О персонажах Хеталии песню спою я вам...

— Ëн су! — звучит крайне грозно, и парень не хотел бы попасться на глаза Сëгун в этот момент, однако выбора совсем не было, и юноша поднимается. — Да, госпожа, — в голосе звучат вопросительные нотки, а сам адепт с любопытством осматривает Архонта. Ему повезло, на протяжении столетий быть рядом с ней, наблюдать за людьми и впитывать новые знания. Но увы, Инадзума была закрытым государством, и лишь единицам удавалось уйти отсюда. — Где та книга, которую я давала тебе на прошлой неделе для легкого чтения? — девушка смотрела хмуро и даже строго. А в воздухе заискрились фиолетовые блики, выдавая раздражение Сëгуна. Ой-ей, электричество всегда было хорошим проводником для воды, это Ëн Су усвоил сразу, как Кику взбрело в голову проверить одну хитроумную гипотезу. О-ч-е-н-ь хорошо усвоил. Аж до сих пор передергивает. — Я ее оставил… На… Полке, — судорожно вспоминает маг, — да, точно на полке. Собирался вот занести, очень интересная книга, честное слово. Интересная и непонятная. Неловко же признаваться, что он пока не разобрался в этих древних письменах, хотя очень старательно учил их. Странно что сама Сëгун не занималась этой работой, а поручила это ему. И пока брат с Кику бегали по островам Инадзумы, каталист потел над книгой, выписывая непонятые закорючки и спорные моменты. — Нет, я не за этим. Я хотела отправить тебя в Ли Юэ. Разумеется, при условии, если ты возьмешь книгу с собой и продолжишь работу там, — суровости девушки можно было позавидовать, поэтому адепт закивал. — Ли Юэ это совсем другой регион, но культуры у нас в чём-то похожи, не правда ли? — продолжила Райден, заложив руки за спину, — в конце-концов, тебе так же не помешает получить пару уроков юриспруденции и размяться в рукопашном бою. В конце-концов, хватит уже чахнуть над фолиантом… — Госпожа, — нерешительно перебил девушку Ëн Су, — я маг, как я могу вступить в бой руками? В конце-концов, моя специализация — целительство, я не настолько мощный боевик. И это было правдой. В далекие времена Кику, Ен Су и Хëн Су часто проводили время в тренировках, и именно Ëн Су ворчал и исцелял младшего и старшего с помощью воды. Они знали сильные и слабые стороны друг-друга и могли бы стать замечательной командой, но их пути разошлись. Ëн Су так и не нашёл того, кто понимал бы его с полуслова, страховал бы так надёжно и… Адепт бы не чувствовал себя бесполезным, ни на что не годным, кроме как лечение, целителей. А электро Архонт, видимо, забыла об этом. Потому что она застыла, смотря на своего адепта, словно не понимая, как такое могло произойти, а сам юноша был готов провалиться сквозь землю. — Ну, может научишься воскрешать, говорят в Ли Юэ хорошие адепты, — безразлично пожала плечами девушка, — лишние потери и треволнения нам ни к чему. Ведь неизменность… —…ближе всего к небесному порядку, но госпожа, разве это не противоречит неизменности? Люди… Да что там люди, все мы рано или поздно умираем, это основной закон цикличности, а если я выучусь воскрешению, то… Это нарушит порядок. Райден повернулась к Ëн Су, щурясь. — Ты сомневаешься во мне? Если честно, кумихо* очень хотелось ответить «да, сомневаюсь», особенно после указа, где все Глаза Бога безжалостно отнимались у населения. И когда Сëгун дойдет до адептов — ещё вопрос времени. Да и границы закрыты, поэтому все попали в очень глупую ловушку, будучи связанными долгом. — Нет, госпожа, ваши решения мудры и справедливы, — склонившись, произнёс он, после сжимая губы. Однако, поднимаясь, он снова нацепил на лицо улыбку. Уйти из Инадзумы, пусть и таким способом, прихватив старую книгу было важнее, — могу ли я взять с собой двух спутников, Кику и Хëн Су в прошлом были хорошей командой для меня, может я могу…? Пусть между тремя адептами пробежала кошка, и причину ссоры никто так и не узнал, но Ëн Су не мог не попробовать. Бросать своих братьев ему казалось неправильным. Он спокойно смотрел на девушку, ожидая вердикта. Она долго молчала, а потом милостиво кивнула: — Можно. Неужели свобода? Как приятно ощущать ее внутри. И как приятно было вдохнуть свежий лиюэвский воздух, едва только нога адепта ступила на дощатый причал торгового города под крики неугомонных чаек.