Глава 6.
30 апреля 2021 г., 08:42
Спустя три месяца приехал Ахмед. Я стояла после Валиде с мальчиками на руках. После меня стояли сестры Ахмеда, и лишь после них стояла Махфируз с шехзаде Баязетом. Катерина, которой дали имя Фатьма Бейназ. Девушка все еще была беременна и я вижу, что она меня побаивается. Пусть уж побаивается и не творит ничего ужасного.
— Султан Ахмед Хан Хазретлери. — произнес голос Рейхану аги.
В поко зашёл Ахмед и я отбросила мысли о Рейхане. Я знала, что он работает на братьев Гиреев, и у меня было пару идей как его подставить.
— Матушка, я приехал и с победой над Габсбургами и подарками для всех вас. — произнес Ахмед.
— Мне главное, что ты приехал живой, мой мальчик. — ответила ему Валиде.
После стояла я с близнецами.
— Повелитель, Аллах вознаградил нас двумя сыновьями. —произнесла я и подала ему Сулеймана.
— У вас на руках Сулейман, у меня Осман. — сказала я.
— Наше бесценное сокровище. — ответил мне Ахмед и поцеловал Сулеймана, а после отдал обратно мне на руки.
После он поприветствовал сестёр и подошёл к Махфируз.
— Повелитель, у вас родился ещё один сын. Это Баязет. — произнесла она нежным голосом и протянула мальчика Ахмеду.
Ахмед взял его на руки и мило улыбнулся, но очень быстро отдал его на руки Махфируз. После он подошёл к Фатьме Бейхан.
— Как наша девочка, Фатьма? — спросил Ахмед касаясь живота.
— Наш малыш в полном порядке, Повелитель. — хорошо ушла от темы Фатьма.
После мы разошлись по покоям, а вечером Повелитель позвал меня и Махфируз с детьми к себе.
Я взяла малышей и направилась к покоям, где уже была Махфируз со своими служанками.
— А ты, что здесь делаешь? Повелитель меня позвал к себе. — наехала на меня Махфируз.
— Он позвал тебя, только потому что хочет увидеть сына. — отсудила я её пыл, но девушка не собиралась сдаваться.
— Ты думаешь, что тебя хоть что-то сегодня ждёт. Видимо только разочарование, Малика-и-Джахан. — ехидно добавляет Махфируз.
Тут из покоев вышел Дервиш ага. Он так и не был повышен, а оставался Хранителем Покоев.
— Госпожи, Повелитель ожидает вас с детьми. — произнес он и поклонился.
Я же с гордой походкой зашла в покои держа на руках Османа. Сулейман был на руках у Менекше.
Мы с Махфируз зашли в покои и поклонились.
— Малика-и-Джахан, Махфируз. — поприветствовал нас Ахмед.
Мы кивнули ему и после Ахмед взял на руки близнецов.
— Вы напоминаете мне чинару. — произнесла я с улыбкой. — Ведь дети это наше будущее.
— Ты права, Малика. — ответил Ахмед и вручил мне обратно детей.
После ему на руки дали Баязета.
— Иншалла, Повелитель, шехзаде проживет долгую жизнь. — произнесла Махфируз.
— Иншалла. — ответили мы с Ахмедом вместе.
Она забрала своего шехзаде и мы собирались уходить.
— Малика, останься. — произнес он и я улыбнулась.
Вручив детей служанкам я издевательски улыбнулась Махфируз.
Когда все вышли я подошла к Ахмеду и поцеловала его.
— Моя любовь, как я соскучился. — произнес он мне.
— Я больше. — прошептала я ему.
Два дня принадлежали нам двоим. В субботу утром я с улыбкой отправилась в свои покои, когда меня огородили известием, что у Фатьмы Бейназ начались роды.
Я же не переодевалась и сразу же помчалась к покоям. Там уже собрался народ и среди них была и Махфируз. Я улыбнулась ей с издёвкой и стала ждать. Думаю даже если у неё родится мальчик, то мне ничего не угрожает.
Спустя три часа напряжённого ожидания вышла повитуха.
— Родился ещё один шехзаде. — произнесла женщина.
Лицо второй наложницы Повелителя померкло, а я вот я улыбалась.
— Готовьте праздник в гареме. Родился ещё один наследник. — проговорила я Дуду.
Меня дети не расстраивают, да и насколько я помню по истории два её сына умрут в младенческом возрасте.
Спустя полчаса состоялась церемония имянаречения.
— Твое имя Джихангир. Твое имя Джихангир. Твое имя Джихангир. — произнес Ахмед над мальчиком.
Я с улыбкой повесила на малыша амулет от сглаза.
— Пусть шехзаде Джихангир проживет долгую жизнь. — произнесла я.
— Иншалла, Малика. Иншалла. — произнес Ахмед.
В гареме был праздник на котором присутствовала и я. Мальчик не проживет и четырех лет, как впрочем и его брат Хасан. А вот дочь Фатьмы Абиде проживет достаточно долгую жизнь.
— Госпожа, у меня немного болит голова. Позвольте я пойду в свои покои. — обратилась я к Валиде.
— Иди, дочка. Я вижу, что ты устала. — ответила мне Валиде.
Она тоже выглядела уставшей, ведь малышки Сонай и Хюррем достаточно шумные.
Я же поклонилась ей и вышла. На самом деле, я планирую хорошенько припугнуть братьев Гиреев. Они не должны метить на Османский престол.
— Мелике, Менекше братья Гиреи здесь? — спросила я у девушек.
— Да, госпожа. — ответили девушки.
— Джанет калфа, Айше Султан донесли, где её жених? — спросила я у калфы.
— Уже. — ответила она мне.
Я улыбнулась. План шёл идеально. Я вышла в Мраморный Павильон, где уже на коленях сидели братья Гиреи.
— Снимите с них повязки. — приказала я.
С Мехмеда и Шахина сняли повязки и они смотрели прямо на меня.
—Ты!!! Кто ты такая, что смеешь захватывать ханзаде Крымского ханства?!! — закричал на меня Шахин.
Мехмед же молчал и слушал.
— Законная жена Султана Ахмеда, мать наследников престола. А вот, кто вы такие, что смеете претендовать на Оттоманскую Порту и убивать бывшего правителя? Рейхан ага, многое поведал мне. — ответила я им с сумасшедшей улыбкой.
Веревки на их шеях затягивались чуть туже.
— Узнаю, что кто-то из вас остался здесь и претендует на престол, то убью. А вот за тобой Мехмед уже выехала твоя невеста. Скажешь ей лишнего, то отрежу то, что уже не отрастёт. — произнесла я с той же улыбкой.
Мужчина кивнул мне и после я кивнула войнам. Они отошли от мужчин и я со служанками вышла из Мраморного Павильона.
Все прошло хорошо. Так пролетело четыре месяца. В покои ходила я и Фатьма. Махфируз не интересовала Ахмеда, а я на Фатьму не обращала внимание. Она не достойна быть моей соперницей.
Моя вторая беременность прошла хорошо и в 1606 году я родила мальчика Мурада. Фатьма же так пока и не смогла забеременнеть. Кроме нас двоих никто больше не посещал покои Ахмеда.
В 1607 году я родила ещё одного сына Касыма. Валиде не могла нарадоваться. У Ахмеда одни мальчики. Все было спокойно до 1608 года, когда была беременна я и Махфируз, про которую напомнила Валиде.
