Будешь ли ты...

– Мё-ё-ёрлин! Королевский слуга выпал из дверей и, немного пошатавшись, встал перед господином в ожидании «постирай мои вещи, отполируй доспехи, наточи меч, почисти конюшни и...» – Помоги мне сделать предложение Гвиневре. Мерлин натянул свою дежурную улыбку, но в сердце отдало болью. Давно пора было уже задвинуть свои желания подальше от этого глупого-слепого-и-слишком-чувствительного клубка мышц. – Конечно, сир! Что вам угодно? Артур хотел казаться уверенным, но в его блестевших глазах проглядывалось смущение. Неужели он до сих пор не понял, что от личного слуги ему ничего не удастся скрыть? – Я тут написал кое-что, речь... Признание! Или... Черт, Мерлин, заткнись и просто слушай. – Артур смерил взглядом молчавшего в трубочку слугу и взял в руки помятый листок. – Гвиневра, свет моей ночи... – Серьезность Мерлина начала сыпаться, но под суровым взглядом Артура улыбка предпочла не высовываться. – Гвиневра, все мои мысли о тебе одной, и все чего я хочу – просыпаться рядом с тобой. Будешь ли ты моей женой? – Так вы всё-таки любите поэзию, сир... – Я люблю Гвен, а это вышло случайно, Мерлин. Так, что ты думаешь? – Артур, для начала, нужно опуститься на одно колено. – Зачем королю опускаться на колено? – Если вы скажете так Гвен... – Понял. – Артур прикрыл глаза и опустился перед слугой. – Что дальше? – Ммм, Артур, ты забыл самое главное, – король непонимающе взглянул на него, – кольцо. Обручальное. – Не забыл. – Он вытащил из кармана маленькую темную коробочку и приоткрыл ее. Оттуда еле заметно сиял драгоценный металл. – Мерлин, будешь ли ты моей королевой? Мерлину показалось, что это просто он мысленно подставил свое имя и даже не изменился в лице. Артуру показалось, что так звучит даже лучше. – То есть... Влетевший в комнату Леон был ошарашен. Уголки его губ взлетели до висков, а брови – до самого неба. – Тебя не учили стучаться, Леон?! – Простите, мой король, вас не было на тренировке, и я подумал вдруг что-то... – Все в порядке. У нас... Репетиция. – Артур перевел взгляд на Мерлина, заставляя его сказать что-нибудь в оправдание. – Да, Артуру снова захотелось почитать стихи, но теперь еще и с актерской игрой! – Вставил сияющий Мерлин. – Тогда не смею вам мешать, милорд... – Леон вышел, прикрывая рот ладонью. Кажется, сегодня он снова выиграет рыцарский турнир на самую смешную историю об их короле. Артур дал слуге подзатыльник и запер дверь. На самом деле, Мерлину даже нравилось получать от Артура, ведь это тоже были его прикосновения. Без них он бы долго не протянул. Как и без этого взгляда, прожигавшего все его нутро прямо сейчас. – Мерлин, когда ты научишься запирать дверь? – Вы не просили... – Мерлин получил еще один подзатыльник, но в этот раз рука Артура будто задержалась на секунду дольше и прошлась по торчащим волосам. Король с тяжелым вздохом присел на кровать и сказал: «Почему это так сложно?», до конца не понимая, что именно было для него сложным. Мерлин оперся о колонну и скрестил руки. – Вообще-то, у вас хорошо получается. Я даже почти согласился... Артур посмотрел на него и нежно улыбнулся. Улыбка, за которую Мерлин готов постоянно рисковать своей жизнью. – Когда-нибудь обо мне напишут: «Он был слишком неравнодушен ко всем своим слугам и был готов жениться на каждом... Каждой». Мерлин тихо посмеялся и подошел к окну. Солнечный свет поджигал его глаза. – Камелот будет петь о вас как о самом приближенном к народу, самом отзывчивом, добром, и безнадежно великом короле. – Говорил Мерлин с плохо скрываемой грустью в голосе. Он почувствовал, что Артур подходил к нему ближе с каждым сказанным словом. – Что бы спел обо мне ты, Мерлин? – Прошептал он почти на ухо, которое тут же начало краснеть. Мерлин собрал все свое самообладание и выпалил: – Что ты был самым тупоголовым, заносчивым, упертым... – Он мог продолжать бесконечно, но ощутив королевский подбородок на своем плече, он стал постепенно затихать и закончил словами: –...Моим великим идиотом. – И все это было бы правдой.