ему срочно нужно было в душ — причём под холодную воду. Спустя двадцать минут отчаянных попыток не представлять вместо своих рук руки Каччана он вернулся в комнату, быстро оделся, дважды проверил, точно ли выключил свет, и выскочил в окно, взмывая в воздух в ворохе зелёных молний. Благодаря причуде путь занял буквально несколько минут — и вскоре Изуку уже барабанил в дверь знакомого дома, растрепанный и тяжело дышащий, но вовсе не от бега. — Да иду я, хватит!.. — раздалось по другую сторону, и по лестнице загрохотали шаги. — ...Хватит колотить! — дверь распахнулась, и на пороге возник злобно скалящийся Каччан в серых штанах и свободной чёрной футболке. Сердце моментально прыгнуло в горло, и Изуку, робко помахав ему рукой, прошмыгнул в дом. Дверь за ним закрылась с ощутимым щелчком, и ему захотелось сжаться. А вдруг Каччан даже не будет делать вид, что позвал его смотреть аниме? Просто прижмёт к двери, закинет ногу к себе на бедро и заставит Изуку кричать?.. Ох, нет, нельзя было кричать прямо у входа — их могли услышать соседи. ...Но ведь всегда можно было закусить футболку и сдерживаться… — Эй, Деку. Всё нормально? — вскинув тонкую бровь, спросил Каччан, проходя мимо и направляясь к лестнице. Изуку замер с раскрытым ртом — и поспешно закивал, побежав за ним следом. В комнате Каччана было хорошо, чисто и прохладно. На полу у кровати уже валялись пара пачек чипсов, стояли бутылки минералки и колы, миска с попкорном — а на экране телевизора отображалась заставка “Истории Всемогущего”, любимого аниме их детства. — Не тормози, — проворчал Каччан, подталкивая Изуку к кровати. Тот забрался на неё, чувствуя, как пылают щёки, и тут же едва не сгорел под взглядом Каччана. — Ты идиот? Я не пущу тебя сорить на кровать. Возьми подушку и садись на пол. Закивав, Изуку пересел и дождался, пока Каччан устроится рядом, чтобы придвинуться к нему чуточку поближе. Значит, он все-таки планировал хотя бы начать смотреть… Заиграл опенинг, и Изуку, согнув ноги в коленях, обнял их руками. Потому что так было удобнее — и потому что кровь явно не знала, куда конкретно приливать, и скачками курсировала между его лицом и пахом. Ему нужно было отвлечься. Не дать Каччану понять, что он нервничает, потому что тогда Каччан точно разозлится и выгонит его — а Изуку очень не хотел, чтобы его выгоняли. Он хотел, чтобы Каччан уложил руку ему на спину. Погладил по плечам, а потом придвинулся, горячими губами касаясь стороны шеи. Прошептал бы своим низким голосом что-нибудь ему на ухо, заставил бы распрямить ноги, скользнул бы ладонью вниз… На мгновение Изуку ткнулся лбом в колени, а потом упёрся в них подбородком, кусая губу. Если Каччан хотел заняться сексом — мог бы и не придумывать предлоги вроде просмотра аниме. Изуку бы не стал ему отказывать. А может, Каччан просто не хотел, чтобы он нервничал, и поэтому не сказал прямо? Может, он просто хотел позаботиться об Изуку, чтобы потом медленно стянуть с него футболку, уложить на кровать и довести его до стонов? При мысли о горячих губах Каччана на его теле он содрогнулся — а потом содрогнулся ещё раз, потому что на плечо внезапно легла рука. — Замёрз? — спросил Каччан, глядя на него со слегка нахмуренными бровями. Изуку поспешно покачал головой — а потом закивал. Надо было показать Каччану, что он не боится и тоже согласен перейти к чему-то большему, а это был идеальный шанс. — Можно? — спросил он, пододвигаясь к нему вплотную и укладывая голову на плечо. Каччан только заворчал, но не стал возражать — и закинул руку на плечи Изуку. Тот выдохнул. Ох, значит, момент настал. Но Каччан не спешил; сначала они открыли чипсы и воду, на коленях Изуку оказалась миска попкорна, первая серия аниме кончилась, и он сам не заметил, как втянулся — лишь через какое-то время поймал себя на том, как оживлённо щебечет про злодея, с которым боролся Всемогущий — у которого, кстати, был настоящий прототип, хотя Всемогущий дрался с ним ещё во времена серебряного века, а не золотого, и причуда у него была не телепортация, а сверхзвуковое перемещение, и происходило это не на самой оживлённой улице Токио, а в порту, — а Каччан смотрит на него с косой ухмылкой. От неё всегда становилось как-то ужасно жарко. Изуку завозился, обнимая руку Кацки и утыкаясь в неё лицом, а тот только фыркнул. — Задрот. Он не ругался, но Изуку всё равно смущённо спрятал лицо у него на плече. Он очень надеялся, что не портит планы Каччана своей любовью к Всемогущему — он правда старался говорить поменьше и побольше к нему прижиматься, но получалось, видимо, не очень, потому что на нём до сих пор была одежд… В смысле, потому что рука, лежащая у него на спине, просто