разговор на крыше здания.

      Вчера ты думаешь о том, что ты никчемный и бессмысленный, а завтра уже стоишь на крыше какого-то здания. Похоже на бред, который говорят о самоубийцах, но иногда этот бред правдивый.       Он и сам не знает зачем пришёл сюда. Разве это не противоречит высказыванию «пока я надеюсь на лучшее, всё будет хорошо»? Сама мысль так тупо лишиться жизни ему казалась странной.       Зачем они это делают? У них нет смысла?       А есть ли он у меня…?       Но лишиться жизни с мыслью «это сделает чужие жизни лучше и вселит надежду» ему нравилась. Такой он странный человек.       А может он просто пришел полюбоваться на город.       Нагито сидел на крыше и смотрел вдаль. Голубое небо, солнечная погода. Голуби летают, лужи после вчерашнего ливня высыхают…       Недавно они с Микан общались о ддлк и сравнивали себя с Сайори и Юри. Почему-то после этого разговора Микан стало сильнее беспокоиться о Нагито… Но он примерно понял, что она не хочет чтобы наши мысли были материальны.       Два пропущенных от Микан. Если она звонит…вполне возможно действительно беспокоится или случилось что-то важное… Позвонить? Подождать ещё одного звонка?       Но ждать не пришлось. Нагито только сейчас понял, что звонки были около 50 минут назад…       Он заметил Микан, выходящую сюда.       Как она догадалась…? — Прости…я…так рада, что всё в порядке… — эти слова немного грели душу потому что ты хоть кому-то нужен. Но у Нагито было ощущение, что она просто навязывается…каплю… — А что могло бы случится? Ты же знаешь как я отношусь к бессмысленному с******. — бестактно ответил он.       Микан растерялась. Ей лишь показалось, что раз они как друзья, то стоит заботиться друг о друге. А ментальные болезни хоть и не её специальность, но тоже опасны… — А…эм…ты мог случайно скинуть куртку… — видимо, она ляпнула первое, что пришло в голову       Неловкая пауза. — Ахах. — тихо засмеялся Нагито — Я, конечно, невезучий, но не настолько. Максимум я её рвал когда цеплялся за железку, не более.       Микан неряшливо улыбнулась.       Их иногда называют катастрофами… И кажется это не просто так. — знаешь… — начал Нагито, на что девушка насторожилась — интересная у нас дружба.       Микан, кажется, заинтересована. — Вот ты сходишь с ума по моднице, с которой вы мало того не сможете быть вместе…даже пообщаться нет возможности. Ты уже сдалась в жизни и ничего не ищешь. Тебе просто нравится лечить людей и медицина в целом. И всё. Так у тебя ни самооценки, ни смелости…       Микан хотела что-то сказать, но то насколько это отражало её поразило в самое сердце… — А у меня что? Я никчемный неудачник, который ради лучшего исхода может пожертвовать и другими, и собой. Живу с мыслью «надеяться на лучшее» и всё. Даже учусь просто от мысли «мне это немного нравится, да и идти некуда». Многие просто удивляются тому, как я совмещаю бесконечную надежду на лучшее и депрессию от того, что всё бессмысленно.       Микан собирается с мыслями. Её действительно завораживало то насколько точно он передает это всё. —…Прости…но ты кажется говоришь что-то вроде «я тупой неудачник» просто из-за низкой самооценки и пессимистичности… Многим весело находится с тобой рядом и веселиться… многих поражают твои аналитические способности…и…иногда меня…кхм… — А если они лишь притворяются? Может, я им противен настолько, что чтобы им быть рядом со мной нужно надевать маски «других их»? Такое ведь бывает.       Микан знакомо это. Она выросла в условиях вечных унижений, всей этой ненависти и ещё долго отходила. — Я…сам не понимаю почему, но презираю тех, кто сдается… Это…так тупо. Ведь в жизни много чего можно добиться, а вы тут считаете, что набрели на конец. — почему-то парню казалось, что он врёт сам себе. Но с другой стороны он презирает и себя.       Микан насторожилась. То, что они разговаривали на крыше здания её уже пугало, особенно из-за темы для разговора днями ранее. —…Ну держаться на плаву и не выгорать достаточно сложно…прости…если я не права… — робко ответила девушка с фиолетовыми волосами.       Нагито смотрел вдаль с безнадежной улыбкой на лице. Микан уже давно стояла рядом, слабо охватив руку друга. Слабо дул прохладный осенний ветер. Вечерело.       В мыслях Нагито творился настоящий хаос. Предположительно сейчас он оторвался от реальности и наблюдает за образами, которые перекликаются в его голове.       Микан же просто было страшно. Почему-то она думала о том, что сейчас он способен на что угодно… За то короткое время, что они провели в одной комнате общежития как соседи, она почувствовала, что этот человек — один из немногих кто действительно слушает её речи и поддерживает разговор. А иногда даже помогает с чем-нибудь… — Надежда…отчаяние…такие противоположные и взаимосвязанные понятия. — эти слова прозвучали как-то…по-грустному…       Микан внимательно слушала. Нагито показалось, что она слабо дрожит. И скорее всего не от холода потому что в синих джинсах, белых кроссовках и теплой розовато-красной кофте навряд ли замёрзнешь… — Иногда меня бросает в отчаяние. Это тот момент когда я сильнее всего ненавижу себя. Разум тумнеет, мысли одна мрачнее другой. — он вздохнул — Примерно поэтому мой психиатр прописал антидепрессанты.       