Великая любовь Султана Ахмеда

Я помнила, что в 1617 году Ахмед умрёт и все эти года я следила за его здоровьем от чего порой получала шутки от него. Управившись с делами и встречами с женами Пашей я стояла на балконе и гладила живот. Беспокойство за Ахмеда все время было рядом со мной, а особенно из-за Шахназам. Девушки, которая привлекла внимание Ахмеда и долгое время ходила к нему в покои, и сейчас беременна. И рожать раньше ей, чем мне. На балкон зашёл Хаджи ага и Менекше калфа. — Госпожа, шехзаде Осман и шехзаде Хюсейн заболели. — подала голос Менекше. — Что с ними? — спросила я и обернулась. Они переглянулись между друг другом и склонили головы. Что-то мне это не нравится. — Говорите. — прикрикнула я на них. — Махфур хатун, главная лекарь говорит оспа. — приглушённым голосом сказал Хаджи. — Главного лекаря зовут Ягмур ага. — произнесла я сжав пальцы и оприкинув стакан с чаем вниз, а после побежала в покои сыновей. Я смотрела на Османа на расстоянии и давалась слезами. После побежала к Хюсейну на ходу дав приказ привести ко мне Махфур хатун. Хюсейн выглядел хуже и мне было жаль своих детей. — Рассказывайте, все что знаете о этой девушке. — приказала я своим слугам. — Махфур хатун, привезена четыре года назад из Грузии. Она из младшей ветви правящей династии и хорошо общается со своей родственницей Шахназам. — рассказал он. Я услышав имя своей соперницы все поняла и выбежала из покоев в сторону покоев этой грузинки. Забежав в покои я увидела Махфур и Шахназам. Девушка дала второй пощечину и Махфур лежала на полу. Я же залетела и «случайно» наступила на руку грузинки, а после дала сильную пощечину Шахназам. — Ты кто такая? Кто, что смеешь покушаться на шехзаде Османской империи? — закричала на неё я. — Я не виновна. Это все Махфур хатун. — произнесла девушка гордо смотря на меня. — Эта девушка неправильно истолковала мои слова, о том что я беспокоюсь о своем шехзаде и сделала смертельную глупость. — она говорила с уверенностью и мне даже захотелось ей верить. — Молись, чтобы у тебя была дочь. Родишь сына отправишься на плаху. — произнесла я и развернулась вышла из покоев. Махфур хатун, казнили перед всем гаремом. Я же ждала новостей от сыновей. Лишь утром мне пришла новость. Осман и Хюсейн отправились в царство Аллаха. Я в полной мере осознала боль Шаесте и Фатьмы. Спустя пару дней я поехала в Старый Дворец, где просматривала его и смотрела, что нужно отреставрировать. Я проходила по саду и гладила живот. — Конюшню нужно отреставрировать госпожа. Так же проблемы с поварами. — рассказывала главная калфа дворца Азарика хатун. — Валиде, а наша настоящая мама где-то тут? —спросила у меня Ханзаде. В поездку я взяла Ханзаде, Хатидже и Зейнеп. Пусть девочки с детства впитывают знания. — Да, Ханзаде. — ответила я ей и мне в голову тут же пришла идея. — Азарика калфа, прикажи Махфируз хатун придти. С ней хотят увидеться дочери. Женщина отклонилась, а мы с девочки остались в саду. Ханзаде и Хатидже стояли и нервничали. Они знали за что их мама находилась здесь, но не переставали её любить. Они её ещё немного помнят. Так спустя несколько минут показалась Махфируз. Она не утратила своей красоты, но вот в глазах я видела боль и обречённость. Подозвав девочек к себе я за спину убрала Зейнеп. — Ханзаде, Хатидже идите. — произнесла я и подтолкнула близняшек. — Ты же наша мама? — просила у Махфируз Хатидже. — Хатидже, Ханзаде. Девочки мои, я думала, что никогда вас не увижу. — произнесла Махфируз со слезами на глазах. Девушка изменилась я это видела и чувствовала. Девочки болтали с ней