поглаживала по лопаткам, а не забиралась под футболку — или даже под штаны, — чтобы раздразнить Изуку сильнее. Но, может, Каччан ждал подходящего момента. Ждал, пока Изуку отвлечётся, чтобы убрать мешающуюся еду и повалить Изуку прямо на пол, вжимаясь коленом ему в пах. Каччан ведь мог быть груб — не то чтобы Изуку это не нравилось, разумеется; вдруг он даже не собирался его раздевать? Только сдёрнуть шорты, чтобы взять его прямо на полу, зажимая рот рукой и даже не выключив телевизор? Звук, вырвавшийся из его горла, походил скорее на хрип, и Изуку спешно захлопнул рот, но Каччан всё равно заметил. — Хватит пить всякую дрянь, на, — сказал он, всовывая ему в руки минералку. Изуку смущённо кашлянул, отпивая воду, и отвёл взгляд. Он чувствовал, как горит лицо — наверное, Каччан тоже это видел и просто не хотел напугать. Но ничего, у них ещё было время. Серии пролетали одна за другой; Изуку даже не заметил, как постепенно подошёл к концу сезон, и Каччан встал, потягиваясь. Он подскочил за ним, выжидательно глядя на него исподлобья. — Ещё серию?.. — предложил он, но Каччан мотнул головой. Он больше не ухмылялся, но явно был доволен — в конце концов, он даже издевался над рисовкой последних серий, которая была не так хороша, как в остальном сезоне. И в целом они очень хорошо провели время — Изуку и не осознавал, как сильно соскучился по простому общению с ним. — Нет, задрот. Поздно, старики скоро вернутся. Не хочу с ними связываться, а то они заставят тебя остаться на ужин. Или переночевать. Он сказал это, закатывая глаза, и Изуку вздрогнул. Может, это и был план Каччана? Чтобы Изуку остался с ним ночевать, и им бы пришлось спать в одной комнате? Но ведь тогда бы пришлось сдерживать стоны, чтобы не услышали родители… Хотя, если прижаться к Каччану под одеялом, можно будет дышать ему прямо в губы, и он может прижимать Изуку к себе, правда, так будет не очень удобно, но они что-нибудь придумают. Например, если Изуку сядет на него сверху… Он захлопал глазами, неожиданно осознав, что видит перед собой входную дверь. Обернулся — Каччан стоял позади, засунув руки в карманы, и чуть хмурился. Неужели Изуку действительно сделал что-то не так? Он убил всё настроение? Испортил весь вечер? Что? Что именно? ...Нет, конечно, вариант с входной дверью всё ещё оставался, но ведь можно было и у двери в комнату… — Напиши, как доберешься, — сказал Каччан, растрёпывая ему волосы. Изуку… помедлил. — Это… это всё? — спросил он осторожно. Видимо, на лице его было написано непонимание, потому что Каччан коротко выдохнул через нос и цыкнул. Потом шагнул к нему и, уложив руку на плечо, наклонился и поцеловал в уголок губ, мягко, едва ощутимо. — Да, я тоже скучал, задрот, — пробормотал он недовольно. — Каникулы скоро кончатся, начнём видеться чаще. Он отстранился, и вот теперь у Изуку распахнулся рот. — Стой, это всё? — спросил он с нажимом. Каччан непонимающе посмотрел на него. — Чего тебе ещё надо? — Но ты же… ты же позвал меня смотреть аниме, — жалобно ответил он. — А мы чем только что занимались? — поинтересовался Каччан, начиная раздражаться. У Изуку запылали даже уши. — Но я думал, мы будем… смотреть аниме… — пробормотал он, потупив взгляд в пол. Внезапно захотелось провалиться сквозь землю. Он столько всего себе надумал, а Каччан… Каччан издал звук, будто подавился слюной — а может и правда подавился, потому что закашлялся, и когда Изуку поднял на него глаза, лицо у него было пунцовым от кончиков ушей и до самой шеи. Румянец даже уходил под ворот, а в следующую секунду его пальцы сжались на футболке Изуку. — Извращенец, — прорычал он — и не успел Изуку опомниться, как уже стоял за порогом, а перед носом захлопывалась дверь. Мгновение он хлопал ртом — а потом бросился колотить в дверь. — Каччан! — взвыл он, честно стараясь не бить слишком сильно, чтобы случайно не сорвать дверь с петель. — Каччан, прости, пусти меня обратно, я просто не думал!.. Точнее, я думал!.. Я не хотел!.. Просто аниме!.. И я решил, что!.. Каччан! Он занес кулак, чтобы заколотить с новыми силами, но не успел, потому что дверь распахнулась. Каччан, всё такой же красный, смотрел на него из-за ладони, закрывающей большую половину лица. Его уши едва ли не светились алым. — Замолкни, — прошипел он, зыркая на него. — Но Каччан… Он не договорил — его крепко ухватили за ворот, и не успел он даже вскрикнуть, как его затащили обратно в дом. Каччан убрал руку от лица — под ней оказалась ухмылка, взбешённая, но такая разгорячённая, что Изуку непроизвольно сглотнул. — Я тебе сейчас покажу аниме… — пообещал Каччан кровожадно. И в этот раз спина Изуку действительно впечаталась в многострадальную дверь.