il primo

— Найл, я правда не понимаю, где, черт возьми, ты стоишь, потому что не понимаю даже то, где я, — прошипел в трубку Гарри, проклиная тот день, когда он согласился поехать в Ливерпуль, чёртов Ливерпуль, который он никогда не любил, с Найлом. Также он проклинал Зейна, который сейчас должен был быть на его месте, но, по счастливой случайности, у него была недельная годовщина (или что-то подобное) с очередной девушкой, которая, как уже предполагал Гарри, задержится максимум до конца этого месяца. — Просто иди к той остановке, куда мы приехали, боже правый, Гарри, — начал верещать в ответ Хоран, ждавший своего друга уже около десяти минут. Он даже отправил Стайлсу своё местоположение, но это нисколько не помогало ситуации, в которой оказались студенты. Футбольный матч закончился уже почти сорок минут назад, однако Найл вышел в туалет за несколько минут до окончания, оставляя не разбирающегося в футболе Гарри на трибуне одного, потому что «я хочу насладиться видом семнадцатого номера по максимуму, боже, Найл, я не для этого отдал Малику пятьдесят фунтов, я дойду сам, всё в порядке», что, как уже понял Хоран, было очень большой ошибкой. Их автобус на вокзал отбывал ровно через двадцать семь минут, а в планах блондина было еще зайти в небольшой магазинчик рядом со станцией, чтобы купить какую-то еду для поезда обратно домой, в Манчестер. — Ты правда думаешь, что я помню, откуда мы шли? — усмехнулся Стайлс, оглядываясь по сторонам в надежде найти хотя бы что-то знакомое, но уже стемнело, и это только усугубляло ситуацию, — кажется, я просто обошел стадион и стою непонятно где, серьезно, я вижу только забор, автобус за ним и кучу деревьев вокруг. — Отправляй координаты, иначе мы пойдем домой пешком, — вздохнул Найл. — Давай я попробую снова пройти этот чертов «Энфилд», хорошо? Я же где то рядом с главным входом, только его нужно найти, ага? — серьезно начал размышлять Гарри, успокаивая друга. И заодно себя, потому что если они опоздают на поезд, то они опоздают и на занятия, ведь следующий ближайший рейс отбывает из Ливерпуля лишь в девять утра. — Просто найдись, Стайлс, и я клянусь, что больше ты ни за что не пойдешь со мной куда-либо. Гарри рассмеялся и сбросил звонок, убирая телефон в передний карман своих черных узких джинсов и застегивая куртку до середины. На улице уже было темно, примерно десятью минутами позднее двадцати одного часа. Фонари светили достаточно ярко, освещая окрестности улицы вокруг стадиона, но Гарри лишь молился на то, чтобы встретить хотя бы одного человека, у которого можно было узнать что-либо. По пути на стадион он не особо смотрел по сторонам, о чём уже пожалел сотню раз, ведь он надеялся на Найла, который мог ориентироваться везде, абсолютно везде, серьезно. Хоран был его личным гидом уже три года, с тех пор, как они стали соседями по комнате в общежитии Манчестерского университета. Стайлс улыбнулся, вспоминая, как они съезжали на квартиру спустя всего лишь год, а лифт сломался именно в день их переезда. Тогда Хоран был готов даже ночевать на первом этаже комплекса, но только не нести их коробки и чемоданы на десятый этаж («Серьезно, почему мы не могли найти квартиру хотя бы на втором? А лучше на первом?»). Гарри прошел уже примерно метров тридцать, не встретив ни одного человека, что немного удивило его. Нахмурившись, он пошел вперед, подняв глаза вверх, прежде чем увидел белый свет фар, появившийся буквально из ниоткуда. А после резко упал на землю, проклиная сегодняшний день примерно в сотый раз. — Твою мать, парень, неужели тебя не учили смотреть вперёд, когда ты идёшь, — услышал он высокий голос, всё еще лежа на земле. Стайлс открыл глаз, закрыл их и снова открыл, и увидел перед собой лицо мужчины примерно тридцати лет, голубые глаза которого были ярче любого из тех фонарей, которые освещали улицу. В глазах всё еще немного плыло, и студент сожмурил их на несколько секунд. Мужчина всё еще стоял над ним, его лицо было обеспокоено, а брови нахмурены. Гарри сразу заметил его острые скулы, раздумывая, как глубоко можно порезать кожу, касаясь их. На лице его потенциального убийцы была щетина, которая идеально, просто идеально шла ему. Этот человек казался ему очень знакомым. Он молча, даже с неким раздражением протянул Стайлсу руку, помогая встать. Студент схватился за неё, пробормотав «спасибо», и сразу зашипел, опираясь на ногу, которая чертовски сильно болела. Опустив глаза вниз, он увидел, что его любимые джинсы порваны прямо на правой коленке, которая начала кровоточить. — Неужели, разъезжая на такой классной тачке, ты так и не научился включать, блять, фары до того, как собьешь кого-нибудь? — выплюнул Гарри, немного смутившись от того, как грубо это звучало. Но серьезно? Его подбили буквально на ровном месте, на пешеходной зоне, как ему казалось. — Слушай, да, я правда виноват. Обычно здесь не бывает людей, честно, ты первый, кого я встретил за год, — усмехнулся мужчина, — и первый, кого я сбил за семь лет вождения. — Кажется, мне стоит загадать желание, — пробормотал Стайлс, посмотрев в голубые глаза, в которых, кажется, он уже мог утонуть. Мужчина выглядел устало, на нём был большой черный худи, явно не подходящий по размеру, и такие же черные штаны с полосами «Adidas» по бокам. Глаза Стайлса загорелись, увидев на голове стоявшего напротив белую повязку, аккуратно убирающую длинные волосы цвета карамели. Определенно, он уже видел его. Только с расстояния примерно в двести метров, сидя на верхней трибуне, в то время как этот очаровательный убийца находился на зеленом газоне и являлся причиной, почему Гарри девяносто минут не отводил глаз от поля. Чёртов семнадцатый номер «Ливерпуля», — я Гарри, кстати, вдруг тебе будет интересно, — он протянул руку. Мужчина задумался, но позже пожал руку, — Луи. С твоим коленом всё нормально? По-моему оно выглядит паршиво, по правде говоря, — он кинул взгляд на ногу Гарри, — Давай я отвезу тебя до ближайшей больницы? Пожалуйста, это меньшее, что я могу сделать для тебя. — Не стоит. Но спасибо. Мой поезд примерно через час, не думаю, что на это есть время. Наверняка на вокзале есть аптека, всё в порядке. — Садись в машину, пожалуйста, позволь хотя бы подвести тебя до вокзала? Я не отстану, серьезно, моя совесть не позволит мне уснуть сегодня, зная, что ты будешь хромать по моей вине. Ну, ты в любом случае будешь хромать и еще раз, правда, прости пожалуйста, но дай мне возможность хотя бы как-то помочь тебе, — быстро проговорил Томлинсон. Стайлс смутился, ему стало немного не по себе от мысли, что он сядет в машину к известному футболисту, который, ко всему общему, сейчас выглядит просто сногсшибательно в этой мешковатой одежде, с мокрыми волосами, небольшими синяками под глазами и блеском в глазах. Его ноги выглядели боже, прекрасно, точно также, как и в тех до ужаса обтягивающих шортах на футбольном поле. Но, возможно Луи лучше ориентируется в Ливерпуле, чем он, и он поможет ему выбраться из этого непонятного места? Томлинсон кинул взгляд на машину, на черный Mercedes, и стойте, это новенький Maybach? Стайлс определенно был уверен в том, что не перепутал бы машину мечту ни с чем другим. Не дождавшись ответа, футболист открыл водительскую дверь и сел внутрь, на что Гарри удивленно поднял брови, но рассмеялся сам себе и пошел в сторону автомобиля. Он аккуратно сел внутрь, не хлопая дверью. — Ты не мог бы довезти меня до остановки? Я понятия не имею, где она, на самом деле, но это в десяти минутах ходьбы от главного входа. Вроде бы. И, пожалуйста, ты бы мог включить фары? Сразу? Думаю, нам не нужен кто то третий. Томлинсон усмехнулся, но кивнул и сразу включил фары, и, может ему показалось, но этот парень что, флиртует с ним? — Да, конечно, на сегодня хватит, — рассмеялся футболист, — ты определенно должен оставаться одним и единственным. — Люблю такое. И теперь со смелостью можно заявить, что Луи Томлинсон с мячом обращается лучше, чем водит машину, — ухмыльнулся Гарри, пытаясь достать свой телефон из кармана слишком узких джинсов, и он мысленно чертыхнулся, увидел его. Экран разбит, но чудом еще работает, ведь, как только Стайлс достал его, дисплей загорелся, и на нём появилось седьмое сообщение от Найла с текстом «пожалуйста Гарри ответь, ты козел, знаешь это? я не знаю что мне думать», а следом сразу же «блять стайлс найдись до того, как автобус уедет». — Так ты всё-таки узнал меня? Чёрт, я так надеялся остаться инкогнито, — засмеялся Луи, — мне стоит ждать огласку этого случая в прессе? — с осторожностью спросил он, на мгновение поворачивая голову в сторону Гарри. — Что? Нет, нет, серьезно. Я не собираюсь трубить во все СМИ, что нападающий «Ливерпуля» сбил болельщика «Манчестера», такой себе пиар бы вышел. Ты можешь не переживать, честно, ни что из этого не попадет в заголовки. Могу подписать что-то, если нужно, — на полном серьезе ответил Стайлс. Это было бы очень подло по отношению к футболисту, да и в его голове ни на секунду не появлялись подобные мысли. Томлинсон на самом деле подумал подобное? — Ты что, манкунианец? Фу, — скривился Томлинсон, — этот автомобиль не предназначен для подобных людей. — Я просто хочу позлить тебя, не переживай, — рассмеялся Гарри, — вот, кажется это та самая остановка, — Стайлс махнул рукой направо, — да, это точно она. Томлинсон аккуратно притормозил, не вынимая ключ зажигания. На остановке стоял лишь один молодой парень со светлыми волосами, нервно дергая ногой и оглядываясь по сторонам. Гарри повернулся к футболисту. — Хм, спасибо, Луи. Правда, огромное тебе спасибо за то, что подвёз. — Я думал, что ты скажешь «спасибо» за то, что я тебя сбил, — усмехнулся Томлинсон, — но это меньшее, что я мог сделать. Ты уверен, что не нужно в больницу? Черт, у меня даже нет аптечки, чтобы обработать твои раны, — Луи запустил руку в волосы, снимая повязку и убирая ее в дверцу, — ты точно в порядке? — В полном, ливерпулец. Честно. И не нужно никакой аптечки, я сам разберусь, всё нормально. — Тогда, хм, пока? — Пока, — кивнул Стайлс, открывая дверцу, которая оказалась заблокирована, — ты так не хочешь меня выпускать, а? Луи рассмеялся в голос, снимая блок, — конечно, ты же стал моим первым сегодня. Этот трофей я хочу оставить себе. Гарри улыбнулся, — думаю, часть меня останется с тобой в памяти, — он подмигнул футболисту, — пока, Луи. И спасибо. С этими словами Стайлс открыл дверь, молча покидая салон автомобиля, даже не заметив, как из кармана его куртки выпал небольшой желтый кошелёк. — Ещё увидимся, Гарри.