Микан отвела взгляд. Ей было жаль, но она всё никак не находила подходящих слов. Девушка перебирала пальцы и накручивала волосы на них, думая о чем-то. Нагито же нравилось уже то, что его слушают. Хотя об этом он говорит только близким…       Обстановка была напряжённой. Казалось, что время замерло в ожидании чего-то. Где-то вдали каркали вороны и неуклюже ходили по крыше голуби, ища что поклевать. — Странное чувство. Такое ощущение, что мы пропитались противоположными нашим личностям чувствами. Это поистине необычно.       Снова повисла тишина в воздухе.       Вдруг Микан почувствовала чью-то холодную бледную руку, которая пытается убрать что-то. Нагито пытался убрать чужую руку со своей. Девушка не сопротивлялась, хотя очень хотела прижаться и не отпускать. Потому что ей страшно. — А может мне освободить мир от себя? Все будут только счастливы! — грустно засмеялся Нагито, закрыв правой рукой рот. Из его глаз вдруг пошли слезы.       Казалось, сначала он был в некой эйфории от надежды и мыслей о ней, как обычно. А сейчас казалось, что что-то внутри него сломалось…       Нагито резким движением подошёл чуть ли не к краю и посмотрел вниз.       Микан редко оживилась и зарыдала, крепко обхватив руку товарища. Она тянула его назад, периодически всхлипывая.       Нагито просто остановился и стоял в смятении пока его подруга тянет за руку подальше от края. Слишком много мыслей в голове. Слишком. Где найти тишину? Может, он зря сказал всё это ей? Она же будет волноваться… —…Но даже будучи отчаянным скорее всего нельзя переходить границы. Прости за грубость, но я не позволю…тебе…этого…!!! — она, казалось, раскраснелась. Микан опустила голову, но потом подняла, снова смотря в лицо Нагито.       И снова. Та, кто скорее всего бы ожидаемо совершит что-то подобное, сейчас спасает его и надеятся на то, что всё будет в порядке. Тот, кто видит у себя только размытое будущее, в котором будет всё хорошо, вдруг теряет всякую надежду и чуть ли не умирает.       «Мы пропитались противоположными нашим личностям чувствами.» — эти слова отразились в голове Микан особо отчётливо. Ей точно не хотелось чтобы близкий ей человек впадал в такое отчаяние.       Нагито, всё ещё опустошённый и пустой в лице, с мокрыми глазами и фиолетовыми синяками под ними из-за редкого сна или слишком долгого стоял у края, пытаясь вернуться в реальность. Это действительно происходит, верно? Можно ли это назвать правдой? Реальностью? Может, это просто сон?       Он ущипнул себя. Нет, это не сновидение. Он только что чуть не убил себя.       Микан медленно опускалась, вся дрожа от страха и трогая рука и Нагито. Теперь они сидела на плитке крыши здания и обхватывала ноги, уткнувшись в них. Потом она резко встала и скромно попятилась задним ходом. — Пожалуйста. Не думай об этом. П-прости!!! …я…просто волнуюсь за тебя!!! — отрывисто говорила она.       Дрожь. Она будто ожившее желе… — Отчаяние — это слишком ужасное и страшное чувство. Будто ты способен опустить руки и никогда больше не подняться… Будто ты стоишь у обрыва и кричишь «я так больше не могу!!!»… Будто ты сидишь на кровати, уткнувшись в подушку, и рыдаешь от безысходности… Это…страшно…мне и в правду непонятны те, кто от этого получает что-то вроде возбуждения…разве это не странно? Разве это правильно?..       Микан сложила руки на груди пока это говорила и смотрела на плитку. Потом после уверенной речи девушка опомнилась и выпалила свою коронную фразу: — ИЗВИНИ МЕНЯ, ПОЖАЛУЙСТА… я…слишком честна сейчас… я… просто не знаю…       В глазах Нагито после речи появилась некая искра жизни. Почему-то он плакал. Слезы сами текли по щекам. — Мне всё ещё кажется вся моя жизнь безнадежной или что-то вроде того…но…мне кажется, что она не будет иметь смысла если я не буду помогать своим друзьям тем, чем смогу. Это будет не похоже…на меня.       Микан достала из маленького рюкзака влажные салфетки и протянула одну к лицу друга. Она вытерла щёку пока говорила это. — Мне показалось или он…покраснел??? О мамочки, я кажется…смутила его…ужас… — думала Микан про себя, но эти мысли были видны насквозь.       Она достала вторую и протянула Нагито. — Держи…и…извини…за это.       Тот аккуратно взял салфетку и вытер свою вторую щеку. Его рот был приоткрытым будто парень то ли пытался что-то сказать, то ли был в шоке от происходящего. Микан казалось, что это было и то, и то.       