Будешь?

Андрей постучал в дверь номера. Слишком уж угрюмый был этот отель. Посеревшие стены. Потолок в трещинах. А свет вообще будто вот вот погаснет. Зачем вообще было селиться сюда. Князев упёрся лбом в стену. Никто не открывал. Он попробовал снова.  — Миша, сука, открой ты уже! Хватит дуться! , — он ударил кулаком в дверь. — Надо поговорить! За стеной послышался наглый смешок. Затем шаги.  — О чём поговорить? , — Горшенёв был явно в неадеквате. Даже не видя его можно было понять, что он ухмыляется.  — Ты знаешь о чём. Открой уже.  — А не буду! , — он смеялся. — Я на тебя обиделся, Княже! Нехуй было орать на меня! , — Миша приложил ухо к двери. — Ну раз ты так настаиваешь. Замок щёлкнул. Дверь распахнулась. Горшок, в одних только грязных шортах, еле стоял на ногах, упёршись локтём в стену. Его глаза бегали со стороны в сторону, а рот растянулся в широкую улыбку. Андрей пристально посмотрел на коллегу. Он сразу понял, что Миша под наркотой, но решил промолчать об этом.  — Слушай, Мих, — Князь почесал затылок. — Ты прости, что я тогда наорал на тебя. Как то неправильно получилось. Я то, ну, тоже типа виноват. Горшенёв развернулся и, шатаясь, пошёл по направлению к столу, заваленному всяким хламом.  — Ты думаешь так легко попросишь у меня прощения? , — он кривлялся и пытался спародировать Князя. — " Миша, прости, я был не прав»…бу бу бу. Так просто всё не получится, — он опёрся ладонями на стол и опустил голову. — Будешь?  — Мих, прекращай, а. До добра это увлечение не доведёт. Подохн…  — Ты мне не ответил. Андрей резко замолчал. Он не знал, что на это ответить. Хотел ли он? Кто знает. Но в какой то момент он обнаружил себя сидящим на стуле и тупо смотрящим в потолок, пытаясь побороть головокружение. Всё плыло перед глазами, а мысли никак не могли собраться в кучу. Сколько времени прошло пока он так сидел? Вечности три?  — Сукааа.  — Чего орёшь, Княже? , — снова этот смех, но теперь какой то сдавленный, будто борящийся за воздух. Андрей с трудом опустил голову и увидел перед собой такого же обдолбанного Горшенёва. «Улыбается. Чего ты улыбаешься, блядь?». Сердце билось так, будто пробьёт грудную клетку. Вена на шее вздулась. В голове били барабаны. Горло будто кто то специально высушил.  — Миииш… — проскулил Князев. — Дай водички, а. У Горшенёва в голове мелькнула, как ему казалось, весьма остроумная идея. Он хитро улыбнулся и его глаза заблестели ещё больше. Приподнявшись и наклонившись вперед, будто собираясь что то шепнуть на ухо, он собрал всю слюну, которую удалось обнаружить во рту, и смачно плюнул Князеву в лицо.  — Ты вообще уже ахуел, сука? , — завопил Андрей, резко вскакивая и ударяя кулаком по столу. Горшок же откинулся на спинку стула и громко засмеялся. — Ведёшь себя как придурок последний!  — Да не горячись ты так, Андрюша. Чего ты так сердишься, м? Ну давай я вытру. Подойдя ближе и наклонившись к лицу Князева он высунул язык и провел им по щеке обиженного, слизывая свою слюну. Андрей брезгливо отклонился, но Миша резко схватил его за воротник и плотно прижал к спинке стула.  — Что ты блядь делаешь, а? , — Князев отворачивался, но это почти ничего не меняло. Горшенёв по очереди облизывал его щёки, потом резко остановился и внимательно посмотрел в глаза коллеги. Что то безумное было в этих тёмных глазах, будто две бездны, одновременно прекрасно, и одновременно так страшно туда смотреть. Тёплое дыхание из его открытого рта заставило кожу Князя покрыться мурашками, а волосы на затылке встать дыбом. Он не знал, что будет дальше. Что сделает Горшок. Накинется? Уйдёт? Пока он просто упирается своими костлявыми коленями в его ноги, но что дальше? Ударит? Поце… Но не успел он подумать, как губы Миши впились в его. Он старался держать глаза открытыми, пока Горшок целовал его, пытался как то сопротивляться, но его состояние подводило его. Князь обмяк и поддался. Он уже не мог противостоять. Разум помутился, а мышцы ослабли. Он выдохнул, сдаваясь. Горшенёв удобней сел на ноги Андрея и обхватил его шею руками, притягивая ближе к себе. Трудно сказать соображал ли он в тот момент. Действительно ли он хотел Князева? Или это было секундное желание? Понимал ли он вообще, что он сейчас делает? Похуй. Ему это нравилось. *** Миша повалил коллегу на кровать и быстрыми и неуклюжими движениями стал стягивать с него футболку.  — Боже мой, какой ты красивый, — прошептал он на ухо, сжимая ладонью шею Князя. Тот же, в свою очередь, уже и не пытался сопротивляться. Даже временами пытался чем то помочь, на что получал твердый отказ в виде удара по рукам. Всё плыло перед глазами Горшенёва и всё, что он мог увидеть это разгоряченное от возбуждения и дозы тело, всё покрывшееся капельками пота. Полностью принадлежащее ему тело. Он любовался им, пока Андрей лежал, отвернув голову в сторону и тяжело дыша. Миша сжал ладонь на шее сильнее, отчего тот недовольно застонал.  — Какой то ты овощ, Князев, — Горшок засмеялся.  — Заткнись, сука, — голова у Андрея ужасно кружилась, всё было будто в тумане. Ещё и эта чувствительность, от которой любое прикосновение обжигает и сводит с ума.  — Фу, как грубо, — Горшенёв сжал ладонь ещё сильнее, уже ближе к горлу. — Я накажу тебя за такое поведение. После этих слов он сильно укусил Князя за нежную кожу ключицы, оставляя глубокий, слегка кровоточащий след. Андрей застонал от боли и уткнулся носом в подушку, лежащую рядом. Миша стал опускаться ниже, то целуя, то покусывая, то просто выдыхая холодный воздух на горячую кожу. Рукой он всё ещё держал шею Князева, как бы желая показать, что имеет над ним власть. Будто это и так не было понятно. Опустившись уже слишком низко, чтобы отступать, он стал расстёгивать ремень на джинсах коллеги. Невооружённым взглядом было видно, что Андрей был возбуждён до предела и мог кончить от любого неосторожного касания. Поэтому Горшок решил не терять время и стянув штаны партнёра полностью, резко перевернул его, поставив на колени. Царапая ногтями спину Князева он потянулся к тумбочке за каким то жалким подобием лубриканта, трудно даже понять, что это вообще было.  — Только давай без пальцев, — промычал в подушку Андрей.  — Какой ты нетерпеливый. Миша намазал смазку и поднёс свой уже вставший член ближе к входу.  — Уверен?  — Да давай уже!  — Ну как хочешь. Ох, ну ты какой то уж слишком узкий. Князь издал громкий стон. Он сам не ожидал от себя такой бурной реакции, но видимо это было из-за наркотиков.  — Сука… — его дыхание сбилось окончательно, но сейчас полностью совпадало с темпом дыхания и движений Горшенёва. Тот наклонился ближе и сжал пальцами светлые волосы партнёра. С каждым новым толчком у обоих в голове мысли разлетались вдребезги и никто уже толком не соображал, что происходит. Да и зачем? Они полностью поддались ощущениям и не хотели ни о чём больше думать. Зачем забивать себе голову ненужным? Подходя к завершению и уже будучи готовым залить белой жидкостью всю кровать, Князев вцепился зубами в подушку, на которой лежал, и крепко сжал простынь так, что аж пальцы начали неметь. Он продолжал громко стонать, в то время как Миша издевательски смеялся. И его смех будто затмевал все возможные звуки. Всё во вселенной сошлось к этому смеху. По крайней мере, для Андрея уж точно. *** Было уже далеко за полночь, а Горшок всё так же лежал, тупо смотря на парня, лежащего рядом с ним. Разглядывал все царапины и укусы на его спине и перебирал тонкими пальцами светлые волосы. Он не хотел спать, ни капельки. Он уже потерял счёт времени, да, впрочем, Миша был бы и не против, если бы этот момент длился вечно.  — Княже, ты сейчас всю подушку обслюнявишь! , — Горшенёв наклонился ближе, но тот ничего не ответил. Только громко засопел и повернул голову в другую сторону. Горшок снова засмеялся и лёг на спину, пристально всматриваясь в белый, потрескавшийся потолок, наверное пытаясь разглядеть там яркие созвездия. *** Андрей резко поднялся и опёрся на локти. Только вставшее солнце светило прямо в окно. Оглянувшись вокруг он увидел спящего на полу Горшка и начал потихоньку вспоминать, что произошло вчера.  — Блядь, больше никогда не буду принимать наркоту.