Темный Лес и Светлая Девушка

В темноте, будто два фонарика, оранжевым пламенем сияли глаза. Глаза ее спутника. — МАМОЧКИ!.. — заорала Николь, забившись в руках парня в попытке освободиться. Ей это легко удалось, и она шлепнулась на пол, поспешив отползти прочь. Ей стоило бы побеспокоиться о сохранности своей раненой конечности, но сейчас страх заставлял забыть о боли и думать только о том, что будет дальше. А она уже было подумала, что спасется... Хотя, похоже, юноша пока не бросался на нее с намерением разодрать на тряпочки, а только медленно, выставив вперед руки, приближался к ней с выражением удивления и даже легкого испуга на лице. Похоже, он еще что-то говорил, но Ник не могла и не хотела разбирать, что именно. А когда она заметила еще что-то темное, крадучись приближавшееся по потолку к ее спутнику, девушка не выдержала и потеряла сознание. Очнулась Николь снова на руках. Спустя некоторое время она окончательно пришла в себя и ощутила, что больная нога была все еще больной. Но все же она все еще БЫЛА, и это радовало, пусть и напоминало о себе болью. Пока Ник не спешила открывать глаза, да и вообще подавать признаки жизни. Она различила неразборчивое, еле слышное бормотание, и по знакомому голосу поняла, что это был все тот же человек (если это, конечно, был человек). Посторонних звуков не слышалось, и девушка даже осмелилась предположить – «а может, я просто задремала, а там уже мое подсознание создало эту картину на почве стресса? На самом деле меня все так же тащит этот бедный человек, и глаза у него обычные, человековые?» Николь уже настолько успокоилась, что решилась взглянуть на лицо парня, но, открыв глаза, тут же снова со стоном в душе зажмурилась. В темноте сияли все те же фонарики, бросая отсветы на все, что было вокруг. А парень, похоже, даже не заметил, что девушка пришла в себя, и продолжал свой монолог. Вслушавшись, Ник все же смогла разобрать слова: – ...омок... ох, вот ведь истеричка, чуть глаз локтем не вышибла... а еще и эта штука, до сих пор болит... кошмар, что тут творится. Зачем я вообще сюда полез? Вернусь – меня точно прибьют... а эту куда девать?.. охх, черт побери, вот ведь жиробаска... Таких оскорблений не выдержала бы ни одна девушка, даже находящаяся на грани истерики, и Николь довольно громко возмутилась. Но, услышав удивленное «икушки, уже очнулись?», тут же пожалела, что зря выдала себя. Все же, Ник было страшно находиться рядом с ним, и в наступившей тишине ей было не по себе. – Раз уж на то пошло, давай договоримся, – первым диалог начал он, и спокойный голос заставил Ник вздрогнуть от неожиданности. – Ты не будешь истерить и бить меня, и я не буду делать этого же с тобой до конца пути. – Хорошо... – виновато прошептала девушка. – Если захочешь, – продолжал он, – то, когда выберемся, можешь убежать далеко и звонко – препятствовать не буду. По рукам? – Уррррррр... – ответил живот Ник за хозяйку, заставив ту виновато отвести взгляд. – Да-да, только меня не ешь. – девушка не видела лица своего спутника, но по голосу понимала, что он улыбается. – Кажется, я почти нашел выход. Надеюсь, не так, как пятнадцать минут назад.