Бег на месте

Доен просыпается раньше Джехена и, мягко выпутавшись из его объятий, идет в душ. Там он смывает с себя накопившийся жар под прохладной водой и после душа некоторое время стоит у стены, задумчиво вытирая волосы полотенцем. Джехен был красивым в любом состоянии, однако даже во сне казался ужасно напряженным и каким-то угрюмым. Он неосознанно хмурит лоб, и Доен садится на постель, чтобы разгладить кончиками пальцев морщинку, однако когда до цели оставалось пару сантиметров, Джехен неожиданно хватает его за запястье. Доен испуганно вздрагивает, а Джехен выглядит дезориентированным. Доен ласково произносит: - Джехен, это я. Все хорошо. Когда Джехен понимает, что происходит, то тяжело выдыхает. Он отпускает его запястье и сплетает их пальцы: - Прости. Прости, я тебя напугал... снова. Доен улыбается: - Все хорошо. Я в полном порядке. Тебе приснился плохой сон? Или я тебя напугал? - Нет. Вовсе нет, я... Он замолкает, стоит ему наткнуться на скептичный взгляд Доена. - Да, мне приснился плохой сон. Один и тот же сон снится уже почти десять лет. - Расскажешь? - Может, позже. Сейчас я хочу в душ. - Ладно. После душа Джехен выглядит куда более оживленным, и Доен смущенно отводит взгляд, когда тот заходит в комнату. Джехен усмехается, а затем, толкнув его на кровать, ложится сверху, подминая под себя. Он убирает волосы с лица Доена и нежно целует в щеку. - Я... ужасно смущен. Просто... до ужаса. Джехен улыбается: - Пока причиной подобного смущения являюсь я, все в полном порядке. - Ты лежишь на мне и нагло целуешь. - Но тебе ведь нравится это, верно? - Если бы мне это не нравилось, то я бы давно уже сидел в соседней комнате в смятении и самых оскорбленных чувствах. - Тогда давай уже, наконец, поцелуемся, потому что я вижу в нескольких сантиметрах от себя твои красивые мягкие губы и просто сгораю от нетерпения и желания. Доен тянется к его губам, сминая их в своими, и Джехен тут же углубляет поцелуй. Он целует жадно, все сильнее наваливаясь сверху, и когда отрывается, чтобы поцеловать его шею, то Доен трепетно вздыхает, запрокидывая голову назад. Джехен произносит сквозь поцелуи: - Обожаю тебя... - Поцелуй меня еще. Джехен слушается его и продолжает целовать еще настойчивее, прикасаясь к шее и ключицам. Он ощущает, что уже подходит к грани, и резко отрывается от Доена, садясь на постель рядом. Доен поднимается следом: - Что-то не так? - Нет, все нормально, просто... мне нужно держать себя в руках. Доен садится рядом, и они сидят так на постели несколько минут в полной тишине. - Я слышал как-то на проповеди от одного юноши, как ему нравилось заниматься разными... непотребствами с мужчинами. И... хоть я и не должен говорить об этом, но стоит мне вспомнить и представить, как кто-то пальцами дотрагивается до той точки, что находится внутри.... И все время задавался вопросом, правда ли, что она существует и приносит столько неимоверного удовольствия... Его заставляет замолчать ладонь Джехена, что накрыла его рот. Доен непонимающе смотрит на тяжело дышащего Джехена рядом. - Перестань. Доен убирает его руку со своего лица: - Я сказал что-то плохое? Наверное, все же он говорил неправду тогда... - Вообще-то... он сказал правду. У мужчин есть эта особенно чувствительная точка внутри. Простата. И когда ты ласкаешь ее, то чувствуешь удовольствие. Думаешь, почему людям так нравится секс? - О... Значит... значит, вот как... Повисает неловкое молчание, и Доен спустя несколько минут спрашивает: - Почему ты не прикасаешься ко мне? Я ведь тоже хочу этого. - Ты хочешь этого, потому что я этого желаю. Это не твое собственное желание. Доен раздраженно произносит: - Откуда тебе знать, какие желания мои, а какие являются их иллюзией? Джехен не знает, что на это сказать, и Доен садится на его бедра, хватаясь пальцами за ворот его футболки. Джехен испуганно шепчет: - Что ты делаешь? - Снимай это с себя. И если ты сейчас не начнешь действовать, как я того желаю, то... Он не договаривает, потому что Джехен целует его в губы, притягивая к себе за талию. - Сними... Джехен стягивает с себя футболку, и Доен несколько грубо толкает его рукой в грудь, припечатывая к спинке кровати. Доен неосознанно облизывает пересохшие губы: - Так это все... результат твоих тренировок в зале, про который ты говорил? - Да. Нравится? - Даже слишком. Джехен тихо смеется и говорит: - Достань бутылек из ящика. Доен тянется к тумбе и достает оттуда небольшую бутылочку. - Лубрикант? - Да. Он забирает ее из чужих рук и помогает Доену снять футболку. Тот ежится в неуверенности, и Джехен шепчет: - Ты прекрасен. Доен улыбается и тут же выдыхает, когда Джехен опускается пальцами под его штаны с бельем. Джехен обхватывает пальцами его полувставший член, вырывая тихий стон. Доен цепляется за его плечи и подается вперед сильнее, а Джехен ласкает его член, и когда тот встает полностью, выпускает его из руки. Доен смотрит как-то обиженно, заставляя Джехена тихо рассмеяться. Он произносит: - Сними все. Доен послушно снимает штаны и белье, оставаясь полностью голым и садится на бедра Джехена снова, и тот открывает бутылочку, выливая на пальцы большое количество. - Зачем это нужно? Джехен целует его: - Это поможет достичь пика удовольствия, сильнее, чем тебе рассказывали на