Звонок с того света

— Лаура, солнце, спектакль закончился. Я приеду раньше, как и обещала. И этот вечер мы проведём друг с другом. Я так тебя люблю. Эти слова отдавались эхом в ее мыслях уже почти три года. В ее последний день на земле Лаура пообещала ей, что будет жить, ну как жить, существовать. Три года она жила по инерции. Работа, дом. А дома алкоголь и сигареты. Не было ей покоя все эти годы, огонёк в сердце потух и больше не загорался. Лаура как могла пыталась стереть этот день из памяти навсегда, но всякий раз оставаясь наедине она прокручивала его до мельчайших деталей. В один из дней холодного февраля в день, когда произошла беда, позвонили с очень странного номера. *Телефонный разговор* Очень долго молчали, такое ощущение, что оттуда где звонили, что-то горело. — Почему вы молчите? — Я слушала ваше дыхание, давно его не слышала. — Что? — Я уже давно не видела и не слышала людей. — Ладно, я не могу говорить. Лаура сбросила звонок. — Что это было? Странные цифры номера, интересно с какой страны звонили. Спросила Лаура вслух. Шатенка начала искать коды телефонов других стран, но ни одна цифра не подходила. Каждое слово в этом разговоре было странным, особенно звук огня, этот звук она ненавидела больше всего. Через месяц Лауре опять позвонили, она была как раз на работе и не смотря ответила на звонок. *Телефонный разговор* — Лаура Лукина слушаю. Опять это молчание, опять этот странный звук огня. — Я нашла вас, очень долго искала. — Кто вы? — Не важно, но я знаю, что мы знакомы. — Я так не думаю. Представьтесь пожалуйста. — Я пока не могу, вы еще причиняете себе боль. Лаура вновь скинула звонок. «Что ж это такое, кто-то шутит.» Шатенка посмотрела на фотографию и сказала: — Машенька мне плохо без тебя, как бы я хотела хоть на миг услышать твой голос, я виню себя. Слезы наворачивались на глазах, а переполнив их солёной водой стекала по щекам.

***

Сон был очень беспокойным, она ворочалась. В три часа ночи проснулась в холодном поту и слезах. Ей снилась Маша, ее Машенька. Как бы она хотела остаться в этом сне вместе с ней. Опять зазвонил телефон. — Да, кто это? — Мы с вами разговаривали днем. — Я прошу вас не звоните сюда больше. — Хорошо Лаура Альбертовна, до свидания. И звонок скинули. «Какой знакомый голос, интонация. Это точно кто-то из знакомых» Долгое время не звонили с этого номера. Лаура все гадала, чей же это был голос. Придя после работы, Лаура напилась. Это был уже 7 срыв за пару месяцев. Она пьёт уже неделю, опять воспоминания, от которых она старательно убегала вновь заполняли ее мысли.

***

10 февраля

Странное предчувствие было у Лауры весь день, она будто чувствовала, что случиться что-то страшное. Это было необъяснимо. Когда они с Машей утром уходили на работу, Лаура не хотела ее отпускать, и они с ней прощались так будто больше не увидеться, шатенка обнимала ее так словно это последний раз. Он и был последний. Поздним вечером Лауре позвонил полицейский. — Здравствуйте вы Лаура Лукина. — Да, с кем я говорю? — Следователь Петров Сергей Викторович — Что случилось? — Понимаете не могли бы вы подъехать к театру им. Рюминой, нужно будет кое-что уточнить. — Вы можете объяснить, что произошло. — Хорошо, театр загорелся и нужно приехать на опознание. — Я выезжаю. Эти 40 минут были адом, шатенка отгоняла страшные мысли прочь, но чем ближе она подходила к обгоревшему зданию театра, тем страшнее ей было. Жутко неприятный запах гари. К Лукиной сразу подошёл мужчина в форме. — Здравствуйте вы мне звонили. — Да, пройдемте за мной. Вы впечатлительная? — Эм… да вроде нет. Они подходили ближе к каретам скорой помощи, а за ними лежали люди, не выбравшиеся из пожара. Он поочерёдно приподнимал покрывала, которые накрывали трупы. С каждым новым, в сердце зарождалась надежда, что она жива. — Это последний, готовы? Лаура кивнула головой, он откинул ткань, слезы непроизвольно полились. В глазах потемнело, и она чуть не упала. Следователь подхватил ее. — Узнали? — Да, это Третьякова Мария Владимировна, она «выдохнула» … она моя подруга. Следователь начал заполнять бланк, а Машу начал увозить мед.персонал. Они погрузили ее на каталки, шатенка подошла опять. — Можно посмотреть еще раз, пожалуйста. Лукина аккуратно откинула ткань, накрывающую ее тело. — Машенька. Она опустила голову, и слеза упала на щеку Маше. Шатенка кончиками пальцев стёрла с щеки ее слезу. — Боже девочка моя, ты такая холодная. Прости, прошу прости меня. Зачем ты оставила меня, зачем? Лаура плакала над телом кареглазки.

***

Лаура уснула на диване, проснувшись услышала звонок. — Да. Закричала в телефон Лаура. — Лаурочка, зачем кричишь? Я не хотела тебя рассердить. «О нет, этого не может быть, это не она меня разыгрывают.» Пронеслось в мыслях шатенки. — Маша — это правды ты. Этого не может быть. — Ты же хотела на миг услышать мой голос. Я прошу не вини себя, ты не виновата. Зая, ты бы не успела. Я люблю тебя. — Нет, этого не может быть, Маша умерла, она задохнулась угарным газом. Плача говорила Лаура. — Милая прошу, не плачь, прошу. — Как такое возможно? Машенька я очень скучаю за тобой. Я люблю тебя. Телефон резко включился, шатенка стояла вся в слезах, отдышавшись она попыталась включить свой телефон, но он больше не работал. Прошел год с того звонка и четыре года со дня смерти Машеньки. Если любишь, то отпустишь, и Лаура отпустила ее и больше не тревожила.