Моя правда залечит все твои раны

Эл Лоулайт с детства страдал от депрессии. Ему было шесть, когда он лишился родителей - жестокие, безответственные люди, как их только земля носит? Ему едва исполнилось восемь, когда его забрали в Дом Вамми - приют для "особенных" детей. В этом самом приюте друзей у него никогда не было. Эл выглядел странно по мнению остальных: тощий и бледный, с растрёпанными чёрными волосами до плеч (стричься он отказался), молчаливый. Он был умнее остальных, ему завидовали, его ненавидели за это. Драки, постоянные оскорбления - вот к чему привык Эл, он даже не представлял, что с ним когда-нибудь заговорят по-другому. Сейчас Эл - лучший в мире детектив. Он сам немного удивлён, что получил этот титул так быстро, ему ведь всего двадцать четыре года. Он до сих пор не доверяет людям, боится сближаться, но конечно же, его мнения никто не спрашивал: как только в Японии объявился некий Кира - преступник, непонятно как убивающий заключённых в тюрьмах, - это дело поручили ему. Довольно скоро Эл, представившийся всем японским именем "Рьюзаки", заключил: - На данный момент главным подозреваемым является Ягами Лайт, сын шефа японской полиции Ягами Соичиро. Спустя некоторое время Рьюзаки лично познакомился с самим подозреваемым. Лучший школьник и студент Японии, хорошо воспитанный и умный парень с, чего греха таить, модельной внешностью: высокий шатен с идеальной загорелой кожей и светло-карими глазами. Ягами Лайт. Вероятно Кира. Любой на такое заявление ответил бы "бред!", но ведь невозможно знать наверняка. Проходили недели, расследование почти не сдвинулось с мёртвой точки, ведь гениальный детектив думал совершенно не о том. Мысли у него были только о Лайте, но не о его возможной причастности к делу. Эл понял: не стоило называть этого парня своим другом, ведь для сыщика он не друг... А что-то большее. Рьюзаки в теории был знаком с такой штукой, как любовь, но практика - совсем другое. Его никогда никто не любил, ни как друга, ни как... человека, поэтому Эл не знал, что делать. По вопросам личной жизни у него был полный крах и неудивительно - парень сам боялся своих чувств, боялся боли, которая может за ними последовать. Слишком свежи воспоминания о том, как его избивали почти до потери сознания, что ему говорили. "Как можно дружить с этим?! Ты в зеркало когда смотрел в последний раз?!" "Думаешь, ты лучше нас всех?! Слишком высоко себя ставишь!" "Даже твои собственные родители не хотели тебя видеть! Какого чёрта ты ещё здесь?!" "Скорее бы ты уже сдох!" Как же Эл хотел вырвать из себя все эмоции. Уничтожить. Срезать под корень. От них было слишком больно. А Лайт... Здесь не могло быть и малейшей надежды: во-первых, он скорее всего Кира; во-вторых, Эл не сомневался в гетеросексуальности лучшего студента всей Японии. Даже пытаться что-то сделать не стоило. Ещё несколько дней прошло так же: грустный Эл задумчиво таращился в монитор, совсем забыв о сне и даже о еде. Лайт замечал его подавленное состояние и однажды не выдержал. - Рьюзаки, что с тобой происходит? - довольно резко задал вопрос юноша. - Ты о чём? - Да об этом! - Ягами ткнул пальцем в компьютер, - Ты сидишь здесь уже несколько дней, ты перестал спать и мало ешь. Расследование стоит на месте, хотя ещё недавно ты клялся, что справедливость восторжествует! Ты ничерта не делаешь! Вот этого ему говорить не стоило, ведь недавно Эл прочитал в письме от директора ФБР примерно тоже самое. Ладно бы ещё он, но слышать подобное от того, кто совсем недавно школу окончил... - Ай! - Лайта отбросило назад сильным ударом. Шатен хотел было возмутиться, но взглянул на старшего парня и испугался. И было чего бояться: обычно спокойный и сдержанный Рьюзаки сейчас вскочил с кресла, лицо его выражало такую ярость, будто Лайт по меньшей мере убил его близких у него на глазах. Всегда пустые чёрные глаза, казалось, прожигали насквозь даже сквозь упавшие на лицо длинные волосы. То, что произошло потом, Эл вспоминать не хотел. После этого на теле Лайта появились синяки и ссадины, и Рьюзаки был уверен, что теперь не увидит его