исповеди. Он обильно выливает смазку между ягодиц, и Доен выдыхает, покрываясь мурашками. Джехен массирует пальцами вход, а затем медленно проникает одним пальцем. Доен слегка морщится от непривычных ощущений, но продолжает держаться за плечи Джехена. - Тебе стоит немного потерпеть. Я буду входить в тебя пальцами все сильнее, и спустя время тебе станет легче. А потом... настанет удовольствие. - Терпеть я умею. Кажется, даже слишком. Джехен расцеловывает его грудь, а затем засасывает сосок, обводя его языком. Доен трепетно стонет, и Джехен проникает вторым пальцем, аккуратно двигая ими внутри. После третьего пальца Джехен обхватывает второй рукой его член, и Доен стонет уже громче, прикусывая нижнюю губу. Джехен проникает пальцами глубже и немного сгибает их, задевая что-то внутри, и какая-то волна проходится по телу Доена, заставляя простонать куда громче. Джехен понимает, что, наконец, задел то самое. Он довольно улыбается и продолжает ласкать его с обеих сторон, а у Доена разъезжались дрожащие ноги, и единственное, что помогало ему удержаться, - это плечи Джехена. Это было что-то новое и невероятно возбуждающее: у Доена пересыхает во рту, и дрожит все тело, но когда Джехен ускоряет руку на его члене, то он не выдерживает и изливается. Джехен снова целует его шею и размазывает сперму по члену. У Доена кружится голова, но это ощущение было приятнее обычного. Близость Джехена вовсе не пугала, и его расслабленное лицо напротив почему-то заставляло тепло разлиться в груди. Он опускает взгляд вниз и видит, что у того тоже встал и поэтому запускает мелко дрожащие руки в его штаны, срывая с его губ низкий стон. - Тебе не стоит... - Но я хочу тоже тебе сделать приятно. Джехен успокаивается, и Доен с каждой секундой становится все увереннее, уже сильнее обхватывая его член ладонью. - Тебе... приятно? - Да. С тобой мне всегда хорошо. Он долго не выдерживает и вскоре кончает себе на живот. Доен опускает голову, чтобы поцеловать его глубоко и проникновенно, и Джехен вдруг понимает, что впервые за такое долгое время чувствует себя расслабленным и довольным. Негативные мысли и ощущения больше не тяготили его так сильно, как прежде. Джехен переворачивает Доена на спину, нависая сверху, чтобы снова поцеловать, а затем спросить: - Все в порядке? Не больно? - Мне было очень хорошо. Ничего не болит. Джехен улыбается: - Хорошо. Самое время вкусно поесть, а затем полежать в постели в обнимку. - А как же работа? - Я президент компании, денек могу себе позволить пропустить. - Но... - Я все сказал, ты не можешь мне запретить пропускать один день в компании. Доен лишь молчит, и Джехен вытирает их обоих салфетками, а затем замечает, что Доен погрустнел. Он обхватывает его лицо ладонями, заставляя посмотреть на себя: - Я тебя обидел? Доен смотрит несколько секунд, а затем отвечает: - Нет, просто ты в один момент так нежен и заботлив, и стоит мне подумать, что ты, наконец, открыт со мной, но в следующую же секунду... я тебя не вижу. Ты так не доверяешь мне? Джехен вздыхает, опуская руки: - Доен, давай просто не будем об этом говорить, все... очень-очень сложно, понимаешь? - Я знаю, что сложно, но ты ведь даже не пытаешься быть со мной открытым. Ты только и делаешь, что отворачиваешься от меня, скрываешь все, я не знаю, где ты рос, есть ли у тебя братья или сестры, настоящее ли у тебя имя вообще... Если ты скрываешь от меня настолько простые вещи, то что тогда есть еще в твоем прошлом и настоящем, за пределами дома, пока я не вижу тебя? Он встает, спешно одеваясь, и Джехен пытается его остановить: - Постой, Доен, только не говори, что ты боишься, будто я какой-нибудь убийца или наркоман. - Я не думаю так, но опыт мне подсказывает, что каждый человек, несмотря на свою внешность совершает много ужасных вещей и при этом пытается себя оправдать. Он резко выдыхает, разворачиваясь и заглядывая Джехену прямо в глаза с ужасной проницательностью, и тихо произносит: - Я знаю, что ты не святой, что ты грешник. И что еще хуже, я чувствую и будто бы знаю, что ты совершал и совершаешь сейчас что-то плохое, пока меня нет рядом, и держишь в светлом неведении. Ты ведь... совершаешь какое-то преступление, я прав? В его глазах стоят слезы, и Джехен медленно сглатывает тяжелый горький ком, застрявший в горле. Ему откровенно не нравилось, что Доен бросается из одного состояния в такие вот разговоры, но вот чего не ожидал, так это того, что тот вот так прямо и неожиданно спросит о таком. И что самое ужасное, его чувства не обманывали. Джехен сипло, почти шепча, отвечает: - Все... Доен его перебивает злым: - Если собираешься снова сказать:"Все в порядке", то лучше не стоит, потому что я начинаю чувствовать себя каким-то глупцом. Джехен впервые видит Доена в таких негативных эмоциях - он никогда не злился и не проявлял хотя бы раздражения, однако сейчас было видно, как чувства бушевали внутри, но он старательно это все сдерживал, хотя частица этого все же вырвалась из него в подобном тоне. Доен в следующую секунду осознает, что делает что-то не так, и выдыхает: - Прости... прости меня, я вовсе не хотел злиться. - Ничего. Я понимаю. Доен все же уходит из комнаты и запирается в своей, чтобы успокоиться. Джехен чувствует себя расстроенным из-за вот такой неожиданной ссоры.