То не ветер гонит меня по городу

Инженер всегда был человеком нервным. В последние дни эта тенденция усилилась. Он помнил, как бывший лидер банды «Железные рукава», а ныне президент Григорий Стрельников поднимался в самолёт. Первому лицу государства требовалось нанести визит в одну из сопредельных стран. Как Инженер жалел, что не сможет полететь вместе с человеком, который стал ему столь близок! Проводил взглядом фигуру Стрельникова, не спеша делавшего шаги по трапу и постепенно скрывающегося в чреве серебристой авиамашины. Григорий предупреждал, что его миссия может затянуться надолго. Уже прошло три дня. Просмотр новостей и чтение газет – вот нынешний досуг Инженера. Отчего-то ни слуху ни духу о президенте. Поддавшись волнению и бессоннице, он решает пройтись по улице. Стоит ноябрь, темнеет рано, но ещё нет снега. Наплевать, что завтра предстоит ранний подъём и тяжелый день в НИИ. Может, прогулка успокоит сердце и душу? Километра три, наверное, уже за плечами. - Здорово, отец, - ещё пару секунд Инженер стоит, вжав голову в плечи, будто черепаха в панцире, и пытается понять, не послышалось ли ему. Но оглядывается на источник звука. - Ты приехал уже, что ли? Но как – дорога длинная, не предупредил… - начинает привычно бормотать Инженер, увидев перед собой Григория. Выглядит Стрельников очень плохо: осунулся, побледнел. - Как говорят американцы, меньше слов, больше дела. У нас есть два часа, чтобы побыть наедине друг с другом. - Устал, наверное, бедный, после встречи-то? Они как, тебя измучили? - Бывали на моём веку дни и похуже. Не будем про это разглагольствовать. Идём. Звёзды напоминают прорехи на небесном ночном одеяле. Ветер так и норовит забраться под воротник. Но, как видит Инженер, президента это не слишком беспокоит. «Наверное, он всё же думает о других, более важных проблемах. Просто хочет, чтобы я не слишком переживал. А я переживаю…», - думает собеседник Стрельникова. Смешно подумать, что когда-то они были злейшими врагами, и каждый из них мечтал об уничтожении другого. Григорий изредка бросает реплику, на которую отвечает Инженер, но сегодня приятнее вместе помолчать. Для длинных бесед ещё найдётся время. Река опасна, если в неё погрузиться сейчас. Даже исключая легенды о водяных и русалках, менингит заработать можно. - Помнишь, отец, как меня с того света вытащил? – президент указывает на водную гладь, в которой ныне отражается только луна. Инженер кивает. Забудешь тут. Всё ведь кардинально изменилось, когда он стал относиться к главному недругу философски. А главное, разбудил в себе уснувшую человечность. Конечно, если бы он дал Стрельникову умереть, чёткие пацанчики, среди которых сын главаря, разорвали бы Инженера на сотню маленьких служащих НИИ. Но милосердие пересилило месть. Не только из-за страха расстаться с жизнью он спас Григория. - Я совсем другой с той минуты стал, - слышен баритон президента. Звучит так, будто он пытается извиниться перед Инженером, но в нём – Стрельникове – ещё живёт прошлый лидер из тех времён, когда страдать было не к лицу. Он ни разу не ошибся с названием своей банды, вернее, теперь уже партии. Да, глава государства по-прежнему в глазах общественности должен оставаться человеком без слабостей. Но что ему мешает, думает Инженер, сейчас на время сбросить груз морального железа, побыть простым смертным, признающим свои ошибки? В его собственной кисти ладонь Григория кажется почти невесомой. Полная противоположность тяжёлой деснице Командора из трагедии Пушкина «Каменный гость». - Чай будешь, отец? - Не откажусь. Инженер не желает замечать, что они снова рядом с центрами кипения ночной жизни города. Кляксами расплываются неоновые вывески. Здесь он всегда чувствовал себя как воробей, залетевший в тир, но рядом с президентом не было мыслей о неловкости или страхе. Только обжигающий напиток из картонного стакана отключает ощущения, что бытие есть сон. Просто смотрится слишком хорошо для реальности. Прежний идеализм на нуле. Подсознание подсказывает: будет ещё много счастливых встреч со Стрельниковым, а эта – не повторится. Воздух пышет экзистенциализмом и даёт быть самим собой. Никаких непониманий и разногласий. - Моё время на исходе, - шепчет Григорий. – Провожу тебя до дома? - Пойдём, - с той поры нет покоя, сердце Инженера пропускает тревожный удар. Ну прямо как мотор, вышедший из строя. – Когда теперь? В декабре увидимся, в первых числах хотя бы? - Не получится. Потом. Всё поймёшь, ты неглупый. Дело своё знаешь. Если решение какое-то захочешь принять, ничего не бойся. Ты в НИИ главный. Сила в тебе нерастраченная. С чего бы это президент читает ему инструкции? Не то чтобы те были лишними, но звучит подозрительно. - Бывай, - что-то оказывается у Инженера в руке. Приглядевшись внимательнее, он видит часы хорошей марки. Стрельников удаляется чересчур быстро. И нет сил спросить, по какому поводу столь дорогой подарок. Вечером после работы Инженер, зайдя в свою квартиру, включает телевизор. - Экстренный выпуск новостей, - говорит ведущий в очках, имени которого глава НИИ не помнит. – Президент нашего государства, Григорий Константинович Стрельников, найден мёртвым в гостиничном номере страны N, куда он нанёс визит. По данным судмедэкспертов, смерть наступила день назад. Всё это время Стрельников не покидал места прибытия. Инженер понимает: «Я был прав. Больше не будет такого», бросает взгляд на наручные часы и осознаёт, что те остановились.