больше, ведь парень пожалуется отцу, а тот устроит невесть что. Немного отойдя от гнева, Эл выключил компьютер и направился в свою комнату. Открыв ящик стола, он извлёк из-под кучи бумаг небольшой блестящий предмет. - Так по крайней мере будет безопаснее... По руке заструилась кровь. К апрелю руки Рьюзаки были сплошь покрыты порезами. Сам детектив тоже выглядел ужасно: спутанные волосы, тени под глазами стали ещё темнее, кожа - наоборот, светлее. Он не ел, поэтому одежда свисала с его тела. Создавалось впечатление, что парень при смерти. Однажды поздно вечером сыщик сидел в своей комнате. Очередное убийство, снова он виноват, ведь он нихрена не сделал. "Боже... Ну почему? Видимо, я не справлюсь. Может, стоит раскрыть всем своё имя и ждать смерти? В любом случае я ничего не могу сделать, хоть многое и указывает на Лайта. Бесполезно..." Он вновь взял лезвие. Снова на пол закапала кровь. И вдруг дверь открылась. - Рьюзаки... Рьюзаки!! Эл не сразу понял, кому принадлежал голос, но подняв голову, смог увидеть. На пороге застыл Ягами Лайт. Секунду спустя он пришёл в себя и рванулся куда-то, вскоре возвращаясь с аптечкой. Дрожащими руками он отыскал там бинты и ухватил Эла за запястье. Брюнет вскрикнул от боли, Лайт замер, а затем гораздо осторожнее взял его за руку и начал перевязывать раны. Когда с перевязкой было покончено, Рьюзаки спросил: - Зачем ты помог мне? - А тебя не удивило то, что я пришёл? - Лайт говорил совсем не злобно. - Это тоже... Я думал... - Думал, что я скажу отцу? Возможно, я бы сделал это, но... В общем, я понял, что ты бы без причин не сорвался. Я попытался выспросить у Ватари-сана, что с тобой могло случиться, почему ты мог так отреагировать. Он долго не хотел отвечать, но недавно всё же рассказал всё. Я хотел найти тебя и попросить прощения. - Но как же ты смог уломать Ватари? Он бы так просто не выдал эту информацию, особенно тем, кого я подозреваю. - Если честно... - студент явно смутился, - Я сказал, что беспокоюсь. И это правда, я очень волнуюсь. Ты плохо выглядишь... Эл почувствовал, что не может нормально дышать, к глазам подкатили слёзы и спустя секунду покатились по щекам. Он спрятал лицо в ладонях, тихо всхлипывая. Лайт взял с края кровати плед, придвинулся и сжал Эла в объятиях, набрасывая ткань ему на плечи. Рьюзаки обхватил его обеими руками, пытаясь прижаться как можно теснее. Так странно, так по-новому, так невероятно, но так тепло. Наконец-то холод начал отпускать тело... Ягами почувствовал, что сыщик успокаивается. Он наклонился и тихо шепнул ему: - Тебе нужно поспать. - Эл тут же вцепился в него, испугавшись, что сейчас его снова оставят одного, но Лайт погладил его по голове со словами: - Тише, не бойся... Я не уйду, я буду рядом... Детектив еле заметно кивнул и парень уложил его в постель, ложась рядом и снова обнимая. Вскоре Рьюзаки погрузился в беспокойный сон. Эла разбудил очередной кошмар. Он сел в постели, пытаясь восстановить дыхание, чувствуя на своих щеках слёзы. Проснулся и Лайт, притянул его к себе, обнял крепко и сказал: - Слушай, Рьюзаки... Ещё вчера я хотел с тобой поговорить, но тогда не получилось. Я хотел признаться в двух вещах, но перед этим очень прошу выслушать меня до конца. - Что такое? - слегка отодвинулся от него Эл. - Во-первых, я... Я люблю тебя. Я не жду взаимности, просто хочу, чтобы ты знал. А второе... В общем, Рьюзаки, ты был прав насчёт меня. - Ягами сел на край кровати, отвернувшись. - Ты был прав. Я Кира. Я готов рассказать всё, а дальше... Дальше делай что хочешь. Если захочешь меня казнить, я буду не против. Детектив был в шоке. Он никак не мог ожидать, что Лайт его полюбит, и уж тем более того, что он признает свою вину. Только вот... Отправлять его на казнь совсем не хотелось. - Расскажи, как ты убивал. И кто был Вторым Кирой? - попросил Рьюзаки. - Вторым Кирой была Аманэ Миса. А убивали мы... Это странная история. Как оказалось, кроме нашего мира существует ещё один, в нём обитают Боги Смерти. У каждого из них есть две Тетради Смерти, одну из которых Бог может отдать человеку. Если записать