Доча

Около четырех ночи, Дина разбудил вовсе не кошмар, и даже не чья-нибудь внезапная атака. А маленькие холодные пятки врезавшиеся ему в поясницу. Это было бы довольно тревожно, если бы не было так привычно. За те десять месяцев что Триша жила с ними это повторялось регулярно. Вначале, пока они еще таскались по мотелям она всегда спала с ним. Но тут очень кстати подвернулся бункер — Дин действительно очень не хотел продолжать вести кочевой образ жизни с пятилетней девочкой на заднем сиденье. Оставлять ее одну в ненадежных съемных комнатах или с малознакомыми людьми, — к счастью, она была внимательной малой и соблюдала все инструкции «на ура» — но и бросить все просто не мог. Уж точно не после чистилища. В обители Хранителей Знаний комнат было в достатке, так что у малышки имелась своя территория. Дин потратил несколько дней на превращение этого мрачноватого места в приемлемое для ребенка: покрасил стены, достал побольше ковров — а то еще не дай бог простынет, провел нормальный свет и кучу ночников — привет, детские страхи темноты. И судя по ее реакции ей нравилось там — ну еще бы, после мотелей то. Сэм, глядя на это зрелище, посмеиваясь назвал его прирожденной мамашей. — Эй-эй, Триш-с, все хорошо? — разворачиваясь хрипло спросил Дин. Она дважды слишком решительно кивнула: — Просто соскучилась, Пап. — Ну-ну, иди сюда. — Дин притянул девочку к себе и ласково поглаживая ее по спине, тихо запел «Hey Jude». Сколько бы лет ни прошло он прекрасно помнил эту песню и использовал ее в качестве колыбельной не реже своей мамы. Хороший способ вернуть малышку в царство снов (хороших снов). Хотя Сэму об этом знать не следовало. Дин знал что на самом деле Трише не дают спать, конечно же, кошмары. После того что случилось с ее матерью, тут вовсе нечему удивляться. Когда ему позвонили из службы опеки и сообщили что именно его имя значится в свидетельстве о рождении некой «Тришы Элли Карлсен», помимо шока его поразило сразу несколько вопросов: Как они ему дозвонились? Ну, тут ладно — все же это был едва ли ни самый старый из его номеров. Неужели это такая извращенная уловка и кто тварь додумавшаяся до этого? Что ему делать с этим ребенком? Почему он не узнал об этом раньше? Фамилия «Карлсен» не была незнакомой — лет шесть назад в Нью-Бритен штат Коннектикут, они охотились на шайку обнаглевших оборотней вместе с местной девицей-охотницей Рейчел, которая носила именно эту фамилию. Естественно Дин с ней переспал. Правда, как выяснилось, не без последствий. «Последствие» оказалось трогательно милым, зеленоглазым и кудрявым. Ему стоило всего раз увидеть это маленькое слезливое чудо, чтобы понять что он не намерен расставаться с ней уже никогда. И, пожалуй, именно поэтому они так усердно выясняли причину смерти Рейчел. От старых знакомых-охотников стало известно что она забросила охоту еще на первых месяцах беременности. И все эти годы не пыталась вернуться. Спокойно трудилась швеей в небольшой фирме, снимала квартиру, а по выходным гуляла в сквере вместе с дочуркой. Жизнь Яблочного Пирога во всей красе. И Дин и Сэм сходились мнениями в том, что ей просто аукнулось охотничье прошлое. Однако же! Кто бы мог подумать что ее застрелит малолетний перепуганный грабитель, влезший через окно. Абсолютный человек. Странная штука — жизнь. А малышка все это видела своими глазами, и сидела возле испускающей дух матери. Дин по собственному опыту знал насколько это ужасно, и от этого легче не становилось никому. Так как сам он заснуть уже не мог, Дин аккуратно поднялся с кровати, подоткнул Трише одеяло, и тихо ступая вышел в коридор. Обнаружив предсказуемо бодрстующего Кевина за столом, он отправился на кухню и принялся за приготовление кофе — настоящего кофе, а не привычных им всем помоев. *** После «весело» проведенного времени в гостях у Кроули, здесь, в странном древнем бункере Кевин в кои то веки почувствовал себя в безопасности. В частности потому что сюда не мог зайти даже Кас — ангел, могучее существо, а демоны и подавно. Это конечно не отменяло