и у меня сжалось сердце. Они её любили и она их любила. — Азарика калфа, подготовь вещи Махфируз Хатидже кадын. Она возвращается во дворец. — произнесла я. — Спасибо, госпожа. — прокричали близняшки. Из-за моей спины вышла Зейнеп. — Госпожа, только не смейте настраивать девочек против братьев, сестёр и моей Валиде. — произнесла Зейнеп. — Как прикажете, султанша. — произнесла Махфируз и склонила голову. Я же не могла на неё смотреть, так как видела как она соскучилась по своим дочкам. Обратно я ехала уже не одна. Кроме Махфируз я забрала из Старого Дворца Азарику, и ещё двух девочек одиннадцати лет. Одна из них была очень милой десяти лет, а второй было двенадцать. Они вполне могут стать наложницам Мурада. Сердце ныло из-за Османа и Хюсейна. Сейчас же мне стоит поговорить с Мурадом, ведь он теперь наследник престола. Во дворец мы приехали уже вечером и я отправилась в покои, куда пригласила на ужин Мурада. Переодевшись в черное свободное платье я села у столика, где готовили еду. Через пятнадцать минут пришел Мурад. — Валиде, здравствуйте. Соболезную вам об утрате Османа и Хюсейна. — произнес мальчик и сам был грустным. — Спасибо, мой лев. — поблагодарила я сына и мы сели за небольшой стол и начали обед. За обедом мы кушали и общались, а к концу уже начала рассказывать о том, зачем я его пригласила. — Мой лев, ты же понимаешь что означает смерть Османа. Теперь ты наследник. — произнесла я и погладила его по щеке. — Я понимаю Валиде. — произнес мальчик. После небольшого разговора сын отправился в свои покои. Я же гладила живот. Пошел четвертый месяц беременности и я ждала родов. Впрочем Шахназам тоже ждала своих родов. В июле начались роды у Шахназам. Я сидела в покоях, вместе с младшими детьми Аттике, Фатьмой, Ибрагимом, Абдул Азизом и Камершах. Дети игрались и ели фрукты. Вечером к нам зашёл Ягмур ага. — Родился шехзаде, госпожа. — произнес он и я не сдержала слёзы. Нет, нет я надеялась, что это будет девочка. Будет девочка и я не пролью лишний раз кровь. — Мама, мама, ты почему грустная. У нас братик родился. — произнесла Атике. Ягмур ага вышел, а вошёл Хаджи ага. — Хаджи, ты знаешь что делать. — приказала я, а после обратилась к дочке. — Дело в том Атике, что эта женщина лезет в нашу семью и разрушает её, а такое не должно быть. — произнесла я дочери и погладила по щеке. Дочь кивнула мне и улыбнулась, а я пошла в покои Шахназам. На моих глазах задушили грузинку, которая сопротивлялась и кричала слова брани. Я же держала на руках её сына и он смотрел на меня своими голубыми глазами. — Твое имя Абдулла. Твое имя Абдулла. Твое имя Абдулла. — произнесла я и положила мальчика на кровать. Что же делать с мальчиком, который может быть соперником мальчикам? Взяв его на руки я пошла в свои покои и позвала всех детей, кроме младших, которые уже были в моих покоях. — Это ваш младший братик Абдулла. — произнесла я и укачивала мальчика. После подошли Шаесте и Фатьма. Женщины подарили малышу амулеты и я поняла. Этот малыш будет воспитываться мной. Ну, а через два месяца родила и я шехзаде Аллаэддина. В ноябре приехал Ахмед и я видела, что он здоров и счастлив. Что же, значит есть время для Мурада. Кстати о нём. В 1618 году Ахмед посылает его и Касыма в санджаки, что не делали уже много лет. Мурад был наместником в Манисе, а Касым в Конью. Я же за это время быстро собрала ему гарем из верных мне людей, как и Касыму. Ахмеду же я соврала, что Шахназам погибла при родах и он мне поверил. Также я поделилась с ним тем, что начала реставрацию Старого Дворца. Так и пролетело ещё четыре года.