в такую тетрадь имя человека, зная при этом, как он выглядит, этот человек умрёт. Однажды я нашёл такую тетрадь и ко мне явился Шинигами по имени Рюк. Но со временем выяснилось, что тетрадь как-то странно влияет на владельца, я чувствую, что у меня едет крыша, но ничего не могу с этим сделать... У Мисы тоже есть такая Тетрадь и Шинигами Рэм. Эта самая Рэм может убить меня, если я не сделаю Мису счастливой, но я совсем не люблю её, поэтому... В общем, я лучше умру по твоей воле. Рьюзаки потрясённо буравил парня взглядом, не в силах вымолвить и слова. Казалось бы, преступник сознался, но... - Нет. - неожиданно выдал Эл. - Что? - Нет. Не собираюсь я отправлять тебя на эшафот, Лайт, ни за что. Но ты должен будешь сделать то, что я скажу. Во-первых, тебе нужно что-то сделать с Мисой, при этом избежав смерти от руки Рэм, я попытаюсь придумать способ. Во-вторых, ты должен будешь отказаться от Тетради Смерти, но прежде оставить, например, запись, где будет настоящая версия всех событий, так ты сможешь их вспомнить. Ты сделаешь это? Лайт удивлённо посмотрел на него, а затем вздохнул: - Да. Я больше не обману тебя. Эл приблизился к его лицу, заглядывая в глаза. - Спасибо. - сказал он и поцеловал Лайта. Следующим утром Эл приказал всем, кроме Лайта, покинуть штаб. Как только полицейские закончили удивляться и удалились, Рьюзаки натянул рукава кофты до кончиков пальцев и начал объяснять студенту свой план: - Помнишь, Миса говорила тебе, что Бога Смерти можно убить? Для этого он должен записать кого-то в Тетрадь Смерти с целью спасти другого человека. Если уж Рэм так привязалась к Мисе, её можно устранить таким образом. - Но как заставить её убить ради Мисы? Эл на несколько секунд замер, покусывая ноготь, а потом взглянул на Ягами полубезумными глазами: - Вот тут-то ты и поможешь мне, Кира. *** - Рьюзаки, почему мы должны сидеть в кустах? Не проще было на дерево залезть? - в очередной раз возмутился Лайт, которого постоянно кололи и царапали ветки. - Во-первых, нас там было бы видно. А во-вторых, ты бы туда даже не залез. - невозмутимо ответствовал тот. - А ты бы залез?! - Да, мне много раз приходилось это делать. И вообще хватит шуметь, Миса скоро должна прийти. - Да вон она, ваша Миса. - махнул когтистой лапой Рюк. - Кошмар, что за одежду иногда носят женщины... Миса и правда приближалась к месту встречи - беседке неподалёку, как и сказал ей Лайт. На ней было короткое платье с пышной юбкой, из-под которой при ходьбе иногда было видно нижнее бельё, корсет был затянут так, что Ягами задумался, как в этом можно дышать. На груди девушки висел большой крест. За моделью следовала высокая серая фигура - Рэм. Блондинка зашла в беседку и достала телефон, видимо собираясь позвонить Лайту, как вдруг по одной из дорожек к ней направился мужчина в чёрном деловом костюме. - Вы же модель Аманэ Миса, верно? - спросил он. - Да, - улыбнулась та. - Вы хотите автограф? Если да, то пожалуйста быстро, я жду своего парня, он должен скоро прийти и... - Парня? - глаза незнакомца тут же изменились со спокойных на безумные, покрасневшие, широко распахнутые. *** /Утром того же дня/ - А обязательно нужно, чтобы он ревновал Мису ко мне? - взвыл Лайт, - Я не хочу, чтобы это было связано со мной! - Лайт-кун, не сопротивляйся. - развернулся в кресле Эл, - Это довольно правдоподобно. Да и потом, это дело итак связанно с тобой. Ягами с трудом подавил желание стереть с лица Рьюзаки самодовольную ухмылку. Только не кулаком, а своими губами. - Вот ведь чёрт! А нельзя взять на эту роль какую-нибудь женщину? - Тебе мало своей нетрадиционной сексуальной ориентации, Кира? Тут под потолком расхохотался видимый теперь и детективу Рюк, до этого поглощавший яблоки: - Просто он хочет с кем-то разделить это горе! И я бы тебе не советовал его злить, Эл, наш юный гений бывает ужасен в гневе! - Ах ты..! - Лайт так обозвал Рюка, что тот изумлённо замолчал. - Ого, Лайт-кун, ты ещё и ругаться можешь. - восхитился Эл. - Видимо придётся дать тебе пару уроков хороших манер. - Да я сам тебе дам, вот только не уроки! - краснея