Линии крови

Если у Изуку и оставалась какая-то надежда, то все было разрушено в тот момент, когда он услышал слово «исключен» из уст учителя Айзавы. Что он должен был делать? Не то чтобы кто-нибудь хотел ему помочь. Всем было бы все равно, если его исключат, поэтому очевидным решением было бы позволить ему, тому, у кого есть бесполезная причуда, потерпеть неудачу. К счастью, он был не последним на 50-метровом забеге. Этот странный парень, Минета, потратил больше всего времени. Очевидно, короткие ноги удерживали его позади, и Изуку был отчасти рад, что у него было столько опыта бегства от людей. Он действительно думал, что у него есть шанс, когда он не был последним в испытании на силу, в котором последнее место заняла девочка-невидимка по имени Хагакуре! Он был так рад, что мистер Шимура обучал его! Но во время прыжков в длину с места все пошло под откос. Он занял последнюю позицию. А затем он снова оказался на последнем месте в «Устойчивых прыжках вбок», что сделало его занявшим самую низкую позицию. Он устал. Его тело гудело от адреналина, когда он думал о том, что собирался сказать мистеру Цукаучи и мистеру Шимуре… и маме. Когда учитель Айзава начал последнее упражнение, Изуку просто стоял в стороне. Он надеялся увидеть, что делают другие. Если бы он только мог набрать несколько очков… но все же. У него были 2 из 20 шансов на ничью с Минетой или Хагакурэ. Это означало 18 из 20 шансов, что его действительно исключат. Он увидел скучающее лицо Айзавы, и у него заболела голова. Ему нужно было что-то сделать. Он не хотел сейчас проигрывать! Идея пришла, как только Урарака, если он правильно ее помнил, закончила бросок. Нет, он не должен. Не было никакой гарантии, что его не исключат. Это просто означало, что он не закончит тест. Было бы… плохо. Но… разве Айзава не сказал, что это тест причуд? Он должен использовать свою причуду. И получение причуды Урараки не снизит ее оценку, в конце концов, она уже сдала тест. Теперь, если он собирался сделать это, то не мог сказать ей. Он также не мог позволить Кацуки увидеть, как он это делает, поскольку тот уже знает, на что способен Изуку. Вот и все. Гончий Пес, вероятно, сказал бы, что это плохое решение. И Изуку знал это. Он слишком хорошо понимал. Даже зная, что он, очевидно, вернет ее причуду, он все равно что-то сделает с ее телом. То, на что он не имел права. Оно действительно того стоило? Делать что-то подобное только ради проигрыша с поднятой головой? Не похоже. Но также… если бы он ничего не сделал, это ничего бы не значило, если честно. Он действительно мог просто не делать этого и в любом случае смириться со своей потерей. Но небольшое эго внутри него зарычало, когда эта мысль пришла ему в голову. Это была его причуда, не так ли? С ней он сдал вступительный экзамен, не так ли? Директор Недзу не жаловался ни на одно из его действий. Когда он сказал это Гончему Псу, да, этот человек рассказал ему о последствиях своих поступков, которые можно было рассматривать как домогательство. — Герои не беспокоят невинных людей, Мидория, — голос гончего эхом отозвался в голове Изуку. Это противоречило бы логике даже того, чтобы быть одним из них. И Изуку знал, что он прав. Как только Урарака вернулась с испытания, он подошел к ней. По крайней мере, он мог попробовать, верно? — Э... прости меня, Урарака, верно? Она казалась сбитой с толку, но кивнула. — Поскольку ты уже закончила свой тест, хм, я… — было ли нормально чувствовать такое беспокойство? — Мне было интересно, могу ли я одолжить твою причуду. Он ждал, что она рассмеется, закричит, даже ударит его, но этого не произошло. Она просто выглядела смущенной. — Одолжить? Что ты имеешь в виду? — то, как она говорила… было так мило. Так вежливо. Никто никогда раньше не разговаривал с ним так, без ненависти или отвращения. По крайней мере, никто его возраста. — Видишь ли, м-моя сила позволяет мне красть причуды. Но я могу вернуть их, клянусь, ты можешь спросить То-Тодороки, если хочешь. — Это так здорово! — сказала она, улыбаясь. — Конечно! — Я, хм, — это только что случилось? Эта девушка поняла правильно? Кто в здравом уме согласился бы на такое? — Спасибо. Он взял ее руку и сделал то, что должен был сделать. Он действительно мог видеть передачу причуды, так как подушечки розовых пальцев Урараки стали окрашиваться в цвет кожи, в то время как подушечки его пальцев стали более розовыми. Означает ли это, что он приобретет черты мутанта, если украдет причуду мутанта? Значит ли это, что люди с причудами мутантов превратятся в обычных людей? Ему нужно было спросить Шоджи или, возможно, Ашидо, может ли он попробовать это. — Удачи! — сказал Урарака, пока Изуку шел к мячу. Изуку заметил скептическое выражение на лице Айзавы. Ему пришлось отвернуться, чтобы избежать этих судящих глаз. Было такое ощущение, что он даже не нравился учителю. И они даже не закончили первый день в школе! Изуку держал мяч, касаясь его всеми пятью пальцами. Он почувствовал, как мяч становится легче, когда того пожелал, и странное чувство ткнуло его в живот. Он бросил мяч как можно дальше, зная, что тот не упадет. Он ждал. Он вспомнил, что Урарака ждала секунд десять, прежде чем бесконечный результат появился на телефоне учителя. Он дождался девяти и затем отпустил мяч, как видел это ранее. Он не хотел заставлять ее чувствовать себя виноватой. — 751,2 метра, — сказал Айзава, и Изуку инстинктивно посмотрел на Кацуки. Он видел, как блондин кипит. Но это была единственная реакция мальчика.

