Taffy Bishop

      — Привет, Сузаку.       — Нанналли? Что ты здесь делаешь? Тебя похитили? Как ты здесь оказалась? Где Лелуш? Прости Юфи, она не понимает, что делает!       — Сейчас врежу, — заметила Юфи.       — Если ты меня подкатишь поближе, то я и сама ему врежу, — согласилась Нанналли.       — Нельзя, он за решёткой. Охранники нас оставили, так что нам не откроют.       — А ты как ему врежешь?       — Кину чем-нибудь.       — Вам бы всё издеваться, — обиделся Сузаку. — Неужели вы правда не понимаете? У Зеро никогда ничего не получится против такой огромной и сильной Британнии! Вас всех убьют! Юфи, ты же британнская принцесса, у тебя были шансы выжить — если не что-то сделать. Но теперь у тебя их нет, Юфи! Но ты взрослый человек, ты сама можешь решать свою судьбу, но Нанналли! Зачем ты подставляешь под это Нанналли? И как это умудрился позволить Лелуш?       Юфи вздохнула.       Нанналли задумчиво спросила:       — Он правда считает, что ты взрослый человек и сама вольна выбирать свою судьбу, или это только слова?       Сузаку хотел заявить что-то ещё, но после этого вопроса озадаченно замолк.       Юфи пожала плечами.       — Не знаю. С одной стороны, он пошёл сюда за мной, а не побежал к Нелли. С другой стороны, больше таких поступков с его стороны не было. Ну… сама понимаешь.       Нанналли повернула голову так, чтобы в упор смотреть на Сузаку.       — Вы с братиком так похожи, — немного грустно сказала она. — Но братик уже учится мне доверять.       Некоторое время Сузаку молчал, но потом будто бы разозлился.       — Доверять? Нанналли, одно дело — вопрос доверия, а другое дело — вопрос жизни и смерти! Как Лелуш позволил тебе сюда прийти?       — Вероятно, он не хотел, чтобы нас убил отец, — с милой улыбкой сообщила Нанналли. — Британнцы ведь нас уже почти нашли… Ой, даже не знаю, как такое пришло ему в голову.       Сузаку нахмурился.       — И где же сейчас Лелуш? Почему со мной говоришь ты, а не он?       — Он в Китайской Федерации на задании Зеро. Ты же не думаешь, что мы будем просто так сидеть тут и питаться ресурсами Ордена?       Юфи фыркнула.       — Вероятно, он так и думал.       Хотя на самом деле ей только что пришла в голову мысль о том, что она сама ничего не делает для Лелуша и людей, которые её защищают.       — Не пытайтесь пробудить во мне совесть, у меня её нет.       Нанналли и Юфи синхронно фыркнули.       — Ой, да прямо.       — И не перебивайте меня. Лелуш в Китайской Федерации, а на кого он оставил Нанналли?       — На меня и на Карен.       Сузаку это не впечатлило.       — И что? Вы не знаете Зеро, он способен на всё! То есть, Карен, может, и знает Зеро — но вы обе ему подчинитесь, что бы он ни решил сделать! И у тебя, Юфи, вообще не будет выбора!       Юфи наклонилась к Нанналли и прошептала:       — Я чувствую себя Лелушем.       — Он всегда такой предсказуемый? — так же шёпотом спросила её Нанналли.       — Я раньше не пробовала, надо посмотреть.       — И что вы там шепчетесь?       — Да так, о своём, о девичьем, — улыбнулась ему Юфи.       — А ты не бойся, — ласково сказала ему Нанналли. — У братика есть гарантии, что Зеро меня не тронет.       — Да? И какие же?       — У Зеро есть сверхсекретный план, касающийся меня. В нём я не умираю и после войны живу хорошо. Поэтому братик согласен.       Юфи закатила глаза и вздохнула.       — И вы поверили Зеро?       — Да, ведь Юфи видела его лицо.       — Юфи! Неужели ты совсем не понимаешь, что делаешь? Ты не сможешь его этим шантажировать! Он убьёт тебя, и на этом всё!       Юфи и Нанналли синхронно вздохнули.       — Хорошего ты мнения о своей девушке, — невинно заметила Нанналли. — Мы-то имели в виду, что Юфи его знает.       Сузаку смутился.       — И ты доверяешь ему?       — Сузаку, — преувеличенно ласково сказала Юфи, — я десять раз всем сказала, что перешла на сторону Чёрных Рыцарей потому, что узнала, кто скрывается под маской. Наверное, из этого следует, что я ему нисколечко не доверяю и вообще терпеть его не могу?       Сузаку тяжело вздохнул.       — Да, глупый вопрос. Всё с тобой понятно. А Лелуш? Он доверяет ему?       — Очевидно, да.       Сузаку вздохнул ещё тяжелее.       — Мне очень надо встретиться с Лелушем.       — Зачем?       — Наорать на него с использованием нецензурной лексики, которую принцессам слышать не рекомендуется.       — Это непродуктивно, — спокойно ответила Юфи. — И бессмысленно.       — И я не позволю тебе ругаться на братика, — недовольно добавила Нанналли. — Братик и так много чего делает и очень устаёт, и ему не нужны всякие лишние… не очень умные, но упрямые существа.       Юфи не смогла скрыть улыбку.       Сузаку вздохнул снова.       — Нанналли, — умоляюще сказал он. — Я тоже тебя люблю. И я очень люблю твоего брата. Но и он, и Юфи совершают большую ошибку, доверяясь Зеро! Он жестокий, беспринципный, безжалостный убийца! Он не может дать никаких гарантий того, что ты с ним — и, тем более, без Лелуша — будешь в безопасности! Я не знаю, что он сделал с Лелушем, что Лелуш на это согласился — но, Нанналли, это правда ошибка! Ты можешь объяснить это Карен, она может помочь тебе сбежать! Я думаю, Лелуш рано или поздно поймёт, что Зеро нельзя доверять, и…       — Зеро спас тебе жизнь, — тихо заметила Юфи.       — И Тодо-сану, — добавила Нанналли. — И очень многим японцам. Неужели ты хотел бы отправить их на смерть?       — На войне всегда кто-то умирает, — бесцветно сказал Сузаку — Я всего лишь не хочу, чтобы это были вы.       — Лелуш тоже не хочет, — мягко сказала Юфи, хотя на самом деле у неё уже начало заканчиваться терпение. — Сузаку, он знает, что делает. И мы знаем. Мы все знаем, что делаем — кроме тебя. А ты сидишь в тюрьме и не делаешь ничего. И не знаешь ничего о других.       — Потому что ты не оставила мне выбора!       — Не кричи на мою сестру, — сказала Нанналли настолько угрожающе, насколько была способна.       — Я оставила тебе выбор, — твёрдо сказала Юфи, немного побледнев. — И ты его сделал и делаешь заново каждый раз, когда я с тобой разговариваю, ты делаешь его каждую минуту, каждую секунду, проведённую здесь.       Разговор начал заходить куда-то не туда, и все трое это понимали.       — Пошли, — сказала Нанналли. — Давайте мы все успокоимся, а потом продолжим друг с другом общаться.       Юфи очень тяжело вздохнула.       ***       — Половину из того, что ты слышала, Сузаку говорит мне каждый раз, — жаловалась Юфи, стараясь не плакать. — Мне каждый раз так плохо… И я вроде бы понимаю, почему он это говорит, я всё понимаю, но… почему он просто не может мне поверить, почему?       — Потому что он привык, что он должен о тебе заботиться и нести за тебя ответственность, — мягко, но очень грустно сказала Нанналли. — Он любит тебя, но он видит только опасность, которая тебе грозит. Он слишком любит тебя, чтобы увидеть что-то ещё.       Юфи всё-таки заплакала.       — Я понимаю, что он любит меня. Я его тоже люблю. Но… я всё чаще думаю о том, что я хочу с ним расстаться… Это как будто выбор между ним и Лелушем, но на самом деле этого выбора нет…       — Это выбор между твоей свободой и… ну, нет, я неправильно выразилась. Братик не даст тебе свободы, он тоже слишком любит тебя.       — Как Нелли.       — Да, она такая же. Но… смотри, это выбор между тем, чтобы… быть вечным ребёнком для Нелли или Сузаку, или быть взрослой, наверное.       Юфи нашла в себе силы и эмоции поразиться тому, как Нанналли формирует такие вещи.       Тому, как хорошо Нанналли понимала такие вещи, поражаться было довольно глупо.       — Я всю жизнь была ребёнком сестры, — всхлипнула она. — Да… будь она на месте Сузаку, она вела бы себя точно так же. У нас с Нелли… ну, ты знаешь, наша мать… Я всегда была ребёнком леди Марианны. И Нелли тоже, хотя она куда старше. Но леди Марианна погибла, и мы остались одни… И Нелли… Она всегда была лучшей сестрой на свете, но…       Юфи замолкла, не зная, как и что сказать, как выразить то, что она понимала и чувствовала.       — После смерти мамы Нелли осталась одна с тобой, а братик остался один со мной. И мы остались единственными, кто у них есть. Единственным, что у них есть.       — Да, именно…       Юфи сидела на полу, прислонившись к креслу Нанналли, и уже даже не вытирала слёзы.       — Когда-нибудь, возможно, мне тоже придётся сделать этот выбор, — грустно сказала Нанналли, гладя её по голове. — Тебе не обязательно расставаться с Сузаку, пока он там в тюрьме. И, пока он там в тюрьме, у тебя есть мой братик, который долго тебя не видел, который не видел, как ты росла и взрослела — и поэтому не воспринимает тебя как своего ребёнка. Он заботится о тебе, боится за тебя и многого тебе не позволит, но для него ты — человек, который имеет право на свой собственный выбор. Пользуйся этим, пока есть возможность.       — Я пользуюсь, — вздохнула Юфи. — Мне надо успокоиться. Здесь есть хоть что-нибудь сладкое?