от смущения и злости, зашипел Ягами. - Не сомневаюсь. Но это мы проверим позже. - мечтательно улыбнулся Рьюзаки, - Ну а сейчас изволь наконец записать то, что я сказал. *** Миса с ужасом наблюдала, как искажается от ярости лицо человека напротив. Он говорил о том, что именно он - самый преданный её поклонник, что он сделает всё, лишь бы она была с ним. - Нет! - взвизгнула девушка, - Не трогайте меня! ЛАЙТ!!! - Что ж, если так... Никому не достанешься... - в руке преступника уже был пистолет. - Миса! - хрипло выкрикнула Рэм, выхватывая свою Тетрадь и записывая нужное имя. Аманэ закричала, когда стоящий перед ней мужчина тяжело осел на землю, схватившись за сердце. Шинигами, бросив на Мису последний взгляд, рассыпалась в прах. Спустя полчаса Аманэ Миса с завязанными глазами и скрученными за спиной руками была доставлена в штаб и заперта в камере. - Аманэ-сан. - обратился к ней Эл. - Что вам нужно от меня?! - завопила в ответ девушка. - Отпустите меня, я должна увидеть Лайта!! - К моему сожалению, это невозможно. Вы оба с вероятностью 99,9 процента причастны к делу Киры. Ягами Лайт уже сознался. - То есть... - Его уже ведут на казнь, ты никак не сможешь это изменить. Если ты не выполнишь мой приказ, отправишься туда же. - Что?! Лайт... Нет! - Аманэ зарыдала во весь голос, так что Элу пришлось снять наушники. - Ну и громкая девица... - пожаловался он. Дождавшись, пока "громкая девица" успокоилась, Рьюзаки снова обратился к ней: - Твоё решение? - Что я должна сделать? - Ты должна отказаться от Тетради Смерти. В противном случае мне придётся поступить с тобой также, как с Лайтом. Девушка думала несколько секунд, а затем кивнула: - Хорошо... Я... Я отказываюсь от права владения Тетрадью Смерти. Наступила мёртвая тишина, которую вскоре нарушил испуганный визг Мисы: - Где я?! Что происходит?! В итоге модель отпустили, убедившись, что она действительно ничего не помнит. Эл предложил убить её, но Лайт запротестовал: - Всё равно она теперь не опасна, так зачем лишние жертвы? Ночью пришло время писать письмо самому себе, где была бы вся история. Лайту для его написания понадобилась помощь Эла, который также таскал ему чай, поскольку Ягами понемногу отключался. Как только с письмом было покончено, Лайт позвал Рюка. - Слушай, а если я откажусь от Тетради, ты всё ещё должен будешь меня убить? - спросил он. - Нет, в таком случае договор потеряет силу. Конечно, я смогу убить тебя, если захочу... - Шинигами выдержал паузу, а затем добавил: - Но знаешь, Ягами Лайт, за тобой интересно наблюдать. Как и за тобой, Эл Лоулайт. Ягами застыл, как громом поражённый, услышав настоящее имя Рьюзаки, а затем медленно обернулся к его обладателю. - Это правда. - улыбнулся тот. - Кстати, моё имя ты тоже забудешь, поэтому лучше запиши. Лайт выполнил просьбу. - Итак, Рюк... - обратился он к Богу Смерти, - Я отказываюсь от Тетради Смерти. - Что ж, прощай, Ягами Лайт. - холодная когтистая лапа легла на плечо, - Мне с тобой было очень весело. Лайт моргнул и уставился на Рьюзаки, вспоминая, что же произошло у них такого. В голове всплыл только разговор, где они признались друг другу в любви, а дальше - туман какой-то. - Прочти это. - протянул ему Рьюзаки какой-то лист бумаги. - Многое покажется тебе странным и невозможным, но всё было именно так. Студент взял листок и развернул его. Несколько минут он читал текст, написанный его же рукой, а потом, поднял глаза на детектива. - Неужели всё и правда так было, Рьюзаки? - Как бы парадоксально не звучало, но всё это - чистая правда. Предвосхищая твой вопрос: я не собираюсь сдавать тебя властям, даже несмотря на то, что ты был Кирой. Кстати, переверни листок, там записанно то, что тебе тоже нужно помнить. Шатен повиновался и увидел на обратной стороне письма имя: L Lawliet. У него даже сомнений не возникло, поэтому парень улыбнулся. - Спасибо тебе, Эл Лоулайт. - и притянул детектива к себе. Рюк, наблюдавший за парнями из мира Шинигами, хохотнул и, расправив чёрные крылья, отлетел от портала в человеческий мир. - Интересные же эти люди, без любви жить не могут.