Великая любовь Султана Ахмеда

Мехмед проснулся и заметил рядом прекрасную гурию, что так понравилась ему на танцах и вспомнил ночь с ней. Она была страстной и податливой, так что он получил удовольствие. Как он запомнил, что её имя Линдита, она албанка и ее имя означает рассвет. Сам он любовался девушкой. Она была по своему прекрасна и мила, даже красивее Латифы. Девушка заворочалась и Мехмед прикрыл глаза, думая что будет делать девушка. Сама же албанка открыла глаза и заметила, что Султан ещё спал. Она быстро поправила волосы и легла обратно ему на грудь. Девушка ощущала себя самой счастливой и была готова продлить это мгновение. — Проснулась, красавица? — раздался голос Мехмеда. — Подлого вам утра, Повелитель. — произнесла девушка с сильным акцентом. Хоть она и знала достаточно хорошо язык, но решила, что так она больше запомнится. Парень рассмеялся, а после обратился к девушке. — Значешь, что ты мне сейчас пожелала? — девушка покочала головой. — Всего самого плохо. — Я виновата. Слова спутала. — произнесла Линдита. — Давай завтракать. — произнес мальчик и они оделись и стали ждать пока слуги принесут завтрак. — Как ты попала во дворец? — спросил Мехмед у девушки. — Монголы вместе с османами напали на мое село и меня и трёх моих братьев привезли сюда. Насколько я знаю мой брат в вашем совете, а другой помощник главного янычара в корпусе. Третий же евнух в гареме Насуха Паши. Так мне рассказала Валиде, когда я спросила про братьев. — поделилась девушка. На её лице возникла улыбка, когда она рассказывала про тех, кто ей дорог. Мехмеду нравилась эта улыбка и он смотрел на девушку и так же заразительно улыбался. После они разговорились и девушка поделилась ещё несколькими рассказами от которых Мехмед хохотал. Так она осталась до вечера. А сегодня была среда. На утро четверга пара проснулась и на завтраке Мехмед произнёс. — Ты такая смеющаяся, такая красивая и умная. Я хочу, чтобы у тебя было особенное имя. Муаззез Бегим. Муаззез означает возвышенная, а Бегим это госпожа. — объяснил Мехмед девушке. — Очень красиво. — произнесла Муаззез Бегим хатун. — Имя Бегим красивое и я хотела бы, чтобы когда-нибудь наша дочь носила имя такое же красивое и великое. — произнесла она. — Это обязательно случится. — ответил он. — Хочешь дочь? — спросил он хитро. — Смотрите, Повелитель. — обратилась к нему девушка. — Сначала будет сын, потом дочь, а после ещё три-четыре мальчика, а уже после них и две девочки. — ответила Муаззез. — А у тебя большие планы. — произнес со смехом Мехмед. Уже через пару часов любви и разговоров девушка ушла. В гареме её уже ждали девушки, которым было любопытно узнать у новой фаворитки как ей Повелитель. — Линдита, какой он? — сразу же спросила её подруга Венера. — Он очень пылкий, видимо у него давно не было женщины. — произнесла она достаточно громко, видя Латифу. — Он очень интересный и много знает, а ещё он дал мне новые имена. — сказала девушка с улыбкой. — Как тебя теперь зовут? — спросила армянка Арфина. — Муаззез Бегим. Муаззез означает возвышенная, великая, а Бегим госпожа. — ответила девушка. Она наблюдала за Латифой и знала, что встала путь с которого сойдёт только одна. За ней была Валиде она знала, что женщина будет на её стороне, а вот Латифа могла похвастаться только родством с главным евнухом. И то, его как сказали девочки не было два дня. Сейчас Муаззез приняла решение плыть по течению. А Мехмед собирал собрание Пашей, где было признано что в поход Повелитель не отправится, пока у него не появится наследник.

шесть месяцев спустя.

