Завладеешь мной

      Школа для Трэвиса являлась настоящим глотком свободы.       Вы когда-нибудь находились под пристальным наблюдением двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю? Трэвис мог многое рассказать о такой жизни. Когда ты полностью зависишь от настроения отца, твое мнение воспринимается как нечто невразумительное, а любое желание автоматически клеймится неправильным, если не греховным. Твоя комната постоянно подвергается досмотру, в телефоне стоит приложение, отображающее местоположение на карте в режиме онлайн, да даже еду ты не вправе выбирать сам – отец знает лучше, что требуется его глупому чаду. Ребенок же вещь, несмышленое продолжение родителя, из которой можно лепить свою более идеальную копию.       Школа – все для Трэвиса. Здесь он мог не бояться надзирателей-охранников и слуг, докладывающих обо всем отцу, здесь он решал с кем дружить, открыто мог демонстрировать эмоции. Его личный райский уголок, которого он не собирался лишаться.       Когда Фелпс только пришел в класс средней школы и прощупал почву, он сразу решил, что Ларри Джонсон, во что бы то ни стало, будет его лучшим другом. Парень в то время общался с этой наглой сукой Эшли Кэмпбелл, но Трэвис был умнее. Он действовал постепенно. Сначала лестью, затем общими интересами, о которых поговоришь лишь в мужской компании, и, конечно же, безоговорочной поддержкой. Джонсон открылся ему полностью, чего не смогла добиться эта дура. Трэвис стал для Ларри подушкой, в которую тот мог выплакаться, самым благодарным слушателем и лучшим советчиком. Жалкие попытки Кэмпбелл влезть в их нерушимый тандем в какой-то момент были пресечены самим Джонсоном. Фелпса до сих пор грел тот потерянный взгляд побитой собаки у Эшли, смотрящий в удаляющуюся спину приятеля.       Как ни странно отец дружбу с Джонсоном младшим одобрил, даже по-хва-лил сына. Еще бы, близкие отношения с одной из влиятельнейших семьей города – идеальный выбор для Фелпсов, родоначальников Нокфелла.       Машина мягко остановилась у ворот школы, но Трэвис продолжал спокойно ждать. Разблокировка, тяжелые шаги снаружи и вот ему открывают дверь. Он выходит неторопливо, демонстративно медленно, зная, как это бесит стоящего возле машины охранника. На лице мужчины ни единой эмоции, хотя постукивающий по ручке двери палец говорит о многом. Фелпс любит подмечать такие неосознанные привычки – они никогда не обманывают.       Шум голосов ударил в уши. Парень поудобнее закинул на плечо рюкзак и двинулся вперед, не удостоив отцовскую прислугу словами прощания. Со всех сторон раздавались приветственные речи - появление Трэвиса не осталось без внимания. Ха. Подлизываться к школьной элите естественно во все времена – а вдруг на тебя обратят внимание?       Он никому не улыбался, предпочитая носить угрюмую маску. Так к нему меньше лезли. Ларри со временем тоже перенял у него этот стиль поведения, хотя липнуть к тому девушки не переставали.Красавчик, мать его. Не подумайте неправильно, Фелпс ему не завидовал, скорее, ревновал друга к той части жизни, на которую не мог повлиять.       Когда Трэвис осознал, что по мальчикам? Да все благодаря тому же Ларри и постыдным мокрым снам, память о которых он предпочел бы зарыть в самую глубокую могилу. Точнее, началось все со школьной раздевалки, где он в первый раз залип на фигуру Джонсона, хотя в те времена друг еще не фанател по спорту, предпочитая боксерским перчаткам кисточку и часовые валяния на кровати в наушниках. А дальше понеслось. Трэвис начал смотреть на своих одноклассников уже по-другому, с сексуальным интересом. И это был полный пиздец.