Эффект бабочки: Зазеркалье

Долгие годы в жизни Ифаня была черная полоса: несколько попыток построить свое дело заканчивались оглушительным провалом, ибо не было у него деловой хватки. Сдавшись, Ифань устроился официантом в ближайшую кафешку. Но не прошло и полгода, как он уже был готов сдаться окончательно, ведь не о такой жизни он мечтал и не для этого получал диплом экономиста. Разбив зеркало в ванной, Ифань взял самый большой осколок, желая порезать вены. Вдоль. И бесповоротно. Но рука его замерла в миллиметре от запястья... Потому что его же отражение в осколке смеялось над ним... Разбитое зеркало открыло проход между мирами, теперь Ифань в каждом зеркале видел Криса. Того, кто в ином мире, обладал всеми теми качествами, которыми не обладал Ифань в этом. В частности, деловыми нюхом и хваткой. Уже через год Ифань стал долларовым миллионером, потому что во всем слушался Криса. И Ифань считал, что его жизнь удалась. Но так было до тех пор, пока он не встретил Хуана Цзытао - начинающего актера и своего истинного омегу. Красивого, роскошного, дерзкого, но игривого и во всем идеального. Теперь Ифань понимал, что без Цзытао, его жизнь была неполной. Но о его любви и их отношениях знал лишь Крис, потому что остальным Ифань признаться боялся: у Цзытао и так не было отбоя от поклонников разного статуса и достатка, и афишировать их чувства было чревато. Однако Крис в Зазеркалье становился все мрачнее день ото дня, и Ифань не понимал причин. Правду ему открыл сам Крис: в его измерении Хуан Цзытао так и не родился, его омма сделал аборт. Это значило лишь одно - для Криса Ву не было истинного омеги, и сам Цзытао воплощает в себе все качества, которые должны были быть разделены на двоих. Ифань искренне сочувствовал своему «брату», пока Крис не потребовал плату за свои услуги советчика и консультанта в вопросах бизнеса: вытолкнуть Цзытао в его измерение через любое водное отражение. Ифань долго не мог принять решения. Решив, что ни под каким предлогом он не отдаст Тао Крису, Ифань прямо сообщил об этом своему зеркальному двойнику. Как и ожидалось, Криса такой ответ только взбесил. - Да как ты смеешь?! – выкрикнул он. – Ты богат только благодаря мне, ты Тао встретил только тогда, когда попал в высшие круги общества, купив туда пропуск на мои деньги. И это твоя благодарность? - Он мой омега, - ответил Ифань, - его я тебе не отдам. И раз ты попрекаешь меня деньгами, то спасибо, больше в твоих советах не нуждаюсь. Долго вглядываясь в лицо Ифаня, словно ища, в них ответы на свои вопросы, Крис в итоге сказал: - Ладно, твоя взяла, - сквозь зубы выдал Крис, - но остаюсь я здесь только ради Тао. Я хочу, чтобы у него была обеспеченная жизнь. Стараясь не показывать Крису свою реакцию, Ифань облегченно выдохнул только тогда, когда он оказался в комнате без зеркальных поверхностей. Все же Ифань осознавал, что его благосостояние – это результат работы Криса и без него он сам пропадет. Отношения с Крисом остались дружескими. Ифань делился с ним всеми мыслями и переживаниями, продолжая прислушиваться к его мнению. Причем не только в делах бизнеса, но и обычной жизни. То же место для проведения рождественских праздников им подсказал Крис: он руководствовался тем, что в его мире нет хуже места, чем Мальдивы. Вдохновленный словами Криса и уверениями туристических агентов, Ифань забронировал им с Тао целый дом прямо на берегу океана. По совету Криса Ифань предложил Тао отметить рождество не в доме перед телевизором, а в океане под светом Луны, расположив их праздничный стол на песчаном берегу. С радостью восприняв предложение супруга, Тао помогал тому организовывать их необычную встречу Рождества. Когда же часы пробили двенадцать, Ифань, уже разгоряченный алкоголем, побежал к океану и с разбегу прыгнул под воду. Тао стал волноваться, когда прошла уже минута, а супруг из-под воды так и не вынырнул. Бросившись к воде, Тао испуганно звал его: «Ифань!». Предположив, что тот мог удариться головой обо что-то на мелководье, Тао зашел в воду и стал ногами прощупывать дно. Поэтому, когда чужая ладонь схватила его за ногу, он вздрогнул от испуга и вскрикнул. Обернувшись, он увидел, как его супруг выныривает из воды и предстает перед ним. - Испугал? – спросил тот, потянувшись за поцелуем. Уйдя от чужих губ, Тао ударил Ифаня ладонью по груди и выдал: - Конечно! Я подумал, что ты умер, ударился обо что-то и... Договорить Тао не дали, прерывая его слова поцелуем. - Я жив, и я здесь с тобой. Просто… - начал он, неловко поглядывая вниз, - когда я прыгнул, с меня слетели шорты, и, видимо, посчитав, что что-то ярко-желтое - это еда, рыбина схватила их и понеслась прочь. Я попытался догнать ее и отобрать свою одежду, но, как понимаешь, неудачно. Опустив взгляд, Тао только тогда увидел, что Ифань действительно обнажен. Облегченно выдохнув, он сказал: - Иди в дом, там есть запасные. - Конечно, - ответил он, вновь целуя Тао. – Только ты в воду без меня не заходи, а-то мало ли что. - Хорошо, - согласился Тао, выходя на берег за Ифанем. Направляясь в дом, Ифань с трудом сдерживал улыбку, а в голове пульсировала лишь одна мысль: «Получилось». Оказавшись в спальне, тот легко нашел запасные плавательные шорты и направился в ванную. Встав перед зеркалом, он стал ждать, ведь понимал, что на той стороне сейчас отчаянно будут искать зеркала. - Что ты сделал?! – раздалось в пространстве ванной, когда альфа уже потерял надежду на беседу. Ухмыльнувшись, тот посмотрел в зеркало, где отражалась его испуганная копия в каком-то полуразрушенном доме. - Поменял нас местами, - ответил он, не собираясь тратить много времени на разговор: ведь его ждет Тао. – Ты глуп и наивен, Ифань, если считал, что я смирился с твоим отказом отдать мне Тао. Неужели ты правда верил, что я помогаю тебе просто так? Я обеспечивал себе хорошую жизнь. И на Мальдивы я тебя отправил потому, что именно в этом месте и в этот час открылся портал между мирами. Когда ты прыгнул в воду, я уже был в ней, но в своем мире, и нас затянуло в связывающий коридор. Ты вынырнул в моем мире, а я в твоем. - Я дождусь следующего такого коридора и верну все обратно! – кричал Ифань. - А ты можешь высчитать, когда и где это случится? – ехидно спросил Крис, намекая, что это он специалист в космической сфере. - Гад, - прошипел Ифань, понимая, что у него серьезные проблемы. - Кстати, - с тем же самодовольством продолжил Крис, - с работы я уволился, недвижимость всю продал, деньги отдал на благотворительность. Прилетев на Мальдивы, я порвал все свои документы, а на острове живут лишь аборигены, любящие человеческое мясо. Так что с материка тебя искать никто не будет, а то, сколько ты проживешь, зависит только от тебя. На возвращение можешь не рассчитывать, до расхождения наших миров остался час, и его я потрачу на то, чтобы как следует отлюбить своего омегу. Предвкушающе улыбнувшись, Крис направился на берег, настраивая себя на то, что нужно привыкать к новому имени.