I. XIІІ. О Контракте и людях, что любят нарушать данное слово.
16 июня 2022 г., 00:34
— Моракс, что ты смотришь? — Аждаха еле слышно приблизился к архонту, заставив того едва заметно вздрогнуть от неожиданности.
— Контракты. — коротко отвечает он, повернувшись к дракону, — я помню их наизусть, однако люди решили, что они вправе обмануть гео архонта, — он бесстрастно повернулся к Аждахе и улыбнулся.
— Что-то не так? — склонив голову набок, интересуется юноша, наблюдая за реакцией Моракса. Его улыбка ничего не значила, за ней могло скрываться что угодно. И Чжун мог легко обмануть этим Аджаху.
— Они решили обмануть меня, — голос архонта звучал спокойно, — неприятно, но не критично. Критичнее всего другое. Для их обмана лазеек в контракте не было.
— Лазейки?
— Контракт не может предусмотреть всё, — поясняет Чжун, — конечно, там будут лазейки. И нет, лазейка не заключается в том, чтобы не читать мелкий текст. Однако, они видимо сочли что имеют право предъявить мне за то, что было прописано мелким шрифтом.
Дракон посторонился, белоснежные одеяния Моракса хлопнули по его ногам, развиваясь на ветру, когда архонт резким шагом вышел из своей Обители. Аждаха помнил гнев архонта, когда один из смертных, заключив перед лицом Моракса свадебный контракт, решил что в дальнем плавании никто не узнаёт о его интригах. Однако, архонт до последнего не вмешивался, считая это делами людей. И когда дракон спрашивал господина, в чем же его неслыханное милосердие, Моракс отвечал, что ему нет дела до глубин человеческих натур, пока это не начинает угрожать благополучию большего количества людей. Сейчас же задели его лично. И, конечно, сейчас он не мог оставить это без ответа.
Люди очевидно не ожидали, что архонт придёт сам. В его глазах ничего не читалось, кроме вселенского спокойствия.
— С чего вы решили, что можете не читать условий контракта, и потом понадеяться на то, что я ничего не помню? — склонив голову, интересуется Моракс, — Я довольно лояльно отношусь к подобным лазейкам, но только тогда, когда они не прописаны в контракте. А то, что вы пытаетесь из меня вытрясти, прописано мелким шрифтом.
Люди его не разочаровывали. Он не испытывал злости, достаточно долго позволяя себе не злиться на всех. Но у него было непонимание. Люди были странными. И сейчас он только учится их любить. Как отец, оставшийся без супруги для своего народа.
Аждаха, положив руку на плечо Чжуна, смотрел на людей, которые пытались оправдаться, но Моракс резко взмахнул рукой, обрывая их.
— Это в последний раз. Больше пощады не будет.
И, развернувшись, Моракс ушёл, вскоре оказавшись окружённый толпой. Однако даже там он не затерялся: его выдавала стройная и высокая фигура, спина, прямая как стрела.
Люди есть люди. И не ему, Чжуну, осуждать их за их поведение. Но пока это не вредит его народу, его это не касается.
