Санька

      Санька лежал в кровати, прислушиваясь к ночным звукам. За окном виднелось бархатно-чёрное небо с яркими южными звёздами. В соседней комнате скрипнула кроватью Светка, ворочаясь во сне. Кто-то, мама или папа, прошёл на кухню. Санька с первого дня стал называть дядю Борю и тётю Лиду папой и мамой. Тёплый ветерок шевелил занавески приоткрытого окна, неся йодисто-солёный запах моря. Оно шумело где-то вдалеке, мерно накатывая волны на берег. Санька вспомнил, как первый раз увидел море из окна поезда.       … — Сань, сейчас море появиться, смотри, — Витька показал рукой в окно в коридоре вагона. Санька взглянул и увидел, как впереди раскинулась бескрайняя синева, далеко на горизонте сливавшаяся туманной полосой с синевой неба. Санька, улыбаясь, смотрел широко открытыми глазами на эту синеву и неожиданно… заплакал. Так и стоял, счастливо улыбаясь, а по щекам текли крупные слёзы…       — Саша, ты что, сынок? — Борис обнял его за плечи.       — Я так мечтал его увидеть… Только во сне видел… А оно… Оно такое… Такое синее… — и Санька, смущаясь своих неожиданных слёз, уткнулся в куртку отца.       — Ничего, малыш, бывает. Чувства переполняют душу, а ты ещё не умеешь их выразить, — Борис ласково погладил Саньку по голове.       А потом Саньку ждала неожиданная встреча. Они шли по набережной, как вдруг навстречу им вышел высокий седовласый мужчина лет шестидесяти. Мужчина шёл, прихрамывая и опираясь на трость.       — Дядя Коля! — Санька подбежал к нему. — Вы меня не узнаёте?       — Саша Хомяков! Вот уж где встретиться! Какой ты красивый, — дядя Коля оглядел Саньку, одетого в новенький летний матросский костюмчик. — Какими же судьбами?       — Да вот так, — немного смутился Санька. — Живу я здесь. Только я теперь не Хомяков, а Симагин. Вот, — Саня подвёл дядю Колю к Лидии и Борису, — это мама и папа… А это — Света.       — Я — Сашина сестра, — улыбнулась девочка.       — Ну, вот видишь, малыш, — дядя Коля положил ему руку на плечо. — Я же говорил — всё у тебя будет хорошо.       Теперь они часто бывали у дяди Коля, благо жил он на соседней улице. Всё сложилось прекрасно. Антон и Борис работали ведущими инженерами на заводе. И говорили, что возможно даже пойдут на повышение. Лидия работала в школе-интернате, Нина — диспетчером в порту. Санька, Алёнка и Витя записались в детский яхт-клуб. И с местными ребятами подружились быстро — здешние мальчишки и девчонки были намного добрее по характеру, чем на старом месте. Одно только не давало ребятам покоя: вечером, глядя на звёздное небо, они вспоминали Д’Имка…       Саня встал с кровати и подошёл к окну. Звёзды ярко сияли на небе, мерцая сквозь ветви росшего во дворе дома большого дерева. Напротив пятого этажа девятиэтажки, где жили Симагины и Широковы, как раз и раскинулась его крона. Неожиданно Саша вздрогнул — ему показалось, что среди ветвей сидит человек. Тёмный силуэт шевельнулся и Санька услышал тихий и знакомый голос:       — Здравствуй, Саша. Я же говорил, что мы ещё увидимся. Извиним, что напугал.       — Д’Имк, это ты!       — Я, малыш. Я решил немного сменить объект научного интереса.       — Ты теперь будешь изучать море? — к Саньке подошла Света.       — Как ты догадалась?       — Ты же сам учил нас слышать мысли. Мы услышали твои.       — Да. Ведь на Земле было две колонии. Часть сирианцев решила освоить океан Земли и стали учится жить под водой. Но когда произошла катастрофа, связь с ними тоже прервалась. Вас сирианцы нашли. А они бесследно исчезли. И у вас они остались только в сказках и легендах…       — О сиренах и русалках, — догадались Света и Санька. — А Алёнка и Витя знают?       — Знают, я уже виделся с ними. Так что до завтра.       — До завтра, Д’Имк. Спокойной ночи!       — Спокойных снов.

Конец