гнетущую тучу его работы, но теперь он хотя бы не вздрагивал при каждом шорохе (ну, не то чтобы совсем, но он пытается). Он уже в двадцать седьмой раз потерял суть повествования скрижали, когда заметил Дина. Тот вяло поздоровался и поплелся на кухню. По скромному мнению Кевина она походила скорее на морг, но не то чтобы его это волновало. Хотя Винчестеры — по крайней мере Дин — которые похоже нормальную кухню в последний раз видели когда-то никогда, были очень рады. Такой славной жизнью — тесно связанной со сверхъестественным дерьмом — Кевин жил только два года, и, честно, представить боялся какого прожить так всю свою жизнь. Когда после того как Винчестеры освободили его и других потенциальных пророков от Кроули, и он узнал что у Дина есть дочь, он сначала не поверил, а затем не знал смеяться ему или плакать за эту девчонку. Потому что, ну какому ребенку могло ТАК не повезти чтобы быть затянутым в водоворот этого дерьма в пять, черт возьми, лет?! И нет, это не камень в огорот Дина — то что видел Кевин было замечательным родительским отношением — но в конце то концов, ад и всю возьню с Кроули никто не отменяет. Кевин уже предвкушал тот момент когда малая будет стрелять лучше него. Заметив что его ядерный кофе закончился — кажется, уже в восьмой раз — он пошел за добавкой этого живительного напитка, который, наверное, уже насквозь пропитал его несчастный язык. Он ожидал увидеть там Дина. Чего он не ожидал, так это того, что попивая кофеёк тот с крайне суровым видом, будет смотреть ютубовские туториалы по заплетанию косичек. Кевин не хотел смеяться. Честно. В конце концов это отличное начинание — уделять здоровоореинтированое внимание своему ребенку, но сам факт по натуре своей был чертовски уморительным. И покажите ему хоть одного человека который смог бы удержаться на его месте. Хохотал он до слез и боли в животе, Дин уставился на него взглядом абсолютной ненависти, граничащей с обидой маленького котенка. *** По мнению Сэму, появление Триши в их жизни пошло Дину на пользу. Это, так сказать, сгладил некоторые острые углы. Например, он почти перестал пить, что самая настоящая невидаль. Сэм понимал что в частности это случилось потому что Дин в красках помнил что обычно происходило когда отец возвращался к ним пьяным. И Сэму вот совсем не представлялось чтобы Дин, даже напившийся в усмерть, мог причинить Трише хоть какой-то вред. Впрочем, ужасное мнение Дина о себе — тоже не новость. Малышка была удивительно не хлопотным ребенком, не то чтобы ему действительно было с чем сравнивать, но даже он мог это отметить. Она не капризничала, слушалась без лишних вопросов и безукоризненно соблюдала все меры предосторожности — достаточно было один раз объяснить ей концепцию этого мира. Поначалу она здорово отвлекала Дина от переживаний о Касе, затем о Сэме, и теперь снова о Касе. Который находился хрен пойми где превратившийся в человека, Дин несколько раз порывался отправится на его поиски, даже не имея понятия где искать. Когда он осознал что у Дина есть дочь — маленькая слишком отчаяно нуждающаяся в нем девочка — Сэм решил что ни за что не позволит своему идиоту-брату помереть в попытке запечатать ад. Малышка и так уже лишилась мамы, а потерять отца, особенно как раз тогда, когда он уже стал по настоящему родным человеком, было слишком гавенно даже для Винчестера. Еще его племянница обладала удивительной мудростью. Совсем не свойственной столь маленьким детишкам, видимо, именно это и называется «старой душой». Сэм видел в ней очень много от Дина. Глядя на нее, он мог с легкостью увидеть Дина в этом возрасте, даже при том что из тех времен он помнит только обрывочные элементы. Это согревало сердце. А застать этим утром Дина, очаровательно обучающего Тришу взбивать яйца вилкой, было сродни подарку. Причем ее светлые лохматые вьющиеся волосы были заплетены в две еще более лохматые косички. Сэм не сомневался что вскоре Дин научится делать это с непревзойденным мастерством. Неудержавшись, он втихаря несколько раз щелкнул их на телефон.