tear you apart.

Взлелеянный осколками перепачканной чернью души гнев бликом отражается в необъятном мраке широко распахнутых маниакально блестящих тёмных глаз. Никогда ещё ему не удавалось уловить в обугленных внимательных зрачках и ускользающей доли чего-то, отличного от холодно-отстранённого зеркального безразличия. Никогда. И Лайт жадно вглядывается в мутное желание. Мутное, как озёрная вода, как горько-приторный вермут, разбавленный один к одному обречённым вызовом. Он по капле собирает это самое желание с потрескавшихся изувеченных губ. Он разобьёт их, если потребуется. А затем вымоет руки под проточной водой. - Я прикончу тебя. Задохнуться испуганной злобой впивающегося в сердце заржавевшим лезвием поцелуя. Чтобы собственными губами, собственными дёснами вмиг ощутить эту глухую озлобленную жажду. Целовать-целовать-целовать, до стёртых костяшек и судорожно, до боли цепляющихся за взлохмаченные волосы пальцев. Не отпускать, глотая каждый задушенный вскрик, каждый тонущий в глубине плена тонких гипсокартонных стен рассекающий сырость и тишину вздох. Заботливо зашить шрамы тонким запятнанным серебром окровавленной иглы и тут же вспороть, пуская на изрезанную вдоль и поперёк белую грудь свежую грязь вязкой багровой ненависти. Я сломаю тебя. Пробраться в параноидально укрытое от посторонних глаз, давно пропахшее подвальным холодом сознание, на разодранных в кровь коленях вымолить эфемерное, сочащееся сквозь пальцы доверие, и впиться ногтями в самое сердце. Стиснуть в кулаке заходящийся пульс и наматывать белёсые хлопковые нитки безоговорочно подчинившейся души, вжимая в матрас тело. Тело, которое нестерпимо жаждешь сломать сразу вслед за доверившейся душой. Они уничтожат друг в друге всё живое прежде, чем кто-либо из них кончит. Пока один не повержен, для другого ничто не имеет смысла. На фарфоровой шее созвездиями-отголосками битвы расползаются, бутонами зацветают пурпурные синяки. Выдранный из глотки заодно с гландами сдавленный стон срывается на крик. Лайт побелевшими кончиками пальцев хватается за угловатые тощие плечи. - Как же я, чёрт возьми, тебя ненавижу. - Так убей.