Уединенные молитвы, покаяния в церкви, погружение в учебу и спорт, из-за чего в виде бонуса поднялась успеваемость – все лишь ненадолго отвлекало от грязных фантазий.Он пытался подавить свою испорченность самостоятельно, даже Ларри не догадывался о болезни лучшего друга. Про отца и говорить не стоит, Трэвис любил жизнь.       Дорога до класса математики на втором этаже оказалась слишком быстрой. Он чересчур ушел в себя. К парте Трэвиса мигом стекается его личная свита из трех парней, состоящих в футбольной команде. Не самых умных, да и держит их Фелпс подле себя не для интересных разговоров, а как бесплатную раб-силу. Им же перепадает от него статус и популярность. Все честно. Стандартное пожатие рук, парни делятся свежими сплетнями, гогочут с видео нарезки, где под бит пацан из соседней группы забавно шлепается на задницу от поставленной подножки.       - Так, чуваки, у меня есть вариант развлекухи, - Трэвис коварно улыбнулся и наклонился пониже к парте, продолжая шепотом, - вчера я узнал, что к нам переводится кто-то новенький. Делаем ставки.       - Да сто пудов телка, - широко зевнул один из парней, - сколько можно к нам пацанов принимать?       - А я вот думаю что не фартанет, - второй покачал головой, - или будет страшная как Мейпл, фу блять.       - Предлагаю вот что. Если девчонка – то норм, не трогать. Если парень – чморим до последнего, пока сам не сбежит в другое место.       - А не жестко это? Может нормальный чувак окажется… ну ок, - одноклассник словил от Трэвиса предупреждающий взгляд. – И то верно, учителя совсем ахренели к нам все время кого-то переводить. Класс не резиновый.       Фелпс довольно хлопнул того по плечу. Изначально в их группе набралось всего шестнадцать человек, поэтому чуть что, они первые, к кому школьное руководство распределяло новеньких.       Лишь бы не девчонка. В сложившейся благодаря долгим стараниям Фэлпса экосистеме нет места новым видам. Тем более женским особям, которые автоматом подпадут под неизменные чары Ларри Джонсона. Кстати, а где, собственно, носит его друга?       Трэвис достал из кармана телефон, врубая видеозвонок. Через секунд тридцать появилось изображение уха и хриплый голос Ларри из динамика:       - Бро, я проспал, прикинь. Будильник не завел.       Фелпс закатил глаза. Никогда такого не было и вот опять.       - Ко второму уроку хоть успеешь?       Джонсон все еще не заметил, что работает камера. Тыкнув в монитор, видимо переключаясь на громкоговорящий режим, он бросил мобильный на кровать.       - Не знаю, прикрой меня, если что, ладно?       - Ларри.       - Че?       - Ковыряться в носу вредно.       -Бля, - парень схватил телефон и, наконец, посмотрел в объектив, заценив ехидную физиономию друга. – Завидуй молча. Все, я пошел собираться.       - Давай, жду твою пятую точку.       Школа Нокфелл Хай спонсировалась сразу тремя влиятельными семьями города, от чего вид имела самый современный. Даже звонок здесь был не «звонок», а рингтоны поп-музыки, замиксованные радио-кружком и отобранные ежегодным голосованием. Вот и сейчас школьники разошлись по классам под свежий трек Адама Воркера.       Миссис Пакертон задерживалась.       По просьбе отца Трэвиса сажали в первых рядах, а с некоторых пор (наученные горьким опытом) еще и подальше от Джонсона. Ужасно неудобно. Парень угрюмо оглядел свою группу. Скучные. Пых – толстый, заторможенный пацан, - привычно уплетал второй завтрак на последнем ряду, свита Фэлпса у стены увлеченно строила какое-то сооружение из канцелярских товаров. Творческие придурки. Ненавистная сука Эшли Кэмпбелл о чем-то шушукалась со стремной Мейпл и ботаником Тоддом. Остальные либо пребывали в сонном анабиозе, либо втыкали в телефон.