Спустя шесть месяцев наступили роды Латифы. Я была на взводе и ходила по покоям. В её покоях находились целиком и полностью преданные мне люди. Как только родился ребенок Латифу задушат подушкой. Я лишь молюсь, что у меня внучка, ведь внука я ждала от Муаззез. Эта девушка тоже была беременна, но срок у неё меньше. Всего пять лун. В моих покоях так же находился Мехмед. Он полностью мне доверял и тем более я рядом с ним и он не подумает на меня в смерти девчонки. В покои постучались и мы с Мехмедом хором воскликнули: — Входите. В покои зашёл новый главный евнух Илай ага. В тот же день, когда я узнала о родстве между Хаджи и Латифой я сразу устранила евнуха. Он был мне очень дорог, но мне нужен преданный человек и им стал евнух, которого я спасла от рабства и он восхищается мной, и я для него истина в последней инстанции. — Госпожа, Латифа хатун родила мертвую девочку и сама умерла. — ответил Илай. Он заметил Мехмеда и поклонился ему. — Также Кадер хатун сегодня вызывала лекаря малышкам Зубейде и Пакизе Султан. — сказал он. — У девочек выявили оспу. Я ахнула как и Мехмед. — Моих детей ко мне сейчас же. Не выпускать их из покоев. — приказала я и девушки, стоявшие у двери тут же ринулись к классам, чтобы забрать детей. Я же выбежала из покоев и направилась к покоям Фатьмы, приказав, чтобы в них привели Махфируз и Шаесте. — Фатьма Бейназ, сейчас сюда придут Махфируз и Шаесте и тогда я все расскажу. — произнесла я на одном дыхании вваливаясь в её покои. — Как скажете госпожа. — произнесла с шоком девушка. В ногах сидела Абиде и Тулай, которым она судя по всему делала прически. — А кто у Латифы родился мальчик или девочка? — спросила Абиде. — Она родила мертвую девочку и сама после родов умерла. — ответила я девочке. В покои зашли Махфируз и Шаесте и застыли. Раньше все они были мне соперницами, а сейчас я переживаю за их дочерей. Ирония… — Девушки, вы сейчас после разговора запирание свои покои и никого не пускаете. Только служанку с едой, но и еду вам передать другие служанки, которые рядом с вами, а не с коридора. — произнесла я весьма серьезно сев на пуфик и подмяв под себя ноги. — Да, что случилось? Это связано с твоей мертвой внучкой? — спросила у меня Шаесте. Ах тыж я, пиз** дурная. Она же кашляла кровью пару раз. Почему я голову не включила. — Да. Латифа разнесла оспу во дворце. — произнесла я и все тут же ахнули. — Её уже подхватили Зубейда и Пакизе. Держите детей при себе и не пускайте на занятия. Пока эпидемия не уляжется во дворце, занятий не будет. — произнесла я. Мы кивнули друг другу, как в покои влетел Илай ага. — Валиде, Зубейда Султан и Пакизе Султан предстали перед Аллахом. Эмине Султан доставлена к лекарем, но они не выявили болезнь, но больна Кадер и она не отходит от близняшек. — произнес он на одном дыхании. — Отдышишь Илай. Я поняла тебя. — произнесла я и перевела взгляд на бывших соперниц. — Расходимся, бережем детей. — произнесла Шаесте и мы вышли из покоев Фатьмы. Так продолжалось ещё три месяца и 1622 год подходил к концу. В это же время начались роды Муаззез Бегим хатун. 10 декабря Муаззез разродилась сыном, которого Мехмед назвал в честь отца Ахмедом, заставив меня пролить слезу на имянаречении. Спустя три месяца он отправился на Багдад, оставив меня регентом государства. Я же сначала разгребла дела с дворцом. Мертвых от оспы просто скинули в Босфор, а вот мертвую Зекие мы похоронили с почестями. Махфируз же утонула в свадебных хлопотах Ханзаде и Хатидже Султан, чтобы не было больно. Как только Мехмед вернётся из похода, то отпразднуем тройную свадьбу. Зейнеп тоже выйдет замуж. Когда Мехмед уже ушел в поход выяснилось, что Муаззез снова беременна. Девушка после рождения сына помимо того, что стала султаншей, стала и Хасеки. Теперь ее полное имя Хасеки Муаззез Бегим Султан. Эмине Султан была отдана на воспитание Фатьме, но с ней сидели одновременно все три кадын. Мои же дети пережили оспу и никто не умер. После я разбиралась с внутренней политикой государства. Многие жалуются на большие налоги, в основном это торговцы, а не простые люди. У торговцев буквально на несколько акче снизили налог, а вот для обычных жителей прошло сильное снижение налогов и людям вздохнулось спокойно. Я же увеличила доход на дома разврата, что и принесло большой процент денег в казну и немного увеличила стоимость аренды места корабля в порту. Дела пошли в гору, а так и наступил 1623 год. Муаззез родила дочь, которую я назвала Хафсой. Так пролетело два года. На дворе 1625 год. Мехмед возвращается с расширением территории до Багдада, сокровищами и самое главное он живой.