***

Тошинори слегка улыбнулся. Он мог понять, почему Мидория был таким грустным. Он не видел всего, но то, что успел посмотреть… ну, по крайней мере, он прошел последнее испытание. На самом деле Айзава не мог исключить ребенка, поэтому он не волновался о его будущем, но ему нужно было сказать. Видя, как его ученик страдает, у него немного заболела грудь.

***

— Логическая уловка, — улыбка Айзавы была устрашающей, понял Изуку, но он был слишком счастлив, чтобы на самом деле волноваться. Он действительно начал думать, что было слишком много совпадений. Ему не могло так повезти. Что ж, это не могло быть чем-то большим, чем простым совпадением, так что он мог просто забыть об этом. Чего Изуку не ожидал, так это того, что будет так много людей, которые действительно захотят поговорить с ним о его причуде. В тот момент, когда он вошел в класс, его окружили люди и засыпали вопросами о том, как он смог имитировать причуду Урараки. И ему было неловко говорить, что он на самом деле не был уверен в ограничениях своей причуды. Он настолько не привык быть так близко к людям, что когда день наконец закончился, он почувствовал, что может спать целую неделю. Но это было определенно не плохо. Ему просто нужно время, чтобы привыкнуть к этому. — Увидимся завтра, Каччан, — он не мог не улыбнуться. Реакция Кацуки была просто потрясающей. Изуку не был уверен, что сказал что-нибудь не то, но... ну, если эго Каччана было таким большим, почему Изуку не мог позволить себе показать немного своего? — Прочь с дороги, Деку, — единственное, что он сказал, прежде чем ускорить шаг. Он почти испытал ностальгию, когда Изуку так называли. Почти. Это все еще было немного больно, тем более, что он действительно был бесполезен на тесте. Без Урараки… — Эй, хм, Деку? — крикнула девушка, подходя к нему, сопровождаемая Иидой. — Д-деку? — Изуку слегка покраснел, не зная, что сказать. — Да, разве это не твое имя? Бакуго только что сказал так. — Ой, хм, вообще-то ... — Кажется, это оскорбление, Урарака, — сказал Иида, поглаживая подбородок. — О… мне очень жаль! — сказала она и нервно засмеялась. — Но это звучит мило. Изуку улыбнулся. Возможно, Деку не было оскорблением. Когда разговор шел о причудах, на деле он был бесполезен без чужих причуд. Но это не делало его менее способным. Он все еще мог научиться драться. Он все еще мог помогать людям. Ради всего святого, он попал в UA. Он был здесь благодаря собственным заслугам. Кто знает, может, это имя ему понравится.