...И в самой петле улыбаясь

Итадори шел впереди всех. На улице стояла неистерпимая летняя жара, казалось, что воздух плавится, а деревья вот-вот загорятся. Цикады с каждой секундой напоминали о себе все больше и больше. Сзади Юджи, казалось, идет целая свита. Фушигуро, Кугисаки, Сатору... Все, кто были ему дороги, шли позади с удрученными лицами, словно попали под дождь, несмотря на жару. На глазах Юджи была белая повязка, руки были крепко стянуты бечевкой. За плечо кто-то цепко держался и подталкивал вперед. Казнь была назначена на полдень, в парке при магическом техникуме. Из всех возможных вариантов выбрали, почему-то, один из самых ужасных, и это-то в век технологий. Итак, верхушка техникума остановилась на гильотине, воздвигнув ее в парке. Итадори опустился на колени, вложив голову в холодное отверстие. Его руки дрожали, капли катились по щекам и из-за маски было неясно, слезы это или холодный пот. Солнце отражалось от вычищенного лезвия гильотины и слепило глаза. Может, оно и к лучшему. Сатору подошел к Итадори, осторожно стянул повязку с его глаз. Глаза Юджи были наполнены слезами. Он заговорил, немного вздрагивая и часто улыбаясь: - Учитель, я так рад, что смогу помочь всем вам и спасти вас! Если бы вы только знали, как я... Его голос вдруг оборвался. Он закрыл глаза. Слезы ринулись вниз водопадом, из груди вырвался горький и отчаянный крик. Но он продолжил: - Я... Ребята... - он метнул взгляд на Кугисаки и Мегуми. - Я счастлив, что вы живы. Не забывайте меня, хорошо? Фушигуро не смог ничего ответить, лишь опустил голову еще ниже. На сухой дорожке с тихим звоном показались две капли. Нобара прокричала: - Что ты такое говоришь?! Не смей умирать, слышишь... - она вдруг сорвалась с места и хотела было подбежать к Итадори, но Мегуми схватил ее за руку, притянул к себе и крепко держал в объятьях. По его щекам катились слезы, Нобара рыдала и пыталась вырваться, но вскоре беззвучно опустилась на землю. Сатору стоял перед Итадори. Он опустился на колени, снял повязку и проговорил почти шепотом: - Прости меня, Юджи. Его голубые глаза вдруг отразили всю боль и печаль, потускнели, будто на них наложили черно-белый фильтр. Юджи улыбнулся. Сквозь слезы, крики друзей. Он хотел жить, но знал, что не может. Он должен принять свой исход и быть тем, кто подарит покой всем. Но будут ли его друзья такими же, как прежде? Точно ли он подумал о них? Или он подумал только о себе? Это не имело значения. До казни оставалась ровно минута. Вдруг Фушигуро заговорил: - Я знал всегда, что ты живешь правильно. Твои понятия, убеждения и цели... Они... Всегда были оправданы. Прости, что не смог спасти тебя. Пр... - его голос дрогнул. Он уткнулся в плечо Кугисаки и всхлипнул. Итадори осталось жить каких-то десять секунд. Вся жизнь проносилась перед глазами. Вот он впервые увидел Мегуми на площадке у школы; впервые посетил магический техникум; вот он сражался вместе с Тодо в Сибуе; вот Нобара примеряла новую повязку для глаза; Сатору отнимал мороженое. Точно. Дедушка. «Я выполнил твое поручение, дед. Можешь быть спокоен, скоро встретимся». Гильотина издала режущий пространство звук и с треском обрушилась в рамку. Юджи не стало.