Дверь класса резко открылась, и Трэвису пришлось развернуться.       В легких как-то резко закончился воздух. Это шутка? Парень в шоке вытаращился на зашедшую за учителем девочку, не осознавая, что делает это с открытым ртом.       - Дети, давайте поприветствуем нового ученика, приехавшего к нам из Нью-Джерси. Салли, представься, пожалуйста, - миссис Пакертон мило улыбнулась и отошла к учительскому столу.       Фелпс не знал, смеяться ему или плакать.       В их школу теперь любых отбросов принимают?Это что за фриканутая анорексичка? У девочки явно не все дома, но почему преподаватель то ничего не говорит о ее внешнем виде? Собранные в два хвоста волосы, мать их, ярко-голубые! Далее по списку шли стилизованная толстая маска,закрывавшая лицо полностью, пирсинг в ушах, порванные в коленях темные джинсы, длинная водолазка черного цвета со смутно знакомым логотипом.Где-то Фелпс такой уже видел. В памяти всплыли картины из ужасов с психопатом-убийцей.Черт, комплект не дособран. Бензопилы не хватает.       - Всем привет, мое имя Сал Фишер, но можете называть и по прозвищу, данному в прошлой школе – Салли-Кромсали. Считаю его довольно забавным. Переехал с отцом несколько дней назад, поэтому ничего толком не знаю о городе. Если посоветуете какие-нибудь интересные места, буду благодарен. Надеюсь со всеми вами подружиться. На любые ваши вопросы готов ответить в любое свободное время.       Класс, кажется, резко стряхнул с себя полусонное состояние. Раздались громкие аплодисменты. Не хлопал только Фелпс.       Так стоп, стоп. Стоп. Эта мечта психиатрической клиники еще и ПАРЕНЬ?! Социальные нормы и установки, заботливо вложенные в Трэвиса религиозной семьей, твердили, что душу этого человека спасет только костер. Сам же Фелпс буквально пожирал глазами неформала.       Чокнутый идиот, с удивительно ровным голосом, косящий под бабу. Еще и ростом не вышел, ногти даже красит. Под маской он тамуродство прячет?       Трэвис понял что пропал. Как ни старайся, противно ему от одноклассника не становилось, скорее уж наоборот. Он испытывал чувство, похожее на восторг. Этот Сал, мать его, крут. Нет, он ахуительно крут.       - Салли, сядешь поближе, вот за Фэлпсом как раз свободное место есть.       - Да, миссис Пакертон, спасибо вам за заботу, - склонил голову Фишер.       - Какой воспитанный ребенок, - вздохнула женщина, - побольше бы таких.       Салли прошел за спину Трэвиса и беспечно бросил рюкзак на парту, а затем, у Фелпса аж зубы скрипнули, помахал рукой Эшли.       Они знакомы? Да что ж в этой девке такого особенного, что на ней свет клином сошелся?       Настроение вмиг испортилось. Долго рассматривать соседа без привлечения внимания он не мог, пришлось развернуться. Но он мог подслушивать, как Салли роется в своих вещах, достает пенал, подписывает тему урока под монотонный голос учительницы.       Как бы завязать разговор? Сесть к нему за стол во время ленча? Или пока понаблюдать? От Кэмпбелл избавиться сразу не получится, но это вопрос времени. Опыт есть. Решено, он так уж и быть покажет ему школу.       Трэвис вздрогнул, почувствовав, как чей-то палец тыкает его в плечо.       - Тебе просили передать, - тихо проговорил Салли и передал скомканный клочок бумаги.       - С-спасибо, - кашлянул Фелпс, убрав дрожь в голосе.       Он незаметно развернул листок, на котором был изображен человечек с отделенной от туловища головой и высунутым языком. Хвостики открыто говорили, о ком идет речь. Трэвис с ужасом опомнился. Недавний разговор полностью вылетел из его головы. Парни уже вошли в азарт, им уже не скажешь «отбой». Блять, что же он наделал?