Начинало темнеть. Постоянно кричали какие-то галки и летели стайками голуби. Слышался слабый гул машин и лай собаки. Солнце всё ещё освещало местность, но уже начинало уходить за горизонт.       Нагито чувствовал в своих руках усталость. Он всё ещё слабо ощущал себя в реальности по непонятным ему причинам и путался в своих многочисленных мыслях. — Это…поистине прекрасно. Видеть, как друзья…которые имеют другое мировоззрение, пытаются правильно его понять и попадают в самую точку. Это… обнадёживает.       Микан медленно подняла голову и посмотрела в глаза Нагито. — Твои слова были действительно великолепными, Микан!       Девушка смутилась неожиданному комплименту. Ответом послужило лишь действие: подруга положила свои хрупкие руки в бинтах, свои кисти рук на плечи Нагито. Она нежно касалась плеч и держалась на небольшом расстоянии. — С-спасибо, Нагито…!       Потом она приобняла его и простояла так около минуты. Нагито же держал руки вдоль тела и стоял как вкопанный, смотря в небо. Глаза казались мокрыми и поблёскивали на солнце, видимо, это всё снова растрогало его.       Вечер. Закат. Беловолосый кудрявый парень и миловидная девушка с фиолетовыми небрежными волосами стоят у края крыши в объятиях. Она крепко обнимает его, чуть ли не зависая, и плачет, укрывшись в плечо.       Минута. Или две. Столько длилось это. Столько минут потребовалось Нагито чтобы понять, что сейчас перед ним стоит человек, который по-настоящему любит его. Что он ещё в реальном мире. Живой. Целый. Невредимый.       В голове всё ещё был шум из мыслей и их обрывков, но он постепенно угасал. Всё больше приятных мыслей. Всё чаще мелькающие счастливые кадры жизни. Друзья. Знакомые. Работа. Университет. Общежитие. Город. Родной дом.       Микан, что ты натворила? Ты…смогла сделать то, что не мог сделать он на протяжении нескольких месяцев? Вернуть веру в жизнь…? В будущее? Вернуть потерянную уверенность?       Может и так. А может и нет.       Он не понимал ничего. Каша в голове… — Что же происходит… — кажется, он не до конца понял, что сказал это вслух, хоть и шепотом. Но она услышала.       Микан уже давно лишь просто стояла рядом, держа правую руку друга. Она смогла подвинуть его подальше от края крыши пока тот был в своём урагане мыслей. — Тебе плохо? Нам стоит вернуться? — заботливо спросила она. Ей начало казаться странным то, что сейчас она не хотела смущать человека бесконечными извинениями…       В ответ был только его странный нарастающий смех. Микан удивилась. Нагито начал ходить по крыше в разные стороны. Девушка же стояла на месте и слушала его реплики. — Мысли в голове. Бегают. Одна за другой. Это так странно… Надежда… Отчаяние. Я что, поддался отчаянию, хотя ненавижу это чувство больше всего? Сегодня, видимо, всё будет странным. А самое странное — почему я ещё жив, а не умер от своей болезни? — тут он улыбнулся. Пока парень говорил всё это, то разводил руками или прижимал их к себе.       Микан казалось, что он бредит.       Потом Нагито подошёл к краю и аккуратно сел, на что Микан подбежала и говорила отойти подальше ради безопасности. Тот успокоил её тем, что просто хотел посмотреть на небо.       Микан села сзади (но не за самой спиной, скорее где-то в правом боку за спиной) и обняла Нагито за талию. Так она могла быть точно уверена, что если он сделает резкое движение, то она хоть сможет потянуть его назад. Почему-то ей казалось, что он ещё способен на это. — Закат. Вечереет. Становится прохладно. Может стоит пойти домой?       Нагито замолчал и посмотрел налево. Он почему-то чувствовал, что в чем-то провинился. — И…прости. — тихо сказал он.       Микан заметно улыбнулась. Её щеки, одежда и глаза были в слезах… — Давай полюбуется на красоту вечернего русского города. Послушаем шум машин и птиц. А потом вернёмся и выпьем теплое кофе из пакетиков. — Пожалуйста…пообещай, что пойдешь к психиатру. Пожалуйста. Я волнуюсь.       Нагито не знал что ответить. По крайней мере он уже давно ходит туда потому что лечится от депрессии. — Я думаю у меня в любом случае нет выбора.       Микан обняла чуть крепче. — Прости…извини за всё это… — Тебе не за что так винить себя.       Потом она встали и крепко обняли друг друга. На фоне заката, пролетающих вдали птиц, шума города. Деревьев внизу, проводов электропередач, столбов.       Это, казалось, длилось бесконечность. Но прошло только три минуты.       Потом же они взяли друг друга за руку и пошли обратно.

***

      С тех пор Нагито и Микан стали ближе друг к другу. Нельзя было точно сказать как пара или как близкие друзья. Они часто общались на разные интересные им темы, проводили вместе время и делились смешными ситуациями с пар.       Возможно они так и останутся друзьями. Возможно они станут парой. Кто знает…       Одно остаётся неизменным: они изменили немного друг другу взгляд на жизнь. Нагито и Микан больше никогда не станут прежними.